Три попытки Эрика Леншерра

Логан пришёл в комнату к Эрику вечером того же дня. — Я прочитал письмо, которое сам же себе и оставил. — Он показал Эрику внушительный лист бумаги, исписанный мелким почерком. — Это всё правда? — Я не знаю, что там написано. — Там моя жизнь. Точнее, то, какой она была в прошлом… будущем… В прошлом будущем, в общем. Там и про тебя есть. — Это не про меня, — заметил Эрик. — Это про другого меня. История изменилась десять лет назад, а сегодня мы изменили её снова. Ты изменил. Другой ты. Логан озадаченно покачал головой. — Не понимаю я всего этого. — Я тоже не особо. Сходи к Чарльзу, он лучше тебе объяснит. — Не хочу к Чарльзу. Он будет юлить и успокаивать меня, а ты правду скажешь. — Я ничего не знаю о той твоей жизни. Могу передать тебе только твои же слова: ты говорил, что много лет пытался меня убить, но тебе так и не удалось. Ты сказал, что я такой же, как ты, — живучий. — Но ты ведь не обладаешь регенерацией? — Не обладаю. — И стареешь как все люди? — Старею. — Почему тогда я назвал тебя живучим? — А разве там, — Эрик указал на листок, — не написано? — Нет. Тут написано, что мы с тобой стали друзьями. И вот тут-то, возведя очи горе, Эрик понял, что с путешествиями во времени они доигрались. Куда мир катится? Мы с Росомахой друзья? Магнето — ниже падать тебе уже некуда. ☼ ☼ ☼ Джин смогла самостоятельно выйти из комнаты уже на следующий день. Только двигаться ей пока что нужно было медленно-медленно. Но нужно было обязательно — Хэнк сказал, что так организму проще будет прийти в норму. Эрик и Джин шли по песчаной дорожке вокруг замка. Правда, "шли" — это очень громко сказано. Они тащились как улитки, но Эрик терпеливо следовал ритму Джин и каждый раз одёргивал себя, стоило ему шагнуть чуть шире или быстрее. — Тебе надоело, да? — Конечно, Джин не могла этого не заметить. Эрик улыбнулся. — Есть такое. Но я рад быть рядом с тобой, так что не уйду, не проси. — И не собиралась. Но я устала, мне нужно присесть. Во дворе особняка Чарльза было множество удобных скамеек, но сейчас поблизости ни одной не наблюдалось. Впрочем, если вспомнить про их металлические подлокотники… — Идти далеко. Мы полетим. Джин кивнула. Она теперь тоже носила обувь с металлическими набойками на подошвах, и Эрик смог поднять в воздух их обоих. В принципе он и так человека мог в воздух поднять (спасибо железу в крови), но это требовало слишком большого количества сил и идеальной сосредоточенности. Оказавшись у скамьи, Джин медленно села, держась за подлокотник. Эрик опустился рядом. — Ты как, в порядке? — Да. Только устала что-то. В школу тебе меня тоже левитировать придётся. — Не вопрос. — Знаю, — улыбнулась она. И прижалась вдруг головой к его плечу. — Спасибо тебе, Эрик. — Это пустяки. — Он отмахнулся от слов Джин, но слегка приобнял её и почувствовал, как она дрожит. — Что с тобой? — Эрик обеспокоенно смотрел на неё, но сама Джин только улыбалась ему, а карие глаза смотрели лукаво. — Не пустяки. Ты много для меня сделал. В этом времени и в том. А в самом первом времени ты поддержал проснувшуюся во мне Феникс. Правда, когда она убила Профессора, ты сильно огорчился. Эрик невольно сжал плечо девушки крепче. Она поморщилась, но ничего не сказала. — Я был на стороне Феникс? Она убила Чарльза? — Ты был на своей стороне. И против людей. А Феникс пришлась кстати. Она не только Чарльза убила, но ещё и Скотта. И многих других. Убила бы Логана, не будь он способен к регенерации. — Надеюсь, этой версии меня ты не благодарна, — пробормотал Эрик. Мысль о том, что он мог поддержать обезумевшую силу, которая потом убила Чарльза, оказалась для него чересчур. — Нет. Но она давно в прошлом. Уже десять лет как. "Вот пусть там и остаётся", — думал Эрик, возвращаясь вместе с Джин в школу. ☼ ☼ ☼ Логан стал преподавателем географии и истории. Высокого мрачного мужчину, способного выпускать из кистей