***
— Ты знаешь, что такое власть, моя ученица? — спросил Дарт Сидиус пристально глядя во внимательно наблюдающие за ним карие глаза Леи, — Власть — это то, ради чего стоит жить, — тихий голос Палпатина успокаивающе проникал прямо в подсознание, — Чтобы действительно иметь ее, нужно понять и принять Силу по-настоящему. Тёмная сторона Силы открывает путь к невообразимым способностям, которые джедаи считают неестественными. Для этого необходим страх. Страх других перед тобой. Я хочу, чтобы ты ощутила это дурманящее незабываемое чувство. Стремление властвовать у тебя в крови. Ты должна осознать свое могущество, — на мгновение Сидиус остановился посмотрел на ученицу, которая не шевелясь и не издавая ни единого звука внимала его словам, и продолжил: — Ты уже на первой ступени — начинаешь испытывать жажду власти. Теперь необходимо сделать первый глоток. Первый глоток пьянит больше всех последующих. Власть приятнее всего испытывать над тем, кого ненавидишь, — продолжал он обращаясь к ученице. — Теперь таких наверное и не осталось, — грустно усмехнулась Лея. — О, как же ты ошибаешься. Твой отец рассказал мне о том человеке, которого ты ненавидишь с вашего первого, так скажем, знакомства.***
«Лусанкия» была вторым построенным звёздным суперразрушителем класса «Палач». Император Палпатин принял решенте скрыть существование «Лусанкии» и спрятать разрушитель на поверхности Корусанта, под видом проектора планетарного щита. Затем «Лусанкию» переквалифицировали в тайную тюрьму для политических заключенных. В этой тюрьме не гнушались проведением пыток и пользовались любыми способами ради достижения цели. Сейчас Лея прибыла на борт «Лусанкии» вместе со своим учителем. Их проводили до ряда тюремных камер, которые друг за другом располагались по коридору, бесконечно уходя вдаль. Она хорошо помнила эти места и эти тесные, темные камеры с голыми белыми стенами, которые давят на тебя своим грузом. Она помнила, потому как не так давно сама сидела в точно такой же на разрушителе собственного отца. Девушка твердым шагом зашла в помещение, где царил полумрак, а свет еле пробивался через приоткрытую входную дверь. Сначала она не заметила в комнате признаков присутствия кого-либо, но затем внимательно присмотревшись уловила на полу какое-то движение. Под ее ногами со скрепленными с помощью наручников руками лежал никто иной, как бывший гранд-мофф Таркин. — Ты?! Да как ты смеешь?! — крикнул он полным яростного возмущения голосом, увидев перед собой Лею. — Назови хоть одну причину защитить его? — спросил Палпатин у своей ученицы, — Спасти, помиловать от неизбежной участи. — говорил ситх, медленно обходя вокруг нее. — Ну, — протянула девушка, обдумывая свой ответ — Он живое существо, человек. — неуверенно ответила Лея. — И это твой аргумент? — в удивлении сказал Дарт Сидиус, посмеиваясь. Ответ Леи, казалось, сильно его развеселил. — Ты за это ответишь, дрянь! Какое право ты имеешь держать меня здесь?! Я Имперский гранд-мофф! — вопил Таркин сыпля обзывательствами и угрозами в адрес девушки. Казалось, что он не замечает Императора, находившегося с ними в одной комнате. Лея чувствовала страх, витающий в воздухе и ей было неприятно. Человек, лежавший у ее ног, вызывал лишь только отвращение. Она была в курсе его прошлых поступков и злодеяний, среди которых было и уничтожение ее родной планеты. Именно губернатор Таркин отдал тот самый приказ. Воспоминания накатили на нее новой волной. Счастливое детство и юность, приемные родители, всегда относившиеся к ней с добротой и лаской, и в один миг все это разрушил и уничтожил этот самый человек. Из-за него погибли миллиарды людей, из-за него все это произошло. — Человек, — почти в самое ухо прошептал Палпатин. — Убери наручники, тварь! — продолжал кричать человек на полу. — Замолчи! — внезапно для самой себя яростно рявкнула Лея. — Смотри, — сказал усмехнувшись Палпатин ступая вперёд, — Есть куда более подходящие способы. Энергия синего цвета начала исходить из его пальцев. Молнии Силы горели, оглушали