В объективе камеры

      После произошедшего на крыше, студенты не разговаривали друг с другом вообще. Кому-то было похрен, кому-то было обидно. И к тому же, удивительно, что они не перегрызли друг другу глотки в тот день, наверное, все дело было в шатене, который влез в их "драку" и не допустил смертей. Даже во время совместных занятий вне ВУЗа юноши не общались, в самом университете избегали, будто играли в кошки-мышки, друг друга, пропускали совместные пары и в мыслях желали смерти даже окружающим. Каждый день от обоих исходило нечто злое, ужасное, нечистое(а :Том, пиздуй стирать носки), от чего сопровождали обоих взглядами, а порою, обсуждали прямо за спинами.       -Хэй, Том, хватит дуться. - Гулд пихнул своего друга боком, пока они шли вместе на работу.       -Да не дуюсь я. - Обижено и тихо кинул черноглазый. - Я благодарен тебе за то, что ты нас тогда разнял, но вдарить ему хочется до сих пор.       -Расслабься, что было - то прошло. Это уже неважно. - Эдд пытался убавить напряжение друга.       -Знаю, просто напрягают все эти рожи, которые смотрят на тебя сверху вниз и шепчутся за твоей спиной до сих пор. - Студент жаловался, как только мог.       -Да, тут ты прав. Уже две недели прошло, а народ все не унимается. - Задумчиво потянулся парень и остановился. - Но знаешь, это не повод, чтобы злиться на весь мир и не мириться. Тебе обязательно нужно поговорить с Ларссоном. - Второкурсник скрестил руки на груди.       -Обойдется. - Томас ждал друга в двух метрах. - Это не мой косяк, я всего лишь выполнял задание и помогал другу.       -По поводу задания, - шатен "тронулся" с места, пряча руки в карманы, - ты его с Тордом выполнил?       -Нет. - Парни снова шли наравне. - Не знаю, что с ним сделали, а на меня наворчали.       -Справедливо. - Второкурсник выплеснул слово в прохладный воздух.       Студенты замолчали и спокойно шли к бару, эта ночка будет у них тяжелой. Субботний вечер, так еще и без хозяина бара, подобен пыткам.       На всю квартиру раздалась надоедливая мелодия, по крайней мере, надоедливая для хозяина помещения. Риджуелл лениво приподнялся на локти, он пытался найти сонным взглядом свой телефон, чтобы швырнуть в него подушкой или чем похуже, но, прислушавшись, понял, что ему звонят. Парень лениво потянулся к шумному предмету и принял вызов.       -Алло? - Голос Томаса был раздражен, язык сплетался от недосыпа, но речь было возможно разобрать.       -Том! Привет, это Мэтт! - Голос из трубки звучал бодро и немного возбужденно(а :не думай об этом слове слишком долго, вредно для сознания).       -Привет. - Парень буркнул своему собеседнику, нервно продолжая. - Ты, блять, знаешь, сколько сейчас времени?       -Мм... - Харгривз задумался. - Полдень?       -Чего? - Черные глаза уставились на циферблат в телефоне. - Твою мать. - - Ругнулся Томас не в трубку. - Проехали. - Юноша вернулся к абоненту. - Чего надо?       - Ты же знаешь, что в этот вторник все первокурсники едут справлять Хэллоуин? - С долей счастья спросил рыжий.       -Нет. - Равнодушно ответил, все еще не проснувшийся, Том.       -Ну, теперь ты знаешь. - Позитивно сделал итог Мэтт. - А ты поедешь?       -Нет. - Тон парня не собирался меняться.       -Почему? - Некая печаль зародилась в голосе голубоглазого. - Это же Хэллоуин! Будет весело!       -Нет. - Сонному юноше это надоело и на отказе он завершил этот разговор, не дав собеседнику что-либо сказать.       Услышав быстрый звук, оповещающий об окончании звонка, черные глаза тут же закрылись. Парень закинул телефон на тумбу и, преждевременно выключив звук на смартфоне, повернулся на бок и продолжил дремать в половину первого дня.       Томас уже не знал, в который раз проклинал свою жизнь. Парень, сидя в автобусе полном первокурсников, как и он, угрюмо смотрел в окно и размышлял о мести своим сокурсникам, Мэтту и нескольким преподавателям, даже учителю по фотографии, который решил сделать выходной в праздник нечисти. В стекле отражались черные, жаждущие чего-то ужасного, глаза, смотревшие сквозь прозрачный материал, но не фиксируя внимание на яркие осенние пейзажи, что, постоянно как-то меняются. Сосед Томаса сидел к нему спиной, общаясь с друзьями за их сиденьями. Риджуелл ни в коем случае не хотел присоединиться к этой "тусовке", ему больше нравилось делать вид, что он увлечен красотой леса, который через месяц или полтора накроет снег.       