Огненный рассвет/Fire Dawn

Предупреждение. В основе этой истории частично лежат действительные события. В 2007 году, в результате скандала, который был вызван задержанием пятнадцати служащих военно-морских сил Великобритании в территориальных водах Ирана, а также в связи с активной работой Ирана над ядерной программой, США занимались разработкой плана военной операции под кодовым названием «Укус». Согласно плану, 6 апреля 2007 года должен был состояться ракетно-бомбовый удар по ядерным объектам и командным пунктам Ирана. Две ударные авианосные группа США в акватории северной части Аравийского моря и Персидского залива были приведены в состояние боевой готовности. Одна из групп во главе с авианосцем «Дуайт Эйзенхауэр» провела масштабные учения в Персидском заливе, однако операция «Укус» так и не началась. Согласно общепринятому мнению, операция была блефом, направленным на то, чтобы вынудить Иран освободить пленных моряков, и утечка информации о подготовке удара была намеренной, чтобы припугнуть иранское руководство. В данном произведении я осмеливаюсь отобразить свою версию того, что помешало американским силам начать военную операцию. За исключением вышеперечисленных событий, а также упоминаемой в сюжете гражданской войны в Арабской Республике Йемен, все остальные события и имена являются вымышленными, несмотря на наличие у персонажей реальных прототипов, большая часть которых не имеет никакого отношения к описанным событиям. Любые совпадения случайны. Также, несмотря на наличие у меня военных консультантов и немалого багажа знаний в области оружия, снаряжения, тактики и структуры подразделений специального назначения, я позволил себе приукрасить некоторые моменты, чтобы придать произведению несколько «голливудскую» атмосферу. Приятного чтения!

***

«Требуются добровольцы в «Дельту». Гарантируются медаль, гроб или и то, и другое!» — объявление времён вьетнамской войны о вербовке бойцов в отряд капитана Чарльза Бэквита, впоследствии — основателя подразделения «Дельта». «Настоящие супергерои существуют. Они каждый день проходят мимо нас, готовые встать на защиту великой страны по первому зову. Это обычные мужья, отцы, братья и сыновья, которые могут пристально смотреть в лицо смерти и в тот же день вернуться домой, чтобы убаюкать новорожденного ребёнка.» — © Medal of Honor Warfighter. «Широко раскинув руки, Я стою один. Я не герой, и я не бесчувственный. С трудом отличаю правду от лжи На обратной стороне рая, Что праведным адом зовётся» — © Five Finger Death Punch, Wrong Side of Heaven, альбом «The Wrong Side of Heaven and the Righteous Side of Hell, Volume 1», 2013 г. «Отведи меня вниз к реке, Там настанет конец войне. Память смой мою, словно яд И научи с этим жить меня*» — © Linkin Park, Castle of Glass, альбом «Living Things», 2012 г.

***

10 августа 2005 года, 04:35, долина Фархар, провинция Тахар, Афганистан.

***

Фары квадроциклов были погашены — практически нулевую видимость в предрассветной темноте компенсировали приборы ночного видения. Конечно, для спецопераций первый оперативный полк специального назначения сухопутных войск США, известный как отряд «Дельта», использовал лёгкие пикапы с установленным на них вооружением, таким, как пулемёт Браунинга пятидесятого калибра или автоматический гранатомёт Mk-19, но нам, как всегда, не повезло. Всё самое лучшее снова досталось другим командам, а нам, «банде раздолбаев», как меня и тех ребят, за которых я отвечал, называл майор Уивер, выделили только несколько квадроциклов, которые, впрочем, были достаточно удобны для передвижения по горной дороге. Это была первая из причин, по которым мы были не слишком огорчены. Вторая заключалась в том, что хуже быть просто не могло — уж больно дерьмово и бездарно была спланирована эта чёртова операция. Зачем разбивать один взвод из шестнадцати человек на четыре разные группы по четыре человека и посылать их по отдельности в различные части этой чёртовой долины без какой-либо поддержки? Впрочем, таково было лишь первое впечатление. На поверку, в этой операции не было ничего сверхъестественного — простая работа, всего лишь очередное задание для нас, лучших из лучших. На то мы и были отрядом «Дельта».

***

Попасть в такое элитное подразделение довольно непросто. Кандидатов набирают из разных войск, но предпочтение отдают «зелёным беретам», знаменитому армейскому спецназу, или рейнджерам, выходцем из которых был и я. Вступив в армию в семнадцать лет с согласия родителей, я продемонстрировал весьма незаурядные способности, что и помогло мне пройти курс подготовки армейских рейнджеров, и в 2001 году, в возрасте двадцати двух лет, я вступил в «Дельту», успешно преодолев все испытания, а их было немало. Каждый желающий стать членом Отряда начинал с теста общефизической подготовки и марш-броска по пересечённой местности, включавшего в себя ориентирование по карте и компасу. Дальше его ожидало собеседование и множество психологических тестов. Мне, как обладателю пассивно-агрессивного типа личности, в придачу к этому, искренне верящему в то, что я делаю, было просто удовлетворить требования к психологической подготовке, которые предъявляли к каждому кандидату. «Дельте» всегда нужны люди, способные на сострадание, но готовые убивать без промедления. Люди, чётко следующие приказам, но способные принимать самостоятельные решения. Разумеется, на курсе предварительной подготовки и собеседовании дело не заканчивается. Кандидат должен обладать не менее, чем двумя военно-учётными специальностями (в случае со мной, это были снайпер и подрывник), должен уметь прыгать с парашютом, погружаться с аквалангом и выполнять задачи разной степени сложности в любых условиях. Безусловно, огромнейшее внимание уделялось стрелковой подготовке и тактике борьбы с террористическими и партизанскими формированиями — ведь «Дельта», созданная по образу и подобию британской SAS — Специальной Авиадесантной Службы, была, в первую очередь, антитеррористическим подразделением.

