continuum of decline.

В детстве многие люди имеют самые разные, необоснованные страхи. Каждый темный угол, каждый странный звук может таить в себе угрозу - прятать в себе того, кто хочет навредить тебе - и неподготовленное детское сознание отлично накручивает одну несущественную деталь на другую, постепенно формируя смутный образ в маленьких незрелых головах. Образ внушающий первобытный трепет и инстинктивный ужас. Образ, который всегда мог быть разным, но в большинстве случаев обозначал одно и тоже: угроза, вред. (Смерть.) Чудовища, тьма, и неизвестность стоящая за их спинами неизменным молчаливым надзирателем - все это было старо, как мир. Так было когда-то с ним и так же было еще с множеством других. Он тоже когда-то давно, как и они укрывался одеялом по самые уши, целенаправленно отворачивая лицо к стенке. Будто бы тогда демоны не смогли бы сцапать его за лодыжку и утащить его в свой маленький, подкроватный ад. Будто бы тонкий кусок ткани мог защитить его от костлявых рук с острыми, тонкими когтями, которые хотели добраться до его кожи и разрезать ее на лоскутки. Слаг, правда, довольно рано понял, что это все чушь. Единственное, что было под его кроватью каждую ночь это его кеды и неудачные научные проекты, которые он забрасывал туда, обещая себе вернуться к ним когда-нибудь в будущем. Вот они настоящие монстры. Технические, скучные, пресные до самых косточек. Он всегда предпочитал полагаться на науку и материальные тонкости, которые вполне могли быть объяснены сухими фактами, точеными данными, а не на бабушкины истории (его бабушка предпочитала "старые", исконные сказки недавним) о неведомых чудищах, которые просто ждали своего часа, чтобы показать длинные, алчные по крови клыки. Хотя одну из таких ее небылиц, он все же помнил по сей день. Эта история, как не странно была о двойниках. Старуха рассказывала ее много раз, никогда не меняя деталей, и даже уже будучи ознакомленным с содержанием, Слаг никогда не перебивал ее. Ему нравилась эта история или может быть ему нравилось слушать ее голос, когда она пересказывала ее из раза в раз. В любом случае тематика была весьма жутковатой. Идея о том, что существует нечто похожее на тебя, как две капли воды, но все еще не ты, это было чем-то, что в те времена он плохо мог себе представить. Это не имело никакого смысла. С другой стороны такая проблема всегда была распространенной среди того, что люди пересказывали друг друга "из уста в уста". Бабушка говорила, что встретить доппельгангера (так они назывались), значит получить весточку от самой смерти. И что это было не сколько предупреждение, сколько знамение. Это почти как яркий, четкий текст гласящий, что тебе осталось не так уж много времени до того, как ты умрешь. Вспоминая об этом теперь он невольно усмехался, без веселья или злорадства, скорее просто как от черной, не смешной шутки. Любопытно, слышал ли тоже самое от своей собственной бабки доктор Флаг? Оставалось ли у него достаточно времени, чтобы подумать об этом прежде, чем вспышка расплавила большую часть его внутренностей? Скорее всего нет. Слаг не мог сказать, что он в восторге от такого стечения обстоятельств, что нечто внутри него не сжимается от неприятного чувства отсутствия контроля над ситуацией. Но здесь уже нет ничего, чтобы он мог с этим сделать. Одна из страшилок его детства внезапно оказалась правдой. И он стал ее невольным действующим лицом, стал доппельгангером не только предвещающим кончину доктора Флага, но и фактически вызвавшим ее. Это почти забавно, по правде сказать, но больше все же просто иронично. Нелепо. Случайно. К тому же, если демоны и двойники реальны, то что еще может существовать вне пределов пожелтевших книжных страниц? Ему на ум внезапно приходит, что бабушка никогда не рассказывала, что же в конце случалось с самим двойником. Он просто исчезал, растворялся в воздухе, как только его предназначение было выполнено? Или... Или что? Как бы он не старался повернуть эту мысль, она не идет дальше, она точно заступорилась, натолкнувшись