***
Уже несколько часов наши герои едут то по пыльным дорогам, то по влажной траве, то по бугристому камню, стремясь достичь Заснеженного леса и преодолеть его, даже не моргнув. Ха, а я на вашем месте не была бы такой уверенной, вы, верно, не знаете, что Северин планирует сделать. Советую вам быть предельно внимательными и осторожными, не попадаться на уловки зачарованных предметов и приготовить курточки, ведь будет очень и очень холодно.
Не стоит забывать о том, что с каждой минутой разум избранных становится всё больше уязвимым к тёмной магии украшений, а сердце всё больше поглощает тьма.
И вот где-то там, в дали, показались белые макушки высоких деревьев — правителей того самого леса, где всегда невыносимо холодно и страшно. И, так как это самый настоящий лес, здесь обитают бешеные волки, например, и много другого опасного зверья. Но сама проблема-то не в этом. Из-за вечного холода в этом поистине жутком, но необычайно красивом месте царствует сильнейший голод и, несомненно, те же волки не отказались бы от предложения вкусно пообедать сочным иопчиком или
насыщенной жиром сладенькой принцессой, если, конечно, она не овощ.
А пока путникам нечего бояться, и они могут спокойно продолжать заниматься своими делами.
— Вы заметили, что мы даже не представились? — усмехнулась Джохэнн, сидя на полу, скрестив ноги.
— Я Амалия Шеран Шарм принцесса Королевства садида. — Произнесла Ами, поправляя длинные зеленые волосы.
— Я Евангелин. Это мой муж Тристепан Персидаль, это Флопин, Элили, а это... — «прекрасная кра» немного замешкалась, вспоминая, что они с Грови до сих пор не выбрали малышу имя. — Эм-м, он пока без имени.
— Про меня, конечно, все забыли. — закатил глаз Руби. — Я часть твоего любимого иопчика, но почему-то не являюсь кем-то для вас. Зашибись, семейка.
— Это Рубилакс - ужасно ворчливый и наглый демон, заменивший руку Тристепана. Он бывает грубоватым... — нахмурилась Ева, придерживая рукой маленького кра, ещё находящегося в отключке.
— И пошленьким, — прибавил шу-шу, задорно щурясь, от чего Марс улыбнулась, — ты забыла самое главное, малышка.
— Ты мне нравишься. — хихикнула экафлипка. — Марселлайн. Это Джо. — кивнула она, указывая на сестру.
— Аликсис.
— Жорис. — он сказал это в тоже время, что и полулиса, что заставило её слегка смутиться.
— Я Юго. Где-то там Руэль и Арпагон, ах да, ещё Малышок.
— Прия... — Марс не успела договорить, ибо в комнату влетел Струд со словами: «Мы на месте, надевайте куртки!»
Аликс любезно достала из своей сумки вещи, которыми можно утеплиться, и отдала их присутствующим.
— Вот и хорошо, теперь поехали дальше. — пробормотал себе под нос старый энутроф, надевая женское пальто. Он явно не был доволен тем, какая вещь ему досталась, но у Сис были только женские куртки и пуховики с пальто. Старик немного улыбнулся, увидев себя в отражении металла и направился обратно к любимой, дабы продолжить тяжелый путь.
Снова рык свирепого мотора, облака всякой гадости и привычная тряска — это наши спасители готовы пожертвовать собой ради мира.
На самом деле они согласились только после того, когда узнали, что могут сойти с ума и сдохнуть.
Ледяной ветер хлынул в распахнутые окна машины, пронизывая насквозь, словно тысяча заточенных лезвий, каждого, кто встрерится ему на пути. Никакая тёплая одежда не поможет уберечься от невыносимого холода, продирающего до костей.
Казалось бы, хуже некуда, но в самый "нужный" момент путникам отказал мотор. Верно, сдох от такой морозной погоды.
— Почему мы остановились? — поинтересовался повышенным тоном «рыжеволосый воин», качая спящего сыночка-иопа.
— Чёрт! — только и послышалось с кабины Руэля, очень скоро зашедшего к остальным, озвучив плохую новость. — Пойдём пешком.
