Your love will kill me.

Ты отчаянно пыталась не заснуть на посту, когда была твоя очередь патрулировать пятый этаж мафии. Откуда-то взявшаяся непомерная скука застилала глаза пеленой сна. Руки сжимали и разжимали рукоять пушки, находящейся в портупее, будто в каком-то приступе. Широко зевнув, совсем не стыдясь того факта, что на пятом этаже ещё могут быть люди, ты почесала голову. Неприкрытая одеждой кожа мгновенно покрылась мурашками, ощущая на себе холод ночного ветра, исходящего из открытого окна. Довольно щуришь глаза, передёргивая плечами. Приятное ощущение, но всё же слишком резкое и неожиданное, накатывающее словно морская волна. Но твоя персона отвлеклась от безнадобных размышлений, когда носом учуяла знакомый запах сигарет. — Доброй ночи, Хироцу-сан. — Улыбаясь, прощаешься с командиром одной из самых опасных группировок Мафии. Тот переводит на тебя свой взгляд, смотря как-то издалека, будто бы не веря сказанным словам. Он кладёт руки в карманы пальто, резко останавливаясь и запрокидывая назад голову. Такой выпад тебя обескуражил, но не ошарашил, как это было в первый день, когда ты увидела его. Рюро возвращает голову в обратное положение, так же равнодушно глядя в пол. — Какое-то у тебя сегодня приподнятое настроение. — Сообщает он, чем вызывает у тебя недоумение, выраженное приподнятой бровью. Действительно, с чего бы? Молча стоишь, надеясь подобрать слова или хотя бы на то, что за тебя продолжит Хироцу, но он даже не моргает. Поднимаешь палец в немом вопросе, так и оставаясь стоять на одном месте, что отдаётся жутким зудом в лопатках. Но вся идиллия нарушается очередным твоим зёвом, непроизвольно вызванным усталостью. Краснеешь, не зная куда себя девать, и прикрываешь рот. Сдавленное "хи" случайно вырывается где-то из гортани. Стоите так ещё минимум минуты две, пока мужчина не встряхивает пачку, намереваясь отойти и закурить. Всё же это было правильным решением, если что-то вызывает ступор, начинай делать то, что отрезвляет тебя лучше всего. Остаток времени ты так и провела, патрулируя весь этаж. Хотя, кроме тебя тут были и ещё люди, но действительно работала только ты, остальные же отсыпались. Эта атмосфера такого гулкого спокойствия отдавалось нервной пульсацией в висках. Гнёт давил на позвоночник, заставляя сгибаться, как старая карга с тростью. Однако, тело говорило об обратном. Минутами ранее ты была готова валиться с ног, пока голову не посетили шаловливые мысли насчёт незабываемых приключений, которым позавидовал бы сам Индиана Джонс. Хотелось свободы действий, хотелось адреналина, но пока ты видела одну лишь Луну, что, скучно обитая среди звёзд, дарила ночному оживлению свой свет. На территории Портовой Мафии было тихо. Ни души, ни тела. А когда ты вступала в мафию, ты надеялась на остроту приключений, на морозный холод действий. Не тут то было. В крови бурлила та юность, что жаждала веселья, однако её притупляло чувство долга и раскаяния. Знала бы ты чем это обернётся, лучше приложила лёд к ещё сухой голове. Гробовую тишину нарушили звонко отстукивающие шаги, точно при каждом соприкосновении стопы с полом бился хрустальный фужер. В один миг за спиной появилось чужое дыхание, а к затылку приставили дуло пистолета. Ошарашенно поднимаешь руки вверх, роняя оружие. Рот открылся в безмолвном крике. Перед глазами предстала картина месива, которое останется после тебя. Жмуришь глаза, не смея падать на колени, роняя вместе и своё достоинство. Тело пробивает на мелкую дрожь, но стараешься не выдавать её. Нет, только не перед врагом, только не здесь. Сглатываешь накопившийся ком слюны. — Я могу вызвать подмогу. — Пищишь ты, мысленно стыдясь своей робости перед неизвестным тебе человеком. Прикусываешь язык, думая, что жизнь летит медленно, даже слишком. — И э-это не прилично. Подкрадываться сзади, да ещё и к девушке. Враг позади прыскает от смеха. Сжимаешь губы в тонкую полоску, намереваясь начистить морду этому м*даку, что решил так подло прибить тебя, ещё и посмеяться перед твоей смертью. Выдохнув, ты резко крутанула на пятках лицом к, как оказалось, парню и схватила того за меховой ворот. — Хей, Рос, ты чего здесь устраиваешь?