Гермиона на шестом курсе - "подменыш" или развитие канонного характера ?

Мужчина ревнует, когда любит; женщина - даже когда не любит, потому что поклонники, завоеванные другими женщинами, исчезают из круга её поклонников.

Иммануил Кант

      Увы, влюбленности присущи и не совсем благовидные чувства. В первую очередь, разумеется, ревность, которой объясняют чуть ли не все поведение Гермионы. Но, так ли это на самом деле, если чуточку присмотреться, не судить с налету? Начнем с отношений вокруг Флер Делакур "— Вообще-то привыкаешь, — ответил Рон, — но когда она вдруг выскочит на тебя вот так, неожиданно... — Жалкое зрелище, — со злостью сказала Гермиона, отодвинувшись от Рона подальше и скрестив руки на груди."       Принято считать, что это так Гермиона ревнует Рона. И ревнует, разумеется, потому, что влюблена в него. Но его сестра, та чем недовольна? " — Да-да, правильно, заступайся за нее, — огрыз¬нулась Джинни. — Всем известно, что ты на нее запал." " ….а она... — Корова, — кивнула Джинни. — Ты же не хочешь, чтобы она все время тут торчала? — изумленно спросила его Джинни." " — О'ревуар, 'Арри, — сказала Флер грудным голосом и расцеловала его на прощание. Рон тоже сунулся вперед, глядя на нее с надеждой, но Джинни подставила ногу, и Рон шмякнулся носом в пыль у ног Флер."       Неужто и Джинни ревнует Рона?! Ах, не ревнует, просто Джинни бесит, что Рон ведет себя как идиот перед той, кого Джинни не любит и кому не может не завидовать? А Гермиону, значит, не может так же бесить Рон, она не может не любить Флер или завидовать ей? Она, вообще-то, если кто не помнит, была недовольна Флер Делакур, можно сказать, с первого взгляда (или первого слова) Или только ревность, только хардкор?       Читаем дальше. «Приступ ревности к Розмерте», вот как назвал этот эпизод один из моих былых собеседников: "— Рон, ты чего там высматриваешь? — Ничего, — отозвался Рон, поспешно отводя глаза от бара. Но Гарри знал — его друг пытался встретиться взглядом с фигуристой привлекательной барменшей, мадам Розмертой, к которой давно был неравнодушен. — По-моему, это «ничего» разливает огневиски в конце зала, — язвительно заметила Гермиона. Рон не ответил на колкость и демонстративно потягивал свой напиток в молчании… Гермиона барабанила пальцами по столу, поглядывая то на Рона, то на бар. Дождавшись, когда Гарри опустошит свою бутылку, она предложила: — Итак, будем считать, что день закончился, и пойдём назад?" Впрочем, если бы Гермиона точно так же погрузилась в свои мысли и молчание, как оба ее спутника, такое поведение все равно оценивалось бы как ревность: ах, она так страдала, так страдала, что слова вымолвить не могла! И, как же обойти Лаванду Браун! "…когда Рон поравнялся с девочками, Парвати вдруг подтолкнула локтем Лаванду, та оглянулась и широко улыбнулась Рону. Рон мигнул, потом неуверенно улыбнулся в ответ.Он вдруг ни с того ни с сего расправил плечи и выпятил грудь. Гарри поборол искушение расхохотаться… Зато Гермиона держалась холодно и отстраненно, пока они шли к стадиону под мелким моросящим дождем, и отправилась на трибуну, не пожелав Рону удачи.."       К чему, спросите, эти нудное копание, все же на поверхности: три привлекательные фемины, Рон реагирует на них однозначно положительно, а Гермиона на это - однозначно отрицательно. Следовательно, влюбленная Гермиона ревнует. Однако доказательный ряд – не корректен. Потому как было, было, что Рон реагирует положительно на девушку, а Гермионе – все равно: "— Ты здорово комментировала последний матч! — похвалил Рон Полумну, …Полумна неуверенно улыбнулась. — Шутишь, да? — сказала она. — Все говорят, что я была ужасна. — Да нет, серьезно! — искренне воскликнул Рон. — Я и не припомню, чтобы комментарий доставил мне большее удовольствие!... — Знаете, а Полумна нравится мне все больше."       Почему Гермиона молчит в этом случае? Не думает, что Полумна годится в соперницы, ведь Рон откровенен: "— Я понимаю, у нее не все дома…?" Или, пусть Рон искренне восхищается душевными, духовными или интеллектуальными качествами особы женского пола, лишь бы не физическими? Или все дело в том, что Рон в этом случае ведет себя нормально, а не так, как раньше, не по-идиотски, отчего Гарри хотелось ржать, а Гермиону охватывал испанский стыд или чувство неполноценности?       Какая-то избирательная ревность получается: здесь ревную, здесь не ревную, а здесь рыбу заворачиваю.       