Истории После

      Маммон покинул кабинет не больше пяти минут назад, а одна самоуверенная Акула явно не собиралась следовать его примеру. Наоборот, Скуало подошла к двери, запирая ее, и резко развернулась, впиваясь в Занзаса взглядом, словно хотела увидеть все его мысли. Хотя иногда ей это удавалось, они слишком хорошо знали друг друга, слишком близки были. И дело даже не в телесной близости. Хотя от нее Занзас отказываться не собирался и почти сразу по пробуждению Скуало после Битвы Колец, не до конца добровольно с ее стороны, переселил Акулу в свою комнату. Какой ей смысл жить в другой, если ночуют они все равно вместе? А вещей у нее не по-бабски мало, так что шкаф не лопнет. Зато всегда рядом будет.       – И в какую авантюру ты нас втягиваешь в этот раз? – Занзас на эту претензию нахмурился, решая как ему лучше осадить обнаглевший Дождь: словами или швырнуть в наглую мечницу что-нибудь тяжелое, чтобы думала перед тем как говорить. Хотя к чести Скуало ее поведение мало изменилось со сменой статуса. Она все так же трепала ему нервы, просто теперь он мог от этого хоть какое-то удовольствие получить. К примеру, он все-таки испробовал один из способов заткнуть свой Дождь. Поцелуем. Метод оказался действенным, правда в зависимости от ситуации, скандал, после того, как она помолчит пару минут, либо разгорался с новой силой, либо переходил в совсем другую плоскость.       – Твоя работа выполнять мои приказы, а не думать о их причинах, – в этот раз он решил все таки обойтись словами, все же со стороны его легкое согласие участвовать в Битве Представителей, пусть даже и по просьбе члена Семьи, смотрится странно.       – Я не о причинах думаю, а о последствиях, – Скуало явно надоело наблюдать за ним от двери и она широким шагом, в котором так и не появилось ни капли женственности, подошла к столу, по своей привычке упирая руки в столешницу и наклоняясь ближе к Занзасу, упрямо продолжая смотреть в глаза. – Мне все это слишком Битву Колец напоминает. А снова участвовать в гладиаторских боях на потеху непонятно кому, я не хочу. Они даже место действия не сменили. – В этом вопросе с мечницей спорить было сложно. То, что планируется "Шахматоголовым", кажется, так этого человека назвал Маммон, вряд ли будет детской игрой. И в отличие от Битвы Колец, в этот раз вряд ли кто-то будет играть в поддавки. Аркобалено крайне влиятельны в мире мафии и выбирать себе представителей будут из числа лучших, а значит, опасности и риска для Варии будет куда больше. Но когда их останавливала такая мелочь? Особенно, если цена достойна риска. – Что тебе предложил Маммон, если ты так быстро согласился?       – Ничего, – скептический взгляд Капитана, был красноречивее любых слов. Своему Боссу она не верила ни капли и была права в своем недоверии. – Ничего материального, – добавил он и усмехнулся, наблюдая, как отражается на лице мечницы мысль. Скуало ни в коем случае не была дурой, но интриги это не ее. Она прямолинейна, как ее любимый меч, и потому даже свои эмоции в не боевой обстановке скрывает с большим трудом. Занзас не считал это недостатком, ведь когда надо, она вполне вспоминала о воспитании с налетом аристократизма и могла закрутить несложную интригу или просто не дать окружающим понять, что у нее на уме, благодаря чему успешно управляла Варией, пока он «отдыхал» в Колыбели. Просто сейчас, когда он вернулся на свое законное место, Скуало не желала больше брать на себя не нужную ей ответственность, свалив это на Босса и вернувшись к своей любимой манере поведения, вполне успешно изображая ничего не понимающего солдафона. Большинство покупалось, быстро забыв, что именно этот самый «солдафон» четыре года оставлял их с носом, выбивая для Варии лучшие условия и контракты, заставляя переплачивать за услуги Отряда независимых убийц или успешно уводя этот самый отряд от всякой ответственности за свои действия.       – С потрохами купил, – восхищенно присвистнула она, начиная понимать глубину провернутой интриги.       Маммон был частью Варии, но при этом во многом он был независим и от Занзаса как Босса, и от самой Варии. Он мог исчезнуть на пару месяцев по своим делам, не ставя никого в известность, и никто не стал бы после ему за это выговаривать. Занзас отлично понимал, что Маммон оставался в Варии во многом лишь из соображений личного комфорта. В Семье, где у каждого Хранителя в голове личный выводок тараканов, даже со своим проклятием, он смотрелся довольно органично. Здесь никто не обращал внимания на его внешность, на него никогда не смотрели с болезненным любопытством, перемешанным с жалостью, а таланты принимали с должным уважением, всегда оплачивая их в срок. Но при этом он все равно мог уйти в любой момент, в этот раз навсегда, и его бы точно так же никто не смог бы остановить.       Но сейчас... Занзас расслабленно откинулся в кресле, как должное принимая восхищение Скуало. Маммон сам себя загнал в ловушку. Если бы он был вынужден просить, или Занзас хотя бы назначил плату за свои услуги, то это была бы просто очередная сделка, ни в чем не меняющая статус иллюзиониста. Но Босс Варии согласился сразу, согласился, показывая, что знает о подоплеке дела и возможном исходе Битв. Согласился так, словно просьба исходила не из уст вольного наемника, которым все эти годы старался оставаться Маммон, а от члена Семьи.       И Маммон оказался намертво связан с Варией этим согласием и тем, что он принял эту помощь. Шанс снять проклятие был для него важнее мифической свободы, но теперь, даже если ему удастся, он все равно останется в Варии. Потому что он больше не наемник, а часть Семьи.       Так что Занзас крайне доволен тем, что Вария получила такое усиление и даже временная потеря нового иллюзиониста теперь его раздражает значительно меньше. Все-таки Мукуро – это не Вонгола, и своего ученика он не вырастит на глупых идеалах Десятого, а значит, и Вария не много потеряет, позволяя Франу пока оставаться под крылышком своего учителя. Разве что из-за конфликта между Бешеным и Мукуро у Занзаса нет возможности получить в свою семью не ученика, а учителя. Его приемник вряд ли захочет видеть рядом с собой врага.       Бешеный так и не открыл все карты, рассказывая о причинах такой ненависти к выходцам из лабораторий Эстранео. Приемник отделывался общими фразами, а Занзас считал, что эта тайна может остаться его личной, потому что не влияет на его способности. Но это не мешало пытаться докопаться до правды по своим каналам. И Ураган Варии давно получил приказ, найти все, что можно, о происходящем в Эстранео. Правда, пока результата не было, но время научило Занзаса терпению. Увы, но не всегда можно получить все, что хочешь – сразу, иногда приходится ждать, порой годами.       – И когда нам тащиться в Японию? – Скуало скривила губы, с этой страной у нее было немного приятных воспоминаний и возвращаться туда, особенно в городок Намимори, она не хотела.       – Тебе не терпится исправить свое упущение и все-таки составить мне компанию на горячих источниках? – Занзас усмехнулся и протянул руку, планируя схватить мечницу за свисающие через плечо волосы, притягивая ее к себе ближе.       – ВРООООЙ! Даже не надейся, бля! И руки убрал, – резко выпрямившись, она откинула волосы за спину и сделала шаг назад, чтобы он точно не смог дотянуться. – Я еще раз повторю, что нет ничего глупее, чем сидеть без оружия в горячей воде, да еще и в окружении незнакомых людей. Сам так развлекайся.

