Thru these tears

      Они живут вместе уже две недели. Проблемы, безусловно, не испаряются сразу после того, как кто-то говорит «прости». Плохие воспоминания разом не покидают голову. Но самое важное: ни одно их действие теперь не ведёт к тому, чтобы я почувствовал себя так, будто тебя никогда здесь не было. Главной целью становится не просто возродить старые чувства, а создать связь более сильную и крепкую.       Строить даже самые обычные беседы по началу тяжело. Не знаешь с чего начать. Боишься, что информация окажется ненужной, неинтересной, бесполезной. Только им бы обоим понять, что важно всё. Тэхён ведь всегда любил говорить о чём-то придуманном, несуществующем. Высказывать свои самые дурацкие мысли, вроде того, что мимо прошедшая девушка напоминает ему ящерицу. Чонгук всегда делился рассуждениями о своих работах в университете, даже если Тэхён в этом абсолютно ничего не понимал.       Постепенно они начали посвящать друг друга в подробности этого месяца. Например, Чонгук рассказал о том, что был у родителей. Он ни разу не упомянул то, что они спрашивали про Тэхёна, потому что услышать такое — значит получить около ста ударов по рёбрам. Ногами. Блондин и сам не стал сильно расспрашивать. Понимал, что речь, конечно, шла о нём. Что его ждали. Они ведь обещали приехать вместе.       Один вечер был потрачен на то, что парни общими усилиями восстановили последовательность событий пьяных тэхёновых похождений. Пробелов было всё ещё достаточно, но он хотя бы узнал, каким образом оказался дома у Чонгука.       Привыкать к общению было странно, но ещё страннее казалось ограничивать свои действия. Если коротко — за всё это время они ещё не переспали.       Тэхён устал думать о том, что ему нужно делать. Ему хотелось, чтобы Чонгук его просто взял. Один способ всё-таки ещё давно был заготовлен. Тэхён единожды уже возвращался домой за этой кофтой, а теперь она будет кстати как никогда. Эта кофта всегда будет напоминать о том дне, когда в глазах Чонгука было всепоглощающее желание и животная страсть. Тэхён тогда всего-то нашёл кофту-сетку, усыпанную розовыми цветами. И наслаждался эффектом. Потом, конечно же, вернулся в магазин и купил её втайне от Чонгука. Придумывая, когда бы лучше её использовать. Момент, кажется, настал.       Откопав её среди шмоток в шкафу, надев широкие синие джинсы, в которые её можно заправить, Тэхён стал расхаживать по квартире в ожидании Чонгука.

***

      Чонгук шёл домой, уставший и немного злой. Исправлять один и тот же чертёж снова ему очень не хотелось. Да ещё и ключи долго искал у входа. Он бросил сумку рядом с дверью и начал разуваться. Подозрительно тихо всё это время.       Воздух наэлектризовался. Тэхён стоял у стены, боясь пошевелиться. Он сцепил руки за спиной и неловко переминался с ноги на ногу, не переставая смотреть на Чонгука. Темноволосый замер, будто не понимая, что происходит. Он просканировал Тэхёна сверху вниз и обратно. И ничего хорошего это не предвещало. Лёгкая сетка то и дело всё ближе прилегала к груди, вздымавшейся от дыхания. Розовые цветы идеально дополняли чуть видневшиеся линии пресса и слегка выпирающие рёбра. Это срабатывало как красная тряпка для быка. Вызывало повышенное слюноотделение и бешеный блеск в глазах.       Когда они встретились взглядами, Тэхён даже на секунду пожалел о том, что напялил это на себя. Всего на секунду, потому что в следующий момент он уже был вжат горячим и нетерпеливым телом в стену. Пальцы, сминая прозрачную сетку, вмёртвую вцепились в бока. Чонгук дышал в самые губы. Дышал как загнанный зверь. И продолжал взглядом прожигать Тэхёна. Блондин едва успел упереться руками в плечи брюнета, чтобы не быть расплюснутым. Расстояния почти не было, воздух стал вязким и горячим. Чонгук мучил. Оглаживал бока, перебирал пальцами рёбра, тёрся бедром точно о пах Тэхёна. Вёл носом от уха и до самого горла футболки, на что получал еле уловимый скулёж и пальцы, вцепившиеся в плечи. Возвращаясь к губам он легко покусывал миллиметр за миллиметром чуть золотистую, вспотевшую шею. Тэхён тянулся вперёд как маленький котёнок, но не получал того, чего хотел.       