когти длиной чуть ли не в четверть метра, дети поначалу опасались, но постепенно к нему привыкли. Эрик помнил: с ним самим было так же. Он же теперь, помимо прочего, обучал молодых мутантов (Людей Икс) обращению с оружием. В этом ему помогала Рэйвен, а теперь подключился ещё и Логан — вот уж кто знал толк в оружии. Причём начиная с образцов конца девятнадцатого века. Джин полностью восстановилась. Её больше не беспокоили кошмары, бессонница или головные боли. Всё было хорошо целый месяц. А потом… Потом Чарльзу пришло уведомление о проверке. — Какого чёрта? — хмурился Питер, разглядывая документ, пришедший на имя директора школы для одарённых подростков. "Мы получили сообщение о возможной опасности, которую представляют для окружающих некоторые ваши ученики. Сформированный из уважаемых лиц штата комитет посетит вашу школу в ближайшее время и детально разберётся в случившемся". — Проще говоря, кто-то настучал на Джин и теперь придёт сюда, чтобы взять нас за жопу, — сказала Рэйвен. Она сидела в кресле, закинув ногу на ногу, и вот уже несколько минут нервно крутила в руке метательный нож. — Рэйвен, дорогая, — обратился к ней Чарльз, — прошу, положи его на столик. Я не хочу, чтобы случилась какая-нибудь… неосторожность. Рэйвен фыркнула, а потом подняла нож на уровень своего лица и задумчиво посмотрела на блеснувшее в ярком дневном свете лезвие. — Хорошо бы с этими мразями какая-нибудь неосторожность случилась. Жаль, я не могу отсюда бросить нож так, чтобы он всех их порешил. Вместе с той крысой, что сдала Джин. Чарльз вздохнул и потёр переносицу. — Рэйвен. — Голос его звучал устало. Эрик понимал почему: ещё вчера они летали на крыльях абсолютного счастья и позволили себе несколько… забыться. Этой ночью Чарльз брал его не один раз. Они спали едва ли пару часов, а уведомление доставили уже рано утром. Чарльз срочно созвал совещание в большой гостиной. Здесь были все они — старшие мутанты и молодые. Джин тоже сидела здесь. А справа от неё стоял Логан, на которого Скотт то и дело бросал украдкой взгляды. Очевидно, недовольные: он знал, что в прошлом будущем они с Джин были парой, но история с тех пор изменилась дважды, и кто знает, как их судьба сложится теперь. — Мы с Куртом можем пробраться в администрацию и выяснить, какие у них на нас есть свидетельства и кто вообще написал доклад на Джин, — предложил Питер, и Курт кивнул, мгновенно телепортировавшись к нему через полкомнаты. — Можно проще, — сказал Чарльз. Он сосредоточенно смотрел в листок и задумчиво хмурился. Эрик не знал, что он там пытался разглядеть, — в уведомлении всего-то было три строчки текста плюс список тех, кто придёт проверять школу Чарльза. Он их имена наизусть хотел выучить? — Хэнк, ты осматривал меня вчера утром и брал анализы. Как ты оцениваешь моё здоровье в целом и мои мутантские способности в частности? — С тобой всё в полном порядке. — Хэнк бросил осторожный взгляд на Эрика, чуть зарделся и неловким жестом поправил очки. — На самом деле ты даже в идеальном порядке. Не припомню, чтобы ты хоть когда-нибудь был так абсолютно здоров. У тебя даже в двадцать четыре проблем с самочувствием было больше, чем сейчас. А насчёт способностей… — Он развёл руками. — Они твои, тебе лучше знать. — И то верно, — улыбнулся Чарльз. — Подождите меня минутку. Не расходитесь. — Он покинул гостиную, и все оставшиеся в недоумении переглянулись. А потом уставились на Эрика. — Куда он пошёл? — спросила Джин. Эрик пожал плечами. — Понятия не имею. Из нас двоих телепат он, а не я. Ты тоже телепатка, кстати, — так куда он пошёл? — У него щит очень сильный, — неохотно отозвалась Джин. К счастью, Чарльз отсутствовал совсем недолго: уже через пару минут он буквально ворвался в гостиную, заставив Эрика порадоваться тому, что он не атмосферой управляет, — а то здесь бы непременно разразилась буря. Да, прямо в комнате. — Подонки! — заорал