Коннор: Стать человеком

— Мне идти гулять в пледе? — поинтересовался парень, следуя за Хэнком в спальню, куда тот пошел, чтобы принять более человеческий вид, ибо на лейтенанте сейчас была старая футболка с едва различимой эмблемой полиции Детроита, поношенные брюки, да домашние тапки. — Коннор, погоди, какой плед? Ты с ума сошел? — коп тяжело вздохнул, и полез в шкаф за одеждой для этого чуда. Через пару минут отборного мата, грохота, выброшенной одежды, Коннор наконец-то получил нормальную майку, которая предательски села после стирки, из-за чего стала мала Хэнку, а где-то в закоулках шкафа были найдены старые потертые джинсы, которые почти идеально сели на парня. Хэнк оглядел одетого Коннора и хмыкнув, тихо сказал себе под нос: — Какой же ж я лох? Красавчик! *** Через пару минут коп собрался, и вместе с парнем обувался в прихожей. — Ну что, куда пойдем? — поинтересовался Коннор по выходу из дома. — Не знаю, куда-нибудь… — по скольку Андерсон выходил на улицу только когда садился в машину и выходил из нее, то он сам был озадачен таким вопросом. — Таких маршрутов не придумали пока, так что сначала определись, — настоял тот. — В принципе, мы могли бы пойти в парк. Он здесь вроде недалеко, — предложил лейтенант. — Отлично. Туда и пойдем, — одобрительно кивнул Коннор. Идти в парк с этим облтусом было той ещё проблемой. — Хэнк, смотри, собака! — Хэнк, смотри, цветочки! — Хэнк, смотри, большая полосатая муха! Я хочу ее словить! — Идиота кусок, оставь пчел в покое. Оказалось, в парке не так уж и скучно, как представлял себе Хэнк. В парке было достаточно много деревьев, и повсюду были полянки, где люди сидели и наслаждались пикниками; некоторые предпочитали сидеть на столиками возле ларьков с едой, и наслаждаться прохладными коктейлями. И только Хэнк шёл как замученный отец пяти детей. Если бы в тот момент его застрелили, он был бы самым счастливым человеком, потому что постоянные «Купи это! Купи то!» калечили его и без того потрепанную нервную систему: — Хэнк, купишь мне сладкую вату? — взмолился Коннор. — Нет, — буркнул тот. — А почему? — Коннор начал дергать лейтенанта за рукав. — Потому что я купил тебе мороженное. — А я хочу ещё вату! — У тебя там ничего не слипнется? — Где там? — удивился парень. — Ну… Ай, ладно куплю, — вздохнул мужчина. — Спасибо! Спасибо! Спасибо! — от счастья Коннор начал прыгать на месте, — А шарик? — Хуярик. — Ну пожалуйста! — парень выпятил нижнюю губу, казалось он вот-вот разревется, и Хэнку ничего не оставалось, как согласится. — Ладно, — Андерсон закатил глаза на столько, на сколько это было возможно, — Какой тебе шарик? — Вон тот, голубой, с единорогом. — Хорошо. Через час гуляния по парку нервы Хэнка, которые на тот момент были как стальные прутья, начали сдавать: — Хэнк, а давай… — Коннор, ты меня уже заколебал! Мое терпение закончилось, когда ты захотел участвовать в конкурсе «Изобрази растаевшее мороженое»! — Но я же выиграл, — обиделся тот. — Не важно, — рявкнул лейтенант, — потом мы пошли кормить этих блядских уток, и ты чуть не утопился в озере! — Но я просто не мог докинуть до них хлеб. И хотел подойти поближе… — Не перебивай меня, Коннор! — выпалил Хэнк, а потом, выдохнув, добавил: — Нет, я так больше не могу. Этой прогулки мне на всю оставшуюся жизнь хватит. Пошли домой. Коннор хотел ещё что-либо возразить, однако строгий взгляд Хэнка ясно дал понять, что ещё хоть одно слово, хотя бы словечко, и Коннор будет спать на улице, вместе со своим воздушным шариком. Домой Хэнк шёл глядя исключительно себе под ноги, из-за чего уже столькнулся с несколькими торопящимися людьми. В голову как назло заела идиотская песенка из рекламы, которую тот напевает уже минут десять. И он шел наслажлаясь исключительной тишной и спокойствием. Конор не дергал его за рукав, дабы показать нечто интересное и определённо необычное. Однако через пару минут его счастье улетучилось. — Хэнк, смотри, там в кустах что-то лежит. Пойдем посмотрим. Это определенно что-то интересное. Я уверен. — Сам лезь в свои кустарниковые заросли. Я туда не полезу, даже не проси. Через пару секунд из кустов выпрыгивает Коннор, и несёт что-то в закрытых ладошках. — Хэнк, а ну-ка угадай что там? — подпрыгивая на месте от радости сказал парень. — Понятия не имею, и даже пытаться не буду. — Та-дам! — Коннор открывает ладошки, и там лежит трупик белки, который уже обзавелся специфическим душком. — О Господи, Коннор! — крикнул коп, ударяя парня по руке, из-за чего бренное тело зверька падает на землю. — Эй, Хэнк, осторожнее. Это вообще-то мой друг, и наш новый домашний зверь. — Дохлая белка? — Она не дохлая. Она просто спит. — А ты не чувствуешь, как от нее шманит? — Ты когда напьешься, то от тебя ещё хуже разит, чем от этого существа. — Что ты сказал?! — Ничего. Тебе послышалось, — слегка улыбнувшись уголками губ произнес Коннор. *** Больше по пути домой ничего не случилось. На часах было 18.37. Хэнк был измученным и голодным как последняя дворовая псина. Но зато Коннор был довольный: наевшийся попкорна, складкой ваты и мороженного, вместе с воздушным шариком. Придя домой лейтенант первым делом сел за стол. На ужин у него были сэндвичи, купленные в магазине, ибо лень-матушка не позволяла сделать это самому. После плотного ужина Хэнк решил что немного посмотреть телевизор перед сном будет отличной идеей. Однако, к великому удивлению мужчины, перед телевизором устроился Коннор, и на что-то увлеченно пялился. " Небось смотрит какой-нибудь очередной канал про животных», — подумал тот ровно до того момента, как из зала послышались пошлые стоны на весь дом. — Коннор! Какого черта ты тут творишь?! — Хэнк выхватил пульт из рук парня, и переключив на какой-то другой канал, и уставился на того. — Это было очень странно, — тихо произнес тот. — О Боже, что конкретно было странно? — томным тоном поинтересовался Хэнк. — Вот это, — Коннор перевел взгляд на свою ширику, где был заметен бугорок. — Твою же ж мать! — закричал Хэнк, выбегая из зала. — Хэнк, что-то не так? — О Господь всемогущий, дай мне сил не застрелить его и себя прямо сейчас!