Нападать на людей, которые стоят выше тебя. Тем более на лейтенанта отряда зачистки. — Хитро улыбнулся Тачихара, поднимая руки с зажатым пистолетом вверх. Его глаза бегали по твоему удивлённому лицу, которое сейчас выражало не просто удивление, а шок. Конечно, хотелось прибить его, но статус не позволял, тем более ты сейчас была не в выгодном положении, без оружия. — Тачихара-сан, — Опустив голову и спрятав лицо за чёлкой, отвечаешь ему. — Между прочим, напали вы. — Краснея пуще прежнего, выпаливаешь, стараясь не смотреть в глаза. По-прежнему зажимаешь воротник, скорее рефлекторно, нежели неосознанно. — Пошутить уже нельзя. — Сразу огрызается рыжеволосый, сбрасывая твои руки. — Тем более она не заряжена. — Демонстративно жмёт на курок несколько раз, дабы ты убедилась в правдивости слов. Где-то глубоко внутри ухает сердце, но этот всплеск ты сваливаешь на гормоны. Якобы, у тебя никогда не было партнёра, а надо бы. Уши заложило. Надоедливый звон в голове никак не прекращался. Сжимая ладонями пухлые щёчки, несколько раз стучишь по ним. Веки непроизвольно закрываются наполовину, как только хочешь поднять взор к лейтенанту. Будто на тебя наложили проклятие. Хотелось бы, конечно, не верить, но другого объяснения нет. — Ладно, солдат. Отдыхай. — Хлопает по плечу Мичизу и идёт дальше, совсем забывая про этот инцидент. Нечего голову забивать, тем более ему пора домой, а тебе ещё как минимум два часа стоять, поэтому не расслабляемся. — Скоро... Скоро... — Бегая по всему этажу, вымученно высунув язык, мантрой повторяла ты. Прошло около часа, но сонливость только набежала, с удвоенной силой кутая тебя одеялом сна. Так продолжалось бы и дальше, если бы не Гин. А что, собственно, случилось? А то, что ты как последняя раздолбайка (извиняюсь, образ персонажа мне тоже очень важен) споткнулась о свою ногу и покатилась колобком к ногам Акутагавы-младшей. — О, лейтенант Гин. — Потирая ушибленную макушку, продолжала ты. Лицо Гин исказило вопрошающее удивление. Мол, чего это ты посреди ночи по этажу бегаешь? Но, отбросив лишние мысли, она протянула руку помощи. В этот момент её глаза светились мягкой неподдельной простотой характера. Смотришь в эти серые омуты, и голову начинают одолевать неправильные мысли. Живот стягивает узел. От кончиков пальцев до кончиков ушей проходит электрическая волна. Ты не отрицала, да, ты влюблена. Правда, в жизни скрывала это, хотя и получалось редко. Казалось, что в нём особенного? Вот именно, для Мафии самый обычный, но как будто сердце это волнует. Трясёшь головой в разные стороны, обращая свой взор к протянутой руке. Настал твой черёд вопрошать, но, видимо, убийца решила не ждать, а, схватив тебя за плечо, поднять на ноги. Лицо обжигает алыми пятнами. Гормоны, всё гормоны, мысленно пытаешься убедить себя, хотя понимаешь, что уже давно не 12-летняя соплячка, чтобы списывать чувства на эту глупую штуку. Мнёшься, как девочка, но быстро тараторишь: — С-спасибо, Гин-сан! Вы и правда очень добрый человек! Совсем не такой, каким вас описывают другие! — Бежишь в другую сторону, дабы скрыть красные лицо и шею. Эх, видела бы ты такое же лицо девушки, которая в твоих глазах была парнем.

