Гермиона на шестом курсе - "подменыш" или развитие канонного характера ?

Она была умной женщиной, пока не влюбилась.

«Секс в большом городе»

Как определить, что человек влюблён? Просто.

Влюблённый человек действует против своих интересов.

Франсуа Трюффо

      Ладно, предательство – все-таки не так много читателей обвиняют в нем Гермиону. Ладно, зависть – всё же не все прям поголовно усматривают в отношении ГГ к учебнику ПП именно ее. Но вот то, что можно назвать проявлением ее романтических чувств, вызывает прям-таки бурление… других чувств практически у всех читателей, пусть и по разным причинам. Любители джена в очередной раз убеждаются, как «отношеньки» портят книгу. Любители неканонных пейрингов с Гермионой испытывают жгучее желание развидеть прочитанное и быстро-быстро переписать историю в нужном ключе. Особенно тяжело приходится пайцам: если ранее пай с гудшипом в книгах «обнаруживался» фифти-фифти, то при чтении 6-й книги не остается сомнений, чья взяла! Впрочем, для гудшиперов тоже все не слава Мерлину: как, вот как можно было быть такими глупцами, так мучить друг друга?!       Но, почему же такие представления вообще имеют место быть?       Действительно ли Гермиона на 6-м курсе влюбилась /осознала свою любовь к Рону?Либо, другими словами, что ее гормоны поимели ее же мозги?       Насколько это верно?       Вот, к примеру, пространная цитата из одного фанфика: Для меня любовь — это когда - не хочешь расставаться ни на секунду, когда все твои мысли связаны с ним, и тихий вечер вдвоем гораздо привлекательнее шумной вечеринки. Мы ничего не знаем и не можем знать о мыслях Гермионы, но вполне очевидно, как то, что она не возражает против проведения времени вместе с Роном, так и то, что ничто не свидетельствует, что она стремится к этому, особенно в формате тет-а-тет. Нет, отрицать возможность, что что-то происходило, пока Гарри не видел, нельзя, но вряд ли это «что-то» много стоило, если учесть им увиденное! - хочешь постоянно прикасаться к нему       Опять же, мы ничего не знаем про желания Гермионы прикасаться, но нельзя не посочувствовать девушке, если она действительно была влюблена. Это какую же потрясающую выдержку она демонстрирует: лишь три раза позволить контакт тела с телом! "— Ты прав, — согласилась Гермиона, ногой спих¬нув Рона с кресла и жестом предложив первокурс¬нику снова занять свое место." "— Рон, из-за тебя снег пошел, — страдальческим тоном произнесла Гермиона и, схватив его за за¬пястье, направила палочку в сторону от потолка, с которого и вправду начали падать большие белые хлопья." "— Слушай, дай я схожу набью Перси морду. — Нет, — она твёрдо ответила она, хватая его за руку." - знаешь все его привычки, и ни одна из них не раздражает.       Если учесть, что и в этой книге хватает проявлений раздражения в его сторону, наверное, правильнее думать, что Гермиона раздражается именно на привычки Рона, а не на него самого. Не так ли? - готов, несмотря ни на что, быть с ним и оставаться его опорой.       Видим ли мы, что Гермиона остается с Роном и остается его опорой? Да, видим. Несмотря на его отвратное отношение к ней как к другу и демонстративно- телесное к Лаванде Браун, Гермиона прямо заявляет: "- Я не собираюсь говорить Рону что-нибудь о том, что, возможно, или нет, случилось при выборе вратаря."       То есть, она не позволит ему усомниться в его состоятельности как игрока. И вряд ли потому, что это важно для успеха квиддичной сборной Гриффиндора. - его интересы ничуть не менее важны, чем свои собственные       Несмотря на то, что Гермиона не забывает поздравить Рона с отбором на вратаря квиддичной сборной факультета (сама же поспособствовав нейтрализации его соперника), признать квиддич столь же важным, как ее учеба или проблемы Гарри? Нет, это несерьезно! - и ничто из его слов не кажется глупостью. Ноу комментс. - готов жертвовать ради него всем. Даже собой. Своим счастьем.       