Заберите меня отсюда!

      Сириус Блэк оказался вполне сносным приобретением. В меру туповат, очень эмоциональный и поверивший мне сразу и навсегда, он стал если не идеальным союзником, то где-то близко к тому.       Я сознательно не стала рассказывать Сириусу о том, что один из крестражей валяется где-то в доме, и достаточно хорошенько потрясти Кикимера, чтобы до него добраться. Очередные раскопки в опротивевшем родовом гнезде совсем не то, что могло бы привести в восторг моего единственного союзника. Кроме того, я до сих пор не доверяла ему на сто процентов. Мало ли, как он себя поведёт, заполучив в руки реальный крестраж безносого поганца. Что, если, из самых лучших побуждений, разумеется, он отправится вместе с безделушкой к поганцу другому, бородатому?       Рисковать, пока не пропадут последние сомнения, я не стала. И потому Блэк носился сейчас по Англии, выясняя для меня другие подробности. Но он и этому был несказанно рад. Некогда, против воли слушая Ленкины рассказы, я всегда удивлялась, зачем мужика, по сути, заперли в доме на Гриммо. Что мешало изменить ему внешность чисто магловскими методами, которые не определит никакая магия, перекрасить анимагическую форму, сделать пластику, в конце концов. Ленка тогда поднимала меня на смех, убеждая, что магия способна просечь подобные ухищрения на раз. Но сейчас я прекрасно знала, что нет. Не может. Разве что Блэка угораздит оставить где-нибудь кружку собственной крови. Но на такую глупость не способен даже он.       Вот уже несколько недель светло-рыжий пёс стаптывал лапы, выясняя всё, что мне было необходимо о прошлом Воландеморта. Там, где собака оказывалась неуместна, появлялся коротко стриженный мужчина в идеальном костюме, с тростью и безупречной круглой бородкой. Под моим неусыпным контролем Блэк отъелся, приобрёл чудный загар и ничем не напоминал измождённую шелудивую шавку, как в анимагическом, так и в человечьем облике. Теперь ему уже приходилось напяливать парик и пользоваться пудрой во время редких посиделок ордена жареной птички, что несказанно веселило моего безголового союзничка.       Я веселилась вместе с ним, попутно решая свои глобальные проблемы. Точнее, всего одну проблему: как заставить выжить этого шалопая? Один за другим я отметала неудачные варианты, чем дальше, тем больше напрягаясь.       Можно было в нужный момент банально сдать собравшегося в министерство магии Поттера Снеггу. И что мне это дало бы? Где гарантия, что несносный мальчишка не сумеет выбраться из школы каким-нибудь другим путём? Или, что Сириус не свалится в чёртову арку и без участия в этом деле тупого крестника? В том, что псина радостно откликнется на призыв Дамби «Бей ПСов — спасай пророчество!», я не сомневалась ни на секунду. И что тогда?       В поисках решения очередной задачки я додумалась даже до того, чтобы тупо связать Блэка и не отпустить под заклятья всяких истеричек. Но будет ли он после этого так радостно со мной сотрудничать? Три ха-ха… Наивность давно уже не относилась к числу моих недостатков.       Да и вообще, откуда мне знать, как пойдёт битва в министерстве, если я вмешаюсь где-нибудь на начальных стадиях? Столкнётся ли Белла с Блэком всё равно? Или это будет какой-то другой Пожиратель, да ещё и в другом зале?! И чем закончится схватка тогда? Не просить же у Поттера мантию-невидимку и незримым ангелом-хранителем таскаться за Сириусом. Во-первых, хранитель из меня, учитывая мои слабенькие способности к боевой магии и полное отсутствие опыта, получится так себе. А, во-вторых, слишком уж велика вероятность, что псина меня каким-то образом заметит и приложит чем-нибудь убойным, приняв за Пожирателя.       