и приводили в шок, задействованные в качестве орудия пытки. Это было больно, очень больно, даже мучительно, Лея знала это по себе. Она смотрела на мучения гранд-моффа и не могла оторвать взгляд, получая удовольствие от того как он извивается и кричит от боли. Но тут же Лея вышла из опьяняющего состояния жажды мести и испугалась своим мыслям: — Прекратите! — взвизгнула девушка и ситх сразу прервал мучения. — А знаешь, что бы он сделал с тобой, дай ему волю? С тобой, твоими друзьями, назваными родителями? Власть, моя ученица. Почувствуй власть над тем, кто неприятен тебе, кого ты презираешь и кто этого заслуживает. Почувствуй власть над тем, кто тебя не уважает и ненавидит. Сделай с ним, что захочешь. Почувствуй себя истинным ситхом. Для создания настоящих молний необходимо испробовать их мощь на себе и самому впитать их энергию. И помни, хозяин и повелитель здесь лишь только ты. Сейчас ты обладаешь властью казнить и миловать. Сделай всё, что пожелаешь. Повелевай, — с этими словами Дарт Сидиус поспешно удалился из камеры, отдавая своей ученице полную свободу действий. — Гранд-мофф Таркин, — неспеша протянула Лея, — Вы бы поступили со мной, точно так же, будь на это ваша воля, верно? Его глаза блеснули ненавистью с удвоенной силой. Лее показалось, что если бы это было возможно, то он бы испепелил ее взглядом. — Конечно же, я даже не сомневаюсь, — продолжила девушка, покачав головой. — Я знаю, я помню, ведь вам так нравилось унижать людей. Тех, кого вы считали ниже себя. Тех, кто беззащитен перед вами! Простое население планет вы считали расходным материалом, пленных пытали, подчинённых унижали! Но некоторые из этих людей бывают злопамятными! — крикнула девушка. Лея чувствовала как загорается огонь, пылая изнутри, разрывая сердце на части, на мелкие кусочки. Пульс заметно участился и ей безумно хотелось сорваться и убить этого человека к которому не было ни малейшей жалости. Весь гнев, что накопился внутри нее за все время был готов выплеснуться наружу и затопить все вокруг. Но она пыталась сопротивляться не в силах сделать того, чего желал от нее Дарт Сидиус. Для Леи все еще существовали определённые рамки, за которые она категорически не хотела выходить. Она не могла совершить убийство. Девушка молча стояла на середине камеры и не могла решиться на тот поступок, который она должна была совершить. Жгучий гнев и ненависть брали верх над разумом, заполоняя его своими идеями. Бешеная, необузданная ярость начала застилать глаза. Снова и снова Лея настигала свою жертву потоками энергии, исходящей с ее пальцев. Молнии получались недостаточно сильными, чем еще больше распаляли отрицательные чувства девушки. — Почему же мне не жаль вас? — спросила Лея не дожидаясь ответа.— Потому, что теперь я не считаю вас человеком. Животное, — со злостью выплюнула она и наконец смогла выпустить настоящие молнии. Сине-фиолетовые искрящиеся молнии мощным потоком срывались с её тонких изящных пальчиков с безупречным маникюром. Внешний образ этой светлой и невинной девушки никак не вязался с тем, что творилось внутри нее. В этот момент она впустила в свою душу ту каплю тьмы, которая глубоко засядет в ней на всю оставшуюся жизнь. Она отдала всю себя этой долгожданной мести. Этой ярости — исступленной, неудержимой, словно вырвавшаяся на свободу стихия, запертая внутри на долгое время. Одного мощного раската, хватало чтоб убить жертву и прекратить мучения.***
— Как все прошло? — поинтересовался Дарт Сидиус у своей ученицы после того, как она усвоила сегодняшний урок. — Это было незабываемо. — взволнованно ответила Лея, стараясь говорить спокойно, но ее голос выдавал волнение, беспокойство и в какой-то мере восторженность. — Это удивительное ощущение. — сказал Император, мрачно усмехнувшись. — Но будь осторожна, чтобы не потерять себя в этом водовороте. Ненависть и контроль. Не позволяй чувствам управлять тобой, сделай так, чтобы с помощью них ты стала сильнее. — наставительно произнес Палпатин и дал понять, что на сегодня их разговор окончен.