Часть 6 "У всего есть цена"
11 августа 2018 г., 13:46
"Некромантия. Воскрешение умерших."
— Вот оно! — восторженно сказала Хоуп. Её переполняла смесь эйфории и ужаса.
Кэролайн, которая уже полчаса молча сидела напротив ведьм, на вампирской скорости пересела к ним на диван, чем заставила Бонни слегка подпрыгнуть от неожиданности.
— Это было обязательно? — по-доброму, но все-таки немного раздраженно спросила Бонни.
— Прости.
Хоуп начала зачитывать все условия и ингредиенты для воскрешение.
— Заклинание должно происходить в важную для воскрешаемого дату. Это может быть какой-то праздник или день, когда произошло что-то значимое для него. С этой датой должно быть связанно три предмета, которые представляют какую-то ценность для этого человека.
— Пока звучит неплохо, — констатировала Кэролайн.
— Да, но вот только нужно знать такую дату и иметь вещи связанные с ней, — сказала Хоуп задумчивым голосом.
— Может твой день рождения? — предложила Бонни.
— До него ещё почти полгода. Да и не уверенна, что найду такие три вещи. Тогда выдался тяжелый и кровавый денёк.
— Ладно, день рождения Клауса?
— Был месяц назад, — неконтролируемо быстро ответила Кэролайн и словила на себе взгляд его дочери.
— Снятие проклятья Эстер? — предложила Хоуп.
— Тоже нужно долго ждать, да если и так, то какие три вещи ты возьмешь? Может, один из тех раз, когда Клаус убивал Майкла? — неуверено предположила Кэролайн.
— Не найдётся три вещи. Может, твой день рождения, Кэролайн? Он совсем скоро, — предложила Хоуп. — Ты показывала мне как-то браслет, который тебе папа подарил тогда.
— Мой день рождения не подходит. Не думаю, что конкретно та дата была для него очень важна. Да и браслет он мне подарил уже на утро. К тому же, это только одна вещь.
Девушки молчали пару минут, пытаясь вспомнить нужную дату.
— Бал Майклсонов, — предложила Кэролайн. — Он был через несколько дней после моего дня рождения. В тот вечер вся ваша семья впервые за много веков собралась вместе.
— А, точно. Это тот самый бал, на который позвали всех, кроме меня. Припоминаю такой, — сказала Бонни.
— Если тебе будет не так обидно, то Стефан и Деймон пришли без приглашения.
— Мне все равно. Бал Майклсонов – это точно не то мероприятие, на котором я хотела бы побывать. Без обид, Хоуп, — сказала Бонни, ловя на себя её взгляд.
— Без обид. И идея с балом неплохая. У меня есть семейное фото с того вечера, но нужно ещё две вещи.
— У меня есть приглашение подписанное твоим отцом, — сказала Кэролайн.
— Отлично, что-то еще есть?
— А что конкретно ты будешь делать с этими вещами?
— Сожгу, — сказала Хоуп, пробегая глазами по книге.
— Прекрасно, — недовольно сказала Кэролайн.
— Кэр, у тебя же есть ещё..
Хоуп резко поняла, почему её подруга недовольна. На прошлом конкурсе Мисс Мистик-Фоллс Хоуп была в платье Кэролайн, подаренном ей Клаусом Майклсоном.
Когда Кэролайн вернулась в школу Сальваторе, она через пару дней пригласила девушку к себе в гости. Они много разговаривали, рассказывали истории, которые произошли за то время, пока они не виделись. В какой-то момент речь зашла о конкурсе Мисс Мистик-Фоллс, и о том самом платье.
Кэролайн рассказала, что это было не единственное платье, что подарил ей отец Хоуп. Она рассказала ей о том, что Клаус спас для неё выпускной вечер. Она показала девочке это платье, и оно ей тоже очень понравилось.
— У твоего папы бесспорно был изысканный вкус.
— Да, — девочка тогда грустно улыбнулась и аккуратно попробовала ткань на ощупь.
Кэролайн тогда достала и другое платье из шкафа. Красивое бальное платье синего цвета. Хоуп почему-то стало неловко. Девушки вернулись на кухню и Кэр решила рассказывать Хоуп о том балу, упуская все ссоры и интриги, оставляя только самые хорошие подробности. Говорила о красоте того вечера, о атмосферной музыке и о том, что Клаус великолепно танцевал. От этой истории Хоуп почувствовала светлую грусть, а на душе стало теплее.
— Если его сжечь, то возможно мы можем вернуть моего отца.
— Кого его? — не понимая, спросила Бонни.
— Моё платье. Ты права, — с легкой печалью в голосе согласилась Кэролайн.
После бала она больше ни разу не надевала это платье. Поначалу оно мусолило ей глаза каждый раз, когда она открывала шкаф, и заставляло тем самым думать о Клаусе. Затем она перестала обращать на него внимание, а когда все же замечала платье, оно могло даже вызвать у неё улыбку.
