Его спаситель

Арсений и Антон привезли ёлку домой и до конца дня украшали её, а также всю остальную квартиру к наступлению праздника. Перед сном уставшие, но довольные они пили какао и наслаждались мерцанием гирлянд со всех сторон. - Какие планы на завтра? - Арсений спросил, а затем сделал ещё один глоток. - Поеду куда-нибудь искать тебе подарок, - Антон помолчал и добавил, - а, кстати, что ты хочешь получить на Новый год? - Ну и вопросы у тебя, - Арсений поморщился. - Какие такие вопросы? - Такие же, как и мои, - Попов усмехнулся. - Сложно, - протянул Антон и вновь отпил какао, - Давай завтра поодиночке поездим, поищем что-нибудь? - Угу, - промычал Антон, не отлипая от кружки. На следующее утро парни разошлись и отправились искать, импровизировать - придумывать подарки. Поначалу затея казалась простой, но со временем стало понятно - ни черта! Ребята знали друг - друга не плохо, но понимая, что подарок должен быть особенный, путались в идеях всё больше и больше... Арсений забрёл в один из крупных торговых центров и медленно прогуливался, прокручивая в голове идеи. Проходя, наверное, уже в третий раз по одному и тому же этажу, он вдруг приметил большой художественный магазин. Желая попытать счастье, он зашёл вовнутрь. От количества всевозможной бумаги, тканей, нитей, наклеек, пряжи, кистей, красок, клея, картона, блёсток и всевозможных приборов для вырезания, штамповки, резки у него разбежались глаза. Он и представить не мог, как тут себя ощущает человек творческий, имеющий возможности и способности ещё и грамотно использовать всю эту художественную ересь. Закрыв глаза, Арсений просто стал вспоминать, что ему попалось на глаза за пару секунд пребывания в магазине. Когда в голове прозвучало слово "краски", его словно током передёрнуло. Ну конечно! Антон же когда-то рисовал... Может, если ему подарить краски, он начнёт рисовать снова... Это было бы здорово. Далее встал другой вопрос: какие краски ему дарить? Спустя срок минут Арсений остановился на коробочке "Невской палитры". Краски были не дешевые, но это являлось совершенно не важным аспектом в вопросе выбора подарка. Арсений был собой невероятно доволен. Он выходил из осточертевшего торгового центра, как вдруг увидел в одной из витрин ярко-красную толстовку. Странная ассоциация: "красный-восход-солнце-Шастун" убедила Попова в необходимости дополнить новогодний подарок Шасту. Антону было гораздо сложнее. Он не мог понять, что вообще может понравиться Попову, и от этого его настроение падало ниже уровня земли. Он бродил по сырым и холодным улицам, поскольку ни один магазин не дал ему ни единой подсказки, что же можно подарить идеальному человеку с синими глазами. Антон захотел погреться и решил, что стоит зайти хотя бы в какое-нибудь помещение. В нескольких метрах от него была дверь какого-то небольшого магазинчика. Антон, даже не смотря на название, зашёл во внутрь. Шастун был готов оказаться сейчас, где угодно, но никак не предполагал, что его может занести в театральную кассу. Некоторое время он просто осматривал все разноцветные, маленькие афиши, заполнявшие стены от пола до потолка. Затем его голову посетила одна неплохая идея: "Почему бы им с Арсением не сходить в театр?". Это было бы очень даже не плохо. Только вот на что? Не в Мариинку же идти. Шастун, к слову сказать, не имел ничего против этого театра, просто хотелось чего-нибудь с одной стороны классического, а с другой нового и необычного. Просить помочь кассиршу в выборе спектакля по таким размытым критериям было глупо, и Антон начал самостоятельно рассматривать все афиши и выискивать тот самый заветный спектакль. Через час Антон с уверенностью мог сказать две вещи: "мучения и труд помогут выбрать спектакль" и "люди, ну делайте вы афиши так, чтобы можно было понять что вы вообще представляете". Помимо этих двух полуфилософских изречений, Шастун мог похвастаться двумя билетами в БДТ на "Алису" с Алисой Фрейндлих в главной роли. На самом деле Антону очень сильно повезло. Когда он сказал, что хотел бы купить билет на этот спектакль, кассирша усмехнулась и сказала: - Молодой человек, продажа билетов началась три дня назад. - И что? - Шаста немного, если не сказать больше, удивила фраза женщины. - Билеты на "Алису" раскупаются минут за тридцать. Антон был более чем расстроен. У него ушёл почти час, чтобы выбрать спектакль, а тут такая вот подстава. Однако, кассирша была видимо довольно человечной дамой и поэтому, увидев совершенно беспомощное лицо парня, сказала: - Вообще, теоретически, билеты ещё можно попробовать купить. Если от них откажутся и сдадут. Я сейчас посмотрю, - она защелкала кнопкой мыши, - вот, смотрите - весь зал раскуплен... - она немного повернула экран компьютера, так, чтобы его видел Антон. Парень увидел, как вдруг два квадратика-места стали вместо цветных белыми. - А вот эти два? - спросил Шастун, тыкая в экран. - Ой, - дама спохватилась, - эти сдали. Берёте? - Да, конечно.

