Его спаситель

Арсений на следующее утро проснулся значительно раньше будильника. События вчерашней ночи возвращались в память с невероятной скоростью. Вскоре Попов перестал плавать на грани сна и реальности и стал медленно соображать, что происходит вокруг. Он чувствовал странные, мерные и очень успокаивающие движения на своей кисти. Кто-то поглаживал его руку, аккуратно обводил пальцем костяшки, несмело дотрагивался до кольца. Арсений открыл глаза и обнаружил перед собой спину, несколько свернувшегося Антона. Рука Попова обнимала тонкую талию парня. Парня, который не спал. Арсений обнял Антона посильнее и перехватил его кисть. Антон затаил дыхание и спустя пару секунд осторожно перевернулся на другой бок. - Доброе утро, - Арсений улыбнулся, и отодвинул чёлку с глаз парня. - Доброе. Я тебя разбудил? - Нет, что ты. А сколько сейчас времени? - Где-то половина седьмого, - Антон потянулся было за телефоном, чтобы проверить который час, но Арс удержал его. - Не надо. Будильник мы всё равно не проспим. - Ладно, как хочешь, - Антон слабо зевнул, а затем произнёс чуть тише, - ты извини, что я тебя вчера побеспокоил, да и вообще. Не стоило, наверно, вот так... - Тош, успокойся, ладно? - сказал Арсений как можно мягче, - мне с тобой хорошо. Антон и так говорил тихо, а тут уже и вовсе перешёл на шёпот: - Мне с тобой тоже. - Кошмары больше не снились? А в ответ только лёгкое покачивание головой и полуулыбка. - Ну и славно, - Арсений потянулся к Антону. Вскоре будильник разорвал и тишину и лёгкий поцелуй - пора было завтракать и идти на работу. Это было в четверг. Парни вчетвером трудились непокладая рук, не взирая на то, что контракта ещё не было и всё могло сложиться не в их пользу. Дима предложил записывать их работу на камеру: "Нет, серьёзно. Это же практика! И потом, у нас будет если что пример работы." После этого все согласились и стали работать дальше. Пятничный обед принёс Антону уверенность, что его отец серьёзно взялся за посвящение сына в дела компании. Это немного раздражало, да и только. Антон то уже знал, что сможет прожить и без этого бизнеса. Правда отцу он говорить не решался: сначала надо было получить на руки весомый аргумент - контракт. Выходные в этот раз прошли довольно сумбурно. В субботу парни хотели наконец провести целый день вдвоём, но нежданно-негаданно на горизонте появились Позов и Матвиенко с криками: "Выходные не время для отдыха, когда судьба на кону", ну или что-то в этом роде... Результат был хороший - они потрудились на славу, обратной стороной медали было то, что закончили они часам к трём ночи. В воскресенье парни отсыпались за всю неделю, изредка лениво переговариваясь или перебираясь с кровати (Арсений теперь спал с Антоном, чтобы того больше не мучили кошмары) на кухню, чтобы попить чай. Понедельник начался для Антона в восемь утра трелью телефонного звонка. Звонил креативный продюсер, и Шастун успел за десять секунд начать соображать и подойти к телефону - для него это был рекорд. Арсений сквозь остатки сна слышал обрывки разговора, доносившиеся с кухни - Антон ушёл туда, чтобы не мешать парню досыпать. Через пять минут солнышко-Тоша с улыбкой до ушей явился в спальню и сообщил: - Они меня берут! Дальше последовали объятья и поздравления. Арсений не позволил себе испортить парню настроение и спросить, не говорил ли Стас что-нибудь про него. Антон не позволил себе портить Арсу день с самого утра и не заикнулся о том, что продюсер про его парня не сказал ни единого слова. Арсений решил, что подождёт, пока ему позвонят на его собственный телефон. Первый час, после звонка Антону он старался заниматься своими делами, не думать о Стасе и о проекте. Но вскоре он поймал себя на том, что слишком часто проверяет телефон на предмет пропущенных звонков. Всю первую половину дня парни проводили дома, поскольку собраться вместе для работы могли лишь к вечеру. Антон видел все хаотичные и нервозные движения Арсения. Он понимал, что происходит с парнем, но не знал, как его поддержать. Время, когда надо было выдвигаться на встречу двум другим парням, приблизилось