***

Все группы, переброшенные в долину Фархар, выполняли разные задачи. Целью группы с позывным «Эрроу-один», командовал которой старина Хатч, был заброшенный производственный комплекс в северо-западной части долины. По данным спутниковой разведки, которая обнаружила в долине Фархар крупные силы неизвестного противника, более многочисленного и куда лучше подготовленного, чем вездесущий Талибан, здесь была замечена бронетехника — старые советские боевые машины пехоты. Задачей «Эрроу-один» было проверить производственный комплекс, так как его территория была лучшим местом для того, чтобы спрятать там бронетехнику. Группы «Эрроу-три» и «Эрроу-четыре» были в другой части долины, ближе к городу Талукан, где одна группа наблюдала за перемещениями отрядов Талибана и «Аль-Каиды», чья активность в долине снизилась после появления в ней чужаков, а другая наносила точечные удары по складам оружия и боеприпасов. Нам же, группе «Эрроу-два», досталось самое интересное — вчетвером, на квадроциклах, нам предстояло преодолеть несколько миль горной дороги, по возможности избегая вражеских патрулей, и, заняв наблюдательную позицию на одном из холмов, вести наблюдение за расположенной вблизи одного из населённых пунктов виллой. Фотографии со спутника говорили о том, что виллу эту занимала некая важная шишка. В пользу этого говорил многоцелевой вертолёт «Хьюз» MD-500, который на нескольких фотографиях был отчётливо виден на крыше виллы. Вертолёт был разукрашен в цвета армейской авиации США, дабы его можно было принять за военный MH-6 «Литтлбёрд», созданный на базе MD-500. По словам майора Джона Гаррисона из сто первой воздушно-десантной дивизии, чьи люди находились здесь на передовой оперативной базе «Денвер», этот вертолёт нередко пролетал над долиной, но никому и в голову не приходило, что «птичка» была вовсе не американской. Повернув руль квадроцикла, чтобы свернуть направо, я с горечью подумал о базе «Денвер». Её не существовало уже около недели, остатки личного состава, включая майора Гаррисона, эвакуировались на двух вертолётах. Я и бывшие со мной члены нашего взвода улетали на третьем, обстреливаемые со всех сторон из автоматов Калашникова. Перед глазами стояла мрачная картина, и чувство вины снова вернулось. Захотелось закурить, как в старые времена, когда я ещё не бросил. Если бы только я отреагировал быстрее… Дрейк был на моей совести. И я это знал. Тот боевик, выскочивший из-за ограждения и высадивший автоматную очередь в опешившего Дрейка во время атаки на базу, был убит очередью из моего карабина М4 спустя несколько мгновений, но его смерть не могла вернуть жизнь моему другу. Это был второй погибший оператор в нашем взводе за несколько дней. Незадолго до этого семерых из нашего взвода — меня, Лео Данна, Дина Уэнделла, Дрейка Баркера, Джо Коулсона, Карлоса Гарсию и Нолана Андерсона отправили в долину Фархар с задачей обнаружить и устранить местного полевого командира талибов Парвиза Фарди. Тогда мы потеряли Уэнделла. Разведывательная операция переросла в боевую, когда мы столкнулись с превосходящими силами противника — боевиками Талибана и даже чеченскими наёмниками. В течение трёх дней мы вели бой с десятками террористов, используя тактику «ударь и беги», уничтожая разрозненные группы противников и быстро скрываясь в горах. Наконец, нам удалось наткнуться на участок горной дороги, который удерживали многочисленные отряды талибов. Когда они атаковали нас, я и наш снайпер Дин Уэнделл заняли позицию на высоком холме, отстреливая боевиков одного за другим. Это был последний бой для Дина, убитого даже не одним из закалённых в схватках с российскими войсками чеченских снайперов, принимавших участие в перестрелке, а обычным подростком со старым АК-47. Прямо на моих глазах черепная коробка и грудная клетка Дина выпустили наружу своё содержимое под напором пуль калибра 7.62. Чудом сохранив самообладание, я подобрал винтовку Дина и уничтожил около двадцати исламистов прежде, чем подошла остальная группа и прибыло подкрепление. Там нас ожидал ещё один сюрприз — оба боевых вертолёта «Апач» и два транспортных «Чинука», на борту которых находились два взвода армейских рейнджеров, были уничтожены. Сбили их ракетами «Стингер» террористов и плотным огнём из зенитных пушек ЗУ-23, которые боевики тщательно замаскировали, сделав невидимыми даже для суперсовременной электроники, и применили по назначению, подпустив вертолёты поближе. Но перед этим «Апачи» успели нанести удар по позициям талибов, а уцелевшие рейнджеры, объединившись с нами, смогли отразить контратаку врага и помогли нам взять штурмом небольшую деревушку, в которой мы и нашли то, что талибы так тщательно защищали от нас — в одном из домов был оборудован узел связи, причём боевики использовали как радио, так и спутниковую связь. Всё оборудование было уничтожено, а найденные документы, мобильный телефон и пара ноутбуков помогли нам узнать больше о загадочной террористической организации, боевики которой периодически совершали набеги на американские военные объекты как в Афганистане, так и в Ираке. Они называли себя «Вооружённый Исламский Фронт», а людей вербовали как в других террористических группировках, так и среди обычных гражданских, недовольных присутствием чужаков на своей земле. Командира талибов Парвиза Фарди нам захватить так и не удалось, зато мы узнали о новом объекте охоты, и звали этот объект Фарук Хинзир Бахрам. Именно его люди через два дня атаковали и сравняли с землёй передовую оперативную базу «Денвер», уничтожив больше половины личного состава и убив одного из моих ребят, Дрейка Баркера.