Тепло чонгуковых ладоней Тэхён чувствовал даже через джинсы. Руки бродили по круглой заднице, сминая и прижимая бёдра блондина ещё ближе к себе. Тэхён почти беспомощно выдыхал в губы напротив, надеясь, что Чонгук перестанет издеваться. Тонкие немного холодноватые пальцы ползли к затылку, мягко массируя волосы на затылке. Прикрывая глаза от удовольствия, Чонгук чуть качал в головой в такт движениям пальцев. Он любил это. А Тэхён, конечно же, об этом помнил. Оттягивая его от себя за волосы, заставляя посмотреть в глаза. Напротив, неудивительно, ни одной здравой мысли. Чернота глаз Чонгука разбавлена похотью и неизмеримым желанием.       Но не один Чонгук готов сейчас запылать. В тэхёновых глазах пляшут черти, и он умело пользуется этим. Добавляя хитрую ухмылку и слегка посасывая свою нижнюю губу, он похож на опытного стриптизера. Для Чонгука это спусковой крючок.       Вжимаясь в бёдра Тэхёна ещё сильнее, чем прежде, он захватывает в плен губы блондина. Они от чего-то кажутся сладкими, а ещё такими мягкими. Он втягивает нижнюю губу так, как это делал недавно Тэхён. Делает это с такой силой, что блондин наверняка будет ходить потом с синей губой. Хотя насчет того, сможет ли он потом ходить ещё тоже возникают вопросы. Тэхён возмущённо скулит. Совсем чуть-чуть. Потому что есть вероятность сделать только хуже.       Чонгук перемещает ладони к шее блондина, по пути надавливая на каждый сантиметр кожи так, что там останутся дорожки из синяков. Одна рука ложится на шею, то расслабляясь, то сжимая вновь. Второй фиксирует челюсть. Так, чтобы ко рту Тэхёна не было никаких преград. Он проникает в рот глубоко. Ловит язык Тэхёна, заключая его в кольцо своих губ. Двигается так, будто отсасывает ему сейчас, а не целует. Тэхён подаётся вперёд, улавливая ритм и толкаясь навстречу.       Треск. Сетка слегка поддаётся и начинает рваться где-то посередине. — Ты животное, — Тэхён произносит это, потому что в шоке немного. Ткань свисает с плеч и это теперь больше похоже на полупорванный пиджак. — Из-за тебя, малыш, — Чонгук помогает снять остатки сетки и выдыхает в ухо, касаясь мочки.       Сильные руки подхватывают лёгкое тело. Тэхён скрещивает ноги за спиной Чонгука и сильнее цепляется за плечи. Чонгук всё ещё прижимает его к стене, но теперь уже держа на руках. Оставляет полоску из слюней от скулы до кадыка, завершая всё это совсем не нежным втягиванием кожи. Наконец-то сотрёт из памяти чужие метки своими собственными. Тэхён принимает все эти болезненные ласки, потому что по-другому не может. Да и не хочет по-другому. Всё, что делает Чонгук, кажется единственно правильным и единственно доставляющим наслаждение.       Несмотря на почти слепое желание, брюнет аккуратен. Он очень мягко опускает Тэхёна на кровать, нависая сверху. Заглядывает в глаза и надеется найти там всё то, что сейчас есть в собственной голове. Огромную надпись «хочу» искрящуюся красным светом. Тэхён смотрит внимательно, насколько это возможно, когда стояк самого красивого и горячего парня на всей планете упирается в его бедро. Рвано выдыхает несколько раз подряд, немного ёрзает бёдрами. Держит окантовку чонгукового худи у самого горла и ждёт. Только чего именно он пока не понял.       А Чонгук всё понимает. Потому что не только в голове Тэхёна огромное красное «хочу». Но оно по венам расползается по всему телу. Заполняет собой пространство между ними, обволакивает буквально всё, что находится рядом. Заставляет Чонгука утонуть в этом кричащем «хочу». — Сними их, — спокойный, обдуманный приказ. Он приподнимается с локтей, давая немного места Тэхёну. Если бы сейчас блондин участвовал в раздевании на скорость, то однозначно бы выиграл. Джинсы, как и боксеры, оказались выкинуты куда-то в сторону за долю секунд. Почему-то на щеках после этого появился слегка заметный румянец. Тэхёну стало как-то стыдно от того, насколько сильно он нуждался в Чонгуке. Долго думать ему не пришлось, потому что брюнет оставляя мокрые следы, целовал шею. Выдыхал в худой живот и давил пальцами прямо на тазовые косточки. Спускался всё ниже к паху. Не трогая уже вставший член. Лишь слегка дуя на него, от чего худое тело под ним начало извиваться. Он бережно раздвинул ноги Тэхёна и согнул их в коленях, устраиваясь между ними. Кусая, облизывая внутреннюю сторону бёдер.       