он, опрокинув журнальный столик, с которого посыпались книжки. Чарльз вцепился в волосы и нервно прошёлся по периметру комнаты. Чуть успокоившись, он пояснил: — Я видел мысли этих людей. Наш штат, оказывается, создал специальное оружие, ограничивающее мутантов. Люди уже как-то оглушали вас подобным — помните, после взрыва школы? Но теперь они пошли дальше. Они создали наручники с вплавленным в них составом, влияющим на икс-ген. Эти наручники блокируют способности мутанта. Пока их не снимут, мутант будет самым обычным человеком. В комнате повисла тишина. Чарльз присел на подлокотник кресла Эрика, и тот успокаивающе погладил его по спине. — Эти наручники из металла? — Да. Этот состав работает только будучи в контакте с определёнными металлами. И людей это бесит. — Не сомневаюсь. Что ты будешь делать? Все молчали. А Чарльз, повернувшись к Эрику, долго-долго смотрел ему в глаза. — У меня есть план, — наконец сказал он и обернулся к остальным. — И вы мне поможете. — Разумеется, — кивнула Рэйвен. А Эрик, обвив рукой талию Чарльза, притянул его к себе, чуть не свалив его с подлокотника. — Надеюсь, ты не собираешься снова выстилаться перед людишками? — шёпотом спросил Эрик. — Ты ведь сам понимаешь: они не будут относиться к нам по-доброму. — Понимаю. — Взгляд Чарльза стал жёстче. — Ты со мной? — Если ты примешь. — Всегда приму. — Никогда не говори "всегда". Чарльз рассмеялся. — По-моему, эта фраза по-другому звучит. — Обернувшись к остальным, он снова посерьёзнел. — В уведомлении не указана точная дата проверки, но я видел её в мыслях этих людей. Они придут через неделю, во вторник. У меня два распоряжения, которые касаются всех присутствующих: во-первых, я хочу, чтобы в этот день вы все были рядом со мной на встрече с людьми; во-вторых — до тех пор вы должны спокойно отдыхать и ни о чём не думать. Ведите себя как обычно, режим работы школы не сбивать — ничего страшного не случилось. Это мелочь, и мы с нею справимся — все вместе. Вам всё ясно? — Так точно, сэр! — выкрикнул Питер, приставив ладонь к голове. Несколько мутантов прыснули, а потом засмеялись и все остальные. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сказал Эрик Чарльзу позже. — Я тоже. Спокойной ночи, Эрик. — Спокойной ночи, Чарльз, — отозвался он, прижимая любовника крепче. Так просто и естественно оказалось оставаться на ночь у Чарльза. А иногда Чарльз ночевал у него. Расставаться не хотелось. "Мы и так потеряли слишком много лет, — думал Эрик, слушая ровное дыхание спящего Чарльза. — И больше я нам такого не позволю". ☼ ☼ ☼ День был солнечным и странно тёплым для ноября. Но прибывшая комиссия была довольна ровно до того момента, пока дверь им не открыла синекожая желтоглазая мутантка с огненными волосами. Двое мужчин и женщина еле сдержали крик, на лице ещё одного было написано отвращение, другие двое невольно сделали полшага назад, и только один отреагировал, как и положено приличному человеку: — Добрый день, мисс… — Миссис. Миссис МакКой. — Извините, миссис МакКой. Профессор Ксавье знает о нашем визите. Мы можем войти? — Разумеется. — Рэйвен приветливо улыбнулась и отступила в сторону, пропуская членов комиссии в холл. — Профессор ждёт вас у себя в кабинете на втором этаже. Доктор МакКой вас проводит. — Благодарю, — отозвался мужчина. Тем временем по лестнице к нему и остальным спустился Хэнк МакКой. — Добро пожаловать в нашу школу для одарённых подростков. Прошу пройти за мной. Хэнк поднялся на второй этаж, и люди последовали за ним. А за ними на почтительном расстоянии шла Рэйвен. Профессор Ксавье встретил комиссию, сидя за своим рабочим столом. Напротив в два ряда стояли семь стульев с мягкими сиденьями и спинками. При виде посетителей Чарльз улыбнулся. — Здравствуйте. Вы весьма точны касательно назначенного времени. Прошу, присаживайтесь. — Благодарю. — Самый спокойный мужчина присел на стул, который