незаметно. Арсению так никто и не звонил. Он был раздосадован и, ссылаясь на очень плохое самочувствие, отказался ехать с Антоном. Они тихо попрощались, и Шастун уехал. Он никак не мог помочь любимому. Остаток дня Арсений очень хотел провести за компанию бутылкой, но он не хотел, чтобы его счастливое и везучее солнышко после замечательного и счастливого дня было огорчено его, Попова, тупой выходкой. Поэтому он просто сидел в своём кресле и пил, кажется уже четвёртую чашку кофе. Раздался телефонный звонок. Было около девяти, и это скорее всего звонил Антон, желая сообщить, что выдвигается к дому. Арсений не смотрел на экран и не подходил к телефону. Он чувствовал себя ужасным эгоистом от того, что не хотел говорить со своим Тошей, но ему очень хотелось ещё немного побыть наедине с самим собой. Телефон, однако, всё не унимался и продолжал звонить. Тяжело вздохнув Арсений поднял устройство и взглянул на экран - неизвестный номер... Это уже было интересно. Арсений нажал:"принять вызов". - Алло. - Это Арсений? - Да. - Это Станислав Шеминов вас беспокоит. Креативный продюсер. - Да, добрый вечер Станислав. - Можно просто Стас. Мы просим Вас завтра ещё раз подойти к нам. У нас будет повторный кастинг. В двенадцать вам удобно? - Да, конечно. Спасибо большое. - Ага. Жду Вас завтра. За всё время разговора Арсений не испытал ни одной эмоции. И даже несколько минут после того, как кончился разговор, Арсений сидел и бессмысленно смотрел в уже погасший экран телефона. В замочной скважине характерно заскрипел ключ и в прихожей послышалась возня - вернулся Антон. Арсений всё ещё прибывая в ступоре вышел на встречу парню. - Арс, привет! Я так замотался, прости.. Даже позвонить забыл. Ты тут как? - протараторил Антон на одном дыхании. - Мне только что Шеминов звонил, - отстранённо произнёс Арсений. - Зачем? - на лице Антона выразилось недоумение в перемешку со страхом за состояние Попова. - Сказал, что завтра ждёт меня в двенадцать на повторные пробы... - так же глухо и безэмоционально ответил Арсений. Лицо Шастуна в миг просветлело. - Так это же класс! Ты завтра им всем там покажешь! Я в тебя верю! Кстати, давай это отметим? У меня для тебя по такому случаю подарок есть. Арсений изумлённо посмотрел на Шастуна и только сейчас заметил у того в руках небольшую белую картонную коробку, перевязанную синей лентой. - Спасибо тебе Антош, но как ты так подгадал? - он поднял взгляд с коробки на лицо парня. - Мне просто повезло оказаться в нужное время в нужном месте, -отмахиваясь пояснил Шастун и протянул коробку Арсению, - лучше раскрывай на кухне. Спустя три минуты, по окончании небольшого спора, стоит ли резать ленточку на коробке или её надо обязательно развязывать, когда Арсений всё-таки подцепил кончик адского узла и распутал его, когда он ласково сказал Антону, прибежавшему в этот момент с ножницами из другого конца квартиры, что тот может всё же разрезать уже снятую ленточку, дабы отомстить ей за убитое время, коробка всё же была открыта. В ней оказались пончики, покрытые сине-зеленой глазурью. Арсений сначала был в ступоре, потом бросился благодарить Антона, а потом пел дифирамбы глазури. Лакомство и правда выглядело превосходно. День был спасён. Арсений был спасён Антоном от тоски и не только. Попову было совершенно не обязательно знать, что на самом деле трое ребят вечером вместе матались к Шеминову. Ему не надо было понимать, что ребята представили креативного продюсеру те видео, которые они снимали на своих репетициях. Ему не следовало быть в курсе, что ребята всеми силами убеждали Стаса, что только Арсений мог стать четвёртым импровизатором, что только Попов безоговорочно вписывается в их компанию, и что он справится с задачей превосходно. Да, да, Арсению знать это вовсе не следовало... На следующий день Арсений поехал на пробы. Антон хотел его сопровождать, но он отказался: - Не волнуйся, Тош, всё будет хорошо. А ты пока лучше поработай с парнями, - нам всем надо трудиться сейчас. - Ладно, но я всё равно буду держать за тебя кулаки. - Спасибо. Лёгкий поцелуй. Счастливое