***
Несколько дней спустя...
Стояло солнечное весеннее утро, когда наши герои, все один за другим, проезжали через огромные, необычайно красивые, все в крошечных узорах ручной работы, врата прямиком в Бонто. Кто-то ехал на зловонной машине Струда, кто-то на повозке с фруктами, а кому-то пришлось сменить много видов транспорта, а теперь добираться пешком. Да-да, я говорю именно о семействе Персидалей.
Бедный изнеможённый Тристепан тащил на себе маленькую иопку Элили и крепко держал за руку не менее уставшую Евангелин, качавшую младшего сына. Рядом важно шагал кра Флопин, гордясь своей превосходной безделушкой, способной, по словам
какого-то мужика в голове (как же странно это звучит...) голоса над ухом, дать всё, о чем мальчик только мог мечтать.
Где-то далеко впереди, в непроходимой толпе людей, сбивал всех с ног на своей железяке Руэль. На первом ряду, конечно же, сидела Арпагон, жестоко раздавленная Малышком, который, верно, посчитал, что это имя ему дали не зря, и он спокойненько может поспать у подружки хозяина на коленях.
Юго всю дорогу находился рядом с Амалией, так ей было легче справиться с тошнотой. У элиатропа в голове пролетела странная мысль «Не беременна ли она?», но он, естественно, отогнал её, не в силах представить, кто может быть отцом ребёнка или, ещё хуже, что он сам может стать родителем.
Но первыми ехали на большой тележке с фруктами (и бородатым мужиком) Аликсис, Марселлайн и, собственно, Джохэнн. Ну, как сказать, фруктов там уже не было, ибо девушки попробовали "всего лишь по одному", а остальные... Эм, они не знают, куда пропали остальные плоды.
Похоже, их везли к самому королю...
— Смотрите, девочки! Это Юго! Из Братства Тофу! — воскликнула Марс, тыча пальцем на мальчика, сидящего у окна в машине Руэля.
— Шшш! — зашипела Аликс, затыкая экафлипке рот рукой, но было уже слишком поздно...
— Кто там орёт?! — рявкнул мужчина спереди, остановив повозку так резко, что девушки чуть не улетели. Не успел он опомниться, как наши героини помчались прочь от бородача, словно им подожгли спичкой одно место. Ошарашенный мужик не проигнорировал отсутсвие плодов и, с криками «Воришки!», помчался за уносящимися ноги полукошкой, полулисой и иопкой.
Тем временем Евангелин увидела дом-шу-шу Керубима и потащила своих туда, пыхтя и жалуясь на непроходимую толпу, но, как оказалось, зрение принцессы Шеран Шарм было ничуть не хуже! Она доложила об увиденном Руэлю, а тот покатил свою железяку в нужную сторону.
Заметив лучших друзей, маленький элиатроп создал очередной портал и появился уже рядом с "рыжеволосым воином", что вымотался в пути. Старый энутроф тоже не отставал и доковылял до Персидалей, бормоча себе что-то под нос и временами его почёсывая. Амалия бросилась в объятья лучшей подруги, которая хоть и радовалась, но не так сильно, ибо нереально устала. Арпагон же еле как стряхнула с себя форора и встала рядом с любимым, любуясь тем, как же он счастлив в окружении этих людей.
«Столько лет упущено, столько всего мы должны были прожить вместе, но увы... Мне остаётся лишь смотреть на тебя и радоваться за твоё же счастье. Ох уж эта широкая улыбка... Когда-то она принадлежала лишь мне и больше никому. Но никогда я не посмею и заикнуться об этом прекрасном выражении лица, ведь я уже не та... И ты уже не тот. Мы стары? Поверь мне, это я стара. Ты жил, а я страдала, но теперь... Знаю, мне осталось немного, может, уже несколько месяцев, но это время я проведу рядом с тобой, чтобы наконец начать жить. А сейчас... Сейчас я буду лишь смотреть в твои по-настоящему живые глаза, надеясь, что ты решишь взглянуть в мои, безжизненно тусклые измученные глаза. Ты будешь улыбаться, но не мне, а я буду улыбаться с тобой, чтобы ты знал, что я всегда любила тебя... И буду любить. Вечно. Люди говорят: "Я всегда буду рядом", но увы я буду рядом не всегда. Скоро ты останешься один, но будешь счастлив со своими друзьями, а я буду счастлива тоже... Мой Руэль... У нас уже могли бы быть внуки, но я понимаю, что не являюсь единственным сокровищем для тебя. Ты скажешь: "Конечно, настоящее счастье в камах!", но ты ошибаешься. Настоящее счастье там, где те, кто тебе дорог. Не я — твоё счастье. Твои друзья. Будь счастлив с ними и живи, мой Руэль, пусть уже немолодой, но ни разу не старый. Ни разу» — думала энутрофка, смотря на свою сморщившуюся руку.