Несколько автобусов ехали по лесной дороге, заезжая в гущу полуголых деревьев. Транспорт с двумя факультетами, организаторами и помощниками направлялся в старый, отреставрированый замок, что находился в лесу на какой-то возвышенности. Эту ночь студенты должны были провести в специальном здании, чтобы немного отдохнуть и расслабиться от огромного количества занятий. Всем было приятно, кроме Томаса. Он был единственным, кто предпочел бы остаться в городе и никуда не ехать.       -Че такой кислый, Риджуелл? - Сосед решил проявить капельку внимания к своему сокурснику. -Лимон сожра...       -Отстань. - Спокойно и холодно, даже не смотря в сторону студента, отрезал Том.       Черные глаза сомкнулись, а заботливый соседушка поморщился и отвернулся. Томасу казалось, что стало тише, но, видимо, он просто провалился в сон, потому и не замечал возгласов и смеха учащихся.       Через два часа после посадки в автобусы устроили перерыв на пятнадцать минут. Привал был устроен на окраине леса, где начиналась равнина, за которой снова шли возвышающиеся "созвездия" деревьев, выросших очень плотно друг к другу(а :когда хз, как заменить слово "лес" (=-=)). Риджуелл в не самом бодром состоянии стоял подальше от первокурсников, наслаждаясь просторами равнины и свежим воздухом, который немного щекотал легкие своей чистотой. Томас дышал полной грудью, пытаясь прочувствовать каждый атом природы, поймать запахи полевых цветов, чтобы вспомнить, что никаких не знает, кроме колокольчика, вьюна и герани, а потом снова расслабить мозг, наблюдая за солнцем, что находилось не в самом верху, но и не внизу, а где-то между. Оно лишь начинало лениво закатываться, чтобы сменить день ночью и начать головокружительный и яркий праздник с призраками, ведьмами и другими несуществующими вурдалаками, которыми фотограф не интересовался.       -Хорошая погодка. - Рассудок прожег знакомый и приятный голос шатена.       -Эдд. - С неким счастьем воскликнул Томас. Он был рад, что хоть кто-то адекватный отправился на Хэллоуин тоже. - Не знал, что ты тоже поедешь. - Энтузиазм никуда не делся, но парень стал спокойнее и тише, увидев улыбку художника.       -Да, без меня ни одно мероприятие уже не устраивают. - Кареглазый почесал затылок и присоединился к Риджуеллу, чтобы просто отдохнуть от шумихи за спиной.       Юноши молча стояли, оглядывая просторы родной страны. Они находились дальше от автобусов, чтобы не слышать чересчур громкие разговоры первокурсников. Их просто чем-то интересовала природа и только.       -Какой еще факультет едет? - Внезапно спросил фотограф, который действительно не знал ответа.       -Тебе не понравится мой ответ. - Гулд немного напрягся, но улыбка держалась на его почти расслабленом лице.       -Понятно. - Тихо сказал Том, думая уже не о плане мести, а о плане побега.       -Хочешь пересесть в мой автобус? - Предложил Эдд, так как знал, что Томас не очень сильно любит компанию своих сокурсников. - Там просто есть несколько свобо...       -Да. - За последнее время у черноглазого появилась крайне вредная привычка - перебивать.       -Ты же знаешь, что это не вежливо? - Усмехнулся шатен.       -Прости, вошло в привычку. - Том виновато покосился на друга, ожидая вердикта.       -Да ничего, - вздохнул художник, - только избавься от этого поскорее.       -Ага.       До замка без настоящих привидений оставалось около 3-4 часов без остановок. Как Риджуелл и пожелал, он пересел к Гулду, где было тише и спокойнее. Студенты мирно беседовали, дремали, размышляли о празднике. Оказалось, что другие факультеты поехали в другие места и что некоторые третьекурсники уже готовят здания к празднику. Эдд рассказывал об истории замка, его красоте и конкретном положении, что дорога к нему проложена недалеко от оврага, который больше напоминал обрыв к густому лесу и что на въезде всех первокурсников планируют высадить, чтобы те шли по возвышающейся дороге к замку.       -Зачем? - Поинтересовался гитарист.       -Жути нагнать. - Сообщил помощник по мероприятиям. - Вы пойдете парами прямо ко входу в замок по темени, но путь изредка будут освещать фонари, чтобы вы в конец не заблудились и держались нужного маршрута.       -А можно мне не идти? - С маленькой надеждой спросил Риджуелл.       -Не получится. - С сожалением в голосе сказал шатен. - Вас ровно сорок человек, пропажу быстро заметят.       Фотограф нахмурился и решил для себя, что пойдет в самом конце, замыкая цепочку из пар.       -Бесят...       -Готовься. - Гулд уперся руками в сидение, что было впереди него.       -Чего? - Черноглазый удивился и моментально положил руки так же, как и Эдд, но не напрягся.       Меньше, чем через несколько секунд, парень почувствовал противную боль во лбу. Транспорт сделал резкую остановку, из-за которой Риджуелл не удержался. Парень нервно потирал больное место, ожидая дальнейших команд.       -Я же предупредил. - Эдд повернулся к собеседнику, поймав недовольный взгляд. - И не говори, что это моя вина.       Томас дулся, пока не вышел из автобуса. Солнце почти село, но этого практически не было видно, так как деревья были далеко не маленькими. Казалось, что в ночи, где-то в далеке светит теплый розоватый огонек, притягивающий взгляды сквозь сухие, старые, замшелые стволы, которые хотят скрыть этот свет от путников. Уже виднелась луна и звезды на небе, которые лишь скрашивали эту картину.       Первокурсники столпились в кучу, на окраине которой находился Том. Учителя рассказали группе байку о том, что шины транспорта спущены, будто кто-то их проколол, потому путь придется продолжить пешком. Пока Том, ждал, пока останется один человек, он увидел недовольного Ларссона, что встал в пару с Мэттом. Парни быстро переглянулись взглядами и вмиг отвернулись, желая не видеть друг друга. Люди собирались в мини-группы, после чего их поочередно пускали в лес, удерживая какие-то расстояние между парами. Учителя объясняли это тем, что студенты слишком сильно шумят, когда их много, а лес, сквозь который они пробираются, проклят, потому нельзя громко базарить, ведь придут привидения, женатые на кракозябрах, леших и психах-дантистах, и сожрут их души. Как страшно, да-да.       -Ты один? - К Риджуеллу подошла его сокурсница.       -Ага. - Парень повернулся и увидел девушку, что всегда была тише травы, ниже травы.       -Пошли. - Девушка лицом мотнула в сторону уходящих. - Мы последние.       Группа припозднившихся студентов явилась на территорию праздника. Они лицезрели высокий каменный замок, с большим количеством башен, колпакообразные крыши которых накрывали серые низкие облака, маленькие окошки приятно светились, напоминая огоньки от старых ламп или светлячков на темной, неосвещенной луной, поляне. Весь двор был украшен разноцветными лампочками, светящимися тыквами со смешными рожами и прочими элементами хэллоуинского декора, которые не особо сильно наводили жути. Девушка тут же исчезла где-то в толпе. На территории были различные палатки с мини-играми, шведский стол с несколькими огромными кувшинами, уже лишь на половину полными пунша, небольшой сад с живыми деревьями.       Пройдя мимо деревьев по каменистой дорожке, русый наткнулся на ветхое, маленькое, деревянное сооружение. Пройдя мимо и прислонившись к холодным доскам, из которых состояла стена той самой постройки, парень достал из кармана своего белого, длинного, осеннего пальто пачку и зажигалку. Руки слегка подрагивали от прохлады, но зажечь вредную вещицу сероглазый смог. Медленно втянув вредный дым, юноша задержал его в своих легких, не задумываясь ни о чем, будто разгребая все мысли и посылая каждую куда подальше. Забывшись и выпустив "пар" в холодную атмосферу, студент начал пялиться в небо, гадая о заново вернувшихся идеях, словно песок, таких сыпучих, якобы легких, но когда их много - начинаешь тонуть.       -Бесит... - Зажав сигарету сухими губами, высказался Торд.       Он слабо ухмыльнулся, полностью отдаваясь вкусу, который когда-то отвергал. Не противно, но и не приятно. Просто необычно, но уже чертовски привычно. Лениво отведя взгляд от небосвода, юноша все-таки решил взглянуть на окружение. Какие-то банки, на краях которых виднелись следы краски, столбы деревянных ящиков, что были опустошены, миски для корма. Возле "стопок" с ящиками лежали несколько пустых, ржавых мисок.       -Что ты здесь делаешь? - К курящему со стороны деревьев подошел шатен с каким-то кормом в специальном пакете и бутылкой, явно наполненной молоком. - Торд Ларссон, верно? - Юноша приветливо улыбнулся.       Торд опешил от знаний незнакомца, но пухловатое лицо выглядело знакомо.       "Тот самый?" - Сверля взглядом не новую личность, подумал сероглазый.       -А ты... - Парень настойчиво пытался поработать мозгами и вспомнить имя нежданного собеседника.       -Эдд Гулд. - Шатен прошел прямо к мискам.       -Точно... - Ларссон наблюдал за каждым движением, не забывая снова вдыхать и выдыхать содержимое легких. - Это..? - Парень хотел спросить про корм, но вздрогнул.       