— Что?.. — ахнула Евангелина. — Серьёзно? Флопин в отключке, у нас маленький ребёнок, тут звери, холод... Я останусь здесь.
В это же время кра схватился за брошь во сне и что-то невнятно пробурчал.
— Ребят, но нам нужно на гору, а то мы все помрем. — почесала затылок полукошка.
«Серьёзно? Может, пойдёшь одна? Нафиг они тебе нужны! Пусть помирают здесь, а ты можешь отобрать у них предметы и принести их мне. Тогда ты сможем править миром вме... кхе-кхе-кхем, в смысле, тогда я не стану тебе жестоко мстить, а просто сделаю своей же... служанкой», — прозвенело в её голове.
— Нет. Я не буду на тебя работать. — прошипела Марселлайн так, чтобы никто не услышал.
«Тогда... Если ты сбежишь одна, ещё и прихватив предметы, то сможешь завладеть ими всеми и получить невообразимую силу».
— Завладеть? Правда? Почему-то моя сила до сих пор не проявилась.
«Пха, ну как хочешь. Поверь, колбасить бандитов — ещё не твоё предназначение. А знаешь, я сам всё сделаю. Я уже близко к своей цели в прямом и переносном смысле...»
В этот же самый момент, по лесу раздался оглушительный вой голодного волка, который, скорее всего учуял запах незваных гостей, а это явно обещало что-то очень нехорошее, а точнее, нападение всей стаи на путников.
— Ребят, надо поторапливаться... — поежилась то ли от холода, то ли от терзающего страха, на месте кра Евангелин. — Когда же ты очнёшься, Флопин?.. Я не смогу таскать тебя от волков на руках... — вздохнула она, смотря на сына.
Снова вой, но теперь уже гораздо громче и чётче. Похоже, противники приближались...
— Я уже передумал, что поплёлся за вами... — проворчал Руэль, глядя в пол, а, конечно, не на любимую энутррфку, отошедшую в сторонку, чтобы никто не услышал ее хриплый кашель, раздирающий горло бедной старухи. Или в его жизни есть что-то поважнее Арпагон?.. Кто знает...
— Не надо волноваться! — утвердил Тристепан. — Мы и не такое пережили, так что, смело идём вперед!
— А не стоим, как пни и не ждём, пока нас сожрут голодные собачки. — добавил демон.
Слова двух друзей внушили уверенность путешественникам, может, совсем немного, но все же!
Отец семейства Парсидалей направился к выходу первым, передав маленького иопа Элили, и поманил к себе остальных.
И вот уже кучка отважных спасителей эпично шагают по скользкой дороге под зазывания ветра. Они стараются держаться рядом, чтобы, в случае опасности, действовать сообща и никого не потерять из виду. Прежняя беззаботность куда улетучилась, оставив на душе лишь волнение и страх.
Внезапно, шедшая где-то посередине строя, Аликсис остановилась, из-за чего Амалия, находящаяся за ней, врезалась в полулису и упала, больно ударившись пятой точкой.
— Ау... — застонала принцесса, потирая ушибленное место. — Всю попу отбила...
— Вам не кажется, что таскать детей по лесу - это слишком опасно? — спросила Сис, не обращая внимания на нытье садиды. — Мм, у меня в сумке-убежище есть немного места, можно было бы посадить туда Элили, Флопина и... Малыша?..
— Тристаньона. — поправил девушку иоп.
— Крутое имя, Степан! — подмигнула ему Джо.
— Вовсе нет... — проворчала Ева, заходя в, уже готовую, сумку Сис с детьми.
Теперь уже «рыжеволосый воин» и «прекрасная кра» свободно достали оружие и приготовились действовать в любой момент, пока волчий зов становился все более и более звонким.
Верно, путники думали, что идёт по направлению в выходу, ибо так было показано на карте посланника Жориса, но они лишь заводили себя в тупик. Деревья встречались все чаще, стояли плотнее друг к другу, а солнечный свет покидал это место, и с каждым шагом всё быстрее и торопливее.