На что шла Гермиона ради Рона на их 6-м курсе? А ни на что. Максимум, не поднять хай на весь Хогвартс по поводу принятия Роном «допинга», а сделать это в кулуарной обстановке. Хотя, опять же, это нормальное дружеское отношение.       А вот объясниться и урегулировать взаимоотношения - не желала, пока жареный петух не клюнул. То есть, пока Рон не оказался на грани жизни и смерти... - кроме него не нужен никто — он для тебя и так целый мир.       Все, конечно, возможно. Если глубоко в душе. Очень-очень глубоко.       Ладно, скажут мне. Это придуманное кем-то его собственное представление о любви. Художественная литература и все такое. Что говорит о влюбленности литература более серьезная, хотя бы научно-попсовая?       Увы, она тоже не помогает. Например, в 6-й книге нет того, что в первую очередь свидетельствует посторонним о вспыхнувшей влюбленности девушки: ни нового облика, должного подчеркнуть ее привлекательность, ни долгих взглядов, направленных на избранника, ни стремления (пусть и с разной периодичностью) прихорашиваться и флиртовать. Впрочем, во флирте я разбираюсь плохо, может, кто-то сможет привести примеры флиртующей Гермионы?       Единственно, мы однозначно можем оценить речь Гермионы. Изменений нет: ни лексики, ни темпа, ни окраски. Ее разговоры с Роном образца 6-го курса не отличаются от прошлых лет. .       Далее. Типичным считается погружение в интересы любимого, когда интересы и предпочтения предмета обожания преобладают над собственными.       Этот момент мы уже зацепили выше: нет такого погружения. Хотя, можно именно это посчитать причиной использования заклинания Конфундус на Маклаггене – сопернике Рона по отбору в гриффиндорскую сборную по квиддичу: "К большому огорчению Гарри, Кормак Маклагген взял четыре пенальти из пяти. Но во время пятого пенальти он метнулся абсолютно не в ту сторону… — Что тебе? — ощетинилась Гермиона. — По-моему, — тихо сказал Гарри, — Маклаггена явно кто-то оглушил заклинанием Конфундус. А он стоял прямо против того места, где сидела ты. Гермиона залилась краской."       Но, мне кажется, этот пример куда лучше иллюстрирует повышенную заботливость, которую не может не проявлять влюбленная девушка - ведь где-то в глубине души каждой девушки таятся материнские чувства. Так уж устроена женская природа. К тому же, кроме этого, есть еще два примера:       Прежде всего, приглашение Рона на вечеринку к Слизнорту "— Нам разрешается приводить с собой гостей, — сказала Гермиона, у которой отчего-то жарко запылали щеки. — Я думала позвать тебя, но если, по-твоему, это так уж глупо, не буду навязываться! — Ты хотела пригласить меня? — спросил Рон совершенно другим тоном. — Да! — сердито ответила Гермиона. — Но раз тебе хочется, чтобы я закадрила Маклаггена... Наступила пауза. — Нет, мне этого совсем не хочется, — очень тихо сказал Рон."       Разделяющие точку зрения, что Гермиона неравнодушна к Рону в романтическом плане, не сомневаются, вслед за Гарри, что приглашение только этим неравнодушием и могло быть вызвано.       И, совершенно выпускают из виду пару моментов: - то, что Гермиона была буквально вынуждена пригласить Рона - причину, почему она это сделала.       Все очень просто: Рон слишком явно (в присущем ему духе) страдает от того, что его открыто посчитали неровней не только Гарри, но и Гермионе . Изначально смотря на Поттера как на МКВ, он худо-бедно, но примирился уже с таким положением дел, а вот Грейнджер! Впервые (!) за все их совместные годы он не разделяет времяпровождение своих друзей, не по своей вине ,находясь в здравии и дееспособности.       