я поймал твою бабочку

‘cigarettes after sex — young and dumb’

Если бы Чимин имел немного терпения и приложил бы приличное количество усилий, у него точно получилось бы написать научную работу о пользе составленного им плейлиста в тяжёлые жизненные периоды. К пятидесяти годам он, вероятно, получил бы нобелевскую премию за свои труды и пользу, принесенную обществу, но, не имея ни одного из факторов, располагающих к началу серьезной работы, в своём характере, он может только в очередной раз задуматься о том, что мог бы уже давно наорать на велосипедиста, который не видит, куда едет, на водителя, который с такими навыками вождения разобьёт машину в лучшем случае к концу недели, и на несметное количество детей, бегающих и прыгающих везде, где им вздумается. Город, в который они перебрались, оказывается ещё меньше по размерам и более похожим на обычную деревню, когда Чимин, обошедший по округе уже несколько километров, не натыкается ни на один магазин. Проблема вероятно и в том, что девяносто процентов времени парень смотрит в асфальт, но ему так определённо не кажется. Дай бог с рождения Чимину в два раза больше терпения, чем требуется для одной научной работы, и он бы, откинув в сторону мысли о дерьмовости своей жизни, написал бы ещё одну о пользе рассматривания асфальта, грунтовки, гравия и любого другого материала под вашими ногами, прикрепив к работе как научно-экспериментальное доказательство купюру, выпавшую из кармана впереди идущего парня и долетевшую порывами местного деревенского ветра до Чимина. Поймав купюру, Чимин, как все же честный человек, решает отдать ее владельцу, но с другой стороны он, привыкший к жизни, в которой не то что никто не даёт, а все забирают, решает последовать их примеру и оставить деньги себе. Стоять и думать об этом было бы конечно странно, учитывая частичную оживленность улиц, поэтому Чимин продолжает свои душевные метания, следуя за неизвестным. Поворот за поворотом, квартал за кварталом, и Чимин останавливается только когда понимает, что упустил парня из виду. Он поворачивает голову в надежде найти его, но вместе с умершей надеждой на встречу с незнакомцем, в Чимине воскресает надежда на «завтрак», когда он оказывается в метре от витрины довольно приличного по размерам магазина, тем более для такого небольшого города. Толкнув дверь, а после обратив внимание на табличку и потянув на себя, парень наконец заходит в желанный зал со стеллажами и одним дешевым кондиционером. Магазин не кажется привлекательным, но и не похож на страшные сны привыкшего к городской жизни Чимина. Он проходит вдоль стеллажей, рассматривая возможные варианты своего завтрака, прикидывая, что проще положить в карман или в рюкзак, чтобы остаться незамеченным. Парень добирается до третьего и последнего ряда стеллажей. Где-то между хлопьями и кофе Чимину попадается пачка крекеров, удобная по размеру и вполне устраивающая голодного парня по своему виду. Неприметно окинув взглядом зал, Чимин открывает свой рюкзак, быстро помещая туда пачку, слышит тихое посвистывание за своей спиной и медленно оборачивается. Перед ним в важной позе стоит худощавый парень с отросшими темными волосами, убранными под шапку, с виду похожий на рабочего в магазине, да и по недовольному взгляду можно сказать то же самое. — Воровать нехорошо, — сузив глаза, говорит брюнет, пока Чимин возмущённо вздыхает. — Тебе, может, деньги хоть дать — ты купишь? — У меня есть, — огрызается Чимин, вспоминая про найденную купюру. — Куплю, уж не волнуйся. Блондин разворачивается, двигаясь в сторону кассы, под недовольное фырканье сзади. Надежда на встречу воскресает вслед за первой, связанной с находкой магазина, когда у кассы Чимин видит совершенно растерянного незнакомца, пытающегося в кармане отыскать свои деньги. Выдохнув и расслабив плечи, оставшиеся в «боевом» положении после разговора с брюнетом, Чимин проходит мимо парня, подсовывая ему купюру в руки и бормоча: «Ты уронил», игнорируя все слова благодарности, звучащие ему вслед, и взгляд прищуренных глаз брюнета, отчетливо упрекающий: «Все-таки не заплатил…»