***

— Главный, это Эрроу-два. Мы почти на месте. Ситуация под контролем, столкновений с противником не было, приём, — доложил я по рации. — Понял вас, Эрроу-два, — отозвалась рация голосом майора Уивера, — судя по данным со спутника, вы в полумиле от наблюдательного пункта. Выходите на связь, как только достигнете цели. Отбой. Я по привычке кивнул, хотя Уивер никак не мог этого увидеть, и оглянулся назад, дабы убедиться, что Карлос, Лео и Джо не отстают. Они ехали следом за мной цепочкой, держась на небольшом расстоянии друг от друга. Мы неслись по дороге, с двух сторон окружённой высокими холмами, уже около двадцати минут, и были почти на месте. Холодный ветер пронизывал до костей, и моя униформа ни капли не спасала от холода. Вдруг впереди замаячили три человеческие фигуры. — Парни, — я вышел на связь по переговорному устройству в виде небольшого наушника, закреплённого под моей вязаной шапочкой, которую я надел вместо шлема, — впереди движение на двенадцать часов. Притормозите. — Принял! — отозвался Карлос. — Принял! — вторил ему Лео. — Принял! — произнёс Джо своим добродушным голосом. Наши квадроциклы медленно остановились примерно в тридцати футах от полуразрушенных бомбёжкой глиняных домов, возле которых стоял пикап, перекрывавший дорогу. Три тени, которые в свете прибора ночного видения превратились в три белых призрака, подошли ближе. У двоих были карабины М4, у ещё одного — АКМС. — Я беру того, что посередине! — сказал я, — Лео, вали того, который слева. Джо, на тебе правый! Огонь по команде. Убедившись, что мои подчинённые поняли свои задачи, я медленно потянулся к кобуре с девятимиллиметровым «Глоком-18» — мой М4 висел за спиной, и достать его незаметно я не мог и, фактически, был безоружен. Но нельзя недооценивать «Дельту», и именно этот урок я сейчас собирался преподать обступающим меня боевикам. — Парни, насчёт три. Раз, два, три! Глухое покашливание автоматических карабинов с глушителями отчётливо прозвучало в тишине, и два тела повалились на землю. Не успели упасть двое, сражённые Джо и Лео, как я три раза спустил курок «Глока», и пули с хлюпаньем впились в грудь и в лицо третьего террориста. Выронив «Калашников», он подогнул колени и упал лицом на землю. Я снова завёл квадроцикл и, повернув направо, на обочину дороги, оставил его в тени деревьев. Моему примеру последовали остальные трое. После этого я подошёл к одному из мёртвых тел, вынул из подсумка осколочную гранату, поставил её на боевой взвод и придавил трупом. Если поблизости ошивался патруль боевиков, то в случае обнаружения трупов их ожидал сюрприз. Каждый из нас был вооружён M4 CQBR с коллиматорным прицелом «СайТекс» Рефлекс, лазерным целеуказателем AN PEQ, чей луч не был виден невооружённым глазом, и разглядеть который можно было только в прибор ночного видения, а также подствольными гранатомётами М203 и приборами бесшумной и беспламенной стрельбы. В качестве дополнительного оружия мы носили пистолеты «Глок» и «Беретта», боевые ножи «Ярборо», осколочные гранаты М67 и несколько светошумовых гранат. Все были облачены в камуфляжную униформу «Три-Колор Дезерт» пустынной расцветки и лёгкие тактические жилеты. На шее у каждого, на манер шарфа, висела куфия, она же шемаг или «арафатка» — распространённый в жарких странах элемент мужского гардероба, защищающий лицо простого обывателя от палящих солнечных лучей, песка и холода, а лицо террориста — ещё и от риска быть узнанным. Первыми из бойцов подразделений особого назначения в наше время шемаги начали носить парни из SAS, а у них перехватили эстафету и другие. В одинаковой униформе и с одинаковой экипировкой, мы отличались только головными уборами — на мне была серая вязаная шапочка, защищавшая уши от холода. Карлос носил панаму, Джо, наш санитар — чёрную бейсболку с американским флагом, а Лео — бандану. Ещё раз осмотрев своё оружие, я улыбнулся. Меня всегда забавляло сочетание ПБС — прибора бесшумной и беспламенной стрельбы или, попросту говоря, глушителя, и подствольного гранатомёта. Если первый был необходим для того, чтобы сделать работу тихо, то задача второго заключалась в том, чтобы с грохотом разнести всё и вся к такой-то матери. Конечно же, при условии, что цель находится на расстоянии больше восьмидесяти двух футов, или же двадцати пяти метров. На более близком расстоянии сорокамиллиметровые гранаты просто не сдетонируют. — Каков план, сержант? — прошептал Джо. Я ответил, поглядывая по сторонам, дабы не позволить возможным вражеским патрулям застать нас врасплох: — Для начала снимем головные уборы и спрячем наши рожи под шемагами. До объекта доберёмся на этом пикапе. Есть, конечно, шанс, что в темноте ублюдки примут нас за своих, но лучше по возможности валить всех, кто нам встретится, чтобы перестраховаться. Кто-нибудь говорит на фарси? — Я говорю, — отозвался Лео Данн, единственный афроамериканец в нашей группе, — но только, стесняюсь спросить, за каким хером нам нужно моё знание этого языка? В остальной части провинции Тахар население говорит на дари и пушту. Здесь, в долине Фархар — на фарси. Но не забывай, что эти мудаки из Вооружённого Исламского Фронта — не местные и, возможно, говорят на арабском, которым я не владею. Если это их парни перекрывают дорогу и патрулируют район, то попытка ввести их в заблуждение не прокатит. Джо устало вздохнул: — Лео, ты можешь излагать свои мысли кратко, чёрт возьми? Лео посмотрел на него: — Хорошо. Вот тебе кратко и лаконично — нам не обвести этих херов вокруг пальца, если вдруг ошибёмся с языком. Так что нужно быть готовыми открыть огонь при первом признаке угрозы. Джо хмыкнул: — Логично. Наши с Лео взгляды встретились. Я произнёс, не прерывая зрительный контакт: — Ценю твоё мнение, дружище, но, по-моему, командую тут я! План следующий. Мы едем дальше на пикапе, квадроциклы оставим тут. По данным разведки, впереди может находится как минимум ещё один импровизированный блокпост. Он находится чересчур близко к наблюдательному пункту, и поднимать шум нельзя. Скорее всего, придётся стрелять, но нам нужно будет сделать всё максимально быстро, чтобы ответный огонь не привлёк внимание остальных сил противника в районе. Я не думаю, что эти парни используют глушители, как и мы. Сначала при встрече с боевиками Лео попытается отвлечь их разговором… — И что я им скажу? — возмутился Лео. — Придумаешь что-нибудь! Ты же вроде бы не тупой, — спокойно ответил я, — так вот, если они нас пропустят, мы незаметно бросим где-нибудь машину и займём наблюдательную позицию. Если они что-то заподозрят, то, как я и сказал, стреляйте быстро и точно. Вопросы? — Никаких, — покачал головой Карлос. — Тогда вперёд! — я подбежал к пикапу, это был белый «Тойота Хайлакс», побитый и с облупившейся краской, но ещё на ходу. Я занял место за рулём, рядом со мной расположился Лео, Джо и Карлос прыгнули в кузов. Машина тронулась, и в этот момент на связь вышла первая группа. Я услышал в наушнике голос Хатча. — Говорит Эрроу-один. Мы на месте. Кажется, ситуация выходит из-под контроля, приём. — Эрроу-один, это Эрроу-два. Что вы имеете в виду? — ответил я. — Похоже, наружная охрана на объекте уничтожена. Около десяти человек. Все мертвы. Это не талибы. Предположительно, убитые — боевики Вооружённого Исламского Фронта. Кто-то побывал здесь до нас, приём! — Эрроу-один, понял вас. Вы уже доложили Главному? — Эрроу-два, ответ положительный. Входим на территорию. — Вас понял, Эрроу-один. Держите в курсе. Отбой. Отключившись, я продолжал следить за дорогой. Впереди показался ещё один блокпост — полуразрушенный глиняный дом, машина и четыре человека с оружием. — Твой звёздный час настал, Лео, — шепнул я, — Не подведи. Раций и других средств связи у них, вероятнее всего, нет, так что их нескоро хватятся. Скажи им, что мы с другого блокпоста, возвращаемся обратно, и они должны будут сменить нас там, а их сменит здесь другая группа. В любом случае, это должно сработать. Если они клюнут, то, добравшись до блокпоста и наткнувшись на трупы, обязательно начнут их обыскивать. Тут-то они и обнаружат мой подарочек. Думаю, с такого расстояния никто не услышит взрыв гранаты. — Ты кое-что забыл, — возразил Джо, — мы находимся в горном районе. Если вдруг рванёт граната, то, может, где-нибудь наверху, на вершинах гор или холмов, никто и не услышит, зато взрыв будет хорошо слышен внизу. И через некоторое время встанет на уши вся долина. Я медленно кивнул, упрекая себя за проявление невнимательности. — Тогда другой план. Просто будьте начеку и, пока Лео отвлекает охрану, мы быстро их снимем. Это было рискованно, но стоило попробовать. Судя по выражению лица Лео, он думал о том же самом. — Ладно, — прохрипел он, — нет проблем. «Тойота» остановилась на дороге в нескольких футах от машины боевиков. Двое из них держали нас под прицелом своих «Калашниковых», третий подошёл к «Тойоте» с правой стороны. Он посмотрел на Лео, выглянувшего из окна машины. Шемаг, надетый на голову, скрывал тёмный цвет кожи спецназовца, который мог выдать его террористу. Лео что-то прокричал в ответ на вопрос боевика. Я, затаив дыхание, сидел рядом, положив руку на рукоятку «Глока» с глушителем, лежавшего у меня на коленях. Лео, тоже державший в руке свой пистолет, продолжал о чём-то переговариваться с террористом, который внимательно слушал его на протяжении некоторого времени, как вдруг резко изменился в лице и прокричал что-то, что для меня прозвучало как «душман, кахраджи!» Лео мгновенно поднял «Беретту» и выпустил пулю в голову боевика. Одновременно с этим я высунулся из окна и двумя выстрелами снял второго, стоявшего возле машины. Он отшатнулся назад и упал на капот, а оба его напарника рухнули на землю, скошенные очередями из автоматов Карлоса и Джо. Никто из боевиков не успел сделать ни единого выстрела. С облегчением вздохнув, я переглянулся с Лео: — «Душман» — это «враг» на дари и на фарси. «Кахраджи» — «иностранец». Как он понял, что ты не тот, за кого себя выдаёшь? Лео не выдержал и рассмеялся: — Представляешь, перепутал пару слов! Случайно заговорил на пушту! Я похлопал его по плечу. — Чёрт бы тебя побрал, Лео! — сказал я покровительственным тоном, — ладно. Дальше можно идти пешком. Спрячем тела и незаметно взберёмся вон на тот холм. Двигайтесь осторожно — внизу, в долине, полно плохих парней, и некоторые могут находиться на вершине холма.