***

Вечером они наконец встретились дома. Признаться честно, они до сих пор не могли привыкнуть к тому, что иногда приходится разлучаться, пусть и ненадолго. Вдвоём им было слишком хорошо. Когда Арсений зашел в квартиру - он пришёл позже Шастуна - на кухне слышался шум, а в воздухе стоял запах чего-то довольно вкусного. - Антош, ты чего тут химичишь? - Арсений с интересом заглянул в наполненное ароматом еды помещение, посреди которого маячил Антон. - О, привет, -Антон бросил лопатку, которой до этого тщательно что-то размешивал на сковородке и подошёл к Арсению, чтобы обнять его, - я уже хотел звонить тебе. - Прости, задержался. Так чем ты тут занимаешься? - Да так, зашиваюсь, - измотанно произнёс Антон, и Арсений только сейчас заметил, что парень чуть ли не с ног валится от усталости. - Так, садись отдохни, а я пока доделаю. Шастун не стал сопротивляться и буквально рухнул на стул, но и там нашёл себе занятие. Он разбирал какие-то бумаги. Что-то зачеркивал и сортировал. - Антош, что это тут у тебя? - Арсений оторвался от плиты и положив голову Шасту на плечо тоже уставился на бумаги. - Это рецепты. Я пытаюсь выбрать, что готовить на праздник. - А откуда у тебя столько? Антон как-то потупился, а потом произнёс в полголоса: - От Константна. - Ты с ним так и не связывался? - Арсений поддерживающим жестом приобнял парня за плечи. - Нет. Я не знаю, где его найти. - Тоша, ты главное не волнуйся, хорошо? - Арсений понимал, что парню действительно сейчас очень стыдно. - Ты подумай: он без работы, без семьи... Я с ним даже не попрощался нормально, - Антон с силой сжал один из рецептов рукой. - Антош, у тебя были какие-нибудь особые планы на Новый год? - Что? Нет вроде... А зачем тебе... - но ему не дали закончить. - Если ты хочешь, мы можем позвать твоего слугу к нам на праздник, - Арсений хотел, конечно, провести праздник с парнем один на один, но чистая совесть Шаста для него была важнее. - А ты разве не против будешь, - Антон чувствовал в глубине души, что Арс не особо о этом мечтает. - Антош, я же сам тебе предложил. Если ты хочешь, если считаешь, что так будет правильнее - я всё устрою. - Спасибо тебе, - в глазах Антона читалась искренняя благодарность. Неожиданно глаза Попова округлились, и он как-то странно вздрогнул. -Арс, что с тобой такое? Всё нормально? Но Арсений уже побегал к плите и спешно выключал её. Ужин в итоге слегка подгорел. Арсений пообещал найти Константина. Но пообещать и выполнись это две разные вещи. Где можно найти пожилого слугу, от которого не осталось и следа в доме, было совершенно не ясно. Был, правда, один вариант... Единственный человек, точно сохранивший адрес старичка был Шастун старший. Оставалось только выпросить у него этот адрес. Предлог придумать не удавалось, и это было очень плохо. Но время до завтра, до пятницы, было, а, следовательно, и придумать что-то ещё была возможность. Парни поели и отправились спать. Когда уже был погашен свет, а рука Арсения спокойно обнимала торс Шастуна, последний спросил: - Арс, ты ведь правда не сердишься, что мы будем не вдвоём? - Тош, главное, чтобы ты был счастлив. На этом диалог закончился. Но вот вопросов осталось слишком много, в большинстве своём это были вопросы Арса. Утро следующего дня, то есть пятницы, началось для Антона с самой настоящей пытки. Парень очень не хотел вставать, и Арсению уже страх как надоело слушать все эти: "Ну ещё пять минуточек". Он решил прибегнуть к более эффективному способу разбудить сопротивляющееся чудо. Изо всех изощренных способов вырывания человека из объятий сна, как то: обливание водой, стягивание одеяла и