Пофигистики

Было примерно около трёх часов дня, когда в квартиру Давида и Светы вломилась стража. Окутанные изумрудной дымкой и вооружённые остро заточенными глефами прозрачные рыцари в зелёных латах вынырнули из портала и трещащими голосами представили скрывающуюся за их спинами низенькую женщину с заострёнными чертами лица. — Прокуратор Воронежского филиала Совета двенадцати Осипова Августа Александровна, магический патруль. Вами была похищена наиценнейшая реликвия из секретного отдела Никитинской библиотеки. Именем Совета двенадцати вы арестованы! — Поправив очки и растрепавшееся белое каре, облачённая во всё чёрное тощая особа болезненно закашлялась и приказала призрачным воинам: — Схватите их. Давид, немного раздражённый, но в целом удивительно спокойный для подобной ситуации, смерив презрительным взглядом неприятно улыбающуюся смесь робота Вертера, Хи-Мена и изюма в человеческом обличье, пнул в сторону стражи увесистую сумку и произнёс: — Вещи первой необходимости. Поможете донести? Кто знает, как долго продлится наш вынужденный отпуск? — Подписываюсь под каждым словом, — надменным тоном добавила сестра и положила рядом с баулом парня тяжеленный походный рюкзак. — Или мясникам не положено? Нужен пропуск? Августа, скрежеща мелкими частыми зубками, махнула рукой и повинующиеся ей рыцари, едва не переломив спины, всё-таки подняли скарб охотников. Кажется, разбирательство с этими наглыми головорезами сообществу чародеев не сулило ничего хорошего. Женщина отвернула воротник плаща и про себя сказала: — Посмотрим, как вы запоёте, когда предстанете перед судом…

***

Денису не нравилось место встречи. Слишком людно. Как её угадать в толпе? Торговый центр в воскресный день — это отделение ада на земле для интроверта! Молодой человек, нервно постукивая пальцами по столешнице, отсчитывал минуты до встречи. Бесспорно, план не был шит белыми нитками, однако назвать его идеальным язык не поворачивался. Но выхода не было. Как говорится, «без шансов, без вариантов, безотносительно именно к вам». Чья-то тяжёлая рука опустилась на плечо парня. Денис, погрузившийся в свои мысли, чуть не вскрикнул от неожиданности. Обернувшись, он увидел взирающую на него сверху вниз широкую в плечах блондинку выдающейся комплекции. — Ты местный Уэйд Лоад? — спросила девушка, заняв кресло напротив и отодвинула закрывающий лицо собеседника букетик полевых цветов в сторону. — Это пароль такой? — не понял Денис. — Или вы Ким Пять-с-Плюсом? Вы… — Я пошутил, — пояснила незнакомка. — Колян. Рад встрече. — Колян? — Глаза молодого человека едва не выпрыгнули из орбит. — Во всех ты, Душенька, нарядах хороша! Если честно, то я представлял вас несколько иначе. Приятно познакомиться, меня зов… — Я знаю, как тебя зовут. А теперь не ори на всю Ивановскую. Это моя маскировка. Если что, обращайся ко мне Кристина. Давай, выкладывай, что там с оповещением общественности? Денис недоверчиво покосился на девицу. А что, если она засланный казачок? Парень попросил показать «корочку». Закативший глаза монстр протянул ему удостоверение и незаметно для окружающих оторвал кусок кожи, под которой чернела густая шерсть. — Всё, я прошёл проверку? Теперь обсудим дела? Архивариус тут же оживился. Положив увесистую папку на стол, он, суетливо копошась в сумке в поисках блокнота с заметками, заявил, что в данный момент ни о чём можно не волноваться. Когда метаморф усомнился в правдивости подобных прогнозов, парень перебил его и заметил: — Не вешать нос, гардемарины. Кто тут мозг операции под кодовым названием «Бунт мясников»? Правильно, я! — Это-то меня и напрягает больше всего… — Попрошу без намёков! Господин полицейский, мне ваш скепсис ясен. Да, мы с Паштетом травокуры и раздолбаи со стажем, однако в ответственные моменты в нас просыпается второе дыхание. Г’евалюции быть, таваищи! Колдуны останутся по колено в шоке и по уши в проблемах. Это я обещаю. А теперь внимательно слушай, что от тебя требуется. Ничего, что я на «ты» перешёл?

