Ручной монстр

***

/несколько недель спустя/

— Юнги~я, не надо, пожалуйста! Ты же обещал, что не будешь ничего делать! — Чимин уже буквально в отчаянии. — Обещал. Пока ты не решил, что меня можно не слушать, Чимин~а, — беловолосый встал с кресла и обвёл взглядом младшего, что стоял и с нетерпением смотрел на него, ожидая помилования, — Присядь… Юнги кивнул на маленький стульчик, который одиноко стоял в углу комнаты, ничем не привлекая своё внимание, но для Чимина этот стул был слишком заметным. — Юнги~я, не надо, пожалуйста! Я больше честно-честно так не буду! — к горлу подступил комок, сглотнуть который было выше сил. Только от осознания, что этот предмет мебели находится здесь, и ждёт своей скорой участи, рыжеволосого бросало в дрожь. Перед глазами сразу несколько ключевых моментов их с рэпером совместной жизни: первая крупная ссора, в результате которой они не разговаривали несколько дней, первое громкое примирение, после которого Чимин отлёживался ещё долгое время дома, чем вызывал пошлые шуточки со стороны старшего, первое знакомство с его методами наказания… Весьма сложный момент в их жизни. Чимин, вечно боявшийся передвигать кактусы на подоконнике и трогать горячую чашку с чаем, вдруг столкнулся с любимым кожаным ремнём своей пары. Тэхён, вечно твердивший, что сам был таким и его друг просто ханжа, которая скоро вкусит всю прелесть жёстких игр в постели, ведь сам жутко тащился с доминирующего Чона и без запинки пересказывал всё, что придумал его парень на этот раз переводил тему и тащил любимое клубничное мороженное старшего, когда видел его слёзы. Было тяжело свыкнуться с мыслью, что иногда беловолосый вымещает гнев, который копится на протяжении какого-то времени весьма необычным способом, из-за которого потом нужно брать отгул в университете и круглыми сутками лежать в пахучих маслах и мазях с заживляющим эффектом, и говорить Юнги, что приходить, правда, не стоит и что всё хорошо, хотя его болезненные стоны часто его выдавали и тот приезжал с тортиком и падал на колени у его кровати, бесконечно прося прощения, обещая в следующий раз контролировать себя лучше, но потом всё повторяется. Чимин ненавидел этот маленький деревянный стул молочного цвета, ведь именно здесь обычно он терпит то, что хотел бы пожелать врагу, но на старшего не обижается, ведь, в большинстве случаев, виноват сам. Рыжеволосый представляет себя где-нибудь на безлюдном берегу океана, постукивающим в большую медную чашу, которая звонко отзывается на его прикосновения палочкой, для успокоения и переводит взгляд на окна, откуда, в отличии от квартиры Чонгука, виден цветущий сад с большим количеством гуляющих по нему людей, который уже полностью окрасился в зелёный и очень выделялся на фоне серых офисных зданий. Быстро вспомнив, что с ним собираются делать, младший запаниковал, предчувствуя знакомую обжигающую боль и ровно восемь ударов. — Юнги~я, я сделаю всё, что ты попросишь, — рыжеволосый знал, как потешить самолюбие старшего, но пользовался этим только в особо редких случаях. — Хм… — беловолосый неспеша подошёл к окну, — Прислужи мне, — не дожидаясь вопросов, он продолжил говорить, — Завтра сюда приедут важные люди и не хотелось бы показывать себя с плохой стороны, поэтому на два дня ты мой секретарь, уборщик, менеджер и так по списку. Но есть небольшой нюанс, — Чимин и не расчитывал на то, что всё будет так просто, — Я передам сегодня вечером тебе один костюмчик, который ты не снимешь, пока все эти люди не уйдут с подписанными мной документами. — Что за костюм? — Это сюрприз. И не надейся, что я просто куплю тебе классический костюм-двойку, Чимин~и. Будь готов к тому, что тебе будет очень стыдно, и не забывай, что ты всегда можешь выбрать лёгкий путь, — глазами старший указал на свой любимый стульчик. — Остановимся на варианте с двухдневным потаканием. — Твой выбор, — как-то таинственно улыбнувшись, Юнги коротко поцеловал парня в губы и, ссылаясь на срочные дела, которые действительно были, отправил того домой дожидаться посылки.