И правда. Взгляд Струда был устремлён на друзей и только на друзей. Он и не знал, какие трогательные мысли крутились в голове подруги, он не знал, что она так хочет увидеть на себе его счастливый взгляд, не знал, о той болезни, которую скрывает она... Он не знал. Перед ним кружились чудесные воспоминания о прожитых с друзьями днях, о сложных путешесвиях и боях плечом к плечу, а вовсе не встреча с Арпагон, не первый поцелуй и, конечно, не свадьба. На его дряхлом пальце вовсе не было кольца, в отличии от старушки, что носит его до сих пор. Невыносимая боль пронзила разбитое сердце энутрофки. Это был, скорее, не приступ смертельной болезни, что губила её каждый день, вовсе нет, это просто все чувства, что давили, словно камень, на сердечко умирающей женщины. Это ужасно. «Раз уж мне осталось так немного, то свои последние дни я точно буду жить... И сделаю всё, чтобы осчастливить Руэля...» — пронеслось в её голове. Собрав всю свою волю в кулак, она выпалила, перебив всхлипывания садиды и истории элиатропа с иопом:
— Руэль, я хочу снова выйти за
тебя!
Такое внезапное желание со стороны энутрофки заставило остолбенеть не только самого Струда, но и всех остальных.
— Дедушка Руэль женится! — крикнула Элили, поднимая ручки вверх, но теряя равновесие и тут же хватаясь за шею отца, чтобы не упасть.
— Но, Арпагон, милая, я же уже говорил, что всё далеко позади!.. — наконец повернулся к любимой старик.
— А я говорила, что люблю тебя. И хочу навсегда соединить наше сердца узами брака! — также серьёзно ответила ему женщина. — Руэль, я хочу начать всё с чистого листа... Забыть прошлое и жить дальше! Я хочу сыграть свадьбу сейчас же.
Старик совсем не знал, что сказать. «Мы уже не молоды, оба знаем, что осталось немного, так зачем же начинать новую жизнь?..»
— О-о-о... — умилилась Ева, пока Тристефан нежно прижал её к себе.
— Надеюсь, ты ещё хранишь кольцо. Оно, знаешь ли, не три камы стоит! — ухмыльнулась Арпагон.
— Ага, сначала это свадьба, а потом ещё один ребёнок. — завёл свою шарманку Рубилакс. — Хотя, у вас, голубки, уже ничего не выйдет. Хе-хе, зато можно этого форора в подгузник нарядить и нянчить.
— Замолчи, Руби! Такую сцену портишь! — закатил глаза Грови.
— Ну, как бы, я для этого и нужен.
Не смотря ни на что, старик со старухой отдали друг другу свои кольца, а затем Руэль сел на колено и, кашлянув несколько раз, произнёс:
— Арпагон, согласна ли ты вновь стать моей женой, но на этот раз навсегда?
— Я согласна. А ты, Руэль Струд, согласен быть моим мужем и никогда не променять на камы?
— Конечно, я со...
— Вы... Так и будете под дверью стоять?.. — пробормотал появившийся из ниоткуда посланник Жорис. — Вы тут уже минут тридцать точно... — похоже, ему было очень неудобно прерывать церемонию.
— Посланник Жорис, — воскликнула Амалия, — мы как раз вас искали, в смысле, нам нужен был Керубим, чтобы задать ему пару вопросов.
Арпагон обиженно поджала губы и спрятала кольцо Руэля в свой сундучок, пока тот складывает её колечко себе в сумку.
— Вопросы? Конечно, что вас интересует?