Тэхён нетерпеливо ерзал, сжимая одной рукой простынь, а второй зарываясь в жёсткие волосы брюнета, он был готов почти заплакать от того, что Чонгук до сих пор в одежде и что его член до сих пор не в Тэхёне. Чонгука это, казалось, совсем не волновало. Он оплёл руками бёдра Тэхёна и поцеловал член у самого основания. Лёгкий писк раздался в ответ, а пальцы сильнее сжали волосы. Проводя языком до самой головки, Чонгук совсем немного вобрал её в рот, тут же выпуская. Теперь к писку добавилось что-то вроде лёгкого разочарования, но Чонгук ведь не планировал так просто останавливаться. Он проходился языком вниз и вверх, иногда слегка покусывая. Очень нежно, чтобы не причинить дискомфорта. К счастью для Тэхёна, он, наконец, взял глубоко. Двигаясь медленно, он втягивал щёки. Постепенно увеличивая темп и амплитуду так, что в уголках глаз скапливалась влага. Тэхён плескался в собственном удовольствии, рукой немного направляя Чонгука. Он посмотрел вниз, чтобы увидеть такого грязного Чонгука, насаживающегося ртом на его член, с немного мокрой челкой, нависающей на глаза, и прикрытыми веками. Вторая рука как-то невольно легла поверх чонгуковой, в итоге сжимая его ладонь. Чонгук сжимал в ответ сильно, чуть дрожа. Было тяжеловато и воздух иногда кончался, но всё это меркло по сравнению с тем, что тэхеновы пальцы впивались в голову, а вместо писка слышались теперь громкие выдохи. Чонгук увеличил темп очень сильно, на последнем дыхании насаживаясь на член Тэхёна. Первый низкий стон довёл до мурашек. Как же Чонгук это любит.       Брюнет медленно отпустил тэхеновы пальцы и выпустил член. Облизываясь и вытирая рот рукавом, он сел между разведённых ног. Водя пальцами по бёдрам Тэхёна, наслаждаясь его беззащитным разгоряченным видом. Блондин целиком и полностью принадлежал ему одному. Это заводило ещё больше. Поднявшись на локтях, тот лежал и ожидал дальнейших действий Чонгука. Честно говоря, Тэхён был немного возмущён: нечестно, что брюнет всё ещё полностью одетый (хотя это не мешает ему классно отсасывать). Чонгук улыбается, будто понимая и улавливая каждую мысль Тэхёна. Нехотя убирая руки с ног Тэхёна, он берётся за ворот худи с задней стороны шеи и стаскивает вещь через голову. Запускает ладонь в волосы, зачем-то поправляя причёску, хотя Тэхён уверен, это просто ещё один способ убить его. В меру накаченное тело Чонгука, пускай и немного исхудавшее, приводит в детский восторг. Хочется расплакаться от того, насколько красиво видна каждая мышца. Как грубо и завораживающе рёбра пробиваются сквозь гладкую кожу.       Чонгук опять нависает над блондином. Будто разрешая прикасаться к себе. Тэхён первым делом целует до сих пор очень мокрые губы, чувствуя свой вкус на них. Руками обводит мощную грудь, задерживается на вставших сосках, немного сильнее сжимая их. Руки, как будто случайно, доползают до резинки спортивных штанов. Забираются под неё, хватаясь за упругую попу. Чонгук просто позволяет Тэхёну делать с собой всё это. Потому что в данный момент слишком сильно занят его языком.       Тэхён не глупый мальчик, поэтому начинает стаскивать оставшуюся одежду, в чём Чонгук ему помогает. Наконец, когда всё лишнее отброшено в сторону, брюнет всем телом прижимается к Тэхёну, давая почувствовать горячий пар, исходящий от каждой клеточки. Блондин не выдерживает и откровенно скулит прямо в рот Чонгука. За шею вжимая его губы в свои, чувствуя, как брюнет трётся стояком о его собственный, он второй рукой хочет заключить в кольцо разгоряченную плоть. Но Чонгук останавливает, больно сжимая запястье и кусая нижнюю губу почти до крови.       