О светло-серые штаны и белые кеды терся котенок. Торд, опустошив грудь, сел на корточки подавая кошаку руку. Полосатый, серый, еще совсем маленький кот начал тереться своим хрупким тельцем, не задумываясь о том, кто перед ним. Равнодушно русый начал гладить мелкое чудо, забыв про сигарету.       -А ты ему нравишься. - Сказал Гулд, отходя от мисок, что были полны еды и молока.       Первокурсник резко отдернул руку от животного, после чего тот моментально подбежал для принятия трапезы.       -Он бездомный, ошивается здесь - рядом с замком. - Начал разъяснять шатен. - Не хочешь взять его?       -Чего? - Вопросительно подняв бровь, слегка возмутился подросток. - Нужен он мне...       Торд вспоминал детство. Ему никогда не разрешали держать животных в семейном доме, даже трогать чьих-либо, в то время, как у многих его знакомых, в том числе и у Мэтта, были какие-то питомцы. Тут парень и задумался.       -Может, подумаешь? - Настоял второкурсник.       -Если откажусь, то попросишь снова, верно? - Сверля недоверяющим взглядом, согласился сероглазый.       -А ты разбираешься в людях.       -Просто наслышен.       -Эдд, я... - К парням присоединился черноглазый, который моментально заметил Торда и огонек от сигареты в его руке. На мгновение он замолчал, но дара речи не лишился. - В общем, твои друзья сказали, что нужна краска для какого-то плаката.       Томас сверлил взглядом серые глаза, которые тоже были не из робкого десятка.       -Хорошо, сейчас найдем. - С этими словами художник отправился на обозревание имеющихся банок. - Везде пусто. Краска кончилась. - Через пару минут он сделал итог, сложив руки на боках, показывая недовольство. - Надо сходить на дальний склад за новыми банками. Том?       -А? - Риджуелл оторвал недовольный взгляд от курившего студента, который постоянно пытался добраться до него своим дымом.       -Не мог бы ты сходить на дальний склад за краской? - Немного жалобным голосом попросил Гулд.       -Ладно. - Гитаристу было абсолютно плевать на то, куда идти и зачем, просто ему было нечем заняться на этом "прекрасном" мероприятии.       -Я пойду с тобой. - Неожиданно для всех подал голос русый.       -Чего? - Возмущенный голос фотографа не знал границ.       -Отлично. - После этого слова Эдвард поймал крайне недовольный взгляд от Томаса. - Том, тебе за один присест все равно не утащить, пусть поможет.       -Только посмей на меня дыхнуть, Ларссон. - Гнев пропитал недовольный голос плотностью.       -Боюсь-боюсь. - Равнодушно кинул Торд, собираясь отправиться невесть куда.       -И где твой склад? - Поинтересовался наконец-то технарь.       -Ну... - Гулд взял на руки сытого котенка, который просил внимания, и начал объяснять юношам что, где и как.       -Какого черта ты решил мне помочь? - В гробовой тишине между деревьев неким гулом распространился голос Риджуелла.       -Хотел, - русый как-то странно поник, думая над ответом или же просто растягивая момент, - хотел извиниться.       Том молчал, косо рассматривая Торда, ожидая чего-то необычного. Молчание вновь нависло над парнями, но ветер, который срывал последнюю листву с деревьев, не позволял им сойти с ума. Огни за спинами "затихали", скрываясь за некой "стеной" природы. Звезды было видно, но не так ярко, как раньше. Чертовы тучи закрывали почти все, пряча в своей густоте даже луну.       -Я зря вспылил тогда. - Хриплый голос резал воздух своим существованием. - Не привык, что от меня, так сказать, мало что зависит и просто не под моим контролем. - Серые глаза уставились на небо, выискивая тусклые огоньки. - Я не знал о проблеме Мэтта и, когда узнал, что вы решили все без меня, я... как-то... - Кажется, парень почувствовал стыд, потому быстро отвернулся от неярких светил, чувствуя ускоренный бит сердца. - Не знаю. Все равно это не только моя вина, ясно? - Продолжая прятать взор, оповестил своего "друга" юноша.       -Ага, - Том тяжко вздохнул.       -Вот так вот просто? - С легкой иронией или насмешкой спросил Торд.       -Ага.       Немного подумав, Ларссон отвернулся от собеседника. Его голова была полна неясными мыслями об отношениях с каким-то черноглазым придурком, которого порою хочется задушить, но иногда просто хочется посидеть на парах и побазарить с ним или же просто вывести из себя, а потом смотреть на дующегося парня, который кусает нижнюю губу.       -Как думаешь, - голос Тома заставил русого слегка вздрогнуть своей резкостью и неожиданностью, - какие между нами отношения?       -С чего это ты вдруг?       -Да как-то подумалось на днях и задумалось. А что такого?       Юноши встретились глазами. Оба чувствовали какое-то непонимание, смущение.       -Ладно, забудь, - Риджуелл отвернулся.       -Чего-чего? А ну стой!       Торд подхватил черноглазого под руку и заставил остановиться, слегка притягивая к себе. Юноша выглядел очень решительно, глаза так и пылали решительностью.       -Вот я... вот стой... вот дай подумать.       Русый отпустил своего спутника, скрестив руки на груди. Выражение его лица так и сияло мыслительной деятельностью.       -Ого... так ты думать умеешь, - сказать, что Том был удивлен, — ничего не сказать.       -Друзья.       -Что?       -Лично мне кажется, что мы друзья, - отводя взгляд куда подальше от черных глаз, заявил Торд.       -Вот как, - данная мысль заставила Риджуелла задуматься, - наверное.       -Ничего так склад, - прямо с порога прокомментировал Том, проходя в глубь старой постройки.       -Это больше на мусорку похоже, - добавил и свое слово Торд, осмотревшись, - причем очень пыльную.       Юноши начали искать банки с красками в углах и небольших тумбах, под какими-то целофановыми пленками, пакетами, оставляя огромные и старые деревянные полки с огромным количеством различного хлама и паутиной.       -Видимо, придется лезть наверх, - заявил Том с какой-то неуверенностью.       -Ты чертовски прав, друг мой, - подытожил Торд, явно намекая другу на свое нежелание лезть наверх.       -У нас только одна лестница, - Риджуелл посмотрел в сторону старой деревянной лестницы, которая одним своим видом говорила о неустойчивости.       Повисло неловкое молчание.       -Давай на камень, ножницы, бумага? - Предложил Ларссон.       -А давай.       -Подержи пальто, - черные глаза вызывающе и мрачно смотрели на русого.       Томас долго боролся с Ларссоном, который обыграл его в каждом раунде. Парень припирался как мог, проклиная и обвиняя все, на чем стоит белый свет, то есть — Торда.       -Может ты туда полезешь? - Поставив ногу на первую ступеньку, спросил парень с некой надеждой.       -Нет.       -Пидора ответ, - Том с кислой миной полез наверх.       -Шлюхи аргумент, - Торд провел успешную контратаку в словесной борьбе.       Риджуелл с легким оскалом начал нервно рыться в горе пыли и хлама, поднимаясь все выше и выше. Ступеньки под ногами слегка прогинались и издавали не самые приятные звуки.       Торд спокойно удерживал лестницу внизу, чтобы та не упала, если вдруг. Парень засмотрелся в окно, наблюдая за тем, как меняется небо снаружи.       -Том? - Хмуро обратился к технарю парень.       -Чего тебе? - Нервно и раздраженно спросил Томас.       -Кажется, дождь начинается, - без какого либо энтузиазма сообщил парень.       -Какого?! - Взяв в руки искомую банку, воскрикнул черноглазый.       Послышался треск.       -Том!       Ступеньки под ногами прогнулись окончательно и сломались. Риджуелл столкнулся с Тордом во время приземления, снося русого с ног. Оба грохнулись с громким матом и шумными пожеланиями данному месту.       -Дьявол!       -Да успокойся! Не помер же!       -Да, блять, не в жопе дело!       -А что тогда?!       -Эта хуева банка пустая! Я зря рисковал жизнью!       Риджуелл с самой жестокой злобой бросил банку в неизвестном направлении.       -Ай!       Том резко согнулся и ухватился за живот.       -Ты чего? - Торд схватил парня за плечи, явно неосознанно.       -Поранился... - Риджуелл шипел от непривычных ощущений, - не смертельно. Нормально.       Поднимаясь на ноги, черные глаза прожигали деревянные половицы.       -Кофту жалко.       Начался ливень.       -Доставай зажигалку.       Парни сидели напротив сломаной лестницы с повисшими головами. За окном во всю шумно ливень, так и говоря парням, что сегодня они уже никуда не пойдут.       -Сильно болит? - Атмосферу безысходности разрушил Торд.       -Нормально. Поболит и пройдет.       -А обработать?       -Пф... - парень лишь махнул рукой в ответ.       Только дождь и был слышен.       Такая серая безнадега напрягала русого, давила на него. Юноша не привык к таким ощущениям, к этой отчаянной скуке.       -Чем займемся?       -Я пойду спать.       Риджуелл достал из угла старый, пыльный и грязный матрас.       -Серьезно?       -Ага.       