прочее, Арсений выбрал щекотку. До этого он не щекотал Шастуна, как то всё не до этого было, а вот теперь... Арсений тихонько подошёл к Антону и сел на соседнюю половину кровати. Парень даже не отреагировал на это. Попов аккуратно опустил одеяло до поясницы спящего, а затем резко положил руки на бока парня, тот в ответ лишь поёжился, устраиваясь поудобнее. Попов сначала пару раз просто провёл руками, а затем начал щекотать. На пару мгновений полу-спящий замер, затем распахнул глаза и,осознав, что происходит начал извиваться, пытаясь сбежать. Не получилось - он был придавлен телом Арса. Антон начал смеяться и слабо отбиваться. Арсений умиленный этой картиной тоже сначала улыбался, а потом начал смеяться вместе с парнем, но при этом не прекращая щекотать того. Пытка продолжалась до тех пор, пока Антон, собравшись с силами, не вывернулся из под Арса и с криком "свободу Шастуну" не бросился в сторону кухни. Дальше всё прошло своим чередом. Парни позавтракали и поехали в магазин за продуктами для новогодних блюд, всё-таки отобранных ими прошлым вечером. Война с очередями и толпами народа абсолютно во всех магазинах была изнурительной, но вдвоём и это испытание было довольно весёлым. Замотавшись в круговерти, ребята чуть не опоздали на двухчасовой обед к отцу Антона, а ведь Арсению ещё предстояло сегодня говорить с ним по довольно важному вопросу, который, кстати, он ещё и не продумал... Шастун старший вновь завёл разговор о семейном бизнесе, о какой-то чуши, которую Антону совершенно не хотелось слушать и слышать. Арсений его всецело понимал, но так же и знал, что им пока надо ещё терпеть. После трёхчасового промывания мозгов от которого кипела голова абсолютно у всех в помещении, кроме самого говорившего, который кстати даже словом не обмолвился по поводу наступающего праздника, что там и говорить о подарках. Прощаясь Антон всё же тихонько сказал: "с наступающим" - ответом был только кивок головы. Арсений же уходить не спешил, только кивнул Антону, чтобы тот ждал его у машины. - Вы что-то хотели? - отец Шастуна устало поднял глаза. - Да, я хотел, - он на миг запнулся, - не могли бы вы сказать адрес Константина, бывшего слуги Антона... - под взглядом Шастуна он тут же поправился, - Антона Андреевича. - Да, подождите в холле. Вам его туда сейчас вынесут. - Спасибо. Попов был весьма удивлён: он ожидал как минимум допрос с пристрастием. В холле Попова ждали двое: Антон и секретарша с личным делом слуги. - Арсений Сергеевич? Он кивнул девушке. - Это вам, - отдав папку, она засеменила прочь на своих каблучищах. - Антош, - Арсений спросил его пока открывал дело, - а почему твой отец отдал мне это без единого вопроса? Это подвох какой-то? - Нет, просто понимаешь, его не волнуют безопасность и судьбы людей, которые не влияют на его жизнь или на компанию. Для него совершенно неважно, что с ними случится, - он помолчал, - я конечно понимаю, что яблоко от яблони и все дела, но мне бы всё же хотелось, чтобы ты знал - я не такой. Ну, по крайней мере, я очень стараюсь не стать таким, - он опустил голову. - Антош, знал бы ты, как я хочу тебя обнять здесь, не взирая ни на что. Ты самое настоящее солнышко. Всё хорошо. Арсений демонстративно-наигранно повёл рукой вперёд, пропуская Антона, и двинулся следом за ним - в компании отца Шаста лучше всего им было изображать слугу и хозяина. Сразу после обеда ребята поехали туда, где жил Константин. Они решили, что Арсений подождёт в машине. Шаст всё должен был сделать сам. Антон ещё только вошёл в парадную, а сердце у него уже ушло в пятки. Что и говорить о том моменте, когда он нажимал кнопку звонка.