на какой-то незримый барьер. Слаг впервые обращает внимание на то, как трудно ему сейчас думать. Он точно находится в полудреме, где рациональные выводы мешаются с неразборчивыми, отрывистыми картинками, не способными составиться в полноценный сон. Одна часть смещается другой образовывая из себя непонятное, скомканное месиво из которого очень сложно вычленить что-то отдельное. Ученый прислушивается к своим ощущениям, пытается понять откуда ему начать свою логическую цепочку. Он был с Блэк Хэтом, в его черных, тугих объятьях и каждый мускул в его теле отзывался напряжением и болезненной натяжкой, когда он пытался вырваться или вдохнуть полной грудью. (Ему было нечем дышать.) Сейчас ему тоже довольно затруднительно сделать глубокий вдох, нечто обвивается вокруг него. Cпустя пару секунд он понимает, что неопознанная масса, удерживающая его на месте - очень даже живая, хоть и холодная. Он не знает, откуда он так уверен, но он может сказать наверняка, что это не Блэк Хэт. От его "прикосновений" абсолютно другие ощущения. Они в разы хуже. Слаг поворачивает шею (настолько насколько это возможно в его положение), вяло моргая в окружающий его полумрак. Посмотрев вниз он видит нечто вроде жирной, тугой веревки, оплетающей его торс и руки, держа их вместе. Он пробует двинуться, но тут же жалеет об этом, "веревка" реагирует мгновенно, она тут же стягивает его, чуть ли не до хруста, предупреждая прекратить. Посмотрев на "нее" поближе он понимает, что она движется, медленно, лениво. Она ползает по нему черным, маслянистым червем прямо как... А. Если Вайт Хэт имел питомца, то это имело смысл, что Блэк Хэт будет иметь нечто подобное в своем распоряжение так же. Его теория на этот счет не самая приятная, но он почти на сто процентов убужден, что она верная и что тусклый блеск от его "пут", это на самом деле кожа. Вернее, чешуя рептилии. Змеи. Весьма огромной змеи. До его ушей доходит ее зловещее, глухое шипение, не оставляющее места для сомнений. Он чувствует, как кольцо вокруг него стягивается, прежде чем прямо перед его лицом возникает ее узкая, плоская голова с двумя желтыми, бездушными глазами и раздвоенным языком, что мелькает меж ее губ тонким розовым флажком. Слаг не боится змей или насекомых, но ситуация достаточно непонятная и щекотливая, чтобы его сердечный ритм подскочил, оповещая хищника об его опасение. Такие твари чувствуют чужие эмоции. Они хорошо знают когда и на кого можно и нужно нападать. И эта особь, кажется, более одарена умом, чем ее более маленькие сородичи. Она смотрит на него почти внимательно, точно пытается сопоставить его лицо (пакет) с чем-то или кем-то из своей памяти. - Джек, не смей есть его! - раздается суровый, недовольный тон, подогревающий неприязнь Слага не только к его обладателю, но к самой этой сцене. Если Блэк Хэт имеет ко всему этому какое-то отношение, значит ему явно будет не сладко. - Я еще с ним не закончил. Быть съеденным заживо не самая худшая участь, которую можно себе представить, но он бы предпочел не перевариваться в чьем-то желудки целую неделю. Особенно учитывая, что эта тварь принадлежит такому ублюдку как Блэк Хэт. Он почти удивлен, что у нее нет еще двух голову или скажем какого-то другого уродливого отличительного признака, указывающего, что она родилась в глубинах ада и выползла оттуда только, чтобы сеять хаос и смерть. Джек (странно, что он назвал своего питомца именно так) не делает что-либо показывающее, что он понял, но доктор может чувствовать, что змея не станет кусать или заглатывать его без прямой команды. Она действительно весьма сообразительная для своего вида. - Он думает, что ты Флаг. - зачем-то уточняет Блэк Хэт, появившись с его правой стороны. Ученый сощурившись бросает на него испепеляющий взгляд (потому что он не знает, что еще он может сделать в данный момент), но демон с неким раздражением или может быть даже досадой смотрит на своего ручного змея, полностью игнорируя чужую пассивную-агрессию. Он выглядит задумчивым, когда сухим, скучающим голосом добавляет туманное, - Он любил играть с ним таким образом. Слаг не выдержав, глумливо фыркает. - Хочешь сказать... - его голос неприятно першит, ломаясь на середине предложения хрипом. Ему приходится прокашляться, чтобы закончить свою мысль. Он только сейчас замечает насколько у него садит горло. -...