Тэхён в который раз недовольно вздыхает и как бы в отместку впивается ногтями в шею. Но он ошибается, если думает, что сегодня всё будет по его правилам. Чонгук так не думает. А значит этого не будет. Оставляя синяки от пальцев на худых боках, брюнет переворачивает блондина и совсем неаккуратно укладывает на живот. Кусает чуть ниже волос сильнее, чем нужно, чтобы на утро было видно след от каждого зуба. Тэхён пытается отдёрнуть голову, но только сначала. Позже приходит какое-то садистское удовольствие от боли в районе шеи. Он начинает тереться задницей о стояк, прогибаясь в пояснице, не забывая про нетерпеливо поскуливать. Чонгук водит членом у самого прохода, но не входит. Продолжает дразнить, хотя постоянно чувствует, как колечко мышц сжимается, чувствуя горячий член рядом.       Брюнет резко хватает за задницу, заставляя поднять её выше. Тэхёну приходится поставить руки на локти, чтобы было удобнее стоять на коленках. Чонгук ставит свои колени между тэхёновыми, не переставая засасывать кожу спины. Прижимается членом так сильно, что блондин уже прочувствовал каждую венку на нем. Но не в себе. Что по-прежнему расстраивает. Чонгук проходится языком по позвоночнику, доходит до дырочки. Покусывает кожу вокруг нее, оставляет засосы совсем близко. Пальцами помогает себе раздвигать мягкие ягодицы. Тэхён подаётся навстречу, надеясь, что Чонгук протолкнётся хотя бы языком. Но тот лишь начинает снова водить членом вокруг дырочки, пальцами сжимая теперь уже тазовые косточки.       Тэхён уже готов разрыдаться от того, как ноет его собственный член и как сильно ему хочется почувствовать заполненность. Он обыкновенно не сторонник быстрого секса. Прелюдия одна из самых важных частей. Но не сейчас. После столького времени воздержания, когда уже даже дышать становится тяжело от накрывшего возбуждения, так мучить нельзя. Тэхён сначала шепчет, будто для себя. Просит, чтобы Чонгук вошёл. Скулит и вертит задницей, надеясь, что тот сдастся. Но сдаётся сам. — Пожалуйста, Чонгук, — прерывается на протяжный, тяжёлый выдох, — войди в меня.       Слова зависают в разгоряченном воздухе, добавляя в него искр и желания. Язык Чонгука вновь проходится по позвоночнику, останавливаясь у кромки волос. Сильные руки, всё ещё вжимают задницу в его стояк, а губы, оказавшиеся прямо у уха, шепчут развязно и грязно так, что даже Тэхёну становится стыдно. — Я уж думал, ты не попросишь, малыш, — вот от этого сносит крышу окончательно. Тэхён всхлипывает от того, как в этот же момент в него входит тонкий палец, обильно смазанный слюной. Движения медленные, но явно очень хорошо сдерживаемые. Дискомфорт чувствуется лишь первые пару секунд, потом Тэхён чуть расслабляется, слегка двигая бёдрами. Второй палец не заставляет себя долго ждать. Чонгук вводит их опять очень аккуратно, чувствуя тепло тэхеновых стенок. Он слегка разводит их в стороны внутри для лучшей растяжки. Повторяет это много раз, чтобы свести боль предстоящего процесса к минимуму. Собственный стояк уже становится огромной проблемой, и даже то, что Чонгук трётся им о бедро Тэхёна вообще не помогает.       Чонгук обильно сплёвывает на свою ладонь, растирая это по своему члену. Проделывает ещё несколько раз, чтобы не входить на сухую. Конечно, лучше бы воспользоваться смазкой, но отвлекаться на её поиски сейчас очень не хотелось. Он рукой приставляет головку ко входу и ощущает, как анус Тэхёна, да и он сам весь немного сжимается. Второй рукой поглаживая мягкую попу и поясницу, он начинает медленно входить. Тэхён дёргается слегка, пытаясь лишь на автомате отстраниться от неприятных ощущений. Однако хватка на бёдрах усиливается, и Тэхён остаётся на месте. Чонгук входит не торопясь, почти до середины ствола получает в ответ низкий короткий стон. Понимает, что