И, как же обойти знаменитый эпизод с «канарейками», эту альфу и омегу гудшипа 6-го курса (потому и цитировать его надобности нет)?       Кто сомневается, что птички были насланы от яростной ревности? Одного я знаю. Это Рон. "— Кажется, обошлось, — пробормотал Гарри. — Угу, — согласился Рон. — Могло быть и хуже. Помнишь, как она на меня птичек натравила?"       Да, это уже седьмая книга, но Рон снова повел себя, мягко говоря, нехорошо: оскорблял друзей недоверием, высказывал всякие нехорошие вещи и попросту бросил близких людей, поддавшись слабости. Поэтому он и воспринимает канареек как заслуженную кару. Такую же, как год назад, когда он проявил себя не меньшим му...ом. Ну не ревность же он в Гермионе заподозрил?!       В отличие от него, все упоминающие «канареек», хоть в дискуссиях, хоть в фанфиках (даже пайских), полностью сосредотачиваются на поцелуе Рона и Лаванды, упуская при этом, что происходило между Роном и Гермионой до этого поцелуя. *Кинон такой кинон!*       А между ними полыхала форменная «холодная война»: Рон "который мало того, что был холоден к Джинни и Дину, так ещё и обходился с обиженной и ничего не понимающей Гермионой с ледяным, насмешливым равнодушием. К тому же за ночь он, казалось, приобрёл такую же раздражительность и готовность наброситься, как соплохвост средней злобности. День Гарри прошёл в попытках примирить Рона и Гермиону, не увенчавшихся успехом. .. новоявленная агрессия Рона не прошла и через несколько дней."       Да к тому же, мало того, что почти целую неделю Гермиона подвергалась остракизму, на нее еще и набросились ни за что ни про что: "— На самом деле я пил простой тыквенный сок? –спросил ошеломленный Рон. — А как же хорошая погода… И Вейзи не смог играть… Ты правда не давал мне никакого зелья? Гарри покачал головой. Рон смотрел на него, разинув рот, потом повернулся к Гермионе и передразнил: — «Ты за завтраком добавил Рону в стакан «Феликс Фелицис», потому он и брал все мячи!» Видишь, я и без посторонней помощи умею брать мячи! — Я не говорила, что не умеешь… Рон, ты же и сам думал, что выпил его! Но Рон уже шагал к двери, вскинув метлу на плечо."       То есть, смотрите, как складывается ситуация с точки зрения Гермионы: твой друг, к тому же, похоже, неравнодушный к тебе, в одно не прекрасное утро без повода прерывает с тобой дружеские отношения, начинает при всяком удобном случае третировать либо же в упор не замечать. "Гермиона …остановилась возле них по дороге к своему месту, Она так устала от постоянного хамства Рона, что завела привычку завтракать отдельно."       Словом, «третий курс, дубль два!» Немудрено, что Гермиона, находясь в недоумении (а кто теперь Живоглот?), восклицает в сердцах: "— Не понимаю, что я опять сделала не так..."       И вишенкой на торте, после несправедливого «наезда», после состоявшихся прилюдных поцелуев с Лавандой (а допустим хоть на мгновение, что Джинни рассказала о сцене «за гобеленом»?) Рон продолжает игнорировать Гермиону: "Рон старательно отводил от нее глаза, но сказал со странной смесью смущения и бравады: — Привет, Гарри! А я все думал, куда ты запропастился?"       На третьем курсе, примирение произошло после высказанной готовности Рона помочь Гермионе в том, что она делала и считала важным. Гермиона, чувствуя, что в конфликте была часть и ее вины, принесла извинения.       Здесь же у нее никаких причин к примирению нет. Рон, в свою очередь, не желает сделать первый шаг и извиниться за свое паршивое поведение.       Из чего, собственно, автор сего опуса и выводит хэдканон, в котором конец пятого курса ознаменовался тем, что Рон попытался поцеловать Гермиону, а она эту попытку пресекла.В его рамках ВСЕ странности в отношениях друзей Гарри становятся объяснимы, непротиворечивы и понятны.       Но, и без него сцена с «канарейками» иллюстрирует не столько ревность, сколько замашки собственника: ты должен вести себя так, как я считаю нужным. Не зря Рон возмущается "— Рон, я тебя предупреждаю, не пей! — повторила Гермиона в тревоге, но Рон схватил свой стакан и залпом проглотил сок со словами: — Нечего тут командовать,Гермиона!"       И не зря позже, когда Гарри будет пытаться строить из себя миротворца, Гермиона снова и снова будет упирать на «он имеет право целоваться с кем хочет». Потому, что отрицать такое право – это значит вслух предъявить свое право собственности на Рона.       Право, не отрицаю, часто густо идущее рука об руку с ревностью и также являющееся одним из признаков влюбленности.       Впрочем, собственницей Гермиона была всегда.