***

Четверо операторов — так называют бойцов в американских подразделениях особого назначения, — медленно приближались к гаражам, расположенным в центре заброшенного производственного комплекса. Сержанты Зейд Хатчерсон по прозвищу Хатч и Нолан Андерсон наклонились, поднимая вверх тяжёлые гаражные ворота. Джеймс Батлер и Лютер Оуэн стояли с оружием наготове. Батлер держал под прицелом М4 гаражные ворота на случай, если внутри их будет кто-то поджидать, Оуэн поводил стволом автомата по сторонам, дабы не допустить нападения противника с другой стороны. Наконец, ворота поддались и ушли вверх. Хатчерсон повернулся к Оуэну: — Лютер, оставайся здесь и следи за местностью! Джеймс, Нолан, вы со мной! Внутри было довольно просторно. Несколько гаражных помещений были отделены друг от друга небольшими дверями. И, если в первых трёх помещениях стояли лишь четыре пикапа и два внедорожника с крупнокалиберными пулемётами, то в четвёртом, последнем и самом широком, приборы ночного видения выхватили из темноты три большие гробоподобные стальные коробки, которые Хатчерсон безошибочно идентифицировал как боевые машины пехоты БМП-1 и БМП-2 советского производства, вероятно, оставшиеся здесь ещё со времён советской интервенции в Афганистан. Тут же, рядом с машинами, лежали шесть мёртвых тел. Это были террористы. Но кто их убил? Главный ничего не говорил о других американских подразделениях в долине, следовательно, это было спецподразделение какой-нибудь другой страны НАТО, участвующей в конфликте. Или же Вооружённый Исламский Фронт что-то не поделил с Талибаном, что и стало причиной бойни. Но где тогда тела талибов? Отбросив свои размышления, Хатчерсон нажал кнопку на переговорном устройстве: — Главный, это Эрроу-один! Как мы и предполагали, на территории комплекса противник прятал бронетехнику. Мы обнаружили три боевые машины пехоты в гаражах. Как поняли, приём? — Принято, Эрроу-один. Используйте заряды взрывчатки, чтобы уничтожить их, — своим обычным бесстрастным тоном отозвался майор Уивер. — Главный, это Эрроу-один, понял вас! Но у нас остался один вопрос без ответа. Кто побывал здесь до нас? Помимо трупов, найденных снаружи, внутри ещё шесть. Здесь действовали другие наши подразделения, приём? — Хатчерсон вытащил из рюкзака четыре увесистых брикета пластиковой взрывчатки C4. — Эрроу-один, это Главный. В настоящий момент мы не располагаем этой информацией. Установите заряды, подорвите дистанционно и скорее выметайтесь оттуда. Эрроу-два уже на позиции, ведёт наблюдение за виллой, и вы должны присоединиться к ним, чтобы, в случае чего, начать штурм. Как поняли, приём? — Главный, это Эрроу-один. Понял вас! Конец связи! — Хатчерсон отключился, заполз под ближайшую бронемашину и принялся закреплять заряды взрывчатки на её днище. — Устраиваем фейрверк, да, Хатч? — усмехнулся Батлер, занимавшийся тем же самым под другой БМП. Хатчерсон ответил: — Что-то вроде того. Давайте быстрее закончим и свалим отсюда, хорошо? Не забудьте заложить пару зарядов внутри. Рванёт боеукладка - ни хрена не останется и от самой бронемашины! В это время стоявший снаружи сержант Лютер Оуэн услышал шорох за своей спиной. Но обернуться он уже не успел — затянутая в кожаную перчатку рука закрыла его рот, заглушая предсмертный крик, когда холодная сталь ножа погрузилась в его горло. Последнее, что сержант успел разглядеть до того, как его сознание окутала белая пелена смерти — это несколько человеческих силуэтов, проскользнувших мимо него в открытые гаражные ворота.