Создав светящуюся сферу, хуппермаг встал в самом начале строя и возглавил «парад спасителей».
— Скорее неудачников...
Эй, ещё не твой выход, Северин! Быстро смылся от сюда!
Стало немного светлее, но тьма не отступала... Затем он и вовсе встал и поднёс руку к снегу, окружающему ледяную дорогу, по которой шли наши герои. Сугроб остался непоколебим.
— Так я и знал... — прошептал Жорис. — Это не снег...
— А что тогда? — удивился Юго.
— Тёмная магия. Это всё иллюзия, обман. Не верьте ничему в этом проклятом лесу... Я не могу растопить сугроб потому, что его нет. Чары, наложенные на это место и наш мозг создают видимость ужасного, бесконечного леса, где всегда холодно, но это самая обычная роща... — также тихо произнёс человек в капюшоне. После этих слов, он поднял руки вверх и одним ударом повалил стоящее напротив дерево, за которым стояли ещё тысячи таких же, словно склеенных. — Пфф, это слишком просто. — остальные смотрели на хуппермага с недоумением. — Моя магия здесь усиливается, а это значит...
— Что магия этих украшений тоже действует сильнее?.. — закончил его фразу Руэль - единственный, кто понимал, о чём речь.
— Мне больше волнует то, что мы в тупике... — призналась Арпагон. — Да, и то, что сзади нас... — ей даже не надо было заканчивать фразу, ведь оглушительный вой снова разлетелся по всему лесу, исходя уже явно из кустов за спинами путников.
Не прошло и секунды, как все приняли боевые позы: Тристефан активировал огромную руку благодаря своему шу-шу, Ева натянула сразу три стрелы, Джохэнн достала из чехла огромный меч, Марс вооружилась картами, Аликсис приготовила кинжал, Амалия призвала куклу, Жорис создал несколько сфер, Юго отряхнул руки и сосредоточился на открывании порталов, Руэль уже держал лопату, а Арпагон встала поближе к энутрофу.
Напряжение росло, пока не появились волчьи морды и тела, вылезающие из кустов и из-за деревьев. Никто не ожидал, что их будет настолько много, а во главе стаи ухмылялся белый волк, больше смахивающий на песца, с окровавленныии лапами и длинными острыми клыками, которыми было очень удобно разрывать плоть на мелкие и большие куски или прокусывать жертву до костей.
Словно по команде голодные хищники набросились на наших героев, в том числе и самый сильный из них, но он не оправдал ожидания людей, ибо не стал нападать, а целился в украшения, дабы забрать их себе.
В следующее мгновение Шеран Шарм уже лежала на холодной земле, а Юго мстил за возлюбленную. Мальчик не заметил, как к Ами подкрадывался волк, желавший одного - полакомиться сочным мясом
(опять же, если она не овощ), а скоро уже нависал над ее прекрасным лицом. Мерзкие вязкие слюни капали на нос и щеки садиды, а затем медленно скатывались вниз, по подбородку, потом преодолевали шею и стекали на грудь, что приводило девушку в дрожь. Зловонное дыхание било прямо в ноздри, а искалеченная пасть приближалась всё ближе к горлу Амалии.
Всё, это конец. Принцесса со слезами закрыла глаза вспоминая перед смертью все счастливые моменты, прожитые с друзьями и... Юго... Так недавно произошёл их поцелуй, скажем, первый, ибо тот ужасный отказ никак нельзя считать радостным воспоминанием. Это любовь? Безусловно. Всё было так сложно, запутанно, девушка сама не знала, чего хотела от элиатропа, но, кажется, тогда всё наладилось, встало по своим местам, и она поняла, что ее так не устраивало. Она сама. Да-да, вы не ослышались, принцесса ненавидит себя и, может, Ами покажется вам высокомерной и самовлюбленной девчонкой, но это не так, поверьте мне. В душе садида ненавидит себя, а эти слова, на подобе «Я тут самая красивая» - это лишь жалкая попытка убедить саму себя в сказанном. Амалия проклинала себя за каждый неверный ход, словно экафлип, проигрывающий в игре на деньги. Что ей мешало в их с Юго отношениях? Конечно, ненависть к самой себе. Что бы принцесса не делала, она всегда очень об этом сожалела и готова была отдать всё, чтобы лишь прокрутить этот момент заново и подумать, прежде чем совершать ошибку. И вот тогда, когда она разрушила половину всего замка, да и чуть не убила мальчика, Шеран Шарм хотелось просто уснуть и больше никогда не просыпаться, убить себя, спрыгнуть в окно, задушить... Но он. Юго. Он принял ее такой, какая она есть, и это именно то, чего так желала принцесса.