— Мой сын попал под воздействие злых чар. — сказала Евангелин, пока принцесса трещала что-то о венке, который берет её разум под свой контроль.
— Это не к Керубу надо обращаться... Так и знал, что когда-нибудь это случится, но не так же скоро... — замотал головой хуппермаг.
— Вы о чём? — поинтересовался Юго, внимательно наблюдая за поведением Жориса, словно кот, следящий за своей добычей.
— Проходите. — человек в капюшоне постучал по двери, и та сама открылась*.
***
Когда все вошли и собрались в уютном кругу на полу, посланник короля Бонто начал объяснять свою встревоженность, сопровождая повествование своей жестикуляцией.
— Понимаете, когда-то один старик предложил мне "интересное путешествие с пятью избранными, что будут очень нуждаться в моей помощи". Конечно, я согласился, но он потребовал с меня нерушимую клятву. Вы знаете, что это?.. — спросил он.
— Да, это такая клятва, которая соединяет душевную энергию Вакфу тех, кто её даёт и, если нарушишь обещание, то умрёшь. — пояснила Элили.
— А ты откуда знаешь? — удивилась "прекрасная кра".
— Мне Рубилакс рассказал, что давал такую клятву папе, что не скажет, что о том, что он всегда твой суп в окно выливает. Ой, я проболталась, да?..
— Вот как? — Ева пылающими от ярости глазами посмотрела на мужа, словно сжигая его.
— Ева, но это же шутка... — почесал в затылке смуглый мужчина. Мда, его слова очевидно не убедили кра.
— Флопин, дай мне брошь. — спокойно попросил Жорис.
— Нет, вы отберёте её! Она даст мне всё, что я захочу! Я стану лучшим Богом-кра! Не говорите, что я не Бог! Я Бог! И лучше папы! — завопил мальчик.
— Нда... Это точно магия броши. Но ничего, я знаю, как излечить его. — он поднёс к носу блондина бутылёк с зеленой жидкостью, и тот отключился. — Не бойтесь. Все будет хорошо. Эта жидкость подействовала потому, что у Флопина только вторая стадия. А вот у вас, принцесса, — он повернулся к Амалии, серьёзно смотря своими чёрными глазами в её, карие, — где-то шестая, если вы говорите, что начали использовать силы против семьи и друзей. Но не суть. Вам нужно на Великую гору. Я говорю, про Её высочество, Флопина, Элили и... Избранных же должно быть пя...
Хуппермагу не дал договорить громкий оглушительный стук в дверь. Он спокойно встал и попросил шу-шу сказать, кто там.
— Какие-то три девушки. Иопка, экафлипка и лиса какая-то. — доложил демон-дом.
— Ох... Впусти их...
Луи послушно открыл двери и в дом ввалились Марс, Аликс и Джо.
Жорису не надо было ничего объяснять, ибо он сразу заметил каффы и кольцо, а затем, вздохнув, развернул огромную карту у подозвал гостей к себе.
— Мы вот тут. — он указал пальцем на Королевство Бонто, отмеченное на Карте Мира Двенадцати. — Мы пойдём вот сюда, — провёл пальцем по заснеженному лесу, — потом сюда, — ткнул на страшную пещеру, нарисованную, как огромную дыру, — а потом из этого городка доплывём на в-о-о-он тот остров — чиркнул ногтём по острову с горой, — и заберёмся на Великую гору, где вы воссоздадите дофус и спасёте мир.
— Я ничего не поняла, но точно будет интересно. — пожала плечами Аликсис, успевая рассмотреть низкую фиругу хуппермага и прекрасное таинственное лицо, скрытое под синим капюшоном.
— Что ж, я могу вас подвести. Мне как раз следовало бы размять косточки! — кивнул Струд.
— А я пойду с сестрой! — крикнула Джохэнн, показывая, что никаких «но» не будет.
— Мы с Грови детей не оставим. — пробормотала Евангелин, гладя по голове спящего сына.
— А я поеду с Амалией. — улыбнулся Юго.
— Значит, решили! — воскликнул Руэль. — Едем все вместе на моей машине. Нас ждёт много испытаний, друзья мои!
После этих слов, все уселись в машину энутрофа, готовясь к долгой и непростой поездке.