***

Тачихара не спал. Хотя давно уже перевалило за 3. Вспоминая лицо этой девчонки Рос, во рту пересыхало. Эта юная, временами глупенькая девочка, которая решила преданно работать на мафию, была поразительна. Внешность аристократки никак не сочеталась с мятым чёрным костюмом и с легкомысленным характером. Нет, это надо было, схватиться не за шею, а за воротник, когда тебя могли уложить на лопатки. Хотя... Если дело касалось поручений, она превосходно их выполняла. Займись работой "уборщика" - есть, отсортируй бумаги для архива - есть, вычисти всё оружие - есть, даже проверь весь склад - есть. Ходит слух, что её хотят отправить на испытание, дабы узнать её физические данные. Странная девчонка, но покладистая. Вспоминая это глупое выражение лица, когда она мяла свои щёки, хотелось засмеяться. Именно, не прыснуть от смеха, а по-настоящему засмеяться. Будто мы в детском саду. Ну, если подумать, она, вроде, была даже чуть старше рыжеволосого. Особой грацией не отличалась, но была всегда оптимистом. Будто в жизни мафии есть что-то хорошее. Нет, слишком много мыслей о ней, она явно что-то с ним сделала! Но вот что? Завтра. Завтра расскажет всё.

***

Эхо утренней голгофы заставляло тело передёрнуться и, одержимое какой-то неизвестной тяжестью, поднять туловище. Раньше такого не случалось, раньше Гин просыпалась по звону внутри, по звону биологических часов. А сейчас, будто тело залито свинцом, будто все суставы заржавели. Кое-как встав, как оказалось, под трель будильника, заботливо заведённого братом, она раскрыла сонные очи. На глаза сразу упали спутанные пряди. Гин недовольно посмотрела на них и заправила назад. Затем всё прошло как обычно. Утренняя процедура. Завтрак, любезно оставленный на столе братом. Одежда. И, наконец, выход из дома. Идя тенью вдоль стен высоких зданий, Гин тщетно пыталась вспомнить, что заставило её не спать всю ночь? Она помнит чувство тяжести в левой груди, но она не помнит, чем была вызвана столь сильная эмоция. Ну, это можно вспомнить, придя в штаб Мафии, где всё и начиналось.

***

Рос бодро шагала в кладовую, где её должны были встретить "Ящеры". Ура! Первое настоящее задание. Она хоть и не была в кабинете босса, но косвенно разговаривала с ним. Рукотворное письмо, старая привычка Огая. Рос обрадовал тот факт, что сам босс обратил на неё внимание. "Посмотри, как это делается." Вся усмешка сквозила в этом предложении, что ничуть не смущало юную девушку. Она знала, что такие случаи крайне редки, когда обычную девушку, вроде чистильщика, берут в тренировочный отряд. Она знала, что будет сложно, она знала, что будет долго, но ей не казалось всё это отяжеляющим бременем. Всё-таки с криминальным миром связалась. Было бы неплохо и подзаработать. Медленно приоткрыв дверь, она заглядывает внутрь. В темноте она замечает только лиловое свечение, что означало, что здесь присутствует Хироцу-сан. — Здравствуйте, Хироцу-сан! — У тебя, как всегда, ни стыда, ни совести. — Отчитав ту, словно маленького ребёнка, из ниоткуда появился обладатель способности "Увядающая камелия". — Повернулась хотя бы лицом к собеседнику. — Выдыхает мужчина, на её нервное: "Извините". Рос поворачивается к главе "Чёрных ящериц", но не обнаруживает рядом с ним лейтенантов Тачихару и Гин. — А где..? — Гин и Тачихара позади тебя. — Указывает он, туша окурок. Гин и Тачихара и правда стояли позади, правда девушка не слышала, как они приблизились. Но, судя по скривившемуся выражению лица Мичизу и подставленному к его горлу ножу Гин, кажется, кто-то от кого-то хотел Рос защитить. Выражение лица Рюро приобрело пугающий оттенок раздражённой ауры. Применив способность на этих двоих, глава извинился перед юной девушкой. Мило улыбнувшись, она отвечает: — Ничего страшного.

