Ривердэйл

      У Тони сны наполнены вязким страхом, который расползается, опутывая легкие и мешая дышать. Она задыхается и тут же подрывается на кровати, прижимая к груди одеяло. Тони выпивает залпом стакан воды, надеясь, что сон не продолжится потом, но не помогает. Конечно, нет. Все знают правило: чтобы прекратились кошмары, с твоим соулмейтом должно произойти что-то хорошее. Тони не знает, кто её соулмейт, но искренне сочувствует этому человеку, потому что его жизнь — сущий ад.       Ей хочется научиться не спать вовсе, когда в мире кошмаров она раз за разом захлебывается водой и не может вынырнуть на поверхность, из реки. Она даже не может сказать точно, что это Свитуотер, но просто знает. Озноб бьет всё тело, внутри какая-то пустота, но пытаясь проснуться, Топаз снова и снова лишь захлебывается. С окончанием сна облегчение не приходит — только боль.       Она становится незримым спутником, который вечно стоит где-то за спиной, угрожающе нависая, но не касаясь. Тони впервые пьет таблетки, которые помогают не видеть вообще никаких снов. Лучше черное ничто, чем-то, что преследует её каждую ночь.       Она видит Блоссом в школьном коридоре, и тут не надо быть гением, чтобы знать, что она — та ещё стерва, которая и пожар может устроить одним только взглядом. У Топаз категорическая непереносимость подобных высокомерных личностей и потому желание свалить из этой школы увеличивается вдвое.       В кошмары медленно, но верно проникает горькое отчаяние, а меж тем Тони вдруг понимает, что Шерил не такая уж рыжая стерва, как представлялось изначально. Потому что эгоистичные сучки не плачут вот так искренне, признаваясь в сокровенном, и не цепляются за руку так… Отчаянно. Осознание проскальзывает тонкой нитью и ускользает в этот вечер. Как и в ночь ночевки в особняке Блоссомов.       Когда лицо девушки так близко, что чувствуется теплое дыхание на щеке, Топаз почти чувствует электрические искры и сама тянется ближе к губам. Поцелуй обрывается, не начавшись, к сожалению. Но что-то подсказывает ей, что он ещё случится. Внезапная пропажа Шерил поселяет тревогу внутри, которая только усиливается после разговора с её матерью. Тони ну не капли не верит во внезапный отъезд девушки.       Она оказывается в маленькой серой комнате с всего одним окном затянутым металлической решеткой. Здесь слишком холодно и сыро, но не это пугает. Пугает то, что ощущение такое, будто она совсем одна. Не только в этой комнате, а вообще везде. Чувство одиночества всепоглощающее, заставляющее свернуться в клубок прямо посередине комнаты и молча неосознанно глотать слезы, катящиеся по щекам. Она просыпается только с одним словом на устах: — Шерил…       В следующую ночь она не ложится спать, а отправляется на поиски Блоссом. Отчаянно называет её имя, потому что из-за света проектора ничего почти и не видно. И испытывает невероятное облегчение, когда слышит, а потом и видит её. Это Шерил. Пусть не та в брендовой одежде и с безупречным макияжем, но настоящая Шерил. С удивленной радостью в глазах и легким неверием в голосе.       Этот поцелуй на вкус как мечта, которая наконец сбылась. Она целует Шерил, позабыв обо всем на свете, и точно знает, что кошмары больше не приснятся. Уж она позаботится о том, чтобы больше ничего плохого с девушкой не случилось.