может двигаться дальше. Входит по самое основание и замирает, давая привыкнуть к своему размеру. Тэхён слегка крутит тазом, чтобы лучше почувствовать его в себе. Сжимает стеночки, от чего даже Чонгуку становится немного больно. Получает за это шлепок и недовольный выдох. После чего брюнет более не намерен останавливаться. Он начинает двигаться внутри. Не медленно, как в первый раз, но пока ещё и не быстро. Тэхён быстро привыкает и легко абстрагируется от неприятных ощущений, чувствуя только разгорячённый член, скользящий по своему проходу, и большие ладони, поместившиеся теперь уже на боках. Чонгук ускоряется и насаживает Тэхёна сильнее на свой член. Больше не терпит, начинает вбиваться остервенело и жёстко. Блондин извивается под ним, стараясь найти нужный угол. Когда сильная рука ложиться на плечо и заставляет сильнее прогнуться в пояснице, Тэхён опять стонет. Теперь уже не коротко, а протяжно и тягуче. Чонгук вбивается сильнее, понимая, что, наконец, попал по простате. Шлепки мокрых тел смешиваются с низкими тэхеновыми стонами и рваными шумными выдохами брюнета. Темп нереальный, Тэхён как марионетка, бьётся, удерживаемый сильными руками. Вскрикивает от смеси боли и наслаждения. Кончает даже не притрагиваясь в себе. Чонгук хватается за шею, надавливая не очень сильно, чтобы не перекрывать доступ к воздуху. Сбавляет темп, растягивая собственное удовольствие. Почти выходит, но потом вбивается с новой силой. Вымотанный Тэхён почти не шевелится, потому что усталость и боль в пояснице дают о себе знать. Но продолжает грязно постанывать, потому что знает, Чонгук это любит. Брюнет входит по основание, доводя себя до предельного удовольствия. Сперма вытекает прямо внутрь блондина, приятно заполняя изнутри. Чонгук остается в нём ещё некоторое время, прижимаясь к худой спине, шумно дыша в затылок. Пальцем обводит сосок блондина, пока пытается немного восстановиться. Наконец, выходит, оставляя между ними белую тянущуюся полосу. Тэхён падает лицом на подушки, сперма всё ещё немного вытекает на его бёдра.       Чонгук ложится на бок рядом. Находит одеяло, скомканным в углу кровати и укрывает их обоих. Прижимается животом к боку Тэхёна и еле ощутимо водит пальцами по его спине, добираясь до попы и поднимаясь обратно. Он трогает жёсткие волосы и гладит затылок. Смотрит на мокрую спину и улыбается тому, что Тэхён до сих пор на него не посмотрел. Чонгук чувствовал, как будто блондину иногда становилось стыдно, но причину этому не знал. Тэхён, на самом-то деле, сам не был уверен в причинах. Просто весь Чонгук для него — это слишком. Стыдно настолько сильно хотеть, стыдно, так сладко стонать и прогибаться. Стыдно так сильно любить и хотеть, чтобы он был рядом до конца жизни.       Тэхён поворачивает голову и смотрит на Чонгука как будто нехотя. В глазах того ни капельки стыда, губы растянуты в счастливой лёгкой улыбке. Чонгук, по всей видимости, вообще не знаком со словом «стыд». В такие моменты Тэхён, кажется, более милым и мягким, чем обычно. Когда волосы торчат в разные стороны, на шее начинают расцветать чонгуковы метки. Губы опухшие и немножко синие. В такие моменты Чонгук убеждается, что влюблён как мальчишка, до трепета в сердце и пресловутых бабочек в животе.       Брюнет осыпает маленькими короткими поцелуями всё лицо Тэхёна, вызывая смущённый смех и попытки зарыться обратно в подушку. Чонгук с таким совсем не согласен, поэтому бережно переворачивает блондина на бок и прижимается с новой силой. Чтобы каждой клеткой чувствовать худое изящное тело. Оставляет на губах почти невесомый поцелуй, чем вызывает очередную смущённую улыбку. Прижимает голову Тэхёна к своей груди и даёт тому небольшую передышку. И оба знают, что она будет, действительно, небольшой, потому что только что они сняли последние предохранители и стерли все границы. Тела снова доступны друг другу и упускать шанс насладиться этим они не собираются, пускай и на утро ходить будет больновато.