***

— Понимаешь, Чимин, она совсем замкнутая и я хочу помочь ей, научив общению с противоположным полом. Она же соулмейта спугнёт своего! — рыжеволосый только недавно зашёл в квартиру, но хозяйка решила, что нужно обязательно рассказать историю её непутёвой дочери, которая ни с кем не общается и вообще людей боится. — Я всё понимаю, госпожа Ли, но причём здесь я? — Ну… Дело в том, что… В общем. Ты парень хороший, красивый. Ей ты точно понравишься! А она у меня тоже красавица. Вот, смотри, — всё ещё не понимая зачем, он посмотрел на показанную ему фотографию среднестатистической девушки-подростка, на вид где-то двеннадцати лет, — Симпатичная, же? Так вот сходите с ней куда-нибудь. Узнаете друг друга получше. Глядишь, и парой станете… — на этих словах он понял, что нужно останавливать старушку, потому что та уже имена их детям наверняка придумывает. — Госпожа Ли, не поймите меня неправильно, но у меня уже есть пара, отказываться от которой я не собираюсь. — Чимин, не пойми меня неправильно, но если ты не сводишь её на свидание, то можешь переезжать. — К-как? Но… В смысле? — рыжеволосый теряется, ведь не хотел бы вот так просто, из-за какой-то девочки съезжать с квартиры. — Она или другая квартира? — по голосу женщины было понятно, что одним свиданием она ограничиться не намерена, а будет шантажировать и дальше, поэтому Чимину ничего не оставалось, как позвонить тому, кто мог помочь. — Юнги~я, привет, ты сильно занят? — Нет, Чимин~и, ты что-то хотел? Ничего плохого не случилось? — На счёт этого я и хотел поговорить. В общем, мне нужно сказать, что я иду на свидание с девочкой, поэтому скажи Джеру, чтобы он её не трогал, да и вообще из машины не вылазил! — И ты, вот так просто говоришь мне, что идёшь на свидание с девушкой? Да ещё и просишь, чтобы я своего охранника предупредил? — не было понятно, чего в голосе старшего было больше: бесконечного разочарования или нарастающего гнева. — Ты не так всё понял… — А как я должен был понять?! Ты мне открытым текстом говоришь, что изменяешь мне и просишь не вмешиваться! Как это ещё по-другому понимать?! — Но… Обещай, что не будешь смеяться! — Смеяться?! Мне сейчас ни хрена не смешно, Чимин! — Дело в том, что если я этого не сделаю, то меня выселят, поэтому я скажу хозяйке, что схожу с этой девочкой в кино, или в кафе какое-то, а может… — Собирайся. Ты переезжаешь. — Что? Куда? В смысле? Как переезжаю? — он ещё бы много что спросил, но Мин сбросил трубку, но несколькими секундами позже скинул извинения за свою вспыльчивость и ревнивость и то, что Джер заберёт его через час. И что же будет дальше?

***

Чимин сидел в кабинете старшего и нервно постукивал пальцами по столу, не зная, чем занять себя. Его утро началось не лучшим образом, потому что Юнги очень долго смеялся с его костюма. Он был похож на проститутку и маленькую девочку одновременно, что очень умиляло беловолосого, и что Чимин решил исправить, приложив все силы на то, чтобы тот изнемогал от желания, а не смеялся. Усталость давала о себе знать, ведь переезд дался тяжело, как и первая ночь с Юнги, ведь тот просто слишком сексуальный, чтобы так просто спать рядом с ним. — Чимин~а, они уже поднимаются, — старший влетел в кабинет, усаживаясь за рабочий стол, — Пойди сделай нам кофе, принцесска, — он откровенно издевался, а рыжеволосый, поправив капроновые колготы, начал действовать, подходя к столу и соблазнительно нагибаясь к Мину, оголяя ключицы. — Сколько чашек, хён? — только по обращению можно было понять, что тот задумал. — Эм… Н-нас будет трое, значит три, — мысли старшего смешались от столь прекрасного вида чиминовой задницы так близко, и от шлепка по ней его сдерживало только то, что гости придут с минуты на минуту. — Хорошо, хён, как скажешь… — Чимин удалился, а Юнги сжал подлокотник кресла, сдерживая картинки их прекрасного времяпровождения на этом столе, кресле, том диванчике у стены… — Здравствуйте, господин Мин. У нас мало времени. Нам назначили встречу ещё в одной компании, но она находится в Кванджу, так что у нас всего несколько часов на положительное разрешение всех вопросов, — гости поклонились и заняли места около беловолосого, — Давайте приступим.

