Devil's eyes.

Сегодняшнее утро могло бы быть для Шото прекрасным для самокопания. И ещё это был выходной, даже без всяких дополнительных занятий и так далее. И отец его не трогал. Что может быть лучше, чем это утро? Идеальность этого утра разрушил звонок. Тодороки обычно никто и никогда не звонил. Отец предпочитал говорить лично, классный руководитель забивал хуй, а Мидория и Яойрозу слать сообщения. Звонить - значит по делу. Лениво вытянув руку из-под одеяла и проклиная себя за то, что до глубокой ночи читал, Шото всё-таки берёт телефон. Номер - неизвестен, а на часах половина девятого утра. Юноша громко и недовольно выдохнул, думая о том, что мог бы спать ещё вечность. Но нет. Кому-то уж больно нужен. И если это будет рекламный агент или оператор связи... - Двумордый, мне нужна твоя помощь. Где я могу с тобой пересечься?- послышался голос в трубке. Тут школьник уже быстро проснулся, подскакивая на кровати. Именно подскакивая на месте, открывая глаза. Теперь уже казалось "блять, половина девятого, а я не сплю!". Хотелось конечно задать куча вопросов, просто уйму... - Я... Эм... В общем..- растерянно говорил Тодороки. Сейчас он не в силах был связать и пары слов. - Блять, ты не встал ещё? Гандон, адрес свой давай, сейчас приеду. Шото называет свой адрес по телефону. Ровно после этого последовали короткие гудки. Что это вообще было? Сейчас приедут. Шото судорожно поднялся с кровати, начиная убираться. Ну как... Всё и так было чисто, но кровать застелить и убрать книги, оставленные со вчерашнего обратно в шкаф нужно было. Затем сходить в очень быстрый душ, умыться. Офигенно, ничего не сказать! Даже приготовить завтрак времени не было. Кацуки пришёл слишком быстро. В течении 20 минут он уже был у Шото дома и сидел на кухне. Шото пока пытался сделать себе и своему гостю чего-нибудь поесть в виде яичницы. Самое простое, что можно предложить. Молчание. Очень неловкое, которое надо чем-то разбавить. - Мажор,- сказал Кацуки.- Ты чё, один тут живёшь? - Да,- кивнул Шото.- Переходи сразу к делу. Бакугоу опустил голову, виновато смотря в стол. Словно изменял самому себе и всё ещё не решался признать, что ему нужна помощь. - Из всех моих знакомых помочь мне можешь только ты, поэтому я тут. О тайне, которая нас связывает... Я, наверное, должен тебе рассказать,- вздыхает блондин.- Только заткнись и выслушай. В общем, недавно бизнес моего отца пошёл по пизде, заболела мама и нашему бюджету пришла крышка. Так вышло, что мой босс - мой друг, поэтому я там работаю. Только из-за денег. Только я не продумал одно... Я приношу домой большие суммы. И родители уже задают вопросы. Я не могу сказать им, где я работаю, ведь это даже незаконно. И они неправильно поймут... - Я понял,- кивнул Шото.- Ты не из тех людей, кто просто так пойдут на такую работу, я уже говорил это. Что конкретно от меня тебе надо? - Отмазка. Я сказал родителям, что это сюрприз, где я работаю. Но я банально не знаю, что придумать. И они хотят проверить... с меня причитается,- сказал Кацуки.- Любая твоя просьба, только помоги мне. Кацуки немного злился, но тут уж на самого себя. Очень сильно неприятно говорить это говнюку. Но тут только Тодороки может помочь. Этот идеальный говнюк сегодня не был таким идеальным, как всегда. Его волосы не подверглись идеальной укладке и он даже был не в костюме. В обычных спортивных штанах и футболке. Видно было, что даже не вставал. Он поставил тарелку с едой перед гостем, а только затем перед собой. - Я понял,- сказал Шото.