Мелкие истории

Брэдли проснулся в очень и очень хорошем настроении. Сегодня был день его рождения! Он обожал этот праздник, обожал поздравительные слова, смущенные взгляды и поцелуи, всеобщее веселье. Не будучи зацикленным на своей славе и популярности, он умел от души дурачиться со всеми, не боясь выглядеть смешным и глупым. Пока Брэдли пробежался, принял душ и привел себя в порядок, пришли полные сердечек и цветочков СМСки от Стефани и Натали. Позвонила радостная мама и, когда актер уже брался за ручку двери своего номера, телефон заиграл музыкой, настроенной на звонок отца. Несколько его скупых и сдержанных поздравительных слов дорогого стоили и, отключившись, Брэдли расплылся в еще более широкой и счастливой улыбке. Однако эта улыбка исчезла, когда автобус с актерами не взорвался при его появлении восторженными воплями и поздравлениями, а продолжал мирно дремать. Кивки головой и вялые «Привет» Джеймса абсолютно не устроили. Колина не было, он собирался ехать на своей машине, и Брэдли вдруг захотелось выскочить из автобуса и дождаться Моргана, чтобы ехать с ним, но они уже были в пути. Капс решительно шагал к нему. «Точно вспомнил!»,— возликовал Брэдли. — Брэд! Мы сегодня немного поменяли график съемки из-за погоды. Но не волнуйся, тебе понравится. Вот, держи! Джонни всунул ему в руки два листочка и умчался. Джеймс нахмурился и погрузился в чтение. Ричард улыбался до ушей, направляясь к молодому коллеге. «Хоть Ричард человек!»,— уже почти обиженно подумал Брэдли. — Мальчик мой! Я очки в гримерке оставил, а кроссовки развязались. Завяжи, не сочти за труд. Брэдли легко присел перед мудрым Гаюсом и завязал его крутые кроссовки, скрытые под длинным костюмом и спасающие его больные ноги. Ричард улыбнулся, поблагодарил и... ушел. Энтони приближался, раскинув руки для объятий. Но Брэдли был насторожен — Хэда все побаивались. — Сынуля! — Сжал его в объятиях Тони. — Я дождался этого дня! Сегодня я наору на тебя и брошу в темницу. Это же просто праздник! Король в действии! Джеймс облегченно выдохнул, оказалось, ликование Энтони просто объяснялось. — Брэдли! Брэдли! — Маленькая Энджел бежала к нему, придерживая длинное платье. Джеймс взмолился: «Энджи, ну хоть ты не подведи! Вспомни!» — Брэдли! У тебя не мой сценарий? — Нет, это мой. — Совсем скис «Артур». — Точно? Там нет на обложке цветочков и сердечка? Брэдли показал девушке обложку и предложил: — Забирай. Я на сегодня все помню, а потом себе достану. Энджел ухватила сценарий, чмокнула коллегу в щеку и убежала. Изящные ладони легли на плечи и начали их сильно разминать. Сзади зазвучал мелодичный голос: — Люблю, когда ты без железа и без кольчуги, можно практиковать свои массажные навыки. А заодно и укреплять мышцы рук. — Всегда пожалуйста. Кэти. Сериальная сестра еще молча посопела над ним и, взъерошив ему волосы, ушла. «Мир сошел с ума!»,— решил Брэдли и собрался расстроиться или обидеться, но раздалась команда: «По местам!». Работа заставила забыть о дне рождения. Он стал Артуром, а у Артура сегодня были проблемы с отцом, а не с памятью коллег. Только в перерыве, Брэдли увидел Колина и даже побоялся радоваться улыбающейся физиономии друга. Тот пожал руку и присел рядом: — Представляешь, машину пришлось в автосервис отогнать! На полпути сломалась. Такси вызывал, чуть не опоздал! Странный день сегодня. — Да, странный. — Кивнул Брэдли. Уже вечером умытый и переодетый Джеймс шагал к автобусу, удивляясь, что никого из коллег нет рядом. «Последним сюрпризом на сегодня может быть только то, что они уже уехали»,— хмуро решил актер. — Брэдли!!! — Загрохотал над головой голос Энтони. — А-ну, назад, сынок! Джеймс резко повернул и пошел на крик. Хэд стоял на ступеньках замка, нетерпеливо притопывая ногой. — Что? — Брэдли поднял голову на своего короля. — Сейчас переснимать сцену в тронном зале будем! — Зачем? Все же было хорошо. — Забраковали. Сейчас гримеров вернут, и до победного конца! Давай, поднимайся! Идем! Джеймс кивнул головой и поднялся к Тони. Тот приобнял коллегу за плечи и буквально повел его в зал. Когда двери распахнулись, Джеймс на секунду закрыл глаза, чтобы не ослепнуть от блеска и разноцветья шариков, колпаков, подарочных коробок, ленточек и прочей дизайнерской радости. Вопли коллег оглушили Брэдли. К ним присоединились трещалки и дудочки. Джеймса обнимали, тискали, трепали по плечу, целовали. Был и накрытый стол, были и танцы, были и длинные поздравительные речи. Все было так, как Брэдли любил, и так, как он с утра мечтал. Можно было дурачиться от души, как мальчишке радоваться подаркам, вести себя по-идиотски. Глубокой ночью, уставшие и счастливые актеры добрались до гостиницы и тихо, стараясь никого не потревожить, разошлись по своим номерам. Колин возник на пороге Брэдли неожиданно. Его слегка пошатывало, улыбка была счастливая и радостная: — Брэд, ты, правда, думал, что мы забыли? — Была такая мысль. — Мы же в прошлом году такой праздник устроили! Неужели это можно было забыть? — Колз, — Брэдли подошел к коллеге и взял его за плечи. — Ты что пил? — Вино. — Давай я тебя в номер провожу, а? — Провожай! — Кивнул друг. Когда Брэдли вернулся в свой номер и зажег свет, он вздрогнул от неожиданности: на расстеленной кровати в роскошном красном пеньюаре с красным бантиком на светлых волосах сидела Джорджия. — Джордж! — Брэдли глупо хихикнул. — Что это за бантик? — Ну, подарочные коробочки ведь перевязывают ленточкой с бантиком. Я — твой подарок! — Ага! — Только и нашел что сказать Брэдли. — Может, ты свет выключишь? — И не подумаю, я ведь не увижу подарок, когда сниму ленточку и обертку. — Усмехнулся Джеймс, направляясь к кровати.