Стар Трек (драбблы)

      Для таких ситуаций, какая случилась нынче, у Кхана уже было готовое решение. Которое никогда его не подводило. Сводилось оно к: башку раздавлю. Когда он был молодым и горячим, между «башку» и «раздавлю» было ещё эмоционально окрашенное «нах». Когда он стал постарше, «нах» никуда не исчезло, но произносилось про себя. С удовольствием и рычанием. Сейчас ему такие слова знать было не положено, поэтому несмотря на молодость — крайнюю молодость и крайнюю горячность, «нах» пришлось снова опустить, отвечая на вопрос мрачного Спока, какой у них план?       Ситуация сводилась к следующему. Монархиня очередной, на первый взгляд дружелюбной расы, пригласила на королевский обед Кирка, предложив взять с собой компаньона по его выбору. Поскольку со Споком Кирк намедни поцапался на сексуальной почве, выбрал он МакКоя. А через двенадцать часов «Энтерпрайз» и уже начавший нервничать Спок были уведомлены, что Кирк и МакКой теперь верноподданные её величества Рисс-аты. Никуда больше не улетят, поскольку её величество отпускать гостей не желает. Понравились они её величеству.       Спок два дня вёл переговоры, взывая к разуму… или что там было у её величества, и не только. От отчаяния даже соврал, чуть-чуть позеленев при этом, что Кирк женат, а у МакКоя на корабле есть ребёнок. Стоящий рядом с ним Кхан понятливо пустил слезу, работая на жалость, а сам скосился на Спока, пытаясь понять, как это у вулканца язык узлом не завязался от вранья. Слова Спока были переданы её величеству, и был получен высочайший ответ: ребёнка МакКоя спустить на планету и воссоединить с отцом, жену Кирка казнить немедленно.       Вот так.       И когда этот ответ был получен, Кхан, стоящий рядом со Споком, потерял терпение, сказал что-то вроде: «башку … раздавлю», слово посередине Спок не расслышал, и рванул с мостика. Спок несколько секунд моргал ему вслед, а потом степенной вулканской рысцой рванул следом. В шаттл он успел запрыгнуть в последний момент, мощно толкнувшись правой ногой и рыбкой влетев в закрывающийся люк. Больно ткнулся макушкой в противоположную стенку, до которой благополучно проскользил по полу, и торопливо поднялся на ноги, потирая ушибленную макушку. Кхан сидел на месте пилота, с трудом дотягиваясь до нужных кнопок детскими руками, и решительно глядел в лобовой иллюминатор на открывающийся люк. Правый глаз у него дёргался. Поэтому Спок благоразумно решил не спорить, занял место штурмана и поинтересовался, какой у них план. Кхан вывел шаттл в открытый космос, взглянул на Спока, и сказал:       — У меня — башку … раздавить. А вы можете пользоваться фазером.       И протянул Споку фазер.       — Я полагаю неразумным ссориться с расой, космический флот которой состоит из трёх десятков звездолётов, — усомнился Спок в плане.       — Неразумно, коммандер, отнимать «папу» у генетически модифицированного шестилетки. Максимум их тридцати кораблей — варп-четыре. Наш девятый они не догонят. Так что я корректирую величеству корона-место, вы хватаете своего «мужа», я — «папу», и мы валим.       Спок снова чуть-чуть позеленел.       — Мы с капитаном не состоим в официальной связи, — счёл нужным уточнить он.       — Не вздумайте это величеству сказать. Она поймет, что вы соврали.       Спок позеленел как молодой дубок.       — Мы можем обойтись без причинения вреда?       — Тут неуместно «мы», коммандер. Потому что вы можете. А я башку … раздавлю.

***

      Величество с трудом спасли. От Спока.       Сквозь охрану Кхан и Спок прошли очень легко, с помощью доставки пиццы на дом по заказу её величества. Так радостно сообщил охране Кхан, а Спок холодно поправил:       — Доставка ребёнка доктору МакКою по приказу её величества.       Идея принадлежала Споку и оказалась очень дельной, поскольку исполнительные охранники даже проводили их до гостевых апартаментов, где был заперт МакКой. Целый и невредимый, но взвинченный МакКой. А вот запереть себя они уже не дали, приземлив охрану баиньки. МакКой со всех сторон ощупал Кхана и осмотрел Спока, убеждаясь, что никто не ранен, и тревожно сказал:       — Рисс-ата забрала Джима к себе!       К покоям её величества их сопроводил приведённый в сознание охранник, который очень хотел иметь в будущем детей. Или хотя бы секс, поскольку на Кхана он косился почти благоговейно. И вряд ли хотел завести такого дома. А когда они в эти покои ворвались, застали картину маслом. К широченной кровати был прикручен голый Кирк, рядом с которым возлежало величество с бокалом красного в руке. Кровать под величеством проседала почти до пола, а Кирк был в паническом шоке от ужаса.       Кхан ржал, откручивая Кирка от кровати и наблюдая за тем, как мощное величество пытается спрятаться от разъярённого Спока за тщедушным на её фоне МакКоем. Грозный вулканец рвался давить величеству башку… «нах»! А МакКой, сумевший в момент первого шокового ступора Спока вынуть из его руки фазер, не пускал. До величества Спок всё-таки дошёл, грамотно обойдя МакКоя при помощи обманного манёвра — очень по-вулкански, не врать, но обманывать, и чётко, внятно, логично объяснил, где оно — величество, ошиблось в умозаключениях. Потом подошёл к одевшемуся Кирку, бескомпромиссно ухватил его за бёдра, забросил на плечо, и решительно пошагал к выходу, под трагичные вопли голосящего величества. МакКой и Кхан засеменили следом. Их исход выглядел достойно и торжественно ровно двенадцать секунд. Пока не подоспели охранники. Два-три взвода. А потом они удирали сверкая пятками. И весело было только Кхану, который вприпрыжку нёсся позади всех и радостно гикал, успевая оборачиваться и корчить охране обидные и оскорбительные рожицы.       Когда шаттл вошёл в шлюз «Энтерпрайза», Спок тут же связался с мостиком, каменным тоном велел врубать девятый варп и валить… И Кхан точно знал, какое слово Спок опустил в конце предложения, но подумал. А Спок обернулся к Кирку, смотрел долго и мрачно, так, что Кирк даже поёжился, готовясь защищаться и оправдываться, и сказал:       — Я согласен.       Брови Кирка подскочили вверх, а глаза распахнулись. Плечи медленно расправились, уверенность появилась, которой не было, когда он болтался на плече Спока. Он шагнул к Споку и решительно втянул его в поцелуй.       — Сейчас, — бескомпромиссно сказал Кирк, разорвав поцелуй.       Спок уверенно кивнул.       — И что это было? — проводив их взглядом, поинтересовался МакКой в пространство.       — Вам, правда, объяснения нужны? — шевельнул бровью Кхан. — Коммандер только что согласился уступить капитану главенствующую роль.       — Джим и так главный, он капитан, — как-то растерянно возразил МакКой.       — О-о… в таком случае, вы ещё не доросли до ликбеза, доктор.       — А? — возмущение. — Э?! — понимание. — О-о… — оценка.       Кхан заржал, ухватил МакКоя за руку и потащил за собой.