- Мне дастся твоя просьба не так легко, но я и цену придумаю соответствующую. - Тс,- тсыкнул Кацуки. - Я не о деньгах. Мне они не нужны. - А о какой "цене" идет тогда речь? - Придумаю. Зависит от настроения моего отца и последствий, что я получу. - Вот вы все одинаковые. Решаете через папаш. Шото положил вилку на край тарелки, так и не притронувшись к еде. Бакугоу словил это адское раздражение юноши. Просто адское. Неловко вышло. Просил помощи и разолил. - Наверное, с твоей стороны я отвратительный,- говорит Шото.- И все "мажоры" одинаковые. Но ты не прав. - Да, да, да,- саркастично говорит блондин. - Я ненавижу отца, поэтому и говорю о цене. И всем сердцем не хочу его видеть. Пока я несовершеннолетний, я не могу содержать себя. Поэтому терплю. - А в чем проблема к маме пойти? Тоже мне, страдалец. - Она в психушке. Неловкое молчание. Очень неловкое. Кацуки чувствовал себя пиздец каким виноватым, но попросить прощение ломала гордость. А танцевать приватные танцы перед ним нет! Капец эта гордость ветреная женщина, даже и сказать нечего. Но Шото понимал, что Кацуки уж явно не из тех, кто извинится. Потом может быть. Если настроение хорошее будет. Но отказать ему... Блондин открыл ему уже вторую тайну, которую не знал никто. Ему, Тодороки Шото, которого знать не знал до того. Он испытывал отвращение к себе, танцуя перед одноклассником голышом, но терпел. Это достойно уважения. И Шото мог бы помочь в совершенно ином ключе... Да и в последнее время мокрые сны посещают Шото, где в главных ролях один очаровательный блондин с алыми дьявольскими глазами. Самые красивые глаза из всех, что Шото когда-либо видел. Самые живые глаза. - Вся кухня в твоём распоряжении,- сказал Шото.- Я отойду поговорить с отцом. Бакугоу кивнул, смотря на свои ладони. А Тодороки с видом пленного немца и телефоном в руках вышел из кухни. Где-то в другой комнате послышался хлопок двери - он закрылся. Кацуки ещё какое-то время посидел так на кухне, думая, что все такие вопросы решаются быстро. Но как же он ошибался... Блондин разглядывал кухню, затем холодильник, затем столовые приборы. Шото уже наверное час не вылазил из комнаты, и это пугало. Но мешать ему нельзя. И Кацуки понял, почему кухня в его распоряжении. Чтобы проголодался - поешь. Вызов принят. Только надо приготовить. Слава богу, что в семье Бакугоу готовят только мужчины. Мицуки же была в этом плане крайне безрукой женщиной, поэтому Масару взял всё на себя. И сына научил. От скуки, блондин засел готовить. В самом деле от скуки и желания что-то съесть. Судя по всему, Шото готовил сам, но его еда была не самым аппетитным зрелищем. Тодороки вернулся на кухню как из армии. А там глядишь - на кухне его ждёт уже жена и двое детей. Прерывать этот процесс готовки и подтанцовки под мелодию, что сам себе напевал блондин одноклассник не хотел. И тихо присел за стол, дожидаясь, пока тот прекратит делать что-то. Зачем Бакугоу делал торт - он и сам не знал. Но делал. Потому что мог и хотел. И когда он глазами встретился с Шото, то чуть было не заорал. Как с призраком. Откуда он вообще тут? - Ты говорил там часов 5, не меньше,- сказал Кацуки, вспоминая, что он вообще-то в гостях.- Ну? - 3 часа всего лишь,- сказал Шото.- И я всё решил. Судя по всему, готовить ты умеешь, а вот общаться с людьми - нет. Поэтому я помогу тебе. Я переоденусь и мы пойдём на твоё "официальное" место работы. - Стоп... Куда?!- выпучил глаза Кацуки, поливая торт шоколадом, что только что сделал сам.