***

После разговора Антон стоял какое-то время перед входной дверью и пытался остановить слёзы, которые тихо бежали по щекам. Когда он, наконец, добрался до машины, в которой сидел Арсений, глаза его, разумеется, были красными, и это не укрылось от взгляда Попова. - Антош, ну как? - Всё хорошо, - глаза на мокром месте говорили об обратном, - ну как... Он был в шоке. Впустил. Я попросил прощения, и он, кажется простил. Ну, я не понял. Он был растроган или что-то в этом роде. Говорил, что ему не удобно приходить, но согласился. - Ты большой молодец! ,- Арсений обнял Антона так крепко, как мог, и как получалось, учитывая то, что они сидели на передних сиденьях - в последнее время парни всё чаще и чаще ездили на машине Арсения, - Тош, если б ты знал, как я рад за тебя. *ОТМОТАЕМ НА НЕСКОЛЬКО НЕДЕЛЬ НАЗАД* Арсений впервые приехал с Шастуном в квартиру. Конфронтация зашкаливает. Ненависть достигает своей наивысшей точки в тот момент, когда Антон буквально захлопывает перед его носом дверцы лифта. К счастью, он читал досье и знает на какой этаж ехать. Совершенно злой и недовольный, он появляется с опозданием в несколько минут на нужной лестничной площадке и нос к носу сталкивается с очень печального вида старичком с портфелем и кожаным чемоданчиком в руках. Арсений догадался, кто это. - Простите, а вы...- начал он. Константин посмотрел на него усталыми глазами и произнёс: -Я пост сдал. - А я пост принял. Они помолчали. - Слушайте, - начал старичок первым, - я понимаю, что вы взрослый серьёзный человек и сами всё понимаете, но всё же я воспитывал Антона почти с самого рождения, и мне очень хочется, чтобы вы это узнали. -Что вы мне хотите сказать? - желания слушать этого старичка не было никакого, но уважение пожилому человеку Арсению было не чуждо, - я слушаю. -Я уверен, что вы человек хороший, я вижу это. "Так... Хорошее начало, но уже тут ошибочка". - Просто поймите - Антон человек сложный и запутавшийся. Я его сам пытался как-то вытянуть из всего этого, но не могу. Его добивает жизнь. Если бы вы понимали, что он пережил, вы бы, я уверен, всегда старались его уберечь от любых страхов. - Хорошо, но что вы от меня хотите? - Арсению стало немного любопытно. - Прошу вас, спасите его. - Спасти? - "однако поворот..." - Согласитесь, что любой человек заслуживает счастья...- "ну с этим я бы поспорил", - и поймите, что тот человек, слугой которого вы являетесь, тот который вас будет ненавидеть, кричать на вас, грубить, тоже заслуживает это счастье. - Что вы подразумеваете под счастьем? - Арсению было немного любопытно. - Прошу, не перебивайте меня и тогда всё поймёте, - старичок перешёл на шёпот, но Арсений его всё же слышал, - Антону нужен человек, который его поймёт. Тогда он изменится так, что вы не узнаете в нём того распальцованного юнца, что даже не попрощался сейчас со мной. Во мне он не смог найти того, что искал, но Вы... Вы другой. - Прошу прощения, но почему это должен делать именно я? - Я не говорю, что должны. Но если бы вы это сделали, вы бы смогли спасти ни в чем не виноватого человека, загнанного в угол своим же разумом. Некоторое время на лестничной площадке царила тишина. - Простите, но мне кажется, что вы ошиблись на мой счёт. Он уже хотел идти, но старичок вновь подал голос: - Постойте. - Да, что такое? - Прошу, не злитесь. Просто скажите, вы когда-нибудь любили кого-то? "Да" ,- прозвучало в воздухе слишком глухо. - Вы бы сделали всё, чтобы спасти этого человека от роковой ошибки? Арсений улыбнулся улыбкой, в которой безумство смешалось с болью: - Нет. - Тогда, всё ещё не поздно исправить. Вы можете считать себя кем угодно, но одно знайте точно: и вам ещё не поздно себя пожалеть. - Я не люблю жалость и сострадание. -"У