***

Фух, это был такой же сумасшедший день, как и все остальные в Портовой Мафии. Ты привыкла видеть месиво и похуже, но ты ни разу не видела, как убивают профессионалы. Ты могла конечно всадить несколько пуль тем, кто видел тебя за чисткой трупа, но ты не думала, что на поле боя будет так жестоко. Туда тебя не впустили, но посадили напротив здания, где всё было хорошо видно в окно, ещё и компьютером, подключённым к камерам, снарядили.

***

— Круто! — Сказала ты, восторженно глядя на каждого, когда Хироцу отошёл покурить. — Гин-сан, Тачихара-сан, ваши стили боя просто бесподобны! Стиль Тачихары-сана - безупречно владеть огнестрельным оружием. А стиль Гин-сана - искусство владения ближними атаками. И способность Хироцу-сана! — Тараторишь не останавливаясь, чуть ли не переходя на восторженный крик. — Полегче, Рос. Иначе, Хироцу-сан услышит. — Кладя руку на твою макушку, говорит рыжеволосый парень. На этот его жест острое внимание обратила Гин, но виду не подала. — Значит, мы уже возвращаемся? — Расстроенно говоришь, оборачиваясь на служебную машину. Та заводит мотор и бесшумно подъезжает к вам. Ну, было крайне интересно.

***

Собираешься идти домой. Завтра будут решать вопрос о твоём зачислении, ведь отряд набрали ещё месяц назад. Но ты не переживаешь. Приятная нега от волнения разливается по всему телу. Это какое-то счастье. Видимо, сама Фортуна решила сделать тебя своим игроком, хоть и с опозданием в небольшой промежуток времени. Выходишь в коридор, слыша шаги направляющиеся в твою сторону. Из угла "выныривает" Рюро. Останавливаешься и обращаешься к нему. — Хироцу-сан, большое спасибо за этот день. Спасибо, что взяли собой. Я очень благодарна. — Кланяешься ему, чуть ли не стукаясь лбом о ковёр. — Доброй вам ночи. Детская улыбка озаряет светлое личико. Мужчина хмыкает, незаметно для тебя приподнимая уголок губ. — Не расслабляйся.