- Где я работаю то, а? - Сеть ресторанов "Герой", шеф-повар главного ресторана. Такая работа тебя устроит?- спросил Тодороки, заглядывая назад за плечо. Что сказать? Нечего. Шото - волшебник, единственное, что сейчас было на уме. "Герой" считается лучшим рестораном и одним из самых дорогих. Там часто обедают высокопоставленные личности, известные люди и те, кому деньги "жмут" карман. Говорят, там персонал как на подбор, зарплата - огромная, но чаевые, оставленные не только для официанта, но и поваров - огромнее всего. - Но это непостоянная работа. Сегодня только. Поэтому бронь на твоих родителей уже сделана,- сказал Шото.- А чтобы не было у тебя проблем или с персоналом, я буду официантом, поэтому я пригляжу за твоими родителями и лично их обслужу. Обед там за мой счёт, но скажу, что "подарок от заведения". - Я... Спасибо,- выдохнул Кацуки.- Ты сделал невозможное. Но почему туда? - Сделал. Потому что зарплата там эквивалентна твоей. Считай их "отмытыми". Блондин всё ещё стоял в ахере, мягко сказать. Будь он с Тодороки друзьями до того, то не пришлось бы испытывать неловкости при таких встречах. Просто это... Что-то из разряда высшего. Меньше чем за день уладить работу. Чего стоило это двумордому - он молчал, однако его паршивое настроение проскакивало через его стеклянный взгляд. О чем же таком говорил Шото с отцом, что теперь так поник? Бакугоу не знает и знать не хочет. Пусть скелеты в шкафу останутся скелетами. Одноклассник ушёл наверх и вернулся минут через 20 полностью собранный. Идеальный, как с обложки журнала. Таким идеальным он обычно был в школе. Вообще плевать. Этот "идеал" был показушным. Выставным. И это в образе отвращало. А может он и по жизни был таким... Кацуки вдруг резко понял, что ни разу не видел истинное лицо Шото. Шото - именно тот человек, который всегда в маске. Только он может совмещать в себе жестокое хладнокровие, домашний уют и страстного мужчину. Днём - прилежный ученик, всем примерам пример, вечером - домашний парень, ходящий в пижаме и с растрёпанными волосами и сонным видом, а ночью - завидный холостяк, от которого текут все танцоры. И всё-таки один вопрос остался нерешённым... Блондин обещал его не задавать Тодороки, потому что ответ не получил бы. Только издёвку или что-то в этом роде. Но всё-таки один вопрос его очень сильно интересовал... Он его уже задавал. - Ты гей?- спросил Кацуки, краснея. Его смущал почему-то этот вопрос. Хотя, казалось бы, он же не спрашивает, каким образом Шото бреет яйца. - Наверное,- неуверенно ответил Тодороки.- С чего вдруг тебя это интересует? - Ну... Может ты просто издеваешься надо мной и как-то узнал, что я работаю в том клубе... - Мне оно не надо. Я пришёл туда вообще несколько с иной целью, но увидел тебя. - Хм? Какой же цели ты следовал? Шото замолк, опуская голову. Вот теперь ему неловко. Сейчас бы идти вдвоём по парку и обсуждать, кто и какого хера забыл в гей-клубе практически незнакомым людям. Их связывали только деньги и то, что они вместе учатся. - Отношения на "одну ночь". Теперь уже замолк Кацуки. Он понимал, как глупо сейчас выглядит. Верно, он работает в том заведении, где ищут отношения на одну ночь. Неловко? Очень. Невообразимо, что и думать. А что о нём думают... - Ты наверное думаешь, что я тоже сплю за деньги с клиентами... - Даже и не думал думать,- сказал Шото, отрицательно мотая головой.