стоял посередине в первом ряду. — Это наш долг — вовремя быть там, где требуется помощь. — Понимаю. Остальные молча расселись вокруг лидера. Чарльз поставил локти на стол, соединив кончики пальцев. — Рэйвен, Хэнк — покиньте нас. Оба мутанта кивнули и вышли в коридор, затворив за собой дверь. Некоторые из присутствующих заметно расслабились, и только сидевший ближе всех к Чарльзу лидер заметил, как слегка дрогнули уголки его губ. — Приветствую вас в нашей школе. Сенатор Мэйсон, мэр Освальд, ревизор Стивенс, мистер Арнольд, мистер Крауч, мистер Гейл и миссис О'Нил. Чем обязан вашему визиту? Что-то не так с моей школой? Ревизор Стивенс — лидер — ответил в тон Чарльзу: — Именно это мы и хотели у вас узнать, профессор. Как обстоят дела в вашей школе? — Замечательно. Новый учебный год начался не так давно, но наши ученики уже достигли значительных успехов. Я горжусь ими. Стивенс растянул губы в фальшивой улыбке. — Безмерно рад за вас. Но правительство штата недавно получило весьма тревожные новости об одной из ваших учениц, и мы, как те, кто призван хранить законы и покой, не смогли закрыть на это глаза. Нам сообщили, что одна ученица, ранее считавшаяся потенциально опасной, несколько дней назад в открытую проявила свои силы, которые могут причинить вред многим людям. В лучшем случае — только обитателям школы, в худшем — всем жителям Соединённых Штатов. Сообщение гласило: "Всему миру", но думаю, это преувеличение. — Стивенс продолжал улыбаться. — Полагаю, вы и сами знаете, о ком я говорю? — Не имею ни малейшего понятия. — Чарльз тоже улыбался, причём куда искреннее, чем ревизор, и вообще на редкость лучезарно — даже для него. — Все мои ученики совершенно безопасны как для себя, так и для других людей. — Это Джин Грей! — выпалила миссис О'Нил. Она была матерью Айры, одной из учениц школы. Айра была пирокинетиком и, несмотря на свои очень юные двенадцать лет, идеально контролировала свои способности. — Она опасна. Я не могу оставить Айру здесь, я хочу забрать её из школы домой. И другие родители захотят того же, когда узнают, что вы пригрели на груди неуправляемую мутантку, да ещё и… — Она поджала губы. — Прошу, договаривайте, — вежливо попросил Чарльз. — Мне очень интересно узнать, что вы думаете. О'Нил долго просить не пришлось. — Магнето! Я слышала, что он последние несколько месяцев живёт здесь, — это правда? — Абсолютная. Мистер Леншерр остался здесь после того, как помог нам в борьбе против древнего мутанта Апокалипсиса. — Но он же… — снова начала О'Нил, но её перебил Стивенс: — Простите матери её эмоциональность, профессор. Уверен, вы всё понимаете. — Безусловно. — Хорошо. Надеюсь, тогда вы поймёте и наше желание временно забрать Джин Грей из школы. Брови Чарльза взметнулись вверх. — Простите? — Профессор Ксавье, — обратился к нему сенатор Мэйсон, — вы ведь понимаете, что ученики вашей школы обладают особыми способностями. Они не такие, как все, и потому нам следует наиболее тщательно проверять все потенциальные угрозы. Как высшие должностные лица штата, мы обязаны забрать мисс Грей для обследования. Ничего сложного или страшного — её просто осмотрят врачи, лучшие в США специалисты по мутантам и несколько учёных, приглашённых из других стран. По итогам обследования будет собрана комиссия, которая вынесет решение: опасна ли мисс Грей для других, опасна ли она для себя. Если всё окажется в порядке, мы в тот же день вернём её сюда. — Правда? — Чарльз потёр пальцами подбородок. — Но это очень серьёзный вопрос. Я спрошу, что Джин думает по этому поводу. Если она согласится, я её отпущу. — Вы не поняли, профессор, — мягко возразил мэр. — Мнение мисс Грей нас не интересует: мы обязаны убедиться, что она не представляет угрозы. — Вы заберёте Джин силой? — Ну что вы, профессор. Такое варварство в наше время ни к чему. Но, если мисс Грей откажется ехать на обследование, мы будем