***

Заворачиваешь в тёмный переулок. Для тебя это было самым страшным местом, которое ты должна была пройти, чтобы вернуться домой. Днём и ночью в нём было темно, как в могиле. Разве что старый фонарный столб возвышался где-то высоко, но и он не работал. Из-за этого там всегда веяло прохладой. Кутаешься в осеннюю куртку и напролом идёшь прямо во тьму. Запах сырости и гнили жутко щекочет нос. Захотелось чихнуть. Подносишь руку в тонкой чёрной перчатке ко рту, намереваясь по тихому отделаться. Ворс волокон нити щекочет ещё больше. Раскрываешь рот, как позади, в метрах десяти раздаётся выстрел. На землю что-то упало, встряхнув почву под ногами. "Чих" так и застрял в горле. Находясь в шоковом состоянии, твоё тело парализует. Не успеваешь даже пискнуть, как твоё тело прижимают к холодной бетонной стене. Чужое дыхание обжигает висок. Выжидаешь момент. Нужно сначала обескуражить его своим спокойствием, а затем, действуя, ударить. Молчишь. Рваное дыхание над ухом восстанавливается. В голове щёлкает курок. Заносишь ногу вбок, чтобы ударить по торсу, как её перехватывают. Если до этого тебя просто прижимали к стенке, то сейчас на тебя навалилось мужское тело. Рука по прежнему держала ногу, сжимая пальцы на бедре. «Чёрт! Чёрт! Чёрт!» Начинаешь лихорадочно соображать. В итоге, при всей сложившейся ситуации мозг приходит только к одному решению. Обхватываешь руками шею предполагаемого маньяка-извращенца. Конечно, жалеешь, что своё оружие ты оставляешь в штабе, но учитываешь и эту ошибку. Отлипаешь от стены и начинаешь кружится вдоль неё, утягивая за собой нападающего. Просчитавшись, заворачиваешь раньше, чем ожидалось. Спину опять обжигает холодом сквозь тонкую ткань куртки. Кожу рук колят острые выступы, из-за того, что тёплые ладони буквально удавливают тонкие запястья. — Да, кто ты такой? — Усмехаешься, понимая, что вы до сих пор не заговорили. — Рос, чёрт возьми. Что ты творишь? — Знакомое раздражение в голосе заставляет открыть в изумлении рот. — Тачихара-сан?! Что вы здесь делаете?! — Кричишь ему в лицо, явно этим оглушая. Нет, как тут догадаться, когда тебя буквально в стенку влепили. Вот и твоё достоинство упало перед ним, поэтому краснеешь до такой степени, что видно даже в этой глухой темноте. — Я тебе жизнь спасал. — Без доли скромности отвечает парень, наклоняясь ближе. — А вот, что ты здесь забыла, я не понимаю. — Я шла домой обходным путём! Разве не ясно? — Пепелишь его хмурым взглядом. Вокруг была сплошная темь, но вы знали, что смотрите друг другу глаза в глаза. Эту идиллию нарушает ослепляющий свет старого фонарного столба. Ты моргаешь, дабы привыкнуть к освещению, режущему глаза. Тачихара же поднимает взгляд вверх, замечая на крыше женскую фигуру. Та спрыгивает, останавливаясь прямо перед вами в метрах двух-трёх. — Ты ещё кто? И как вообще нарисовалась? — Недовольствует Мичизу, за что сразу поплачивается. К горлу прижимают острое лезвие металла. Холодный взгляд скользит по твоим рукам, останавливаясь на сдавленных запястьях. Девушка в белом платье так и не поворачивается лицом к парню, всё по прежнему осматривая тебя. Раскрываешь глаза, немного привыкнув, и сразу обращаешь взор к лицу черноволосой. Немой шок. Эти глаза, смотрящие на тебя обеспокоенно. Руки, мастерски сжимающие рукоять оружия. — Г-гин-сан? — Произносишь ты, повергнув в удивление девушку и в шок парня. — Гин?! Мать твою, ты Гин?! — Орёт чуть ли не на весь переулок лейтенант. Акутагава не обращает внимания на его крики. Она берёт твои запястья, осматривая на наличие синяков. — Что он тебе сделал? — Не отводя взгляда от отметин, спрашивает убийца. До сих пор дрожишь, приходя в сознание. Парень, который тебе так нравился, оказался девушкой. Так много вопросов крутятся в голове. Как она нашла вас? Почему угрожает Тачихаре? И почему сейчас она схватила тебя за руку и тащит в совсем другое направление? — Э? Стой! — Свободную руку хватают с другой стороны. — Я не позволю тебе смыться. — Буквально рычит