перегорели

      - прости, - такое короткое слово, что слетает с губ мари, но такое важное, искреннее, нужное прямо сейчас. оказалось не так сложно произнести его, но пустота внутри не заполнилась, не исчезла. она всё ещё там, всё ещё жжёт грудную клетку изнутри, заставляя девушку расплакаться.       - нам давно нужно было поговорить. прости, я не знала, что делать. боже, мне так жаль, - брюнетка не может сдержать истерики: горячие слёзы оставляют мокрые дорожки на скулах, которые сейчас содрогаются, пока она тянется к таким родным плечам буржуа, трепетно обнимая их. точно всё, что накопилось за последнее время, разом вышло наружу в этот важный момент.       - тшш, не хочу слушать об этом, - шепчет хлоя, обнимая девушку в ответ. внутри блондинки бушевал ураган чувств, сметая на своем пути все мысли. и это не из-за алкоголя, пропитавшего её насквозь.

***

      стоит ли давать людям второй шанс, новую возможность исправить? этим вопросом люди задавались хоть один раз в жизни, но, наверное, никогда не получали однозначного ответа. кто-то твердит о том, что каждый заслуживает быть прощённым, а следовательно, и получить второй шанс. кто-то наоборот говорит, что если человек поступил паршиво однажды - он повторит это и потом. вопрос времени, не более. два абсолютно противоположных мнения, и ты должен выбрать, что делать в своей ситуации, от которой может зависеть вся дальнейшая жизнь.       но правильного выбора нет, есть лишь его последствия: плохие, хорошие - какими они будут не знаешь даже ты сам. ни хлоя, ни маринетт тоже не знали этого. может это и к лучшему. или, всё-таки, нет?

***

      обнимая маринетт в ответ, хлоя чувствует содрогания её хрупкого, подобного французскому хрусталю, тела. слёзы брюнетки обжигали ей плечи, а её руки, наоборот, заставляли вздрагивать от холода.        единственное, чего так хотелось сейчас, поделиться своим теплом со своей любимой девочкой, уберечь её, спрятать от чужих глаз. ведь она сидит здесь сейчас такая уязвимая, со слегка потёкшей тушью в уголках глаз и потрепавшимися иссиня-чёрными волосами, уложенными на правую сторону.        буржуа медленно разрывает объятия, чем заставляет маринетт посмотреть на неё сожалеющими и пустыми глазами, но следом аккуратно проводит по полуоткрытым губам дюпен-чен большим пальцем, смущая этим девушку, после чего буквально впивается в них (такие сладкие, с привкусом мартини), притягивая её всё ближе и ближе, не отдавая себе отчёт о том, что происходит. не нужно.        всё, что случится здесь, останется здесь. она знает. надеется, что мари тоже.