вынуждены закрыть вашу школу как учреждение, представляющее опасность для детей. Все ученики будут распущены по домам, где их родители смогут их защитить. — От половины моих учеников родители отказались — о какой защите вы говорите? Мэр с наигранно виноватым видом развёл руками: мол, что поделаешь, такова жизнь. Ревизор Стивенс чуть подался вперёд. — Послушайте, профессор Ксавье… — Нет, это вы теперь меня послушайте. — Чарльз, опираясь кулаками о стол, поднялся из кресла, чем заставил некоторых присутствующих схватиться за собственные стулья или попытаться ущипнуть себя ("это всё реально?"). — Джин мы вам не отдадим: она наша ученица. Хотите забрать своих детей из школы? А вы их спросили? Давайте спросим. И, если они откажутся уходить, мы будем драться за каждого. — Профессор, это переходит все границы, — вмешался мистер Крауч. — В каком смысле "драться"? — возмутилась миссис О'Нил. — И кто это "мы"? — Мы, — сказал Чарльз и щёлкнул пальцами. Люди ахнули, кое-кто даже со стульев привстал: перед ними появились мутанты. Они стояли слева от стола Чарльза, и вот прямо только что их там не было, а теперь… Ревизор Стивенс встал и спокойно поправил галстук. — Что ж, профессор Ксавье. Вы достаточно ясно выразили свою точку зрения на данный вопрос. Мы доложим о ней губернатору и сенату штата, и окончательное решение по этому делу будут принимать они. — Никакого решения не будет, — сказал Эрик. — Вы просто оставите нас в покое, и всё. Стивенс неприятно улыбнулся. Но сказать ничего не успел: рядом с ним встал сенатор Мэйсон и, положив ему руку на плечо, покачал головой. А потом обернулся к Эрику и раздельно произнёс: — Вас, мистер Леншерр, мы в покое уже оставили. — Он чуть склонил голову набок. — Или будет лучше сказать "Магнето"? — Не лучше. А металл есть на каждом из вас. — Это угроза? — Констатация факта. Последняя фраза Эрика стала катализатором. Возможно, он действительно не имел в виду ничего такого — но люди уже завелись и без провокаций со стороны мутантов. У мистера Арнольда сдали нервы, и он завизжал, чуть ли не брызгая слюной: — Да как вы смеете так говорить с сенатором Мэйсоном?! Вы, чёртов преступник, должны быть благода-А-А-А!.. — закричал он, когда Эрик притянул его к себе, управляя часами и пряжкой его ремня. — Правда? — Эрик улыбнулся. — Спасибо. — И тоже склонил голову набок, копируя жест сенатора Мэйсона. — Мистер Леншерр официально оправдан и больше не считается преступником. — Ох, зря Чарльз это сказал: Арнольд тут же выпучил глаза и переключился на него: — А вы вообще молчите… подстилка Магнето! Думаете, мы не в курсе, почему вы так для него расстарались?! Эрик дёрнулся, чтобы расквасить эту мерзость о ближайшую стену, но быстрая и гибкая Рэйвен вовремя перехватила его запястья и монотонно произнесла: — Личная жизнь директора и преподавателей школы вас не касается. Но Арнольда уже было не остановить. Видимо расхрабрившийся из-за того, что Рэйвен остановила Эрика, он сам вынес себе приговор: — Касается! Если директор школы — личная шлюха государственного преступника! Эрик и двинуться не успел, как Арнольд уже стоял с заклеенным широкой серой изолентой ртом и с руками, заведёнными за спину. А рядом с ним стоял Питер и улыбался. — И не пытайтесь ему помочь — а то и вас склею, — предупредил он людей. — У него просто закрыт его поганый рот и склеены за спиной руки — ну, знаете, чтоб ленту со рта не сорвал. Не хочется мне что-то ещё больше дерьма из ушей выковыривать, знаете ли. — Он подошёл к Эрику. — И кажется, Профессор уже напомнил вам: мой отец, — положил ладонь ему на плечо, — не преступник. — Отец? — удивлённо переспросил мистер Гейл. Питер кивнул, а Эрик улыбнулся и накрыл его руку своей. Мэр Освальд встал и обратился к нему: — Приношу глубочайшие извинения за несдержанность мистера Арнольда. — Мэр перевёл взгляд на Чарльза. — Уверен, он не это хотел сказать, просто