Она вновь открыла большой карий глаз и поняла, что стоит над трупом волка, что так щедро обливал ее своими слюнями.
Удивленная девушка взглянула на собственные руки и ахнула. Вместо двух, у неё было целых 6 зелёных, словно сплетенных из травы, рук, кстати, по локоть измазанных в крови. Ами в ужасе хотела было закрыть глаза руками, но обнаружила, что венок, точнее, его цветы, захватили половину лица садиды, оставив открытым лишь один глаз. Чтобы узнать, что ещё с ней не так, Амалия потянулась к волосам, которые остались прежними, но заметила нечего странное.
— Уши?.. — прошептала она. Как правило, у садид нет ушей, но откуда-то у принцессы взялись длинные заострённые ушки, даже длиннее, чем у кра.
Остальные путники были не менее удивлены, но не только внешнему виду Шеран Шарм, но и преображению Марселлайн и Аликс.
Полукошка получила ещё две пары ушей и восемь хвостов, а также белые полосы по всему телу, а ноги, руки и половина лица Сис и вовсе стали лисьими.
Если кто-то здесь до сих пор не в шоке, то у меня к вам ещё одна новость: все волки, кроме вожака лежали безжизненными трупами на пропитавшемся кровью снегу.
Пожалуй, один Жорис стоял с таким лицом, будто это самое обычное дело, которое происходит на его глазах каждый день.
— Что со мной стало? — бросила экафлипка, поворачиваясь к белому волку или лису, но тот лишь отвернулся и сел к нашим героям спиной. — Говори! — завизжала она. — Говори быстро!
Пока девушка ругалась с вожаком, Евангелина с ужасом осматривала укус, полученный от хищника.
Квороточащая рана пылала огнём, делая снег под ногами кра ещё более алым.
Тристепан топтался рядом, не зная как помочь жене. В итоге он взял немного чистого снега и приложил его к плечу женщины, а затем снял свой плащ и обмотал им рану, за что получил от любимой быстрый поцелуй в щеку.
— Не волнуйтесь. — произнес хуппермаг трём перевоплотившимся девушкам. — Это просто магия предметов. Вы должны привыкнуть, ведь... — он подумал, как бы сказать это помягче, но решил, что лучше передать всё так, как оно есть. — Ведь пока вы носите украшения, они частенько буду завладевать вами и кого-то убивать. — в ответ последовало молчание. — Не надо паниковать, у меня кое-что есть... — посланник достал из кармана куртки бутылки с ярко-желтой жидкостью. — Это посильнее, чем то, что я дал Флопину... — он протянул колбу Аликсис, и чёрные глаза вновь встретились с серо-зелеными, а на щеках девушки проступил легкий румянец. — Вам следует это выпить. — после этих слов, хуппермаг отвернулся и пошёл искать выход, ибо новые волки уже приближались. — Принимайте один раз в день. Утром. — добавил он и ушёл совсем.
Жидкость оказалась на удивление вкусной. Кисловатый привкус сменился сладким, чём-то напоминающим банаяблоко.
Как только героини приняли обычный облик, у Юго последовал такой вопрос:
— Но почему Флопин и Элили не изменились?
Жорис незамедлительно ответил, рассматривая деревья:
— Они были в безопасности. И эта магия не действует на детей. Нужно поторопится, — кивнул он, — волки приближаются.