он любил душить его таким образом. Блэк Хэт едва заметно дергает плечом мол это одно и тоже. Он не видит никакой разницы между игрой и причинением вреда, вдруг понимает Слаг. Для альтернативной версии его босса это просто-напросто синонимы несущие в себе один и тот же результат. Какая разница, если ты играешь в салочки с водными пистолетиками или с пневмопистолетом для гвоздей? В чем отличие между одеждой влажной от крови и одежды влажной от воды? Ты все равно в конце-концов мокрый. Ты все равно либо проигрываешь, либо выигрываешь. - Его сложно за это винить. Дорогой доктор всегда выглядел как легкая добыча. - очередной странный взгляд в сторону и морщина между двух внушительных бровей. Блэк Хэт в чем-то сомневается. Или может просто никак не может что-то понять. Его последняя фраза выходит практически неразборчивой, потому что он фактически бубнит ее себе под нос (если бы он у него был), - Такая покладистая и всегда под рукой... Слаг приподнимает бровь. Они с Вайт Хэтом действительно совершено противоположные существа. У данного демона явные проблемы не только с растановкой приоритетов, но и еще к тому же весьма заторможенная эмоциональная реакция. - Больше нет. - зачем-то напоминает Слаг. Он ожидает гнева, кулака в челюсть или ругательств, но Блэк Хэт просто переводит на него свой единственный глаз с таким же тонким, как у Джека зрачком и смотрит на него какое-то время, прежде чем бросить небрежное: - Да, это весьма досадная неприятность. - немного поразмыслив, он шипит агрессивное проклятью подобное, - Теперь мне придется искать нового ученого! И все из-за тебя! Теперь это очередь Слага просто смотреть на него, слегка приоткрыв рот. Ему почти показалось, что он ослышался или что пропустил какую-то внутреннею замаскированную реакцию. Но демон, кажется очень искренен в своем наплевательстве. Даже слишком. В смысле, это все, что он собирается сказать по этому поводу? Просто "ах, досадно", не даже "где я найду другого такого"? Ему что настолько плевать на своих подчиненных? Настолько плевать на Флага? Возможно, он случайно сказал последнее вслух. Ведь в следующей миг темное лицо демона идет рябью, его губы дрожат, изгибаются в уродливой широкой гримассе, а потом он смеется. Раскатисто, громко, даже сгибается пополам, чтобы ударить себя ладонью по колену, так сильно ему смешно. Слаг терпеливо ждет, когда это мини-шоу подойдет к концу. Это весьма утомительно, по правде сказать, особенно, когда тебя сжимает гигантская змея и впереди маячит перспектива кровавой смерти с отрезанием конечностей и расчленением. Одна из причин почему Слаг ушел из злодейского бизнеса, была заключена как раз именно в самих злодеях. Большая их часть никогда не могла вовремя заткнуться или перестать кривляться, не могла прекратить поощрять свое самолюбие самыми банальными способами, вроде раскрытия своего "гениального" плана плененному герою. Зачем посвящать в подробности своих замыслов будущий труп? Если ты решил кого-то убить, то сделай это быстро и действенно. Доктор никогда не точил лясы со своими врагами, они все равно не смогли бы сказать что-то полезное или содержательное в ответ. И ему осточертело слышать их плач и мольбы уже через год или два. Начиная с определенных времен он всегда прибегал к помощи кляпа, действенно заглушая их, позволяя себе "работать" в тишине и не отвлекаться на очередное "за что" и "прекрати". Его бывшие коллеги не понимали этого, осуждали его за "странные методы". Но кого волновало, что они думали? Слаг знал себе цену. Так же, как он знал, что Блэк Хэт вероятно был тем типом, что наслаждался "сценками". Только вот их ситуация едва ли была похожа на стандартную расстановку "хороший парень в беде и злой ублюдок празднует свой