Застегнув пальто, черноглазый бессильно упал на не самую приятную "кровать" и принял привычную позу для сна на боку.       -А мне что делать?       -Что хочешь.       Безразличие в голосе Тома раздражало Торда. Парень не задумывался, что это могла быть просто усталость, потому что сам хотел завалиться где-нибудь. Он хотел спрятаться от этой скуки, которой всегда боялся, которую всегда проклинал, от которой всегда веяло холодом. Он сидел и чувствовал, будто что-то терял, будто что-то утягивало его разум куда-то в глубь. Внутренние страхи?       -Ну и ладно, - резко выпалил парень, укладываясь на холодном полу.       Ему хотелось поскорее спрятаться от этих чувств, он пытался уснуть. Он старался. Он заставлял себя просто уснуть, но в итоге он даже не мог сомкнуть глаза.       -Том, ты спишь?       Ответа не последовало. Торд не понимал, притворяется ли Том или нет, но проверять не стал. Да и не так уж это и важно.       -Бесит... - Парень повернулся на бок и продолжил заставлять свой организм засыпать.       Торду не спалось. Из-за холода он много ворочался и переворачивался с бока на бок. Парень поджал коленки к животу и обхватил их руками. Он лежал. Долго лежал. Но все равно было очень холодно. Юноша не выдержал. Русый перевернулся на спину и раскинул руки и ноги в разные стороны. Стало только хуже, но ничего другого он придумать не смог. Юноша начал раздражаться из-за того, что не может уснуть, из-за того, что он спит в каком-то жалком сарае, из-за того, что Риджуелл преспокойно сопит напротив Ларссона. Торд повернул голову и посмотрел на Тома. Тот лежал спиной к парню и он явно не чувствовал дискомфорта. Ларссон повернулся на бок и продолжил сверлить спящего взглядом. Просто так. Он смотрел в его спину, видел, как тело немного поднимается и тут же опускается - дышит. От черноглазого исходило лишь спокойствие. Это успокаивало. Появлялось желание тоже пасть в царство Морфея, но внешние факторы не позволяли этого сделать. Русый никогда не спал на полу в холодном сарае во время Хэллоуина.       -Блять. - Торд сел на задницу, приобняв свои коленки вновь. Парень уставился в неизвестную точку под ногами и задумался о чем-то. Какое-то время спустя он снова посмотрел на спящего и подумал о чистейшем безумии. Замерзающий встал, подрагивая от холода, сложил руки на груди, пытаясь сохранить хотя бы немного тепла. По телу в быстром темпе бежали мурашки, юноша дышал медленно и глубоко, в один момент все мышцы свело от судороги и тут же отпустило. Он медленно шел к мирно сопевшему другу по несчастью, пялясь на него то ли от зависти, то ли просто от своего горя с некой просьбой. Каждый шаг был очень трудным для тела, гордости и еще раз гордости. Когда Торд подошел к грязному, старому, рваному матрасу, то помедлил, он остановился. Гордыня не позволяла даже нагнуться к, наверное, теплому, мягкому, мирно сопящему, слабому, беззащитному, мило... Кхм... К Томасу. Просто к Томасу. В который раз Ларссон преодолевал свою брезгливость, в который раз он говорил гордыне "нет", в который раз тело Торда умоляло просто лечь на что-то более удобное, даже если и грязное, чем чертов пол. Он с грустью, будто ломаясь, словно по костям начинают бежать трещинки, медленно опустился на корточки. Парень опустил правую руку на матрас. Он был мягкий и пыльный, приятный и противный. Надавив немного больше, почти упираясь, под брезгливой рукой послышался некий скрип или что-то на него похожее. Пружины. Ржавые, старые, шумные пружины. Невольно брезгля посмотрел немного выше, на Тома, он спал. Все так же мирно сопел. Ларссон почувствовал небольшое облегчение. Он положил вторую руку на "мусор" и полностью уперся в него. Снова скрип. Торд не сводил глаз с Риджуелла. Парень начал постепенно укладываться на "гигантскую подушку", принося все больше напрягающих звуков, которые продолжали раздражать юношу.       "Ебаный матрас, завались нахуй." - По лицу Теодора начала стекать капля пота.       Он знал, что если Риджуелл проснется, то уже никто и никогда не позавидует Ларссону. Тот начнет орать, полезет в драку и никто их уже не остановит, и лишь Бог знает, кто останется в живых, а кто останется в сраном, полном помоев сарае, только уже будучи трупом. Дрожь стала сильнее, но уже не от холода, а от страха. Зрачки серых глаз сузились, по телу снова пробежала волна щипавших мурашек. Снова появилась капелька пота, которая досаждала своим существованием. Торд чувствовал все: тягость своего дыхания, тяжесть, с которой стучало сердце, скорость мелькания своих глаз, которые уже дергались, новый пот, который уже распространялся не только по лицу, но и по телу, казалось, что он улавливает каждую клетку крови, протекавшую в его горящих венах. Адреналин? Лишь из-за желания тепла?       "Как мило и жестоко, блять." - Подумал сонный юноша.       Он постарался немного успокоить себя, чтобы не издавать лишний шум, так как боялся, что Том может проснуться от одного его спокойного вздоха. На матрасе уже появились слегка дрожащие коленки. Скрип за скрипом. Это так сильно резало слух и нервы Торда, что он просто хотел уже сорваться и наброситься на Риджуелла - лишь бы согреться. Под перемещающимися коленками скрип от пружин только сильнее. Глаза горели ясной яростью и на лице появился хищный оскал. Это из-за жестокой судьбы? Из-за того, что цель буквально под носом? Из-за сильного стресса и раздражения? А может страха? Скорее всего - все и сразу. Это бесило парня еще больше, но он не успокоится, пока ему не станет хоть чуточку теплее, он всегда получает то, что хочет. Такова была его натура почти с детства. Рано или поздно он всегда добивался своего, даже годы спустя.       -Мммх... - Том поворочался и перевернулся на другой бок, лицом к Ларссону.       Не спящий парень застыл в ожидании. Он не знал, что думать, он не знал: молиться ему или нет. Он просто замер со страхом и некой яростью в стеклянных глазах. По телу пробежались мурашки, резко стало холодно, тело словно парализовало то ли от судороги, то ли от шока. Кадык поднялся и медленно опустился - Торд тяжко сглотнул. Ему казалось, что черные очи сейчас откроются и всему конец. Он ждал. Ждал несколько минут, пока не моргнул и не осознал, что Риджуелл все еще спит, что произошедшее было случайностью, что звуки ржавых и прогнувшихся пружин под теплым телом около его колен не были смертельны ни для кого. Страх не отступил, но парень смог освободиться от "оков".       Юноша дотронулся до черного пальто двумя пальцами и провел вниз на несколько сантиметров. Тепло. Кончики пальцев быстро согрелись, можно было даже не проводить. Глаза русого тут же расширились, будто он нашел нечто бесценное и необходимое каждому человеку на этой планете. Тепло. Торд положил руку на плечо и провел вдоль руки вниз до локтя. После этого парень начал аккуратно отталкивать руку, тем самым роняя спящего Тома на спину. Пружины предательски скрипели, нарушая меланхоличную и безумную обстановку. Перед сверкающими глазами открылся новый и невинный вид Риджуелла. Юноша сладко спал, мирно сопя со слегка приоткрытыми губами, его тело было расслабленым, мягким, теплым, приятным, хоть оно и "заточено" в пальто, худи и прочее. Ларссон был в предвкушении, ему хотелось побыстрее согреться, почувствовать хотя бы капельку удобства. Русый судорожно потянулся к собачке застежки, но когда схватил ее двумя пальцами, то с опаской посмотрел на спокойное лицо Томаса. На один момент парню показалось, что тот открыл глаза и наблюдал за каждым движением холодных рук. Наверное, у Торда началась паранойя, так как заветное тепло было практически в его руках. Он потянул вниз, продолжая наблюдать за физиономией спящего, рассматривая каждый сантиметр, будто открывая для себя что-то новое. По сути дела, так оно и было, ведь до этого русый еще никогда не видел Риджуелла таким. Торд и не заметил, как расстегнул пальто полностью, он просто смотрел на Тома, не отрываясь, он уже и забыл про свою "миссию". Однако, парень заметил, как Томас поморщился. Он тут же глянул вниз и понял, что ему стало холоднее. Парень одернул руку от собачки и, уже двумя руками, слегка раздвинул края одежды. На его глаза попался огромный разрыв в толстовке черноглазого, который появился относительно недавно, присмотревшись, даже в кромешной тьме можно было разглядеть длинную красную царапину на торсе. Почему-то сердце Ларссона пропустило один удар. Где-то внутри стало как-то неприятно и парень почувствовал какую-то горечь на языке. Снова кажется. Красная полоска потянула на себя все внимание неспящего, гипнотизируя. Том вздрогнул.       