меня ни капли сострадания. Я весь из жестокости", - прошептал старичок себе под нос, а затем продолжил нормальным голосом, - как угодно. Но знайте, что если вам удастся вытащить Антона из всего этого - он век вам будет благодарен. Он ни разу в Вас не усомниться. Он будет вас ценить, как никого на этой планете. Если вы не любите ни жалость, ни сострадание, то полюбите хоть счастье! -А..., - но Арсений не успел закончить. -Не смею Вас более задерживать, - с этой фразой старичок подхватил чемоданы, сел в лифт и уехал. *КОНЕЦ ОТМОТКИ ВРЕМЕНИ НА НЕСКОЛЬКО НЕДЕЛЬ НАЗАД* Арсений ни на секунду не забыл то, что ему сказал тогда бывший слуга Антона. И сейчас, когда они выезжали из двора, где жил Константин, он понял, что тот был прав насчёт всего, что произошло. Он видел обожание в глазах парня, то самое: "он будет вас ценить, как никого на этой планете". И он понимал, что Константин не ошибся не только в этом - Арсению самому был нужен Антон. Но он до сих пор боялся, что когда станет искренним на самом деле, его душу вновь растопчут, и в этот раз он вряд ли уже сможет собрать её воедино. Он совершенно запутался. *** В этот день парни легли спать пораньше, чтобы с самого утра начать готовиться к празднику. Антон приобнимал Арсения и, засыпая, улыбался своим мыслям. Во сне он продолжал улыбаться и крепче прижимался к Арсению. Попову не спалось. Поначалу он ещё пытался заставить себя спать, но потом, осознав, что это занятие совершенно бесполезное, просто лежал и слушал мерное дыхание и сердцебиение Антона. Заснул он около двух часов ночи. Утро встретило парней счастливой суматохой. За ночь выпало довольно много снега, и теперь весь город погрузился в таинственное предвкушение праздника. Готовка, уборка - вот и все занятия на один день. Попов оказался весьма архаичным в плане подготовки к празднику, поэтому они работали чуть ли не по протоколу. Однако, иногда они всё же позволяли себе передохнуть и подурачиться. Собственно, лучшего и желать было нельзя. В начале десятого парни ненадолго разошлись, чтобы завернуть подарки и привести себя в порядок. Ненадолго растянулось где-то на час, но зато результат был великолепен. По просьбе Арса они оба были в костюмах: Арсений в темно-синем, Антон в чёрном. Что и говорить, зрелище было прекрасное. Два красивых молодых человека щеголяли по дому в парадной одежде. Но самым невероятным были их влюблённые глаза. - Антош, а ты любишь традиции? - Арсений расставлял последние блюда на столе, но смотрел совсем не на то, чем занимался - худощавый парень сидел рядом и складывал салфетки "уголочком". Его длинные пальцы, с которых он так и не снял кольца, красиво и плавно двигались, подчиняя себе мягкий материал - зрелище было не для слабонервных. - Нет, - Антон смешно поморщился, - в основном они сводятся к передаче семейного бизнеса или пятничным обедам, так что уж лучше без них. - А хочешь полюбить традиции? - Арс прищурил глаза. - Ты меня заинтриговал. Что ты хочешь? - Я хочу сфотографироваться с тобой рядом с ёлкой, - торжественно произнёс Арсений. - Прости, что? - пальцы Шастуна замерли, сдавив ребро салфетки. - У меня есть традиция - каждый год фотографироваться у ёлки. Будешь? - он протянул своему парню ладонь. - Буду, - улыбнулся Шастун, переплетая их пальцы. Дальше последовали поиск штатива, настройка фотоаппарата, добавка освещения... Но зато это было очень весело. Ровно в одиннадцать часов прозвонил дверной звонок. - Это Константин, - сказал Антон откладывая в сторону не до конца сложенный штатив, и пошёл открывать. Антон не ошибся. На пороге стоял его бывший слуга в староватом, но тем не менее очень приличном костюме с неизменным портфелем в руке. - Здравствуйте, проходите, - Антон широко улыбнулся.