неудачно выразился. — О да. — Чарльз усмехнулся. — Я вижу в его мыслях обороты куда выразительнее. — Вы читаете наши мысли? — встрепенулась миссис О'Нил. — Специально — нет. Но я сильный телепат, а мистер Арнольд думает об этом так красочно… — Да вы… — начала женщина. Но Чарльз поднял руку, обрывая её. — Хватит. Я достаточно ясно вижу ваши намерения, можете не трудиться их озвучивать. Мы спросим Айру, желает ли она уехать с вами или остаться здесь, и поступим согласно её выбору. — Но я… — Профессор Ксавье прав, миссис О'Нил, — сказал мэр. — И полагаю, мы сегодня ни к чему более ясному уже не придём. В таком случае пусть решают губернатор и сенат штата. Будем ждать их вердикта, а пока что мы прощаемся. Профессор? — Мэр протянул ему руку. Чарльз пожал её. — Мэр Освальд. — Попросите вашего шустрого мальчика освободить мистера Арнольда. Думаю, он справится с этим за долю секунды — я прав? Чарльз улыбнулся. — Питер? — Готово, — отозвался парень. Он снова стоял рядом с отцом, но мистер Арнольд теперь был свободен и мог говорить. Он с изумлением разглядывал собственные руки, сжимая и разжимая пальцы. Казалось, будто он видит их в первый раз. — До скорой встречи, профессор, — сказал мэр Освальд. Кивнув мутантам, он вышел из кабинета, и остальные люди, не оглядываясь, поспешили за ним. Когда дверь закрылась, Чарльз повернулся к своим. — Идёмте. — Куда? — спросил Эрик. — Все? — спросил Курт. Джин рассмеялась. — Видишь, Эрик? Курт больше предан Чарльзу, чем ты, — он готов был пойти за ним, не спрашивая куда… — Вообще-то я не думал, что мне нужно идти с Чарльзом, — ответил Курт. И глянул на него вопросительно. — Так мне нужно? — Да. Всем нужно. Не волнуйся: это ненадолго. Ты успеешь, — подмигнул ему Чарльз. Хвост Курта шлёпнул Эрика по руке, заставив поморщиться: опять мальчишка своё волнение не контролирует и размахивает его физическим воплощением где попало. Чарльз привёл их в Церебро. Напомнив всем о необходимости молчать и не двигаться, он сел в кресло и надел шлем. И снова вокруг раскинулось привычное звёздное небо, на котором каждая светящаяся точка была чьим-то разумом. Сколько-то их там? Эрик никогда не пытался сосчитать. Чарльз тоже. Вдруг синие точки вспыхнули ярко. И в Церебро раздался голос Чарльза: — Мутанты отличаются от людей. Но они не более опасны, чем обычные люди. Мы не будем трогать их. А они не будут трогать нас. И мы все будем жить в мире. Эрик подумал, что ему послышалось. Когда Чарльз снял шлем и стало можно двигаться, Эрик увидел на лицах других тот же почти шок, что испытывал и он сам. — Ч-Чарльз… — заикаясь, позвала Рэйвен. — Т-ты… Бесконечная грусть — и яркая решительность в прозрачных голубых глазах. — Я люблю вас. И я буду драться за вас, если понадобится. Эрик сглотнул. — Но Чарльз, ты… — Да. Когда ты сказал, что мне стоило драться за то, что я люблю, ты был прав. Мне стоило драться за тебя и за каждого из вас. — Он обвёл их всех взглядом. — Отныне я буду. Вы со мной? — Ну разумеется. — Рэйвен смахнула выступившие на глазах слёзы. — Мы ведь Люди Икс. — Говори за себя, — возразил Эрик. — Терпеть не могу это дурацкое название. — Повернулся к Чарльзу. — Но да, я с тобой. С вами. — Чёрт… — всхлипнула Рэйвен, снова вытирая слёзы. — Я сейчас разревусь как девчонка… Я столько лет этого ждала. — А я хочу попрыгать по дому, цепляясь ногами за люстры, — признался Хэнк. — А я — сбегать в Бразилию. — А я хочу на третий этаж, — сказал Курт, и все обернулись к нему. — Иди, — кивнул Чарльз. — Она тебя ждёт. — Спасибо, — облегчённо выдохнул Курт и тут же исчез. Теперь все уставились на Чарльза. — Она? — спросил Эрик. Чарльз покачал головой. — Имени не скажу, не надейся. — Не-не-не, ты уж скажи, — попросил Питер. — Мало ли с кем там наш Курт тусит и какие у неё намерения… а я после сегодняшнего уже начинаю думать, что убеждения половым путём передаются — а ну как он