Кафе Антейку или что тут происходит?!

«Что? Как? Каким образом из России в Японию, так ещё и во вселенную ТГ? Это же сон, да?» — паниковала я, прижав руки по швам, и смотрела на свои ноги. Сзади послышался знакомый голос: — Bon Appetit! — я развернулась и очень удачно, так как барная стойка была разломана до огромных трещин и, казалось, от одного вздоха могла развалиться. Я сидела полубоком, почти спиной к источнику звука — высокому мужчине и элегантном костюме цвета сирени и фиолетовыми волосами. В шоке и ужасе я не смогла открыть рта и закричать, глаза метались в разные стороны и вот, прямо передо мной выход. Ура! Я оттолкнулась посильнее от стула в сторону двери, но кто-то пнул меня назад и я упала на пол. Боль, ужасная, ноющая боль в животе. Я открыла глаза. Сверху на меня смотрели гули и сверкали своими красными зрачками, которые когда-то меня не пугали, теперь же охота спрятаться или убежать от них подальше. Я съёжилась в комочек, закрыла глаза руками и думала «Всё, или мне конец, или я проснусь и снова моим нервам будет плохо». Но тут я услышала спасительные слова от Канеки, который всё так же стоял за баром: — Handikyappu wa jû-byô desu. Jû… ku… haku…* — я не поняла, что он сказал, но услышав, как убывают числа, очнулась, вскочила на ноги и побежала к выходу. Когда я выбегала, услышала «go»** и поняла, что времени совсем мало. Я выбежала на улицу и искала многолюдные места. Боль всё не утихала, я вышла на главную улицу. Люди, очень много людей, впервые я была рада большему скоплению людей вокруг меня. От облегчения, или от боли, я замедлилась, было больно ходить. «Конечно, тебя ударили по жизненно важным органам со всей дури, пробежала марафон, так ещё жалуешься! Ай ай ай! Как же по-японский спросить направление к больнице? Может, они правда мне что-то сломали?» — рассуждала я, но не смогла ничего сказать, кроме одной фразы, на которую отозвалась девушка, шедшая впереди: — Tasukete! *** — а дальше кромешная тьма.

***

— Лера… — звучал в далеке голос, приятный, знакомый голос — Лера… — чувствуется тепло, мамино тепло. Это её голос — Лера… Проснись! — Мама! Это ты? — во мне загорелся лучик надежды. Я ничего не видела, но чувствовала, что она рядом. — Проснись! — голос отдалился. — Нет! Мама! Не уходи! — Лера… Проснись! — он стал ещё дальше, но вдруг над ухом послышался искаженный голос мамы — Очнись! Я широко открыла глаза. В комнате приглушенно горел свет, я лежала на чьей-то кровати, за окном всё также виднелся ночной Токио. В другой части комнаты, за столом, сидела девушка и, как мне показалось, читала. «И что мне делать? Я местный язык на базе «привет, как дела» знаю. Как мне общаться, тут иностранцев практически нет, а русских ещё меньше.» — Чёрт! — выругалась я, чем привлекла внимание девушки. Она посмотрела на меня, что-то радостно сказала и начала расспрашивать. От её говора в моей голове образовалась каша и я не успевала понять, чего она от меня хочет. «Что делать? Что делать? Как сказать ей остановиться? Как сказать стоп? Аааа!!!» — Стой! — крикнула я. На удивление, она замолчала, видимо, от неожиданности. Но вскоре улыбнулась и медленно произнесла. — Hajimemashite. Watashi wa Yoriko desu.**** — «Ё-ёрико?»