триумф". Они оба были весьма отвратительными личностями и триумфом, тут несмотря на его хохот, даже не пахло. Кончина Флага как-то сама по себе омрачала весь спектакль, окрашивая его в болотные, нудные цвета уныния и пресности. Слагу не было жаль его. Он был зол, что из-за мелкой оплошности он вляпался во все это дерьмо. И Блэк Хэт мог говорить и вести себя, как угодно, но ученый видел, что смерть его собственного доктора, если и не ранила его чувства в следствие их отсутствия, то точно задела его гордость. - Вы люди всегда любите преувеличивать свою значимость. - отсмеявшись проговорил Блэк Хэт с этой насмешливой ухмылкой, показывающий края его зеленоватых зубов, почти что в угрозе, в намеке. - Вам всегда кажется, что вы настолько незаменимые, настолько единственные в своем роде, настолько важные, что ваша смерть будет иметь хоть какой-то вес. - Что же мы тогда? - несмотря на то, что он уже знает ответ на этот вопрос, Слагу хочется убедится в своей правоте на все сто процентов. - Что мы для тебя? Он не говорит "чем был он", он не говорит "что есть я", но когда он вставляет это самое "мы", он не имеет ввиду других людей, данное местоимение конкретно сейчас включает в себя только его и Флага. Ему нужно знать наверняка. Ответ ясен, как день и логичен, как банальный математический расчет и все еще нечто внутри Слага, неприятно сворачивается. - Вы ничтожные куски мяса. Вы... - демон тянет слово с каким-то чужеродным наслаждением, делано рассматривая свои когтистые пальцы, точно у него есть все время в мире, - моя пища, моя собственность, вы не несете никакой особой ценности. Слаг фыркает, его горло ссадит и жалит, но ученый не обращает на этого никакого внимания. Он не собирается терпеть такое отношение к себе. Он не Флаг. - Я не принадлежу тебе. - шипит он с едва различимым гневом. - Разве? - глумливо приподнимает брови Блэк Хэт, складывая руки у себя за спиной. - Тогда почему я могу делать так? Слаг почти ожидает, что демон сделает тот же самый трюк, что и в коридоре. Он предполагает невидимую удавку вокруг шеи или громкий щелчок пальцев способствующий этому механизму. Однако, темное лицо напротив него не подает никаких признаков приближения, альтернативная версия его босса не двигается с места. Зато это делает Джек. Змея проделывает мимолетное, почти что праздное движение, оплетая свое кольцо туже, выдергивая из доктора такое редкое, трудно дающееся дыхание массой своего холодного тела парой резких движений. Это похоже на то, что Джек делал в самом начале. Только в этот раз, рептилия не думает останавливаться. Она не прекращает свои манипуляции, даже когда это начинает перетекать во что-то болезненное, заставляющее доктора цедить застоялый воздух с двойным усилием. Слаг дергается, пытается вылезти или хотя бы подтянуться вверх, потому что давление на его грудную клетку постепенно нарастает, грозясь полностью отрезать его способность дышать. Джек теперь медленно сжимает не только его торс, но и грудь. Блэк Хэт наблюдает за ним с садистским развлечением похороненным где-то в глубине его застывшего, мертвого взгляда и подходит ближе. Его длинные пальцы грубо берут ученого за подбородок вздергивая его лицо вверх. - Теперь понимаешь, дорогой доктор? У тебя нет свободы, так же как нет и выбора. Ты перестал иметь право на что-то из этих вещей, как только согласился работать на меня. - демон сардонически щериться, его зубы находятся всего в паре сантиметров от пакета Слага, мешая ему сосредоточиться на чем-то кроме них. - Неужели, твой собственный Блэк Хэт не учил тебя этому? Слаг дергается, как от сильной, грубой пощечины. Сама мысль о том, что его босс мог бы сделать нечто подобное походит на откровенное кощунство. Вайт Хэт никогда не играл так грязно, так нечестно, как это делал сейчас Блэк Хэт. И независимо от того насколько противоречивыми были чувства ученого по отношению к его начальнику, Слаг не собирался позволять чернить его имя и смеяться над собой в такой манере. Как будто бы его нужно чему-то учить. Если кому-то и