Время пролетело незаметно. Я практически переселилась в дом на Гриммо, вешая орденцам на уши развесистую клюкву и прикрывая отлучки Сириуса. И, надо признать, в поисках крестражей мы продвинулись довольно далеко. Кое-что я помнила из той, спокойной и нормальной жизни, что-то удалось выяснить в процессе. Но, так или иначе, теперь я знала, где искать почти все чёртовы хреновины, и совершенно не понимала, что с этим делать. Зачем мой Дар привёл меня к этим поискам? А есть ли вообще какой-то Дар, или это очередное враньё Дамби?       Не буду лукавить, я была близка к отчаянию. К своей собственной цели я за три четверти года не приблизилась ни на йоту. Да. Я прекрасно понимала, что пока живы Дамби и Волди, удрать и жить спокойно мне не позволят. Но как избавиться от двух мощных и опытных интриганов, если тебе всего восемнадцать, магической силой ты не блещешь, а из помощников один полоумный пёс, способный только выполнять приказы и то и дело норовящий вывернуться из ошейника и натворить глупостей?!       Предположим, я разом достану все крестражи, и их дружно уничтожат. Предположим, Дамби, воспользовавшись ослаблением Лорда, грохнет его на какой-нибудь дуэли. Все счастливы, только я застряну в каком-нибудь углу, обязанная всю жизнь решать задачки на благо всеобщего блага, простите за тавтологию. А жизнь, скорее всего, будет удручающе короткой. Памятуя, с какой лёгкостью старик бросал чужие судьбы на алтарь «всеобщего», я не могла не понимать, что первое, чем он займётся, изничтожив главного конкурента — ликвидация слишком много знающих соратников. И непонятную девицу, в мысли которой он даже не способен заглянуть, старый хрыч точно не обойдёт своим вниманием.       Но, кроме меня, жертвами послевоенных времён наверняка станут ещё многие. И те, к кому я по-своему успела привязаться, в том числе. Недалёкий, но вызывающий неосознанную симпатию Сириус. Посвящённая в аферу с моим похищением Августа. Тот же тупой Поттер, которого вообще используют все, кому не лень, как меня. Но я хоть пытаюсь брыкаться, а он и не понимает, что должно быть по-другому… Гарантированно угробят и Снегга: шпион сделал своё дело — шпион может уходить. Может быть, нас даже грохнут одним ударом, ведь в ближайшие годы умри один — второй отправится следом. Возможно, именно для этого старик и связал нас кровным ученичеством. И если мой дорогой наставничек делает вид, что этого ну совсем не понимает и покорно строит собственную плаху, то меня такой расклад никак не устраивает.       Чувствуя, как от бесплодных размышлений к вискам подступает мигрень, я вышла на кухню, решив сварить себе кофе. Он должен был помочь мне взбодриться. Но о кофе я забыла, едва переступив порог. — Но ты ведь знаешь! — закричал Гарри, точнее, его голова, торчавшая в камине. — Разве не так? Ты же знаешь, где он!       Пока я ловила ртом воздух, пытаясь вытолкнуть из внезапно пересохшего горла хоть что-нибудь, домовик усмехнулся еще громче, чем раньше. — Хозяин не вернётся из Отдела тайн! — торжествующе сказал он. — Кикимер с хозяйкой снова остались вдвоем!       В камине появилась короткопалая рука, вцепившаяся в растрёпанные волосы Поттера, и всё стихло. — Ах, ты! — отмерла я, одним взмахом палочки отправляя вредоносного прислужника в глубокий нокаут.       Однако, было уже поздно. Чёртов Поттер уверился, что любезного крёстного в доме нет. Ну, и что теперь делать?! Чувствуя, как от злости, смешанной с обречённостью, шевелятся волоски на руках, я рванула в сторону спальни Сириуса: «Не подпустить к обалдую Дамби или любого другого паршивца, который явится звать его на эту микровойнушку. Сами пусть справляются!»       