Стая волков настигала путников, ещё несколько секунд и снова началась бы война, как вдруг хуппермаг обнаружил выход из леса, замаскированный, как поваленный полый ствол старого дерева.
Не теряя ни секунды, наши герои проползли через него и оказались в совершенно другом месте, пока самый крупный белый волк последовал за ними.
Они оказались на усаженной цветами поляне, а тот ужасный лес, где они были, стал березовой рощей.
Арпагон с облегчением выдохнула, а Юго кинулся на траву и покатился по склону холма, радостно смеясь. Руэль поставил лопату в землю, а Джо легла на спину, закрыв глаза.
Из леса вышел высокий парень с длинными белыми волосами, серыми глазами и ушами с хвостом, держа в левой руке книгу, а в правой - чернила и перо.
— А вы не так глупы, как я думал. — с насмешкой проговорил он. — Но что же вы, выдохшиеся, уставшие, будете делать, если я напишу вот это? — он начиркал что-то в своей книге, и сумка Аликсис «выплюнула» иопку и кра. — Дети. Отдайте. Мне. Ваши украшения. — парень говорил быстро и отрывисто, и это звучало раздражающе, хотя сам голос Северина был приятным, бархатистым, мягким, словно... Ммм, его невозможно было описать словами. — Ах да... — несколько строчек в магической книге, и маленький кра очнулся. — А теперь гони брошку. — Засмеялся длинноволосый.
— Чего ты добиваешься? — прошипела сквозь зубы Ева. — Отойди от моих детей.
— Я лишь заберу украшения. Ха-ха, как это глупо, я же спасаю твоих детей от смерти, Евангелин. — задрал вверх подбородок парень. — Ты должна быть мне благода... — «прекрасная кра» запустила в живот Севера стрелу, и из его рта медленно потекла струйка крови. — Значит, играем по-плохому?.. — прохрипел он, пока путники забрали детей и стали поспешно удаляться. — Кха... — Северин выплюнул ещё крови. — Не всё так просто. — Он достал стрелу и стал писать что-то, приговаривая:
— Ха, вы же помните такую временную штуковину, где с каждым шагом вы становились всё старее? Ха-ха, я создам её, а вы и не пошевелитесь, если, конечно, не хотите умереть. А в это время я заберу предметы и оставлю вас умирать. Или... Ммм, могу съесть кого-то из вас. Та садида выглядишь аппетитно...
— Что?! Вы издеваетесь?! — крикнула ему вслед Амалия. — Сегодня меня все хотят съесть!
— Мм, но шанс выпал только мне. — Ухмыльнулся парень, и в то же время вокруг путников образовался барьер бирюзового цвета. Ради большего удовольствия от просмотра, Север создал в конце пути, который должны будут пройти наши герои, кнопку, способную отключить барьер.
— Мне интересно, как вы доберётесь до конца. — Хмыкнул он.
Посоветовавшись, Элили и Флопин сказали всем оставаться на месте и изо всех сил побежали к концу барьера, чтобы достичь кнопки и спасти старших.
Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать... С каждым шагом они делаются на год взрослее.
Восемнадцать... Элили становится всё элегантнее, а Флопин — всё мужественнее.
Девятнадцать... Борода проступила на прекрасном лице высокого парня-кра. Густые брови, тонкие губы, красивый прямой нос...
Элили же выделялась стройной фигурой... А её длинные рыжие волосы смотрелись необычайно женственно и привлекательно.
Как быстро летит время. Ева заплакала, смотря на своего сына. «Я тобой горжусь...» — подумала она, улыбаясь и искренне желая кра такой же любви в жизни, как та, что когда-то дарила ему она.
Тристепан уже видел это зрелище — взросление дочери, но вновь и вновь он готов был улыбаться и радоваться за свою взросную малышку.
Но... Это только начало пути. До кнопки ещё минимум шесть метров...
Неожиданно для всех, из леса выскочил парень-атлант и врезал Северину по морде.
У Джохэнн глаза засияли от столь точного приёма.
Барьер мгновенно исчез, а незнакомец лишь бросил: «Бегите!», пока окровавленный клинок Севера пронзает его насквозь.