утро. Арсения Стас принял почти сразу, зато не отпускал в течение нескольких часов. Арсений чуть ли не выл от усталости, но продолжал сжав зубы работать. И эти мучения в итоге окупились. Когда, наконец, они закончили, Стас сообщил, что берёт его: - Пока берём. Мне нравится то, что ты делаешь, но надо работать, при чём много. И надо будет, конечно что-то делать с твоим образом. Граф в телепередаче... Это рискованный шаг. Не факт, что публика оценит. - Да, конечно. Я это понимаю. Спасибо огромное. Они пожали руки и Арсений улыбаясь вышел из кабинета. Когда дверь за его спиной закрылась, улыбка медленно сошла с лица Попова. Теперь пути к отступлению не было и надо было выбирать. Выбор всецело зависел от него самого, но дело от этого проще не становилось... Он мог продолжить выполнять свой план по изведению и коверканию жизни мальчишки. Но если он доведёт свой план до конца, то вынужден будет видеть последствия. Этого не хотелось. Дело в том, что вероятнее всего они с Антоном продолжили бы вместе работать над проектом, а в таком случае ему пришлось бы слишком часто видеть это навсегда померкшее солнышко. Если бы он мог уехать куда-нибудь далеко-далеко, то его, наверное, не так сильно бы волновала судьба какого-то петербургского мальчишки, который по его милости больше не сможет улыбаться искренне. Другим вариантом было отказаться от всей затеи. Превратиться в того, кого в нём видел Антон, в того, кем он сам хотел быть в глубине души. Он мог бы, наконец, быть искренне счастливым рядом с Шастуном. Он мог бы проводить с ним всё время, на которое он был бы способен и ни разу не задумываться о том, что он не должен слушать свои чувства, быть на поводу у эмоций... Больше Попова привлекал второй вариант действий. Он был более человечный (интересно, неужели это тот Шастун, который пил, принимал наркотики, вернее считал, что принимал, кутил направо и налево является причиной возникновения у Арсения мыслей о человечности?), более правильный и, что самое главное, желанный. Но и у этой монеты была выщербина - Арсений сам не верил, что может вдруг стать счастливым и любимым. У него была когда-то давно, хотя на самом деле не очень, жена. Женщина, которой он готов был посвятить всё, ради которой был готов сворачивать горы снова и снова. Но она его предала. Просто взяла и ушла однажды утром к другому, захватив свои немногочисленные вещи. Арсений тогда остался совсем один. Детей у них не было. После таких историй никогда не хочется начинать сначала. И наш герой исключением не был. То, что происходило у него с Антоном поначалу было как бы игрой, планом, математикой. Арсений не уследил, в какой момент это изменилось и превратилось в нечто совсем другое. Не понял, когда игра превратилась в реальность. Не заметил, что план стал развитием чего-то большего. Не сразу догадался, что математика стала чувством. Но время всё же ещё оставалось. Можно было подумать, поразмыслить... Пока же Арсений достал телефон и набрав Антону короткое: "еду к вам", пошёл к выходу. В этот день, вместе с появлением Арсения у ребят, подготовка была безбожно сорвана. Они были счастливы, что Арсений пока утверждён, и что Стас не сказал о вчерашнем визите парней. Они позволили себе устроить перерыв и, растянувшись на широком диване, проболтали до вечера. Они в те часы совсем не были похожи на людей совсем недавно сошедшихся вместе. Они были теперь как четверо друзей, знакомых чуть ли не с рождения. Постепенно они узнавали друг-друга, и это шло им на пользу и для себя, и для работы. В половине десятого они получили сообщения от Стаса с одинаковым содержанием - завтра он с утра ждёт всех четверых у себя. Было решено расходиться, чтобы на следующий день быть в форме. Дима проводил всех до выхода на улицу и остался там покурить. Они с Серёжей вновь непонимающе переглянулись, когда Арсений и Антон, попрощавшись уехали на одной машине. - Может они просто живут рядом? - предположил аккуратно Позов. - Нет, он мне говорил, в каком районе живёт Антон... Его квартира вообще в другой части города... - Матвиенко осторожно покачал головой.