***

— Они уже уехали? — рыжеволосый заходит в кабинет, садясь на первый по счёту диван и вытягивает ноги, уставшие от высоких каблуков, что были частью его наряда. — Чимин~а, иди сюда… — Юнги медленно встал с кресла и стал приближаться к младшему, перекрывая пути отступления. — Что такое? Я так устал, давай не сегодня. — Ты целый день нарывался, так что теперь просто принимай то, что ты сделал, — старший схватил руку младшего и положил на свой пах. — Ой… — Ой? Чимин~а, ой? Это всё, что ты смог сказать после того, как наклонялся, показывая свой восхитительный зад, поправлял короткую юбочку, закусывал губу и говорил томным голоском мне на ухо, пользуясь моим безвыходным положением? Просто «ой»?! — Тебе казалось, что я делаю это специально, — оправдываться уже не было смысла, и так или иначе концовка этого вечера уже была ясна. — Ах, мне казалось… Беловолосый наклоняется, начиная расстёгивать женскую блузку, снимая её с тела Пака, а затем разрывая чёрные колготы, откидывая их вместе с туфлями и юбкой в дальний угол кабинета, оставляя младшего в самом подходящем для Чимина наряде. — Что ты сделал? — Тебе показалось, — Юнги парировал, но силы сдерживаться были на исходе, поэтому он подхватил несопротивляющегося рыжеволосого и посадил на стол, в момент скидывая всё, что там было и встал между раздвинутых ног, чувствуя чужое возбуждение и усмехаясь. — И что это за цирк? Нельзя было просто попросить? — Так не интересно, Чимин~и. Но я могу попросить тебя снять с меня эту рубашку, а то она очень мешает… — Юнги положил маленькие чиминовы пальчики к себе на грудь. Младший старался аккуратно расстегнуть все пуговички, но, как назло, ничего не получалось и он кинул это дело, впиваясь в губы старшего жадным поцелуем. — Какой же ты ненасытный, крошка. — Ещё раз так меня назовёшь и будешь дрочить в одиночестве. — Понял, — Мин сорвал с себя ненужную сейчас рубашку и подхватил с пола упавшую баночку с лубрикантом, что уже неделю ждала своего дня. — Я готовился, — смазанные пальцы легко вошли, и Юнги ухмыльнулся, представив, как его малыш растягивает себя для него, — Ах! С-сделай так ещё, п-прошу… Стоны Чимина всегда сносили крышу, а помнящий горячую узость орган, казалось, сейчас разорвёт от напряжения. — Хён, вставь мне уже наконец! Всё. Трындец рулям. — А! Хён, е-ещё! — рыжеволосый скулил, стараясь насадиться глубже, подавался бёдрами, — Хён! Глубж-же! Беловолосый перевернул Пака, укладывая животом на стол и меняя угол проникновения, долбясь по простате с такой силой, что у младшего глаза от наслаждения слезились. — Ммм… Хён… Мин посадил Чимина на стол, прислоняясь своей горячей грудью к мокрой спине младшего и снова проникает глубоко, от чего тот голову откидывает ему на плечо и кончает, сжимая до красного следа юнгино запястье. — Чимин~и, ты прекрасен, — старший изливается следом, заполняя рыжеволосого изнутри и крепче прижимает к себе, чтобы тот не упал, обессилев. — Мне настолько идёт женская одежда? — усмехается. — Нет. Тебе идёт быть голым и подо мной, малыш…