- Обычно я не люблю решать всё деньгами. Я просто увидел тебя и.. Да, я был в шоке. Прошел три стадии: осознание, отрицание и принятие. А ещё был заворожён твоими танцами. Ты знал, как поднять публику. Каждое движение. И.. Твои глаза. Ты смотрел не на нас, а сквозь толпу. Презирал, заставлял упасть тебе к ногам и признать само совершенство. Ты не из тех, кто даст до себя дотронуться. - А ты хочешь?- заинтересованно спросил Кацуки. Вернее, со стёбом. Это был такой вопрос, который задаётся обычно в шутку. Саркастичный вопрос, на который получают саркастичный ответ, смеются и забывают. И на этот вопрос Бакугоу не получил ответ. Только странную улыбку. А Шото почти получил тысяча и один упрёк, но двери входа в ресторан "Герой" уже открывал им швейцар. Ухоженный, приличный. Внутри здания - ни единой мухи, ни пылинки. Девушки-официантки были с убранными волосами, в белой рубашке и чёрном галстуке. Обязательно юбка и туфли без каблука. У мужчин - аккуратно зализанные волосы, смокинг и туфли. Все вежливы. Тодороки подошёл к охраннику, называя фамилию. Охранник тут же встал с места, провожая парней до какой-то комнаты. Все уже осведомлены. - Переодевайтесь в "рабочую" одежду. Клиенты часто хотят видеть повара, что приготовил им. Или просят при них сделать что-то. Волосы должны быть убраны назад, с этим строго. Гель для волос и лак для волос стоят на тумбе. Охранник удалился из комнаты. Шото сел на скамеечку, смотря на своё отражение в зеркале. Чёртов шрам.. - Мои волосы не убираются,- сказал Бакугоу.- Я пытался. - Заколками. Давай помогу,- ответил Тодороки. На тумбе помимо лака и геля для волос были заколки и тонкие расчёски. Взяв несколько заколок и расчёску, Шото принялся ухаживать за своим.. Другом? Наверное. Кацуки мог представить себя без чёлки. А вот Шото... Он был бы главарём эмо-банды. Если честно, он ни разу не видел, чтобы Тодороки убирал чёлку. Даже на уроках Цунагу учитель снисходительно относился к этой мешающей чёлке. Почему? Тайна года. Хотя, если к Тодороки подойти поближе, то можно увидеть шрам, который, собственно, обычно и прикрывался челкой. Шото по максимуму убрал волосы своего друга, а потом отошёл, смотря на себя в зеркало. Он не решался убрать волосы. Но по правилам - обязательно. - Че как вкопанный стоишь?- спросил Кацуки.- Сам же вызвался помогать. - Я.. У меня комплекс,- низко опустил голову Тодороки.- Я не могу. Блондин взбесился, подходя к однокласснику. Он буквально поднял его голову на себя, зачесывая затем рукой чёлку назад. По началу, Тодороки был в шоке. А потом отвёл взгляд в сторону, позволяя на себя смотреть таким образом. И Кацуки не мог подавить чувства, вызванные в этот момент. Он не знал, что это. Да, все знали, что у Шото есть шрам на лице. Но этот двумордый говнюк тщательно скрывал это по максимуму. И никто и не предполагал, что он на половину лица. Но... он не был омерзительным. Да, немного плох. Но на Тодороки он не смотрелся так. Ему, как ни странно, он шёл. - Выглядит ужасно,- сказал Шото, всё ещё не решаясь увидеть реакцию Бакугоу. - У тебя глаза разного цвета?- удивлённо спросил Бакугоу. Тут одноклассник всё же сфокусировал взгляд на лице Кацуки. Тот словно не замечал шрам, рассматривая глаза Тодороки. И это... Невозможно описать. Очень неловко. - С рождения разного цвета...- говорит Тодороки.- - Я только твои волосы заметил. Это... Прикольно. - А у тебя от рождения красные глаза? - Да. Они светочувствительны за этот счёт, поэтому сильно яркие и светлые помещения не переношу. - Красиво,- сказал Шото, убирая руку от своего лица.