он, метая из глаз стрелы в сторону Гин. — Рос пойдёт со мной, ты нам незачем. — Холодным размеренным тоном отвечает она. Её взгляд полон колкого мороза и леденящей душу решительности. Она не собирается отдавать тебя в руки этому недотеррористу. Парень тоже пугал не меньше. Острый оскал не предвещал ничего хорошего, скорее наоборот. У него тоже есть на неё компромат. Гин запросто можно обвинить в нарушении нравственного закона близости между людьми. — На кой тебе она? Мне плевать, что ты девушка! Плевать, что я узнал это только сейчас! Ты ведь мнение самой Рос не спрашивала. Не думаешь, что ей могут быть противны чувства другой девушки к ней? — На секунду показалось, что взгляд Акутагавы-младшей впитал в себя страх. Но стиснув твою ладонь в своей, она уверенно шагнула навстречу к нему. — Это всего лишь дурацкое правило, придуманное для людей, которые ослушиваются религии. Ведь, по сути, сексуальная близость между мужчиной и женщиной тоже грех! — Вступила в словесную перепалку второй лейтенант. — Правда? А как же твой обман? Всё это время ты врала Рос! — Я не врала. Она просто неправильно меня поняла. — Остановитесь! — Кричишь ты, привлекая к себе их внимание. — Я-я всё это время чувствовала что-то к Гин-сан. — Гин зло и даже как-то победно взглянула на Тачихару. — Но я не знала, что она девушка. — Мичизу ядовито улыбнулся сопернице. — Но я не чувствовала никакой тяги к Тачихаре-сану. С одной стороны, мне приятно, что человек который мне нравился, ответил взаимностью, но с другой, мне нужен мужчина и... И... Я не знаю! Я запуталась! — Ты присела на корточки, схватившись обеими руками за волосы. Ещё несколько минут стоите в полной тишине. Никто не осмеливается говорить. Тебя это напрягает, и просто хочется выругаться самым чистым матом, который ты знала. Не хотелось себя оправдывать, но ты никогда не сувала нос не в своё дело, только тогда, когда решила вступить в мафию, и бог знает, что управляло тобой перед принятием такого решения. — Тогда, я согласна пойти на компромисс. — Подала голос Акутагава. — Если тебе так будет удобнее. Ты подняла свою голову, посмотрев в глаза черноволосой. Те выражали лишь спокойствие и никакой усмешки. — Какой ещё компромисс? — Рыжеволосый тут же поднял тебя за локоть, привлекая к себе. — Она может попробовать обоих. — В глазах блеснул озорной огонёк. Её лицо не выражало не единой эмоции. Не один сустав на теле не дрогнул. Она медленно вышагивала походкой хищника, что нагоняло ещё больший трепет. Вы оба перевели взгляд с её стройных ног на миловидное личико. — У тебя есть право выбора, Рос. — Внимая её голосу, вы оба стояли, как вкопанные. Тебя охватило чувство восхищения. Не до конца понимая, ты кивала на все её слова. Лишь бы слышать голос той, что смогла восхитить, а затем и влюбить в себя. — Ты согласна? Кивок послужил спусковым механизмом. Преодолев жалкое расстояние между вами в один шаг, она с жадностью впилась руками в твою талию, царапая ноготками сквозь рубашку, и уткнулась носом в район солнечного сплетения. Она уже сделала всё, что должно быть вычеркнуто в списке жизни, оставляя последние, самые важные, самые сокровенные пункты, и один из них она собиралась выполнить сейчас. "Отдаться безумию". Твоё тело горело жаром, что ощущал даже Тачихара. «Будь, что будет.» — Мысли последнего трезвого человека здесь. Шершавые ладони сжали волосы на темени и оттянули их назад, запрокидывая голову. Поцелуй был мимолётным. Это даже поцелуем нельзя было назвать. Просто лёгкое прикосновение чужих губ, которые за секунду успели стать такими необходимыми. Воздух. Точно цена одного прикосновения - это глотки так нехватающего кислорода.

***

Завтра они притворятся, что ничего не было. Завтра будет обычный день. Завтра вновь будет борьба между двумя лейтенантами, которая не останавливается, даже когда между ними встаёт она. Борьба за её тело и душу куда ожесточённее. Безумие вытворяет страшные вещи. Особенно, когда с безумием сливается сам человек.