следовало чему-то поучиться, так это Блэк Хэту. Его злость перекрывает собой нарастающую боль, глушит его почти незаметный страх, и он снова чувствует себя готовым дать сдачи. Бороться. Джек на несколько секунд замирает, вероятно, следуя какому-то немому указанию от своего хозяина, что в свою очередь дает ученому достаточно времени, чтобы собраться с силами и в этот раз хорошенько прицелившись, плюнуть Блэк Хэту в лицо. Демон вздрагивает, с глупым морганием отклоняясь назад и выпуская Слага из плена своих пальцев. Блэк Хэт медленно проводит по своей щеке, стирая влагу. Генетический клон его босса смотрит на свою ладонь с искренним непониманием, как будто он до сих пор не может поверить в то, что сейчас произошло. Или точнее, что это сделал кто-то, как две капли воды похожий на покойного Флага. Слаговская радость от его смятия проходит довольно быстро, так же как и само демоническое смятение, доктор видит как на смену ему незамедлительно приходит гнев. Блэк Хэт рычит, сжав свои зубы в угрожающий, разъяренный оскал, все его выражение так и кричит "ты за это ответишь". И он отвечает. Джек реагирует мгновенно. Молча повинуясь настроение своего господина, он тут же сдавливает Слага до реального, сухого хруста. Единственный звук, который ученый может из себя выдавить, когда пара его ребер щелкает от давления и впивается ему куда-то вовнутрь - это протяжный, мокрый хрип. Змея делает несколько таких вялых захватов-отпусков, то прессуя его, то слегка расслабляя свою хватку, позволяя ему сделать пару отчаянных глотков кислорода, которые она сама же почти сразу отнимает у него. Слаг почти доведенный до обморока, запоздало реагирует на кулак соединившейся с его лицом. Его голова запрокидывается назад и привкус крови наполняет его рот, вместе с новой волной белой, горячей боли, которая распространяется от его нижней челюсти вверх к его вискам. Кажется, он слышал еще один хруст и Блэк Хэт вроде бы кричит на него. Сложно сказать наверняка, когда в его ушах стоит такой гул. - Приди уже в себя, кретин! - приказным тоном орут на него, и новый удар обрушивается на него. В этот раз, Блэк Хэт заряжает ему куда-то в ухо, чем усиливает надоедливый звон в его голове. Но на удивление это действует, Слаг немного приходит в себя и уже более отчетливо понимает, что происходит. Змея все еще держит его на месте, ему все еще очень-очень сложно дышать и боль переключает свои рецепторы от его лица к его груди, снова и снова. Как вспышки, как больные огни, которые танцуют перед его глазами. Мелкий цикл, где его мысли не могут образовать правильное сочетание и все представляет из себя огненное марево. - Ты, что настолько слабый?! - скорее раздосадовано, чем разозлено спрашивает демон. - Я едва сделал что-либо и ты уже почти умираешь?! Слагу хочется выдать ему очень длинную речь на тему его умственных способностей и его существования в целом, но его хватает только на тихое, жалкое: - М...не...неч..ем...дышать... Мир, выглядит более размытым и кажется из его рта что-то капает, и он почему-то не думает, что это слюна или что это только она. - Это уже твои проблемы! Или ты думаешь, что после твоего отвратительного поведения я дам тебе передышку? - демон хохочет от собственной мини-шутки и почти сразу же возвращается в состояние бешенства. - Тебе действительно следует поучиться манерам, доктор! Манерам? Слаг издает нечто похожее на колкий кашляющий смешок. Ирония, вероятно, совершенно потерянное понятие для данного демона. Причем совсем. - Ты- Блэк Хэт собирается сказать или сделать что-то еще, но по какой-то причине вдруг резко замирает, смотря на ученого с чем-то похожим на ступор. С чем-то, что после становится темной, безэмоциональной маской, где сложно угадать мотив. Если бы доктор был в более лучшем состояние, он бы нашел это весьма странным, это бы точно напрягло его, но боль в его груди становится ужасно навязчивой, и кровь (он точно уверен, что это она. ее вкус сложно с чем-то перепутать) не перестает медленно стекать по его подбородку, портя его пакет. А потом демон выдает свое почти потерянное, - У тебя кровь. И Слаг лишь вяло поводит плечом (насколько это возможно), потому что это мать его очевидно. Слагу больно говорить, что-то в его нижней челюсти явно работает неправильно. Возможно, это просто смещение. Но он не знает следует ли ему уповать на удачу. Тем не менее он все же решает озвучить свое отношение к данной фразе. - О, вау я и...