***

       маринетт не успевает понять, как все произошло: как губы хлои накрыли её; как они оказались в кабинке женского туалета, где была единственная лампочка, тускло заливавшая помещение своим грязно-жёлтым свечением; как она слегка прогнулась в пояснице под напором блондинки; как постепенно сменилась её грусть горячей страстью, что передалась от буржуа.        дюпен-чен рвано дышит между страстными поцелуями, путаясь руками в волосах девушки, пока та медленно снимает с неё рубашку, пытаясь расстегнуть неподдающиеся пуговицы и задевая при этом чувствительную грудь мари, отчего она выгибается и томно стонет.        разделавшись с рубашкой, которая теперь валяется где-то на полу, пальцы хлои направляются к лицу маринетт. она заправляет выбившуюся прядь тёмных волос ей за ухо и всматривается в бездонные глаза.        - ты прекрасна, - произносит тихо, но синеглазая знает - искренне. мари притягивает девушку к себе, вовлекая в новый поцелуй, но уже не страстный - нежный, пронизанный болью прожитых событий. блондинка отвечает, блуждая языком по её нёбу, вырисовывая понятные только ей узоры, попутно запуская руки за спину дюпен-чен, расстёгивая кружевной лифчик и отбрасывая его на кафель, к рубашке. она ласково поглаживает спину маринетт с торчащими позвонками, которые можно было невольно сосчитать.        девушка отрывается от брюнетки с причмокиванием, переходя ниже и покрывая тело поцелуями, заставляя гореть места, где только что побывали её губы. переходя к шее, больно прикусывает кожу, отчего колющие ощущения расходятся маленькими разрядами тока, оставляя приятную дрожь.       в горле дюпен-чен пересохло; воздуха в лёгких катастрофически не хватает, поэтому она глубоко и томно дышит. в животе уже завязался узел возбуждения, отчего её бедра непроизвольно сжимаются, а между ними становится жарко и до бесстыдства влажно.       у обеих сносит крышу от нахлынувших чувств, обе чувствуют себя сейчас такими изголодавшимися друг по другу, что плевать становится на всё: на бессмысленные обещания самим себе, какие-либо установки и давно забытую мораль - всё идёт к чертям. и уж точно ни одна из них не пожалеет о содеянном, нет.       хлоя спускается ниже, к груди темноволосой, покрывая её пылкими поцелуями и оставляя на ней множество засосов багрового цвета, будто помечая мари: "моя". буржуа играет с напряжёнными сосками мари: то слегка прикусывает, то нежно проводит по ним языком, одновременно с этим водя руками вдоль её осиной талии и слыша шипение девушки. так жарко и так горячо, что хочется большего.       блондинка отстраняется от дюпен-чен, поднимаясь на уровень лица той, и заглядывает ей в глаза с немым вопросом: "ты точно этого хочешь?". но ей не приходится даже произносить это вслух: голубоглазая читает всё в её взгляде и отвечает ей значительным полукивком.       больше не нужно слов, только действия.       хлоя снова притягивает маринетт к себе, впиваясь в её губы, влажной дорожкой спускаясь ниже, к пупку, и вставая на колени. она задерживает дыхание на секунду, перед тем как тянется руками к молнии обтягивающей юбки девушки. расстёгивает её резко и быстро, избавляясь от ненужного сейчас предмета одежды, прячущего прекрасные изгибы.       буржуа смотрит на тело девушки с восхищением, целует выпирающие тазовые косточки, опаляя кожу своим дыханием, аккуратно проводит рукой по внутренней стороне бедра мари, чем вызывает у той вздох. выше и выше - она плавным движением кисти поднимается к трусикам девушки, стягивает их вниз и подушечками пальцев слегка поглаживает возбужденную плоть.        у маринетт голова идёт кругом от прикосновений хлои. она тихо стонет, когда девушка касается язычком её клитора, и выгибается навстречу.        хлоя медленными круговыми движениями ласкает чувствительный комочек нервов, оттягивая его и причмокивая, руками поглаживая и слегка сжимая изящные бёдра мари. её прикосновения, как бархат по коже: от них дюпен-чен тает словно лёд на ладони.       блондинка доводит девушку до оргазма, и дюпен-чен крепко хватается за края раковины, поскуливая от ярких ощущений: от них голова кругом, слепящие искры перед глазами, похожие на золотые звёзды в ночном небе, рваное дыхание, смешанное с грязными стонами и пульсация в чувствительном месте. имя хлои, слетает с её губ и растворяется в очередном полувздохе-полустоне.       но хлоя не собирается останавливаться.        резко, быстро она входит в мари двумя пальцами, грубыми движениями двигаясь в ней, заставляя ту снова выкрикивать её имя, прикрывая рот рукой (их не должны услышать).        несколько секунд хватает, чтобы маринетт снова оказалась на седьмом небе от ощущений, буквально задыхаясь от страсти, сжимающей горло, выгибаясь, словно кошка, под ласками блондинки.       хлоя довольно поднимается к девушке, вовлекая её в поцелуй, который брюнетка быстро разрывает, бесцеремонно раздевая буржуа и прижимая её к холодной стене.       она должна позаботиться о своей девочке.        мари делает все нежно. обводя руками контуры прекрасного тела хлои и опускаясь всё ниже и ниже, она касается языком разгоряченной плоти девушки, отчего та резко вдыхает полной грудью, вжимая живот.        спустя лишь несколько мгновений хлоя уже не может сдерживать стоны, которые казались сейчас донельзя громкими, но кого это волнует.       пальцы дюпен-чен и буржуа переплетены, сжаты до хруста в костях, и с последним грудным вздохом на секунду будто становятся одним целым, после чего разъединяются, и слабость расходится по всему телу.       ватные ноги совсем не держат хлою - она опускается на колени и притягивает в страстный поцелуй свою девочку. девочку со вкусом вишнёвых сигарет и водки, наполненную страданиями и ненавистью к себе, ту, что она так любит.       маринетт, не задумываясь, отвечает, кладя руку на шею той и большим пальцем поглаживая её щеку.       спустя несколько минут поцелуев и нежных объятий девушки подбирают разбросанную одежду с пола, наскоро одеваясь.        со слегка растрепанными волосами и все ещё не восстановившимся дыханием, обе выходят из кабинки туалета, держась за руки, и быстро направляются в сторону выхода. здесь не хочется оставаться больше ни секунды.        выйдя из бара, хлоя, сжимая руку маринетт в своей, вызывает им такси до своих апартаментов. она знает, что мари вряд ли захочет оставаться одна сейчас, да и она сама этого не хотела.        спустя несколько минут жёлтая машина, все ещё покрытая мелкими капельками от прошедшего дождя и отражавшая в себе свет ночных фонарей, подъезжает к девушкам.        они садятся в такси, и недавние воспоминания всплывают у каждой в голове. казалось, будто вчера они вот так же садились в машину после изматывающего рабочего дня, чтобы добраться вдвоём до дома.        хлоя всё это время крепко держит руку маринетт, ни на секунду её не отпуская. ей нужно это, пусть сейчас она сама не понимает зачем.       такая грустно-красивая она положила голову на плечо маринетт, носом утыкаясь в ключицу и ровно дыша. они обе не имели ни малейшего понятия, что будет дальше, но сейчас всё было идеально - так, как и должно было быть полгода назад.