***

— Это место не кажется тебе знакомым, Чимин? — парень игнорирует вопрос, продолжая крутиться на слегка скрипящем кожаном кресле. — Если ты будешь молчать все время, от наших с тобой сеансов не будет никакой пользы… — Господи, — Чимин закатывает глаза, — можете хоть вы не вести себя со мной как с тупым ребёнком? — он вскидывает взгляд на мужчину, сидящего напротив. — Вас наняла моя мать, она оплачивает мои сеансы, в конце концов, вы — мой психолог, так разве вы не владеете кучей информации обо мне, полученной от этой шлюхи? В кабинете повисает напряженная тишина, сопровождаемая мерным дыханием психолога и постукиванием пальцев по столу. — Твоя мама сказала мне, — наконец говорит мужчина, раскрывая толстый ежедневник, — что вы жили здесь раньше… — Мне она тоже это говорила, — не отрицает Чимин, мимикой, жестами и интонацией показывая, насколько ему в данный момент не интересен их разговор, — но я не помню. Не помню город, людей, дом, ни-че-го я не помню! — отчеканивает блондин, не смотря на своего психолога. — Я всего лишь пытаюсь вывести тебя на разговор, — спокойным тоном объясняет психолог. — У тебя был брат, кажется? — А вот мне кажется, что вы пытаетесь меня вывести из себя, а вовсе не на разговор, — психует Чимин, складывая руки в замок. — Хорошо, вы конечно все это знаете, но я расскажу вам эту сказку снова, — парень закидывает ногу на ногу, копируя позу мужчины. — Жил был мой отец и была у него жена, а потом родился у них сын. Мой отец — мастер кидать семьи, он бросил жену и семилетнего ребенка, потому что у этого ловеласа была и вторая семья с другой женой и другим ребёнком — мной. — Чимин встаёт с кресла, слегка толкнув его ногой и начинает на манер психолога расхаживать по кабинету. — Я не знаю, как и почему, но та его первая семья — мать и ребёнок — умерли недолго спустя после этого. Узнав об этом, отец кинул и нас. Мы переехали в Сеул, жили там вдвоём, а потом мать нашла этого урода, хоть с деньгами, терпеть можно, — усмехается парень, откидывая назад челку, — ну, а теперь мой отчим -банкрот с кучей долгов, нам пришлось вернуться сюда, моя мать — идиотка, которая лижет отчиму, а сестра просто ещё одно существо, на которое я трачу свои нервы. — Чимин возвращается на стул и перекидывает одну ногу через другую. — Вот и сказочке конец, но вам все это, конечно, известно. — Так ты не был знаком с братом? — уточняет мужчина, параллельно записывая что-то в ежедневник. — Вообще никогда даже не видел? — Слушайте, я даже не знал, что у моего отца одновременно растут два ребёнка в разных семьях, — Чимин цокает языком, — так что я мог сотню раз встретить его на детской площадке, думая, что это всего навсего мальчик из соседнего дома. — Ты злишься на отца за это? — спрашивает психолог, положив подбородок на руки. — За то, что он бросил вас? — Его можно понять, — Чимин невозмутимо отшучивается, — моя мать просто омерзительная! Вы не будете этого отрицать, если вам удалось пообщаться с ней хотя бы минуту, так? — парень поднимает взгляд на психолога, ожидая его реакции, и удовлетворенно улыбается, когда тот слегка заметно кивает. — Я могу уже идти? — Чимин не дожидается ответа и быстро хватает свой рюкзак. — До завтра, Чимин, — мужчина смотрит на парня с неприкрытым сожалением в глазах, и Чимина это выводит из себя за долю секунды. — Ага, — бросает он и, выходя из кабинета, недовольно фыркает, — конечно. Если бы такое было бы возможно, Чимин сейчас бы метал молнии из глаз, но он может лишь мысленно сжечь секретаршу, которая всегда и совсем не кстати подсовывает ему визитки, и какого-то придурка в наушниках, который не видит дальше своего носа. — Смотри, куда идёшь! — рычит Чимин, вскидывая голову. — Ты преследуешь меня? — Нет. — Да ну? — Я к отцу пришёл, — говорит брюнет, более известный Чимину как «все-таки не заплатил…», поправляя выбившуюся из пучка прядь волос. — Он тут… работает, — парень указывает на дверь, из которой Чимин только что вылетел, надеясь никогда не возвращаться. — А он что твой… — Классно, — блондин театрально вздыхает, — в вашей деревне ни стащить ничего нельзя, ни даже к своему психологу, — Чимин гнёт пальцы, — без твоего пристального взгляда сходить невозможно? Махнув рукой на брюнета, парень разворачивается и уже почти скрывается в дверях лифта, когда сзади прилетает: — Познакомимся? — Чимин не может разобрать, усмешка звучит в голосе парня из магазина или просьба, и не знает, как отвечать. — Нет. — Захочешь бесплатной еды — приходи! — кричит напоследок брюнет, когда оба парня расходятся в разные стороны.