***

Удар носком тяжёлого ботинка пришёлся прямо в подколенную складку. Стоявший на посту боевик не успел даже вскрикнуть, когда упал навзничь — навалившись сверху и закрыв ему рот одной рукой, другой я вогнал свой «Ярборо» прямо в затылок часового, и он мгновенно затих, только струйка крови с чуть слышным журчанием вытекала из глубокой раны. Справа, футах в сорока от меня, Карлос возился со вторым часовым. Ещё трое, кто-то со свёрнутой шеей, а кто-то — зарезанный, остались позади. Теперь, когда на единственном в этом районе холме, на который можно было взобраться, не осталось живых боевиков, наша группа заняла наблюдательный пункт на вершине, откуда, как на ладони, просматривалось здание, в котором, предположительно, находилась особо важная цель. Это была трёхэтажная вилла с вертолётной площадкой на крыше, несколькими машинами возле главного входа — пикапами и внедорожниками, и неким подобием пруда неподалёку. Возле пруда было видно двух боевиков, которые о чём-то переговаривались, покуривая сигареты. — Главный, это Эрроу-два! — доложил я, — мы на позиции. Наблюдаем за виллой. Пока ничего подозрительного. Несколько человек охраняют здание снаружи. Вертолёт стоит на крыше, охраны поблизости не видно. Как минимум двух человек видно в окнах, — я опустил специальный прибор TSN-822, представлявший собой монокуляр ночного видения, но тут же поднял его снова и прижался глазом к окуляру, увидев человеческий силуэт, мелькнувший в одном из окон. Я видел этого человека всего несколько секунд прежде, чем он скрылся из моего поля зрения, но этого было более, чем достаточно. На фотографии, которую во время инструктажа показывал нам майор Уивер, этот человек был одет в строгий чёрный костюм. Фото было сделано в одном из фешенебельных отелей Дубая. Сейчас же он был в поношенном российском камуфляже ВСР-98 «Флора» и затасканном чёрном берете без кокарды. Но лицо было то же самое, что и на фотографии — низко посаженные чёрные брови, широкие скулы, немного раскосые глаза, тонкие губы — в целом, этот человек больше напоминал европейца или метиса, чем коренного жителя мусульманской страны, но так или иначе, нам он был известен как Фарук Хинзир Бахрам, глава Вооружённого Исламского Фронта. — Эрроу-два, это Главный! Что там у вас, приём? Эрроу-два, отзовитесь! — настойчиво повторял Уивер. — Главный, это Эрроу-два. Вижу особо важную цель. Это «Кабан». Как поняли, приём? — проговорил я, не отрывая глаз от здания. Уивер переспросил: — Эрроу-два, это Главный. Вы уверены? — Абсолютно, Главный — ответил я, — я видел его лицо. Какие будут дальнейшие указания, приём? — Мы никак не можем выйти на связь с Эрроу-один уже на протяжении нескольких минут. Они должны были уже закончить и выдвигаться в вашем направлении. Ожидайте, Эрроу-два. — Вас понял, Главный. Отбой. Растянувшись на твёрдой глине, я продолжал наблюдение за виллой. Лео, Карлос и Джо устроились рядом со мной. — Какой план, Мэтт? — спросил Карлос. — Ждём, когда на связь выйдёт Эрроу-один. Как только они доберутся сюда, начинаем штурм. Нельзя упускать такую крупную рыбу. — Слушайте, — присоединился к нашему разговору Джо, — а почему бы просто не вызвать поддержку с воздуха и не захерачить эту чёртову виллу бомбами? Ему ответил Лео: — Насколько я помню, ты хотел стать медиком для того, чтобы спасать, а не отнимать жизни. Откуда столько жестокости? — Жестокость тут ни при чём, дружище. Просто это значительно упростило бы задачу. — А ты, — продолжал Лео, — не подумал о сотнях гражданских, проживающих здесь? Это одна из причин. Вторая же — Бахрам может обладать важными сведениями, которые могут пригодиться нашему руководству. Он нужен живым. Я не вмешивался в дискуссию, а лишь посмотрел на часы. Почти пять часов утра. Скоро начнёт рассветать, и тогда подобраться к вилле незамеченными будет невозможно. — Парни, — сказал я, — нет времени ждать Эрроу-один. Если нам дадут «зелёный свет» на то, чтобы взять виллу своими силами, то нам придётся работать быстро. Снимаем охрану снаружи, на балконах и возле окон, врываемся внутрь, глушим противника в помещениях светошумовыми, хватаем Бахрама и ретируемся на одной из их машин. План понятен? — Так точно, — ответил Лео. — Главный, это Эрроу-два, — произнёс я, — Эрроу-один не выходила на связь? Майор Уивер тотчас ответил: — Эрроу-два, это Главный. Ответ отрицательный. — Главный, это Эрроу-два, — продолжал я, — скоро рассвет, и возможность подобраться к вилле незамеченными будет сведена к минимуму. Ждать подкрепление нет времени. Цель "Кабан" может уйти, и другой возможности её захватить может не представиться. Запрашиваю разрешение начать штурм своими силами, вчетвером. Как поняли, приём? — Эрроу-два, это Главный. Вы уверены, что сможете это сделать? — Так точно, Главный. Используя элемент неожиданности, мы устраним наружную охрану, ворвёмся в здание, схватим Бахрама, попутно нейтрализуем всех, кто находится внутри, и покинем район проведения операции, воспользовавшись угнанным транспортом. Квадроциклы придётся бросить. По моим подсчётам, с момента первого выстрела до момента эвакуации пройдёт не более пятнадцати минут. — Понял вас, Эрроу-два. Даю «зелёный свет». Начинайте. Отбой. — Вы слышали, парни. Начинаем, — я взял М4 на изготовку и навёл прицел на выбранную цель, убедившись, что красная точка коллиматора находится на уровне груди противника — при отдаче пули все равно уйдут вверх и попадут в горло или в голову.  — Лео, Карлос, ваша цель — парочка возле пруда. Джо, ты берёшь того, который возле пикапа, с правой стороны. Я беру левого. Огонь по команде. Как только каждый взял свою цель на прицел, я прошептал: — Готовы? Один. Два. Три! Сдавленный треск автоматов ознаменовал окончание жизненного пути четверых боевиков. Один из тех, что стоял возле пруда, пошатнулся и с громким всплеском упал в воду, но услышать этот всплеск было некому — все остальные были мертвы. В следующую секунду я понял, что ошибаюсь — откуда-то с правой стороны выбежал ещё один противник, и я, быстро прицелившись, выпустил короткую очередь в его направлении. Пробежав по инерции ещё пару футов, террорист рухнул лицом вниз. — Пошли, пошли, пошли! — крикнул я, бросившись вниз по склону холма. Карлос, Джо и Лео последовали за мной, и через пару минут мы уже были внизу. Трое автоматчиков в двух окнах и на балконе заметили нас, но мы оказались быстрее — я попал в голову тому, что находился на балконе, и он, перегнувшись через перила, полетел вниз. Ещё один, сражённый очередью Лео, вывалился из разбитого окна, последний успел скрыться внутри. — Проклятье, они же сейчас тревогу поднимут! — зло рявкнул Карлос. — Не время болтать! Действуем быстро, но осторожно. Кидайте светошумовые в каждый подозрительный угол, не высовывайтесь и будьте осторожны в коридорах! — скомандовал я, разбивая ударом приклада застеклённую дверь и врываясь внутрь. В ярко освещённом холле, перед входом в который мы сняли приборы ночного видения, нас встретили трое, двое с «Калашниковыми» и один с немецкой штурмовой винтовкой G3. Не целясь, я выпустил длинную очередь, и все трое попадали на пол мёртвые прежде, чем успели осознать, что случилось. Тем временем Лео и Джо повернули налево, бросив в комнатушку впереди себя две светошумовые гранаты. Осторожно ступая по мраморному полу в направлении винтовой лестницы, я заметил подозрительное движение на втором этаже, и дал короткую очередь в его направлении. Ещё один исламист рухнул навзничь, издав короткий предсмертный хрип. Вытащив предохранительное кольцо светошумовой гранаты, я швырнул её на верхний этаж и отвернулся, дабы не ослепить самого себя. И очень вовремя — я заметил, как по лестнице сбегали ещё два террориста. Короткая очередь сорвала верхнюю половину черепа одного из них, и кровавый фонтан ударил в воздух, брызнув на другого террориста, на пол, на лестницу. Сухой щелчок оповестил меня о том, что магазин пуст. Вытащив пистолет, я выстрелил в голову второму террористу и, отойдя в сторону, вынул из подсумка на жилете тридцатизарядный магазин для М4. Перезарядив оружие, я, боковым зрением увидев, что Карлос следует за мной, принялся медленно подниматься по лестнице. На втором этаже было темно, и я снова надел очки ночного видения. Карлос последовал моему примеру. Лучи наших лазерных целеуказателей медленно перемещались по тёмному помещению, и вдруг я заметил чью-то фигуру на фоне окна. Затарахтел автомат, и пули врезались в стену справа от меня, откалывая куски мрамора. Луч от автомата Карлоса на долю секунды задержался на груди террориста, затем одиночный выстрел поставил точку в его существовании. Мёртвое тело рухнуло на пол, осыпаемое осколками стекла из разбитого шальной пулей окна. — На первом этаже чисто! — закричал Джо. — Так идите сюда! — ответил я, взбежав по лестнице и мигом упав на пол, едва затрещали выстрелы. Я сразу узнал пистолеты-пулемёты IMI UZI, и одной длинной очередью свалил обоих их обладателей. Выскочивший из одной из комнат террорист выстрелил из карабина «Сайга», но промахнулся, и в следующую секунду Карлос покончил с ним. Осторожно приблизившись к комнате, из которой вышел террорист, я выстрелил внутрь. В ответ громыхнула длинная очередь из нескольких стволов. — Ну что, ублюдки, держите подарочек! — вырвав кольцо из осколочной гранаты, я прокатил её по полу и захлопнул дверь комнаты, а сам отбежал подальше. Одна секунда, две, три, четыре… От взрыва затряслись стены и посыпалась штукатурка с потолка, ударная волна сорвала с петель дверь комнаты. Сомнений не оставалось, выживших внутри не было. Я повернулся к Карлосу, Лео и Джо. — Карлос, идёшь со мной налево, в коридор. Лео, Джо, проверьте две комнаты прямо! — приказал я. — Есть! — Джо и Лео немедленно принялись исполнять приказ и, когда мы с Карлосом вошли в коридор, до нас донёсся треск АК-47, который затих так же внезапно, как и начался. Я улыбнулся и, увидев, как открывается дверь комнаты с правой стороны коридора, сдавил спусковой крючок автомата, и пули, изрешетив дверь, поразили того, кто за ней стоял. Дверь распахнулась, и из-за неё в коридор выпал мёртвый боевик, одетый в джинсы, тёмно-синюю рубашку и шемаг. Его оружие, винтовка М16А1, осталось лежать рядом с ним в кровавой луже. Следом открылась вторая дверь, но мы с Карлосом были к этому готовы — наши автоматы изрыгнули пламя, и появившийся на пороге террорист дёрнулся, провернулся вокруг своей оси и упал замертво. — Душман! Душман! — закричал кто-то в комнате, находившейся прямо перед нами. Я бросил туда ещё одну светошумовую и захлопнул дверь. Когда граната разорвалась, тот, кто был за дверью, истошно завопил. Открыв дверь и ворвавшись в комнату, я увидел скорчившуюся на циновке в углу человеческую фигуру в камуфляже и берете и удовлетворённо хмыкнул. — Привет! — сказал я, ударив Фарука Бахрама прикладом в лицо. Карлос вынул из подсумка нейлоновый шнур и, когда мы перевернули бормотавшего что-то боевика на живот, мой напарник крепко стянул шнуром его запястья. Он посмотрел на меня: — Какой улов, а! Сегодня мы поймали крупную рыбу! — Точнее, кабана, — ответил я, — «хинзир» на арабском — «кабан». Ладно, — я посмотрел в окно и уже заметил несколько фигур, приближавшихся к вилле, — сейчас сюда сбежится вся эта чёртова долина. Нужно выбираться отсюда, — наклонившись, я схватил мобильный телефон, лежавший на столике, а также папку, в которой находилась небольшая стопка каких-то бумаг и фотографий, — это может пригодиться! В комнату влетели Лео и Джо. Джо держался за кровоточащее левое плечо. — В меня попал один хер, — процедил он сквозь зубы, — но второй и третий этажи зачищены. — Отличная работа, парни! — ответил я, — а теперь берите этого ублюдка и выходите на улицу. Я взорву вертолёт на крыше и присоединюсь к вам. Карлос, идёшь со мной, прикроешь ребят с балкона третьего этажа! Карлос кивнул и, пока Лео и Джо уводили Фарука Хинзира Бахрама, посмеиваясь и обмениваясь плоскими шуточками, я и Карлос взбежали по винтовой лестнице на третий этаж. Там наши пути разошлись — я поднялся по лестнице на крышу, а он занял позицию на балконе, выходившем во двор, где стояли машины террористов.