Именно поэтому он снова и снова прохаживается относительно «Клуба слизней». Недовольство и в этот раз выражено, по обыкновению, прямолинейно: "— У Слизнорта будет рождественская вечеринка, Гарри, и ты никак не сможешь от неё отвертеться. Он попросил меня составить список твоих свободных вечеров, чтобы без сомнения тебя заполучить. Гарри застонал. Тем временем Рон, пытавшийся выжать в чашку сок из плода, положив на него обе руки, встал, и, нажимая на плод со всей, как мог, силой, сердито спросил: — И эта вечеринка, как всегда, только для любимчиков Слизнорта, да? — Да, только для членов клуба Слизней, — ответила Гермиона. Плод вылетел у Рона из-под пальцев, отскочил, как мяч, от стекла теплицы прямо в профессора Росток, ударил ей по затылку и сбил с неё старую залатанную шляпу; Гарри пошел забрать плод, когда он вернулся, Гермиона говорила: — Слушай, не я придумала это название «Слизень-клуб"… — Слизень-клуб, — повторил Рон с интонацией, достойной Малфоя. — Как трогательно. Желаю насладиться вечеринкой. Почему бы тебе не охмурить Мак-Лаггена, тогда Слизнорт может назначить вас королем и королевой слизняков…       Гарри сумел выйти из ситуации, ловя двух своих зайцев: не желая посещать собрания под эгидой Слизнорта, он их попросту пропускает, назначая на это время тренировки и, соответственно, проводит время с Роном.       Гермиона пойти таким путем не может и, вполне возможно, не хочет: похоже, находит эти собрания полезными. Или приятными. А, когда предоставляется возможность, она поступает точь-в-точь как Гарри, только наоборот: она приглашает Рона на вечеринку под эгидой Слизнорта. Таким образом, и овцы целы, и волки сыты. Нет?       Еще одним примером заботы с ее стороны является беспокойство после отравления Рона медовухой Слагхорна. " В больничном крыле стояла тишина — Рон был тут единственным пациентом. — Вокруг его кровати сидели Гарри, Гермиона и Джинни — они с самого утра караулили у дверей лазарета, стараясь заглянуть внутрь, когда кто-нибудь входил или выходил. Но мадам Помфри пустила их только в восемь. …Гермиона чуть слышно шмыгнула носом. Весь день она вела себя очень тихо — с того момента, как бледная, испуганная, примчалась к больничному крылу и выяснила у Гарри подробности случившегося. Она почти не принимала участия в беспрерывном обсуждении того, как отравили Рона, а просто стояла рядом, напряжённая и молчаливая, пока их не пустили внутрь."       К сожалению, поверить, что Гермиона буквально выпала из реальности, из-за того, что Рон едва не погиб, не получается. Поскольку ее слова чуть ниже говорят о том, что ее волнует не прошлое, а будущее. И меньше всего Рон: снаряд, как известно, два раза в одну воронку не попадает… "— В таком случае, отравитель плохо знал Слизнорта, — голос Гермионы, раздавшийся впервые за несколько часов, звучал так, словно она была сильно простужена. — Любой, кто знаком со Слизнортом, понимает, что тот скорее оставит всё вкусное себе." "— Сомневаюсь, что дело тут в квиддиче. Но какая-то связь между этими происшествиями точно есть, — тихо проговорила Гермиона. — С чего ты взяла? — поинтересовался Фред. — Ну, во-первых, обе попытки должны были привести к смерти, и обе не достигли своей цели, хоть и по чистой случайности. Во-вторых, и яд, и ожерелье, насколько можно судить, не попали к намеченным жертвам. Разумеется, — задумчиво добавила она, — это значит, что тот, кто за всем этим стоит, в каком-то смысле ещё более опасен, чем мы предполагаем — его не волнует, сколько людей умрёт до того, как он добьётся желаемого."       Несмотря на то, что все три эпизода легко объяснить дружескими чувствами, даже в этом случае мы не можем отрицать очевидный колоссальный прогресс в заботливом отношении Гермионы к Рону: 3:0,2.       Почему 0,2? Все просто: за ВСЕ предыдущие пять книг Гермиона проявила о Роне заботу, выходящую за границы заботящейся о нерадивом брате-троечнике старшей сестры-отличницы, всего один раз, в прошлом году, пусть и весьма впечатляюще.       И, что же получается?       Из всего хорошего, что пробуждает влюбленность в человеке, особенно столь юном – только заботливость, не выходящая,впрочем, за рамки дружеской?       Где бьющая через верх энергия, преобразующая к лучшему носителя столь светлого чувства?       Где стремление сделать счастливым своего избранника?       Где желание быть вместе с ним всем врагам назло?       Нету.       А что есть?