***

До того момента, как стрелки показали 11:45, троица сидела в гостиной и разговаривала. Казалось, у них троих было мало общего, но первое впечатление всегда обманчиво. Все темы, на которые они говорили и перечислить то было сложно, единственное, что можно сказать - дольше всего задержались на литературе. Эта тема была очень важна в той или иной степени для каждого из них. Когда до наступления Нового года оставалась всего четверть часа, они всё же перебрались за праздничный стол. А дальше в лучших традициях: бой курантов, узкие, высокие бокалы шампанского, пожелания. К часу ночи решили, что настало время обмениваться подарками. Первым вызвался вручать подарки Константин, сказав, что ему и так очень неловко, что его пригласили. Со словами: "Книга - лучший подарок" он вручил Антону и Арсению по свёртку. Шастун получил рассказ Джека Лондона "Любовь к жизни", Арсений - "Всадника без головы". Выбор книг был явно неслучаен. Стоило отдать должное Константину - он и людей читал так же ясно, как и книги. Антон и Арсений в ответ с той же вводной фразой преподнесли Константину сборник сочинений Вольтера. В конце книги был вложен толстый белый конверт с надписью, написанной рукой Антона: "Это меньшее, что я могу Вам подарить, после всех Ваших жертв. АШ". Когда же дошла очередь до обмена подарками между парнями, Константин сказал, что ему уже стоило бы уходить. Антон и Арсений пытались его удержать, но старичок был непреклонен. Слишком уж хорошо он видел людей, слишком... Парни проводили его до парковки, откуда отправили с водителем на машине Антона, а затем вернулись в гостиную, где стояла, мерцая в огнях ёлка. -Антош, я начну. Не знаю, что тут и говорить... Это тебе. Ты не представляешь, насколько ты замечательный. Мне хочется обнимать тебя всегда, но это не всегда получается, например, на людях. Я всё понимаю и поэтому дарю это. Пусть эта штука тебя согревает тогда, когда я не в силах. Антон аккуратнейшим образом развязал ленту и снял обёртку. Радости и восклицаниям о том, какая толстовка великолепная не было конца. Немного успокоившись Антон протянул свой подарок Арсению. -Знаешь, - начал он, - я не такой мастер толкать речи, как ты... Арс, ты интересуешься всем, на сколько я понял, но искусством особенно. Вообщем вот, - он скромно протянул небольшой плоский конверт, перетянутый синей лентой. Когда Арсений открыл его, он некоторое время просто молча сидел и рассматривал билеты, не дыша. Потом резко пододвинулся к Антону, обнял и прошептал на ухо. -Если бы ты знал, сколько месяцев я за ними гонялся! Несколько минут они просто сидели, обнявшись, но потом Арсений сообразил, что это ещё не всё, и отодвинулся от Антона. -Тош, знаешь у меня тут есть ещё кое-что...- Шастун удивлённо посмотрел на него, - я знаю, что ты когда-то любил рисовать... Я понимаю, что просто так на ровном месте нельзя начать снова творить... Но вдруг это даст тебе толчок, станет причиной возникновения вдохновения. Следующие пятнадцать минут Антон не отпускал Арсений из объятий и был самым счастливым человеком на планете.

***

Новогодние праздники летели счастливыми минутами и часами. Арсений и Антон все дни проводили вместе. Они были счастливы. Антон был счастлив. Арсений же до сих пор не мог решиться, и хоть он виду не подавал, буря в его душе царила ужасная. Он не знал, что делать, вернее знал, но выбрать не мог. Считается, что очень трудно поверить, что хороший человек способен на подлый и низкий поступок, но ещё сложнее поверить в то, что человек желает вам только добра. Как бы то ни было, спустя несколько дней блаженного отдыха в стенах дома, Арсений потащил Антона на Финский залив. И ладно бы, если в пределах города, так нет, они поехали в Комарово... Поначалу идея ехать туда на электричке казалась бредовой, но, увидев, что всё не так уж и плохо, Антон даже проникся симпатией к подобного рода путешествиям. Почти от самой станции к заливу шла дорожка, с обеих сторон окружённая лесом. По ней то парни и дошли до цели своего путешествия. На заливе было совершенно пусто. Только чайки летали над побережьем. Кромка воды была покрыта не очень толстым слоем льда. Из под него вылезали верхушки серых камней. Антон и Арсений уселись на одной из скамеек, стоявших недалеко от кромки льда. - Хорошо тут, - прошептал Антон и положил голову на плечо Арса. - Ага. Они немного посидели в тишине. Через серые облака начало пробиваться солнце и освещать понемногу всё вокруг. На горизонте заблестел золотом шпиль собора в Кронштадте. -О, наконец-то, солнце! - довольно поёжился Антон. Арсений посмотрел на весёлую улыбку парня и решил, что время настало: -Антош, знаешь... Я не хочу, чтобы ты на меня обиделся, за то, что я сейчас скажу... -Арс, - Антон оторвался от тёплого плеча и серьёзно посмотрел в глаза того, - что случилось? -Просто понимаешь, я всё думал говорить тебе, не говорить... -Арс, ну не томи, пожалуйста, - Антон, казалось был не не на шутку встревожен. -Я просто понял, что люблю тебя. Тишина. Более не было ни звука вокруг. Птицы не кричали, лёд не постанывал под своим же весом, вода не шумела вдалеке, ударяясь волнами, ветер остановился. Или это просто два парня затаили дыхание, потерявшись в глазах друг-друга. -И я тебя Арс. И мир снова ожил. Только парни на "А" этого не заметили, им было не до того. Они поняли, что, наконец, перестали быть одинокими. Вечером, возвращаясь домой, они не размыкали рук. Антон и Арсений вновь были счастливы.