Кто бы сомневался, что я в очередной раз пролечу? Промаявшись в коридоре как минимум часа два, я вдруг услышала голоса внизу. И, конечно же, на той самой кухне! Как я умудрилась не заметить, что неугомонная псина опять куда-то свалила, и столько времени караулить пустую спальню?! Я помчалась обратно.       И, конечно же, опоздала. Единственное, что мне удалось, это в идиотском и, наверное, очень картинном броске влететь в камин вместе с уходящим Блэком, на лету вцепляясь в его мантию.       Сириус даже не слишком удивился, увидев меня рядом, когда вышел из камина в атриуме министерства. Слава всем богам, тут уже толпились орденцы всех мастей и постоянно прибывали новые. Так что в первый момент нас просто не заметили. А во второй — Блэк уже наложил на меня дезилюминационные чары, скрывая от чужих глаз. — Только не вмешивайся в бой! — с шальной улыбкой шепнул он. — Знаешь же, какой из тебя боец.       Я знала. И, тем не менее, побежала за ним следом, радуясь, что Бродяга не пытается отправить меня обратно. Впрочем, это было бы странно. Он давно уже воспринимал меня, как некий заменитель Мародёров. А отобрать у друзей возможность «поразвлечься»… Нет, на это блохастый союзник был просто не способен.       Откуда Сириус и прочие четверо орденцев, составившие нам компанию, знали, куда бежать, мне неизвестно. Я тупо неслась наравне со всеми, перепрыгивая через ступеньки и подобрав осточертевшую мантию почти до пояса. «И как они бегают в этих платьях?» — мелькнула в голове шальная мысль. Мелькнула и погасла. Не до неё мне было. Мой единственный союзник и, чего уж теперь лукавить, единственный друг галопом скакал к собственной смерти, и я совершенно не понимала, как остановить это безумие.       Беспорядочной толпой мы вломились в ту самую комнату: высокий амфитеатр и Арка смерти в самом низу, на пьедестале. Уворачиваясь от шальных заклятий, пригибаясь за высокими скамьями, я попёрла вниз, как танк.       В тот момент я совершенно не представляла, зачем и почему это делаю. Я даже не видела толком, что происходит вокруг. Перед глазами мелькали кадры из фильма, сотню раз просмотренные в обществе Ленки. Хриплый крик «Авада Кедавра!». Зелёная вспышка смертельного заклятья на фоне перекошенного лица Беллатрисы. И бесконечное удивление на лице Сириуса, медленно растворяющегося в мутной дымке арки.       Я скрутилась в комок, прижавшись спиной к холодному камню арки и не понимая, что я здесь делаю, зачем пришла. К чему вообще все мои трепыхания, если вот она, смерть, до неё остаются считанные минуты, а я сижу здесь и ничего не могу сделать? Я даже не пыталась приложить хохочущую Беллу хоть каким-то заклинанием. Слишком быстро мелькали перед глазами фигуры дуэлянтов, слишком велика была вероятность не помешать ей, а помочь.       А время всё тикало, отсчитывая последние секунды перед роковым ударом. И, казалось, каждая следующая была длиннее предыдущей. Расширившимися от ужаса глазами, всё еще не замеченная никем из дерущихся, я безнадёжно следила за битвой. Вот за мгновенье до удара замерла Беллатриса. Мрачная радость искажает её и без того страшное лицо. — Ну, давай же! На что ты способна?! — весело кричит Сириус.       И в эту секунду красный луч заклятья врезается ему прямо в грудь. Улыбка ещё не сошла с его уст, но глаза расширились от изумления. Казалось, Сириусу понадобится целая вечность, чтобы упасть: его тело выгнулось изящной дугой, клонясь и клонясь назад, прямо в рваный туманный занавес Мрачной арки. — Красный! — понимание разорвало грудь ослепительной вспышкой боли, будто это не Бродягу, а меня одарили смертельным подарочком.       Как чокнутая кошка, я безумным прыжком сорвалась с места, принимая на себя вес падающего тела и одновременно срывая с шеи кулон с серым камушком. А вокруг уже клубилось мутное марево…