***

      – Мы едем в Намимори, – новость, высказанная Скуало за ужином, особого оживления среди офицеров Варии не вызвала, только Такуми продемонстрировал хоть какую-то заинтересованность. Японец все переживал, что так и не смог переговорить с младшим братом в спокойной обстановке. Сначала Битва Колец, а после нее у них просто не было возможности пересечься. Хибари Кея не покидал Японию, а у Такуми не было возможности взять отпуск, чтобы нагрянуть к нему самому. Становление Варии как отдельной семьи занимало много времени и сил у всех причастных.       – Ши-ши-ши, и что мы там забыли?       – Кто-то жаловался, что ему хорошей драки не хватает, – Капитан, то и дело кидала недовольные взгляды на Занзаса, ожидая, что объяснение о причинах поездки будет давать он, или хотя бы Маммон. Но Небо Варии куда больше внимания уделял еде, а иллюзионист куда-то ушел, и в особняке его не было. – Вот за дракой мы туда и едем.       – И кто же будет против Принца? – вот теперь интерес мелькнул и в глазах Бельфегора. Последнее время ему было скучно. Ему нравилось, что больше никто их Альянса не может ими командовать, но и работы стало меньше. Раньше, когда Вария выполняла грязную работу для Альянса, постоянно приходилось мотаться по всему миру, убивая неугодных. Сейчас выдаваемые Капитаном задания стали более мирными, так что от хорошей драки, Ураган отказываться точно не собирался. Особенно если противник будет интересным.       – На месте разберемся, но Десятое поколение Вонголы мимо этой заварушки точно не пройдет.       – Тогда Принц едет. Он очень хочет узнать, на что они способны теперь. И на что способен принц, – Бельфегор потер пальцами новое кольцо, которое еще не успел испытать в бою. Увы, на тренировках приходиться сдерживаться. И Луссурия, и Скуало крайне негативно реагируют, когда их с Такуми тренировки заканчиваются слишком тяжелыми травмами. Они всегда так заканчиваются, если по полной выкладываться. Потому что в какой-то момент очередной удар Облака заканчивался кровопусканием, и Бел терял контроль над собой, идя в разнос. В таком случае тренировку, которая уже перешла в настоящий бой на смерть, останавливал обычно Капитан, просто вырубая обоих и оттаскивая их под крылышко Варийской мамочки.       – Самолет через два дня, так что закончите со всеми делами до вылета.