Мелкие истории

— А-ну, зайдите ко мне, братцы-кролики! — Подхватил под руки Колина и Брэдли продюсер. Усадив их в своем кабинете, он задумался. Какими-то замученными и совсем не звездными были эти мужчины: бледные лица, синяки под глазами, тусклые волосы, опущенные плечи. Капс отмахнулся от этих мыслей, все-таки позади была тяжелая рабочая неделя. Продюсер оглянулся: чай уже закончился, конфет и печенья тоже не было, только пара бутылок с водой. Он вздохнул и решил не тянуть: — По вашу душу приезжает какой-то неимоверно талантливый итальянец. Фотограф. Все поют ему славу и говорят, что он невероятен, что так еще никто не работал, бла-бла-бла. Он сам вышел на нас, он сам напросился сделать фотосессию с вами. Джеймс не отрывал взгляд от столешницы: — Когда он приезжает? — Сегодня вечером. Ночью хочет пообщаться с вами, а завтра фотографировать. — Ночью? — Простонал Колин. Капс сделал лицо строгого и справедливого отца, объясняющего своим малым детям, почему нужно кушать овсянку: — Он очень занятой человек, у него очередь из звезд расписана на следующее тысячелетие, а к нам он приехал сам! Улавливаете? Поэтому работать вы будете на его условиях! Все. Я вам позвоню. При гостинице был небольшой конференц-зал, где ночью актеры и встретились с фотографом. Это был небольшой толстенький, лысенький, очень живенький человечек. К нему всему и ко всем его частям, если можно так сказать, хотелось применять уменьшительно-ласкательные суффиксы: лысинка, ручки, волосики, животик. Но бегал по комнате и кричал он очень быстро и громко, при этом его жестикуляция напоминала работу мельницы. Все это ужасно раздражало спокойного британца и нервировало сдержанного ирландца. Итальянец носился туда-сюда и фантазировал: — Я сделаю вас Робинзоном и Пятницей! Вы! — Он почти ткнул пальцем в нос Брэдли, тот даже дернулся. — Вы будете Пятницей! Это будет необычно и очень по-новому! — А я попугаем, можно? — спросил Колин. Фотограф на минуту замер, старательно переводя фразу актера, но потом отмахнулся от нее. — Или вы будете Томом Сойером и Гекльберри Финном! Тут уж оба актера с нескрываемым интересом уставились на него: — А кто кем будет? — Спросил Брэдли. Итальянец всплеснул ручками: — Это же не важно, мистер Джеймс! Я подбираю, я ощупываю типажи, понимаете? Вот мистер Морган может быть Гарри Поттером, а вы... — Драко Малфоем. — Нет! — Щелкнул пальцами фотограф. — Это то, что первое приходит в голову, а вы будете Роном Уизли! У меня столько идей, столько типажей! Я бы еще сделал вас... — Чипом и Дейлом. — Закончил Брэдли. Человечек внезапно остановился и сел перед молодыми людьми. Глазками-бусинками он внимательно посмотрел на одного потом на другого и произнес: — Господа, вы скучные! Скучные и заносчивые. Вам не нравятся мои идеи? ОК! Завтра... стоп! — Он взглянул на часы: — Сегодня в семь утра жду вас здесь для съемки. В чем явитесь, в том и будем снимать. Всего хорошего! Фотограф укатился, а Брэдли пожал плечами: — Почему мы заносчивые? Мы бы еще из Энджел Гаечку сделали, а из Асы комарика. Как его звали? — Вжик. Идем спать, у нас мало времени осталось. Когда тихо переговариваясь, молодые люди поднялись на свой этаж, на диванчике в конце коридора их уже ждал продюсер. Он затащил актеров в номер Моргана и зашипел: — Это дарование только что строило меня, как мальчишку! Вы высмеяли все его идеи, вы не поддержали его, вы не захотели обсудить с ним, какой будет концепция съемки! Совсем зарвались? — Джонни, мы не... — Начал было Колин, но Брэдли сжал его руку. — Джонни, мы хотим съемку в стиле садо-мазо с цепями и кнутами или в окружении обнаженных девушек. У Капса лицо стало таким, что Колин испугался за Брэдли да и за самого Капса. — Сдурели? У вас в контракте что написано?!! Никакой обнаженки в период съемок! Наш фильм рассчитан на молодую аудиторию! Вы должны быть героями, а не тем, что ты сказал! — А то, что эта молодая аудитория в интернете на нас рисует и фотошопит, это, по-твоему, нормально? — Ухмыльнулся Брэдли. — Это уже их проблемы! — Джонни рубанул рукой по воздуху: — Завтра в семь на съемку! И сыграйте завтра двух немых. Хоть одно слово, хоть одна шутка, и я сам устрою вам садо-мазо без съемки! Понятно? Молодые люди кивнули. Когда продюсер ушел, Колин глянул на друга: — Как оденемся? Брэдли пожал плечами. Ровно в семь в конференц-зал вошли Морган и Джеймс, и фотограф крякнул, глянув на них. Молодые люди были в строгих темных костюмах и светлых рубашках. — Доброе утро! — Почти хором произнесли они. — Доброе! — Скривился гений и талант и добавил себе под нос по-итальянски: — Чувства юмора нет, воспитания нет, фантазии, оказывается, тоже нет... Он сложил руки на груди и в упор начал рассматривать актеров. Потом вздохнул и сказал: — Ну что ж, я профессионал, даже с таким материалом я могу работать. Приступим.