и не заметил. - у него получается выпленуть это почти разборчиво, почти понятно, но демон явно не слушает его, он пристально следит за расползающимися багровыми пятнами на картоне. Блэк Хэт неожиданно ухмыляется, чуть сощурив свой единственный глаз. Слаг успевает лишь отметить, как зловеще блеснул его монокль в свете тусклых ламп. - Позволь мне помочь. Один его вид уже весьма ярко говорит о том, что помогать доктору он точно не намерен, скорее напротив он сделает ситуацию в разы хуже. Ученый предпринимает попытку сопротивления (довольно позорную), в его случае это пара резких, едва заметных движений из стороны в сторону, которые в итоге только причиняют ему боль. Демон подходит к нему вплотную, выворачивая его голову к себе, так чтобы он мог спокойно приподнят мокрый, красный низ его пакета, оголяя его рот. Слаг рвано дышит, желая отклонится от чужой близости или снова плюнуть в демона. Но Блэк Хэт опережает его, бесцеремонно проталкивая свой язык в его глотку. И Слаг не преувеличивает, этот подвижный, чужеродный мускул действительно заползает чуть не на всю длину его горла. Именно тогда, паника впервые поселяется в его сознании. Когти Блэк Хэта вцепляются в его затылок, не позволяя ему отпрянуть прочь. Джек точно вспомнив о своем желание играть, внезапно уплотняется вокруг него, вдавливая его сломанные кости в его легкие. Слаг истерично вертеться, издает какие-то бесполезные, глухие звуки, потому что ему больно и он не может дышать. Он совершенно не может дышать! Новый поток крови (более обильный) пытается протолкнуться наружу, но язык демона мешает ему, закупыривает его внутри, толкает его обратно в его организм. Дальше доктор действует больше на чистом инстинкте, чем на рациональности или надменности. Тело Слага постепенно начинает терять чувствительность, он пытается кусаться, но это бесполезно. Его глаза постепенно начинают закатываться назад и мир перестает иметь значение. А потом, часть мелкого пространства снова появляется перед ним. Его точно выдергивают со дна озера. Он громко кашляет, выплевывает кровь и густую, пропитанную солью слюну. Его голова, кажется ему ужасно тяжелой, он почти не чувствует, как пальцы демона держат его за щеки, касаясь своим первородным холодом его разгоряченной кожи. (Прикосновение странно напоминает Вайт Хэта.) Его челюсть, его горло и его грудь - все это причиняет ему жуткую боль. Но при всем этом он не думает, что он умирает. Или по крайней мере, он не думает об этом с ужасом. Есть нечто манящее в темноте, пожирающей его виденье, есть нечто в том, как почти ласково Блэк Хэт проводит своим языком по его губам, слизывая кровь. Это как последняя нежность хищника к умирающей добыче, думает ученый с привычным цинизмом. Демон говорит ему что-то, но доктор не может разобрать что именно, и честно говоря, не особо хочет этого делать. Что ему эти обещания расправы теперь? - С...до...хни... - расплывчато сипит Слаг, одной ногой уже в спасительной бессознательности, которая вполне может обозначать беспросветную, свежею могилу. Уже почти вырубившись, он слышит едва различимое "Флаг" падающее с губ Блэк Хэта. Он слышит, но не понимает причем тут он. В данный момент, он вообще мало что понимает. Он слишком сонный для этого. Но возможно, ему все же стоило послушать те слова, которые его альтернативный начальник спихивал на него сейчас. Возможно, тогда это бы дало ему немного времени, чтобы подготовится. Возможно, тогда бы он смог полностью осознать то самое "или" в истории про доппельгангеров и не прийти в ужас от этого осознания. Но как показал опыт "возможно" и доктор Слаг - очень плохое сочетание.