***

Чёрная тень на крыше глиняного двухэтажного дома прильнула глазом к окуляру оптического прицела ПСО-1, сетка которого гуляла по стенам и окнам двухэтажной виллы в поисках жертвы. И, наконец, нашла её.

***

— Парни, я вас не вижу. Вы ещё в здании? Это было последнее, что успел произнести Карлос Гарсиа. Прибор бесшумной стрельбы заглушил звук выстрела, и, когда пуля вошла прямо в правый глаз спецназовца и вышла из затылка, заливая кровью и мозгами пол, никто ничего не услышал.

***

Как я и предполагал, на крыше никого не было. Короткими перебежками подобравшись к MD-500, стоявшему на площадке, я извлёк из подсумка небольшой брикет C4 и принялся устанавливать его под кабиной вертолёта. Руки ужасно дрожали. В такие моменты, когда оставалось совсем чуть-чуть до завершения операции и отхода из опасного района, меня всегда охватывало радостное возбуждение. Закончив с установкой заряда, я направился к лестнице, держа в руке детонатор. Однако взрыв прозвучал до того, как я нажал кнопку. Вертолёт превратился в огненный шар, град из чёрных обломков посыпался на крышу, а я, не удержавшись на ногах, полетел вниз, сбитый с ног ударной волной.

***

Звон бьющегося стекла и глухие удары в стену в полуметре от Джо и Лео заставили их броситься обратно в холл вместе с пленником. И тот, и другой сразу поняли, что это было. В них стреляли. И те, кто хотел их убить, использовали глушители. Оба оператора «Дельты» легли на пол, вцепившись в своё оружие мёртвой хваткой. — Какого дьявола? — прорычал Лео, — кто они такие? — Хер их знает! — ответил Джо, — но уж точно не исламисты! Им глушители явно ни к чему! И да, куда запропастился Карлос? Он не отвечает по рации. Что-то громыхнуло сверху. — Это Уокер. Балуется со взрывчаткой. Сейчас они с Карлосом спустятся, — успокоил Лео изменившегося в лице Джо.

***

Я медленно встал на ноги, охая от боли. Головой я ударился несильно, однако по возвращении на базу все равно лучше проверить, не получил ли я сотрясение мозга. Мой карабин висел у меня на шее, и я только чудом не потерял его. Схватив оружие, я выглянул из-за угла и сразу же заметил два силуэта на крыше дома напротив. Кто бы ни были эти люди, на них была чёрная форма без знаков различия. Один держал в руках гранатомёт РПГ-7, другой — снайперскую винтовку Драгунова. Намазанные камуфляжным гримом лица разглядеть не представлялось возможным. «Сначала убью вас», — подумал я, «а потом уже буду рассматривать!» В подкрепление своих мыслей я спустил курок. Снайпер был убит первым. Он дёрнулся, поражённый пулей, а затем кувырком полетел с крыши. Затем я снял гранатомётчика. Возможно, это он выстрелил из РПГ по вертолёту. Заметив, как вдалеке к вилле бегут ещё люди, часть из них — те самые «люди в чёрном», а часть — местные боевики, я со всех ног понёсся к задней двери виллы, чтобы предупредить остальных, если они ещё были внутри. Первым делом я понёсся по лестнице на третий этаж…