***

Следующим утром четверо парней снова встретились вместе. На этот раз в кабинете Шеминова. Решающий день начался. - Итак, господа, новости у меня такие, - Стас оглядел присутствующих, - сейчас вы будете готовиться самостоятельно и переводить дух. А после новогодних праздников мы с Вами начнём официально готовить проект к выходу на экраны. Шестнадцатого января ваш первый рабочий день. На лицах троих расцвели счастливые улыбки. Четвёртый улыбался неуверенно. Времени для подумать оставалось в обрез... Но Попов не был бы актёром, если бы не подавил в себе эти чувства. Четвёртая беззаботная улыбка расцвела с незаметным опозданием. Ребята после этого ещё некоторое время беседовали со Стасом, уточняя некоторые детали. А после с чистой совестью поехали немного посидеть и отметить это событие. Повод был серьёзный, а парни, напротив, были только воодушевлены и обрадованы предстоящим рабочим трудностям. Вечер начался хорошо. Парни приехали в одно из тех увеселительных заведений, где нет шабаша пьяных и не только, но тем не менее выпивший человек не будет бессвязно бормотать тут своему более или менее трезвому собеседнику:"Здесь скучно, пойдём в другое место". Это был идеальный вариант для тех, кто хотел расслабиться, или заглушить душевную боль в паре-тройке рюмок, или "сменить обстановку и немного развеяться", или посидеть в компании без алкоголя, но с весельем - это относилось в частности к непьющему Матвиенко. Парни выпивали не очень много - в основном, они болтали и смеялись, но я надеюсь, что читатели ещё не совсем забыли, что один из этой четверки пьянел даже от небольшого количества алкоголя... Через тридцать минут Антон смеялся заливистее. Через час он нёс околесицу и просился танцевать. Парни его удерживали, тихо посмеиваясь. Ещё через двадцать минут Антона понесло на откровенности. Арсений, понимал, что в таком состоянии парень может наговорить всё, что угодно, а они до сих пор не обговорили, стоит ли рассказывать друзьям всё... Он решил, что лучше всего будет отвезти его домой: - Ребят, - сказал он, -Шаста похоже уже пора увозить... Да и вообще, завтра хочется хоть немного в адеквате быть... Арсений был не пьян - выпил совсем немного и теперь был этому чрезвычайно рад: голова соображала отлично. - Хорошо, я с ним на такси доеду. Арс не ожидал такого поворота событий и не знал, как тут выкрутиться. - Да зачем тебе себя так утруждать, Дим? Вы ведь далеко, вроде друг от друга живёте, - "наитупейшая отговорка... Молодец Арс! Лучше ничего придумать не мог?". - Да и вы вроде не близко живёте, - Позов по непонятной причине был совершенно против того, чтобы Арсений вновь уехал с Шастом, - и к тому же, я как-никак его лучший друг. Арсению было нечего ответить. Пришлось уступить. Он только пожал плечами и вместе с остальными стал собираться. Позов вызвал такси и, забрав Антона, уехал. Серёжа, который был абсолютно трезв, предложил подвезти Арса. Попову было неудобно отказываться. Да и выглядело бы это слишком странно. Пришлось ехать. Дима тем временем ехал с Антоном по ночному городу на такси и временами поглядывал на приунывшего друга, вперившего свой взгляд в окно. - Антон, с тобой всё хорошо? - Дима был действительно не на шутку взволнован. - Мой отец хочет мне впихнуть совладение его дурацким бизнесом, а ещё может так статься, что в один прекрасный день он захочет закопать меня живьём и вероятнее всего, действительно сделает со мной что-то подобное. Ну, скорее, сошлёт куда-нибудь на необитаемый остров и вынудит вечно работать на его компанию... - Антон, что ты такое говоришь? С чего он должен так с тобой поступать? - волнение Позова всё возрастало, - Антон? Антон? Но парень больше не говорил, продолжая смотреть в окно. - Не волнуйся. Мы все тебя любим и поможем тебе. Помни, что ты не один. Ответа Дима не получил, но он знал, что был услышан и большего ему и не нужно было. Вскоре они доехали до дома Антона. Позов попросил таксиста подождать, а сам пошёл на всякий случай довести Антона. Они вошли в квартиру и Дима сразу насторожился: квартира была пустой, пустой в плане людей. Не было ни разу такого, чтобы Константин лёг спать, раньше прихода Антона, и Дима это знал как никто другой - он слишком много раз сам привозил парня. - Константин, - Дима немного повысил голос; на него накатило смутное опасение. Антон тем временем медленно, пошатываясь брёл к спальне и на ходу ответил: - Нет его. - Как нет? Что с ним? - Позов не признался бы в этом, но он боялся услышать ответ. - Он уволен, - ответил Шастун и рухнул на кровать, - это всё отец. - И как ты теперь живёшь? - Позов был немного-очень-сильно в ступоре. - Очень