со злодейкой встречается и завтра начнёт захватывать мир?.. Если хочешь говорить то, что думаешь, ты должен уметь драться. Или очень быстро бегать. Питер же умел и то, и другое. Поэтому через час был уже в Бразилии. ☼ ☼ ☼ А Эрик через час сидел на диване в апартаментах Чарльза. — Не ожидал от тебя такого, — тихо сказал он Чарльзу, лежавшему головой у него на коленях. — Не думал, что ты поступишь так резко и откровенно. — Я сам не ожидал. Но после того, что случилось с Джин, я много думал. И понял, что не смогу защитить ребят, если не буду готов пойти ради них на всё. И я не забыл, что двадцать лет назад люди пытались убить нас, и вместе с нами — одну из своих же. Я вижу, что они сделали с Логаном. Я знаю историю каждого из своих учеников, и в них так мало, так бесконечно мало понимающих родителей… Я не могу снова допустить, чтобы они страдали из-за моей наивности. Эрик фыркнул и провёл рукой по мягким тёмным волосам. — Я в шоке. Кто ты и что ты сделал с Чарльзом? — Да ну тебя, — беззлобно отозвался тот. — Сам же небось об этом мечтал. — Примерно так, — согласился Эрик. И наклонился, чтобы поцеловать раскрывшиеся для него губы. ☼ ☼ ☼ То, что Питер вернулся домой, Эрик понял, когда застал его в коридоре целующимся с Ороро. Он застыл на миг, а потом решил тихо улететь, чтобы не мешать, но Ороро вдруг отпрыгнула от Питера как ужаленная — и сразу посмотрела на Эрика. А вот до Питера ситуация дошла с небольшим запозданием. Он даже не сразу заметил, что девушка куда-то смотрит, а когда проследил направление её взгляда, то издал тихое: — Ой… — И уже громче и с улыбкой: — Привет, пап! — Привет, — кивнул Эрик. И ухмыльнулся, складывая на груди руки. — Как Бразилия? — Замечательно. Очень красивая страна. Только экскурсии проводят жутко медленно. — Питер мгновенно возник рядом с Эриком и положил ладонь ему на затылок. — Не то что я. Теперь Эрик переносил эти путешествия куда легче, чем прежде. Даже мокрое полотенце ему больше не было нужно. — Садись. — Питер привычно опустился на пол у дивана, где у него теперь постоянно был расстелен ворсистый коврик. — Хочешь про достопримечательности Бразилии послушать? Я видел самую большую… Ай, что ты делаешь! Эрик мстительно улыбнулся, сжимая пальцами ухо Питера. Когда тот вскрикнул, Эрик надавил сильнее. — Думал, я забуду про твою фразочку сегодня в адрес Чарльза? — Которую? — Ты знаешь, о чём я, не притворяйся. — Ой-ой-ой! Пап, хватит, прости, я не имел в виду ничего такого! Просто Чарльз вдруг заговорил практически твоими словами, и я… — Я понял. — Эрик отпустил ухо Питера, и парень мгновенно отпрыгнул подальше. — И обещаю не удивляться, если ты вдруг заговоришь словами Ороро. — Пап, мы не… — Питер попытался изобразить какой-то жест руками, но, к счастью, у него это не получилось, и он просто их опустил. — Ей шестнадцать. А мне двадцать восемь. — Джин девятнадцать. А Логану за сотню. Питер фыркнул и закатил глаза. — Ты тоже заметил, да? Он на неё смотрит то с такой тоской, что мне повеситься хочется, то с таким голодом в глазах, что мне хочется забрать её и срулить куда-нибудь на Аляску. А то страшно. — Вот только попробуй ещё раз куда-нибудь сбежать без предупреждения. — Эрик поднял указательный палец. — Я серьёзно, вот только попроб… — Я понял, папа, — прошептал сын, обнимая его. — Я понял. Прости. Больше не буду. — Конечно будешь. — Эрик обнял Питера крепко-крепко. — Только береги себя. Пожалуйста. Питер чуть отстранился, чтобы заглянуть ему в глаза. — И ты меня береги, — очень серьёзно сказал он. — И себя. И Чарльза. И всех нас. А мы будем тебя беречь. В семье все помогают друг другу. — Тебе это Джин сказала? — При чём тут Джин? Я сам так считаю. Ох, и умные же нынче детки пошли. И как же хорошо, что они понимают этот мир и друг друга лучше, чем в своё время смогли мы. Знаешь, Чарльз, у этого мира есть надежда. И она прекрасна как никогда.