Я всегда буду тебя ждать

      Ужин в доме Майклсонов прошёл гладко и очень весело, время пролетело незаметно. За разговорами никто не хотел замечать, что на улице уже глубокая ночь. Не испытывая никакого желания уходить, но уже ощущая усталость, Кэролайн сказала:       — Спасибо за прекрасный вечер. Думаю, мне уже пора. Завтра рано вставать.       — Мы бы предложили тебе остаться, но у нас ещё ничего не готово для гостевых комнат, — сказала Ребекка.       — Ничего страшного. Всё равно я бы не смогла остаться, у меня дома документы, которые понадобятся мне завтра утром.       — Я тебя отвезу, — сказал Клаус.       — Хорошо, спасибо.       Кэролайн встала из-за стола и направилась к выходу. Все пошли её провожать.       — Спасибо, что пришла, — сказала Хоуп.       — Спасибо, что пригласили. Я очень хорошо провела время.       Попрощавшись со всеми, Кэролайн села в машину Клауса, и они поехали к её дому.       — Надеюсь, ты правда хорошо провела время.       — Не сомневайся в этом, мне действительно было комфортно и весело сегодня.       — Моя семья иногда бывает очень...интересной, — сказал Клаус, стараясь подобрать наиболее подходящее слово.       — У тебя отличная семья, Клаус, — по-доброму ответила Кэролайн.       — Хотел бы я посмотреть на тебя лет так 19-20 назад, если бы тебе сказали, что ты когда-нибудь назовешь мою семью отличной, — смеявшись, сказал Клаус.       — Да-а-а уж. Я бы тоже на это посмотрела, — с улыбкой ответила Кэролайн.       — Ты им тоже нравишься. Особенно Ребекке. Когда вы успели так подружиться?       — Несколько лет назад в Нью-Йорке. Алкоголь и забавное общее прошлое сближает.       Клаус улыбнулся. Около минуты было молчание, но Клаус его нарушил.       — Я благодарен тебе за Хоуп. Она мне рассказала, что вы с Риком всегда были с ней рядом, когда ей это было нужно. Жаль, что я не мог.       — Что ж, теперь у тебя есть такая возможность, — с улыбкой ответила девушка.       — Да. Теперь есть. Знаешь, мне всё ещё не верится, что это правда. Будто чья-то удачная иллюзия. Уж слишком много раз что-то мешало мне быть с дочерью.       — Не в этот раз, Клаус. Ты получил право на второй шанс. Не все его получают, так что не сглупи.       — Да, ты, конечно, права... Просто понимаешь… Я всё пропустил. Она уже совсем взрослая. Она столько пережила.       — Да, но ей всё ещё нужен отец. Просто будь рядом — этого будет более чем достаточно, поверь.       Через пару минут они подъехали к дому Кэролайн. Клаус вышел из машины и приоткрыл ей дверь.       — Спасибо за чудесный вечер, — сказала Кэролайн.       — И тебе спасибо.       — Доброй ночи, Клаус.       — Доброй ночи, Кэролайн.       Она улыбнулась и пошла в сторону двери. Клаус не отрываясь смотрел на неё. Её белокурые локоны маняще отблескивали при лунном свете. Его завораживало в ней абсолютно всё: утонченная походка, изысканный силуэт её фигуры в полумраке. Она безупречна. Девушка уже провернула ключ в дверной скважине, как вдруг Клаус произнес её имя.       — Кэролайн, — сказал Клаус с пониженным тембром и с его невероятным английским акцентом. Так её имя произносит только он.       Кэролайн обернулась.       — Кэролайн, позволь мне кое-что сказать. Только прошу — не перебивай, даже если тебе покажется, что это необходимо. А когда я закончу, не говори ничего в ответ, если не будешь точно уверена, что хочешь сказать. Хорошо?       Кэролайн посмотрела на него с недоумением. Более странной просьбы от Клауса она ещё не слышала. Она неуверенно кивнула.       — Кэролайн... Когда я в первый раз тебя увидел, я был впечатлён твоей красотой, но не мог даже представить, что на этом всё не закончится. Всегда заканчивалось. На тот момент последние несколько столетий я считал, что такое понятие, как любовь — лишь участь слабаков и удел поэтов. Но когда в ту ночь, в твой день рождения, я поговорил с тобой, во мне что-то изменилось. Мне захотелось сделать тебе подарок на день рождения, и я подарил тебе браслет. Я очень давно не делал искренних подарков девушкам, но для тебя мне захотелось это сделать. Ты чем-то зацепила меня.       Голос Клауса был тихим и немного хриплым. Он не отводил взгляда от её лица. Кэролайн не двигалась. Даже дыхание её было еле заметным.       — Когда моя семья устраивала бал, я решил пригласить тебя, мне захотелось потанцевать с тобой. Больше двух часов я выбирал подходящее для тебя платье. С самого начала бала я не отходил далеко от входа, ожидая тебя. Я боялся, что ты не придёшь, и я бы это понял. Но ты пришла. Я старался быть джентльменом, но у тебя уже были ко мне оправданно враждебные чувства. Поэтому, когда я пригласил тебя на танец, ты старательно пыталась не смотреть мне в глаза, наверное, боялась, что я захочу тебе что-то внушить. Когда наши взгляды пересекались, я чувствовал твоё смущение. После танца ты быстро покинула зал и пошла в сад любоваться лошадьми. Это было так красиво. Ты была красива.       Клаус сделал шаг вперёд, но остановился, словно не решаясь подойти ближе. Он начал говорить, словно в голове прокручивалась старая кинолента. Каждый момент оживал у него перед глазами.       — Когда я признался, что у меня есть чувства к тебе, ты очень удивилась. Я сам был удивлён. Я не думал, что когда-нибудь смогу вновь почувствовать что-то столь прекрасное. В ту ночь ты высказала мне в глаза всю правду обо мне. Я слышал, как быстро билось твоё сердце в тот момент. Готов поспорить, ты боялась, что я не позволю тебе покинуть комнату после таких слов. Но я был благодарен тебе за то, что услышал. Ты покинула дом, и я не захотел возвращаться на бал. Всё, чего мне хотелось, — это вновь пережить момент, когда ты стояла под звёздами и гладила ту белую лошадь. Я сел и начал писать этот образ на бумаге.       Он выдохнул. Голос стал чуть тише.       — Ты сказала, что я привык покупать людей, как вещи, и что мне никогда не понять людей. Ты была права. Тогда я захотел понять тебя. Я знал, что любой материально дорогой подарок ты отвергнешь, поэтому решил подарить то, что имело ценность только для меня... Запечатлённый на бумаге мой любимый момент того вечера.       Кэролайн опустила глаза. Её губы дрогнули, но она всё ещё молчала, как он и просил.       — Позже твои друзья поняли, что могут использовать мои чувства к тебе против меня. Тогда я решил вновь вернуться к своей вере в то, что любовь — лишь слабость и разочарование. Ты делала меня уязвимым, а я не мог такого допустить. Но когда я вновь увидел тебя, я захотел вопреки всему с тобой потанцевать. Тогда я пообещал, что покажу тебе весь мир. Ты изображала отвращение ко мне, но чувствовал от тебя я совсем другое. Все наши встречи были игрой. Мне всегда нравилась эта игра. Через много лет я узнал, что тебе тоже.       Он усмехнулся, но улыбка была наполнена грустью. Кэролайн молча наблюдала за ним. В её взгляде было что-то ему непонятное — смесь нежности и тоски.       — Ты пробудила во мне столько чувств, о которых я забыл. Самое худшее из них — это невыносимый стыд и гнев на самого себя. Я почувствовал это, когда укусил тебя в порыве злости. Уже через секунду я так сильно об этом пожалел... Но было поздно. Я лишь показал тебе в очередной раз, кто я такой. Знаешь, твой взгляд тогда не был злым, он был разочарованным, что ещё хуже, — Клаус говорил с горечью, словно карал себя заново, — я сделал тебе больно, подвёл тебя. Но ты смогла мне это простить, смогла в меня поверить. Это стало лучшим чувством из тех, что ты во мне пробудила. Ты пробудила во мне доброту и способность прощать. Звучит банально, но как же я благодарен тебе за это.       Он говорил искренне. В его голосе не было привычной насмешки или уверенности — лишь честность, обнажённая до боли.       — Мне пришлось уехать в Новый Орлеан. Пусть и приятно, но я всё же удивился, когда получил твоё приглашение на выпускной. Ты хотела меня увидеть — это мне льстило. В тот вечер я пообещал стать твоей последней любовью, сколько бы ни пришлось ждать. Как же ужасен тот факт, что при нашей следующей встрече я пообещал, что навсегда уеду и не вернусь, пока ты сама этого не захочешь. Взамен ты призналась, что у тебя есть ко мне чувства. Я был тогда так счастлив. Я покидал город с восторгом и печалью одновременно.       Он глубоко вдохнул, и в этот момент Кэролайн заметила, как его пальцы непроизвольно сжались в кулак. Клаус чуть улыбнулся, но глаза оставались печальными.       — Мы не общались больше двух лет, и вдруг я услышал твой голос в телефоне. В тот момент я любил другую женщину, а ты — другого мужчину. Но услышав твой голос... Я не знаю, как это объяснить. Мир, словно, замер на несколько минут. Мне просто хотелось говорить с тобой.       Кэролайн ощущала ком в горле. Клаус замолчал и медленно выдохнул.       — Через пять лет я узнал, что ты открыла школу для необычных детей. Я вновь восхитился тобой. Мне захотелось помочь тебе как можно лучше воплотить это в жизнь.       Он шагнул ближе, но остановился.       — Мы не виделись с тобой пятнадцать лет. Когда я увидел тебя во Франции, я на мгновение растерялся. Я был рад тебя видеть, но никак не мог этого ожидать. Точно не в тот момент. Я предстал пред тобой не в самом лучшем образе. Снова. Мы столько лет не виделись, я пережил столько событий и эмоций... Но всего один твой взгляд — и я вновь был заворожён, Кэролайн. Каждая твоя фраза лишь усиливала это, а каждая новая встреча давала понять, что мне этого мало.       Его голос стал почти шёпотом.       — Когда у меня оставался последний день, ты захотела стать его частью. Я был счастлив и благодарен. Когда ты покидала тот бар, я хотел догнать тебя, поцеловать ещё раз. Я не хотел мириться с тем, что это был наш последний поцелуй, наша последняя встреча. Я не хотел тебя отпускать. Но ты ушла, а я остался один в баре, ненавидя мысль о том, что всё, о чём я мечтал, просто растворялось в жестокой реальности, которую я заслуживал.       Он посмотрел на неё с той же искренностью.       — Я покинул этот мир. Меня не было несколько лет. Но теперь я снова здесь — и это во многом благодаря тебе.       Клаус стоял прямо, сдержанно, но в его глазах горела решимость.       — Я получил право на новую жизнь, второй шанс сделать всё правильно. Я хочу прожить жизнь счастливого человека, хочу стать лучше ради своей дочери, — он сделал короткую паузу, затем добавил: — …и ради возможности того, что ты однажды станешь частью этой жизни... Пожалуйста, ничего сейчас не говори. Я хочу, чтобы ты всё обдумала. Я больше не стану давить на тебя — я буду покорно ожидать твоего ответа. Я лишь хотел, чтобы ты знала, что я чувствую. Просто знай: моё обещание всё ещё в силе. Сколько бы ни понадобилось, я всегда буду тебя ждать. Доброй ночи, Кэролайн.