В какой-то момент Кэролайн бережно упоковала его в коробку, где оно хранилось до тех пор, пока одна из её дочерей не взяла его для конкурса. Ей было важно знать, что после смерти Клауса у неё что-то осталось на память о нём.
— Спасибо. И так, с этим разобрались.
— Что ещё нужно? — спросила Бонни.
— Еще нужен танзанит.
— Что это такое? — спросила Кэролайн.
— Это камень. Люди используют его для украшений, а ведьмы для магии. Он способен пропускать через себя огромную энергию. Я видела его в сундуке, да и в любом случае, его достать не проблема. — сказала Бонни.
— Его нужно будет окунуть в кровь того, с кем папа связан кровью. То есть, в мою кровь, — добавила Хоуп и резко замолчала.
— Что такое? — поинтересовалась Кэролайн.
— Нужен большой сосуд, из которого мертвец восстанет.
— На сколько большой? — спросила Бонни.
— Чтобы в нём мог поместиться человек.
— Ванная подойдет, — не понимая беспокойства Хоуп, сказала Кэролайн, но уже подсознательно чувствовала, что что-то ещё тут не так.
— За жизнь платят смертью.
— Предсказуемо, — уставшим и поникшим голосом сказала ведьма Беннет.
Это именно то, чего она ожидала, но все же надежда была, что никого не придётся убивать ради Клауса Майклсона.
— Сосуд должен доверху быть залитым кровью тех, к чьему виду принадлежит воскрешаемый, — продолжила Хоуп, которую испугала вовсе не цена. — Человек к человеку, ведьма к ведьме, оборотень к оборотню, вампир к вампиру.
— Первородный гибрид. Где мы такого найдем? — спросила Кэролайн.
— Кровью "тех".. — тихо сказала Бонни.
— Да, Бонни, у тебя есть идеи? — в надежде спросила Хоуп.
— Мы можем взять кровь первородного вампира и твоих гибридов. Сделать её одним целым с помощью магии. Это сложное заклинание, но вполне осуществимое, но твоим гибридам и первородному будет очень больно. Их буквально будет разрывать изнутри. Нужны будут два гибрида, в которых мы поместим эту смесь. Она станет их кровью и заполнит ванную, — сказала Бонни, жалея о каждом своём слове.
Она сама не поняла, зачем это придумала. Простой ведьмин интерес сделать сложное заклинание, никому не нужный азарт, который только что обрек кого-то на смерть.
— Первородный выживет?
— Первородный останется жив, но один из двух гибридов умрет.
Несколько секунд в комнате была полная тишина.
— Тогда мы просто сделаем это, — внушая самой себе уверенность и чувство правоты, сказала Хоуп. — Мои гибриды против не будут и я поговорю с Ребеккой.
Хоуп несколько секунд молчала, ловя на себе неодобрительные взгляды. Гибриды против не будут. Конечно, они ведь в её полном подчинении.
— Последнее условие – это ведьма, которая будет читать заклинание и пропустит через себя темную магию, — продолжила Хоуп.
Такая жестокость пугает Бонни. Хоуп в её глазах всегда была доброй девочкой, совсем не похожей на её семью. Она с удовольствиям учила девочку магии, когда та её просила.
После Пустоты, когда Хоуп познала всю мощь темной магии, у неё навсегда осталась к ней тяга. Почувствовав такую силу однажды, всегда хочется к ней вернуться. Такова уж особенность ведьм, а Хоуп не просто ведьма, она – трибрид. Бонни не может такого допустить. Слишком опасно для Хоуп. Слишком опасно для всех остальных.
У неё на миг появилась идея позвать Фрею Майклсон. Они не были знакомы лично, но со слов Аларика и Кэролайн, Фрея — хороший человек. Однако эта мысль сразу же стала казаться Бонни ужасной. Она — Майклсон, а ведьмы Майклсон и тёмная магия — это ужасающая комбинация. Бонни поняла: она никому не доверит владение этой книгой и её содержимым. Это её долг перед Эмили Беннет.
— Заклинание произнесу я, — твёрдо сказала Бонни.
— Что? Нет. Зачем? Ты и так здорово помогаешь, Бонни. Это должна быть я.
— Хоуп, дорогая, я опасаюсь за тебя. Это очень опасно.
— Я знаю. Но я справлюсь.
— Если тёмная магия пройдёт через тебя, есть риск, что ты станешь ею одержима, — подхватила Кэролайн, понимая, к чему ведёт Бонни. — Только представь, каково будет твоему отцу, если он узнает, что ради его воскрешения тебя вновь поглотила тьма.
— За моей спиной целый клан ведьм Беннет. Тьма не сможет поглотить меня, — спокойно сказала Бонни.
— Разве они станут тебе помогать в воскрешении Клауса Майклсона? — спросила Хоуп.
— Погибнув, твой отец уничтожил самую опасную магию в истории всех ведьм. Мы благодарны за это. Возможно, они захотят отблагодарить. В любом случае, если твой отец достоин, они помогут. Если нет — я более устойчива к тёмной магии.
Через несколько минут споров и сомнений Хоуп нехотя согласилась.