Видимо, гипноз раны был слишком сильным, так как парень и не осознал сразу, что прикоснулся к красной полосе своими пальцами. Когда он обратил на это внимание, то хотел одернуть руку, но что-то ему помешало. Страх? Какой-то шок? Неизвестно, Торд попросту не соображал, но он уже знал, что гипнотизирует его не рана, а приятные ощущения. Мягкая, теплая, нежная кожа. Парень не ограничил себя и медленно проник рукой под толстовку сквозь брешь. Он почти впился всей своей ладонью в горячий торс спящего. Ларссону на момент показалось, что он испытал детское счастье, будто ему, будучи ребенком, подарили желаемую игрушку, о которой мечтал больше года. Наверное, ему не показалось и юноша, не отдавая отчета своему поведению, искренне улыбнулся, словно тот же ребенок.       -Мммх... - Со стороны Риджуелла послышалось кряхтение, а, может, Теодора обманул его собственный слух и это было шипение?       "Черт!" - Быстро, но плавно парень отдернул свою руку от чужого желанного тела. - "Я потерял самообладание. Томас, ты дьявол."       На минуту сердце русого быстро забилось, будто теряя что-то, дыхание сбилось, парень не знал, как поступить, ибо резко начал мыслить реалистично. Он неожиданно для себя задумался: почему его так тянет к Риджуеллу? Мысли по поводу этого вопроса завертелись в замерзшем сознании и парень подумал, что Том очень приятный на ощупь и Торд был бы не против прикоснуться к голому телу юноши снова. Шлепок. Из-за нервов и неправильных мыслей на лице сероглазого появилось красное пятно. Пощечина. Он ебнул себе по лицу, чтобы привести голову в порядок и дать четкий отчет своим действиям и мыслям.       "Я просто замерз. Мне нужно тепло, иначе я не усну и под глазами появятся мешки. Я не домогаюсь до этого долбоеба. Он мне, вообще-то, противен. Он никто для меня и моего будущего, просто так сейчас сложились обстоятельства и в настоящем я хочу использовать его в своих непошлых целях. Без разврата." - Самовнушение порою помогает людям делать нечто невозможное, но не на этот раз. - "Ларссон, ты полный долбоеб. Несешь полную хуйню в своей тупой башке. Хватит." - Юноша будто скорчился от боли в животе, снова ломаясь, вот только он не понимал, что конкретно ломалось внутри него. Гордость? Брезгливость? Чувства? - "Неважно."       Юноша сдался. Он сделал для себя наипростейший вывод: утро вечера мудренее. Ларссона отпустило. Он сдался, так будет правильнее. Серые глаза снова вгляделись в очертания лица Томаса. Оно не было спокойным, но и буйным тоже не было. Всего лишь некое напряжение от холода. Всего лишь напряжение.       Под холодным телом снова разразился скрип металла. Парень прилег на бок, удерживаясь на локте, но уже через мгновение с более сильным скрежетом он лег полностью. Его тело было расположено параллельно телу Риджуелла. Он снова смотрел. Он снова смотрел, как спящий ежится, как его светлые брови слегка дергаются, как он морщится во сне. Невольно Торд снова улыбнулся, но уже печально. Легонько юноша потянулся рукой к закрытым глазам. Когда пальцы были в нескольких миллиметрах, то он остановился. Слабое тепло.       "Как странно." - Подумал Ларссон без какого-либо желания оскорбить. - "Он всегда... такой?"

Такой?

Какой?

      Мысли проносятся одна за другой. Какой? Такой... Теплый, притягивающий, как магнит, вроде, не особенный, но хер его знает. Может, добрый? С чего это? Может, просто приятный? Какие еще бывают кроме холодных, упрямых, тупых, злобных, безжалостных, дерущих душу и совесть с моралью на пару, бесчувственных, требовательных... Разные, но не такие. С Тордом происходит нечто неестественное для него - он погрузился в мысли. Раньше юноша никогда не задумывался, тем более, о человеке, он никогда не размышлял на эту тему, не задавал лично себе так много вопросов, никогда не ждал ответов так долго. "Какой?" - Снова подумал Теодор. - "Нужный." - Костяшками двух пальцев Ларссон провел по очертаниям спящего лица.       Никакой реакции. Только сопение.       После этого русый убрал руку, но ненадолго. Быстро, почти бесшумно, он пустил руки под темное пальто, прижимаясь, слыша пружины. Парень скрестил руки на малознакомой спине и уперся лицом в грудь, глубоко вздохнув. Странный запах. Непонятный, смешанный, но достаточно приятный, не отталкивающий. И снова. Тепло. Торд жадно вцепился в сопящего юношу, казалось, что он был готов разодрать его к чертям собачьим. Тепло. Приятно. Словно наркотик для наркомана. Алкоголь для алкоголика. Сигарета для курящего.       -Как, блять, мило. - Промычал в синюю толстовку Ларссон.       Серые глаза закрылись, тело чувствовало облегчение, может, некий восторг, гордость была сломана на миллионы кусочков, но Торду было практически плевать на все это. Ему просто было хорошо в эту холодную ночь.