- Собирайся. Тодороки почему-то почувствовал себя полегче. Этот шрам, может, не такой отвратительный? Возможно. Без понятия. Вскоре парни уже переоделись, по максимуму убрали волосы и получили инструктаж от "сенсеев". Кацуки умел готовить, поэтому его инструктаж был несколько проще. А вот Шото был официантом. Поначалу, ему было неловко. Казалось, все только на шрам его и смотрят, но потом он втянулся. Зачем же Шото пошёл? Всё просто. Чтобы проследить за персоналом и не допустить никаких косяков. Они же "официальные" работники. Вскоре на пороге появились родители Бакугоу. Они уже получили до того смс о том, куда приходить. И Тодороки тут же взялся за них, как за своих клиентов. Почему? Потому что их деньги никуда не уйдут. Шото был вежлив, учтив, по максимому информативен. - Я твоё лицо уже видела..- говорила Мицуки, смотря в упор на "официанта".- Ты похож на одноклассника моего сына. Но не думаю, что сын политика работал бы официантом,- произносит женщина, скрещивая руки.- Масару, как его звали? Тодороки... Шото? Шойчи? Не помню. Кацуки наверняка и сам не знает. Тодороки чуть улыбнулся. - Рад, что вы меня знаете,- сказал Шото.- Даже дети высокопоставленных лиц имеют свои цели в жизни. - Ой...- произнесла Мицуки.- Неудобно вышло... Ты работаешь с Кацуки? Правда? - Хоть Кацуки и будет это отрицать, но мы весьма близки,- говорит Шото.- Сегодняшний обед за счёт заведения для вас, так что не стесняйтесь, заказывайте. Наш шеф весьма искусен в готовке. Ну, халява, так халява... Весь вечер Мицуки прожужжала уши своему мужу и Шото в роли официанта. Оба даже почти влились в коллектив и даже почти свыклись. Тодороки только и делал, что бегал от столика к столику, общался с людьми, наливал вино и давал какие-то советы на вечер, жизнь и так далее. А Кацуки влился в темп готовки и ему начало это нравится. Может, да ну всё и открыть сеть ресторанов?... Поздний вечер. Родители Бакугоу уже ушли, впихнув чаевые (которые в последствии были впихнуты в карман Кацуки) и смена подходила к концу. Осталось лишь дообслуживать последних клиентов, немного прибраться и передать пост другим официантам. Вышли после тяжелого рабочего дня парни, уставшие до смерти. Оба не могли и пальцем пошевелить, потому что работа в самом деле вымотала. Они сели на ближайшую лавочку, перекручивая у себя этот день в голове. Они сидели совсем близко друг от друга, словно ожидая чего-то. Кацуки не знал, чего он ждал. Может и вовсе обманывал себя ложным ожиданием. Непонятно. Он посмотрел на Тодороки, такого уставшего и расслабленного после сумасшедшего дня. И.. Он не смог не заметить, как чертовки идёт ему зачесанные назад волосы. Этот шрам ни капли не уродовал. Добавлял изюминку. И Бакугоу почувствовал, что это именно тот самый неловкий момент из жизни. Очень неловкий, потому что прямо сейчас он хотел затащить Шото куда-нибудь и станцевать для него. Увидеть вновь этот туманный взгляд, эти глаза, полные желания и прочитать его мокрые мысли. - Спасибо за всё,- сказал Кацуки, стараясь себя отвлечь от мыслей.- Я обязательно отплачу, чем смогу.. - Я ещё не придумал,- сказал Шото.- Что ж, я пойду. Будь осторожен по пути домой. Кацуки хотел бы, чтобы Тодороки проводил до дома его. Не знал, почему. Просто наверное потому, что сейчас он максимально расслаблен и доволен. И Шото.. Классный. Классный, но говнюк. Блондин коротко кивнул, уходя в противоположную сторону. Нет, только никаких чувств.. Этого явно не хватало.