***

      тихая музыка и ровная дорога убаюкивают хлою, словно колыбельная матери. такси останавливается, и она просыпается от лёгких толчков маринетт в плечо. потирая уставшие глаза тыльной стороной ладони, она тепло улыбается брюнетке и тянется к ручке двери. выйдя из машины и заплатив водителю, девушки направляются в апартаменты хлои, что находились в одном из самых дорогих районов Парижа - на елисейских полях, где-то в середине проспекта жоржа V.       куча бутиков в домах, подсвеченных тёпло-жёлтыми лампами: они напоминали рождественские гирлянды, которые отражались на мокром асфальте и расплывались в длинные, с размытыми границами, линии. всё это контрастировало с почти что чёрным небом и выглядело поистине потрясающе. маринетт так редко замечала всю красоту парижа, что сейчас невольно любовалась ночной картиной города, докуривая в это время очередную сигарету, убивавшую её изнутри, пока хлоя терпеливо ждала её рядом, сладко улыбаясь своей девочке, когда та поворачивала голову в её сторону.       закончив курить, девушка подходит к хлое и целует её. буржуа чувствует вкус вишнёвых сигарет и мартини на губах той. боже, ничего не изменилось, всё точно так же, как и было раньше.       отстранившись друг от друга, обе слегка улыбаются и, держась за руки, заходят в многоэтажное здание. по пути каждая думает о своём, но их мысли так или иначе приходят к ним самим и тому, что случилось за всё время.

***

      ссоры, слёзы и постоянные истерики. пищевое расстройство маринетт, больницы и бутылка водки под кроватью. измена хлои, расставание и снова слёзы. попытка начать сначала, холод в глазах и недоверие. передозировка маринетт, реанимация и бессонные ночи рядом с больничной койкой. "это конец", "прости", "прощай". и все по-новой.       гребанный замкнутый круг, из которого, казалось, нет выхода. каждый день проводил обоих через страдания, которые они сами себе обеспечили. каждое утро - саднящая боль в области сердца и опухшие глаза. каждый вечер алкоголь и немыслимое желание закончить эти муки.       сломались, перегорели, но смогли жить дальше. жить, не смотря на случившееся, каждый день медленно забывая друг друга, но не в силах отпустить.       и сейчас, пройдя через все круги ада, они встречаются снова. но что это значит?

***

       зайдя в апартаменты, никто из двоих не проронил ни слова. повесив одежду и положив пачку сигарет на стол, хлоя закрывает окно, которое наполняет комнату холодным воздухом. девушки почти сразу ложатся в кровать, пытаясь забыться сном.       завтра всё будет лучше (возможно).

***

      маринетт не знала, что хлоя так и не смогла заснуть из-за мыслей, терзающих её, из-за рыданий в ванной два часа подряд, из-за неё.       хлоя не знала, что маринетт заснула лишь потому, что надеялась на лучшее. не знала, что всю ночь та видела, как хлоя уходит, оставляя её одну. не знала, что задремала, и в этот момент дюпен-чен смотрела на неё стеклянными глазами, влажными от слёз.       ведь если бы они только могли увидеть друг друга такими, услышать все недосказанные слова, то всё было бы по-другому. по крайне мере так хотелось думать.