даже хорошо, - пробубнил Антон сквозь сон и отрубился окончательно. Дима осторожно укрыл друга одеялом и прошёлся по квартире. Следы обитания в квартире ещё одного человека были налицо. Но кто этот человек? Позов долго колебался ходя туда-сюда вдоль двери в комнату для слуги, но открыть её так и не решился: когда Антон захочет, сам всё расскажет. Позов выключил свет и уехал к себе домой. Арсений ехал с Серёжей и невпопад кивал на его рассказы и вопросы. Когда Матвиенко надоело пытаться вывести друга на диалог, он просто включил музыку. Арсений этого даже не заметил. Им повезло доехать быстро - ночью пробок не было. Прежде, чем выпустить друга из машины, Серёжа повернулся к другу и сказал ему: - Арс, я не всё понимаю... Но ответь мне на один единственный вопрос, - Попов повернулся, вопросительно изогнув бровь, - у тебя всё хорошо? Арсений мягко усмехнулся и ответил: - Да, Серый, всё нормально. - Отлично! Тогда больше не держу. Отдохни хорошенько, пока праздники будут, а то сегодня сам не свой. - Да, ты прав, - Арс ещё раз улыбнулся и вышел из машины. Арсений лёг в этот раз спать довольно быстро - почти сразу. Он заставил себя заснуть, потому что так быстрее наступит завтра, а, следовательно, и к Тоше, которого сейчас так не хватало рядом, он попадёт скорее. Ему показалось, что он спал совсем недолго. Его разбудил странный пронзительный звук, ворвавшийся в его сон криком: "Я буду жить так, как захочу!". Когда Арсений подскочил на кровати от осознания, что этот звук вполне реален, он понял, что звонит телефон. Первой мыслью было, что он не выключил будильник, чтобы вставать на работу с парнями; второй, что сейчас они отдыхают и только третьей, что звук этот не как у будильника, а как у звонка. Весь этот сумбур пролетел в голове Арсений за пару секунд, и поэтому он успел сообразить, что хорошо бы взять телефон, до того, как звонок отключился. Он схватил кричащее устройство со светящимся экраном с прикроватный тумбочки и, прежде чем смотреть, кто звонит, посмотрел на время - 3:17. - Кто же это такой садист? - спросил Арсений в полный голос. Ответ не заставил себя ждать: в центре экрана высвечивалась надпись: "Входящий вызов. Тоша." Арсений тот же час подошёл к телефону. - Алло, Антош, всё хорошо? - Арс, - ему показалось, или парень плакал, - прости, я тебя разбудил... Нет, не показалось - через каждое слово Антон всхлипывал. - Тоша, где ты? Что случилось? - Арсом потихоньку овладевала паника. - Я дома... ,- всхлип,- просто я спал и мне... Мне... Приснилось, что...,- Антон вновь зашёлся в рыданиях. - Антош, я сейчас буду. Успокойся, хорошо? Я сейчас приеду и всё будет хорошо, - Арсений бросился одеваться и спустился к машине. Мутной головы как не бывало. Арс сел за руль и стараясь не гнать слишком сильно, поехал к дому Шастуна. Через рекордные восемнадцать минут он уже стоял у двери квартиры с дубликатом ключей, полученным от отца Антона ещё при первой встрече. Антон обнаружился в своей комнате. Он сидел на кровати, завернувшись в плед. Казалось, что он успокоился, но при виде Арсения его снова стало потряхивать. - Антош, всё хорошо, - Арсений подошёл к Антону и обнял его. - Прости, я не хотел, чтобы ты из-за меня приезжал... Просто мне опять кошмар снился и я не могу... Там всегда ты. И они тебя, - Антон закончить не смог. Арсений ещё некоторое время сидел с Шастуном, тихо гладя его по голове, а потом они легли спать. Снова вместе. У обоих было чувство дежавю.

***

За завтраком следующим утром Арсений потягиваясь спросил: - Ну что, где ёлку будем искать? Антон подавился чаем. - Чего? Арс, зачем тебе ёлка сдалась? - Антон в изумлении поднял брови. Арсений его движение отзеркалил: - А то, что через три дня Новый Год разве не является поводом покупать ёлку? - В смысле через три дня, - Антон снова подавился чаем, - уже? - Ага, - ответил Попов, любуясь реакцией Шастуна. - Лааадно... Я видимо совсем во времени потерялся, - а ведь ещё же подарки... - Да, гирлянды и прочая весёлая дребедень. Предлагаю сегодня ехать за ёлкой, а там посмотрим. Выбирать с Арсением ёлку было довольно весело. Со стороны. Когда вы только смотрите, а не играете роль продавца-консультанта: "Эта - слишком низкая. Эта облезлая. У этой плешь с одной стороны. Та кривая. А у той, что слева не густые ветки. И вообще, нельзя брать слишком разлапистые и слишком зауженные". Зато это был первый их совместный поход в магазин. До этого дальше продуктового они и не выбирались. В конце концов Антону всё же удалось подобрать ёлку, отвечавшую всем параметрам, заданным Арсением. И хотя последний окрестил её всего лишь "неплохая", Шастун облегченно выдохнул.