***

— Срань господня, да кто они такие? — заорал Лео, увидев, как, сражённый его выстрелом, рухнул на траву возле дома неизвестный в чёрной форме. Ответный огонь из разных стволов, с глушителями и без, выбил остатки стёкол на веранде и в окнах первого этажа. — Джо, тащи этого хера к запасному выходу! Я их отвлеку, затем догоню вас! — приказал Лео, не прекращая стрелять по мелькающим снаружи силуэтам. Не став спорить, Джо рывком поднял лежащего на полу Фарука на ноги и, обхватив его за шею, побежал вместе с ним по коридору, не обращая внимания на выстрелы, свист пуль, звон бьющегося стекла и хруст, с которым пули впивались в стены. В окне слева от него мелькнул ещё один боец в чёрной форме, и Джо, игнорируя боль в раненом плече, выстрелил из пистолета, попав в живот противника. Тот отшатнулся назад и упал на траву с диким криком, перерастающим в яростный рёв. Собравшись с силами, раненый нападающий поднял автомат Калашникова АКСУ-74 с глушителем, и Джо почувствовал, как обожгло болью левое бедро. Взвыв от боли, он рухнул на пол. Ещё две пули попали ему в левое плечо. Болевой шок сделал своё дело, и Джо Коулсон почувствовал, как теряет сознание. Наконец, открыв глаза спустя какое-то время, он увидел знакомое лицо.

***

— Джо! О, бога в душу мать, что с тобой случилось? — воскликнул я, увидев кровавую лужу, в которой лежал мой напарник. С учётом того, что минуту назад я застал Карлоса с развороченным пулей снайпера лицом, вид истекающего кровью Джо лишил меня жалких остатков оптимизма. Наклонившись над ним, я прокричал: — Где Лео и Бахрам? Санитар посмотрел на меня затуманенным взглядом, словно не узнавая. Поняв, что говорить с ним сейчас бесполезно, я собрался было достать перевязочный пакет, как вдруг заметил на улице Бахрама. Он убегал, а сопровождали его трое «людей в чёрном». — Проклятье! Этот ублюдок уходит! — закричал я. Услышав топот ног, я обернулся и дал длинную очередь из М4 по трём людям, появившимся на пороге виллы. Все трое были убиты, сомнений в этом не было. Выстрелы звучали ещё и в холле, ближе к главному входу. — Джо, держись! Я пойду помогу Лео! — вскочив на ноги, я побежал в холл. — Лео, — крикнул я, — Карлоса больше нет. Джо тяжело ранен, а эти херы в чёрной форме перехватили Бахрама! Идём! Нельзя дать им уйти! — Мы при всём желании ничего не сделаем! — ответил Лео, пригнувшись, когда шквал автоматного огня снова обрушился на холл с улицы, — вся эта сраная долина здесь! Каждый террорист, похоже, знает, что мы нанесли им визит! Прорваться будет непросто! — Эй, вон он! — я кивнул в сторону одного из пикапов во дворе, в который садились трое людей в форме. Бахрам сел впереди, рядом с водителем, двое коммандос в чёрном расположились в кузове. Прицелившись из М4, я выпустил подствольную гранату, но она, не долетев до цели, врезалась в другую машину, и оглушительный взрыв сотряс землю — взлетели на воздух сразу все машины, стоявшие во дворе, кроме той, в которой находился Бахрам, и ещё одного пикапа, припаркованного возле пруда. Взрыв сбил с ног нескольких боевиков Вооружённого Исламского Фронта, и ещё двое были убиты. Автоматный огонь усилился. — Чёрт, Лео, хватай Джо и тащи ко второму пикапу, я прикрою вас! — заорал я, пригибаясь, когда ещё одна пуля просвистела у меня перед носом и разбила цветочный горшок. Одиночные выстрелы и длинные очереди превратили холл виллы в руины. Расстрелянные картины, разбитые цветочные горшки и мебель, лужи крови — так теперь выглядело здание, которое ещё недавно было в идеальном порядке. От тех стен, которые были из стекла, не осталось ничего, и теперь холл простреливался с улицы почти со всех сторон. Я знал, что если не уйти отсюда, долго нам не прожить, и принялся пятиться назад, продолжая стрелять. Двое «коммандос» попытались ворваться внутрь, я увидел, как они вбежали в холл, держа на изготовку своё оружие, пистолеты-пулемёты ПП-19 «Бизон» российского производства. Один из них заметил меня и поднял своё оружие, но я выстрелил быстрее, пробив его голову навылет. Бросившись на пол и перекатившись в сторону лестницы, я еле избежал смерти от огня второго противника. Высунувшись из-за лестницы, я срезал спецназовца длинной очередью и перезарядился. Вскочив на ноги, я стремглав понёсся к заднему входу, выбежал на улицу и понёсся к пруду. Лео, тащивший на плече потерявшего сознание от ран Джо, аккуратно положил его в кузов пикапа и, открыв дверцу, сел за руль. Я побежал быстрее, подгоняемый выстрелами сзади, и уже через десять секунд запрыгнул в машину. Лео повернул направо и утопил педаль газа в пол. Серый «Тойота Хайлакс», похожий на тот, на котором мы сюда приехали, понёсся по дороге на огромной скорости, обстреливаемый со всех сторон. — Вот же вляпались, твою мать! — рявкнул я, оглядываясь назад. За нами не было автомобильной погони, но десятки людей бежали за нами, стреляя на бегу. Машина подпрыгивала на ухабах, трясясь каждую секунду и, казалось, была готова развалиться. Внезапно стрельба зазвучала откуда-то спереди, и переднее стекло разлетелось вдребезги. Я и Лео вовремя закрыли лица руками, а потерявшая управление машина, сбив оказавшегося на её пути террориста, свернула куда-то влево. Перед тем, как страшный удар лишил меня чувств, я снова услышал стрельбу.