***

Света любовно смотрела на привезённые с моря булыжники. Правильно она сделала, подложив эти каменюки в свой рюкзак. Пригодились всё-таки! Не зря мама их с собой тащила. Бедные стражи под тяжестью поклажи, которую нести надо было, как ларец из сказки про Конька-Горбунка, превратились в знаки вопроса. Давид, не спешащий распаковывать пожитки, напряжённо гипнотизировал кроссворд. Прочитав все дурацкие анекдоты, он вдруг поинтересовался у сестры: — Голубая планета, пять букв. Земля? — Ну да, — откликнулась из другого конца камеры девушка. — А она с заглавной или со строчной пишется? — С заглавной, конечно! — Действительно. Сдаю позиции… Отупел за неделю кукования здесь. А ведь я документалки про динозавров смотрел, должен разбираться, что к чему. Вдруг Света, до этого момента прибывавшая в отличнейшем настроении, испуганно взвизгнула и отскочила от стены, из которой вывалился кирпич. Заточённая в соседней камере Брунгильда потянула носом воздух и рассмеялась. Она узнала недавних нарушителей по запаху. Для огров все представители Хомо Сапиенс на одно лицо. Хлипкие, назойливые, бесполезные и много думающие о себе любимых. — Какие люди! — воскликнула женщина и на ребят посыпалась штукатурка. — И без охраны? Поразительно. Я была уверена, что вас, как персон нон грата, обложат спецагентами со всех сторон. Вы ведь спёрли лиловую ромашку. Стра-а-ашное преступление. Как поживаете, голуби сизокрылые? — Да вот… потихоньку, — отряхнув волосы, тихо произнёс Давид. Спрятавшаяся за ним Света решила воздержаться от комментариев. — Как друг? — В надёжном месте с ненадёжным человеком. — В порядке, то есть? — И Брунгильда мощным хуком справа снесла стену, разделявшую её и охотников. — Хорошо, если так. Не переживайте, я приберу. Никто и не заметит. Согласно стереотипам, мы только рушить умеем. Почему-то все про магию восстановления забывают. Ну что, «побалакаем тет-а-тет»? — А у нас есть выбор? — положив подбородок брату на плечо, уточнила срывающимся на фальцет голосом Света. Если такая махина даже по-дружески похлопает по спине, не то что сколиоз пройдёт, душа из тела вылетит! С этой каждое слово надо выверять… А то неровен час сожмёт в кулаке и в муку кости превратит. — Не думаю, дети мои. Да вы присаживайтесь. Чего мнётесь, как неродные? Давид, давно начавший сомневаться в том, что он всё ещё жив и находится в Воронеже, а не в бульварном фэнтези, закатал рукава мастерки и опустился на нары. Как отказать, если дама просит? Манеры — это святое. «Je m'appelle Харчок», как говорится.

***

Августа, с трудом поборов желание смести на пол принесённые Коляном папки документов, с ненавистью посмотрела на честную физиономию метаморфа. Боже, какая ответственность! Чего он добивается? Уж явно не поощрения Совета или очередной звёздочки на погоны. Проклятый мордоворот… «Чтоб тебя гиганты утопили в ледяном озере! — подумала прокуратор и почувствовала, как по её шее медленно расползаются красные пятна, так хорошо заметные на бледной коже. — Может, написать на него донос? «Предательство», «преданность»… Такие похожие слова. Небольшая перестановка букв и всё, проблема решена». Прокашлявшись, женщина сложила ладони домиком. Она немного помолчала и наконец максимально учтивым тоном поинтересовалась: — Это что такое? — Это? Ну как же! Дела, с которыми ко мне и моим друзьям обращаются люди. НЛО, полтергейсты, покойные дедушки, вороны-оборотни, сатанисты, осквернили могил, загадочные исчезновения вставных челюстей и порчи, наведённые повитухами. Вы ведь сами распорядились доставлять всё, что так или иначе касается «тёмной» стороны нашей действительности сюда. Ну, я подсуетился и того… приволок. Это всего треть от скопившихся у нас материалов, но вы не переживайте, я, как только прицеп найду, остальное мигом довезу! Августа сняла очки и закрыла лицо руками. — Неужели некому этим заняться? — сквозь пальцы спросила она. В душе её теплилась смутная надежда на положительный ответ, но Колян только страдальчески вздохнул, и она поняла, что дальше будет хуже. Всё рушилось на глазах. И Августа, несмотря на влиятельных покровителей и все свои чины, ничего не могла поделать. Собравшись с мыслями, она помассировала виски и с замершим в груди сердцем задала метаморфу вопрос о свидетелях. — Их предостаточно! — с энтузиазмом пса, которого долгое время не выгуливали и наконец-то выпустили, заверил Колян и улыбнулся так, что прокуратору стало плохо. Женщина попросила ей налить воды, на что услужливый полицейский протянул заранее приготовленный стакан с живительно влагой. Запив таблетку от давления, она спешно выпроводила ставшего предвестником дурных событий в ВФСД метаморфа и обмякла в кресле. Нужно было и дальше оставаться в Петербурге и управлять всем на расстоянии. Гори синим пламенем эта Никитинка с её тайнами! Разъярённый прокуратор точным ударом ноги отправила корзину для мусора в стену.

***

— Вы вот бестолковые, как не знаю, — заявила чистящая силой мысли груду яблок Брунгильда. Вручив Давиду плод, из-за которого Адама и Еву в неглиже отправили скитаться по Земле, она сказала уже жующей Свете: — Ты ведь баба! Баба — глава семейства. Почему не уследила за всем? Эх, молодёжь! Ей-богу, как бараны на новые ворота попёрли. Этот ваш хлыщ в плаще про невидимость затирал. Дурак! Взломай вы печать, скрыв свой запах, я бы и носом не повела. Нет, надо было распушить перья и погром устроить! На, бери ещё. Это антоновка. Не какие-нибудь персики дурацкие. Откусил и потом ещё полчаса от косточки раскрошившейся отплёвываешься! — Ну, мы в таких тонкостях не смыслим. Недаром вас мясниками называют. Наше дело — шашкой махать, — признался Давид. — Ой, — легонько, чтобы не покалечить, толкнула парня Брунгильда. — Подбери сопли. Какая разница, что о вас там думают? На вас ярлыки навешивают, а вы и рады их подтверждать. Век живи, век учись! — Дураком помрёшь, — выплюнув в кулак семена, дополнила фразу Света. — Какие же вы вредные всё-таки! Это профессиональная деформация такая? Чего к словам вот придираетесь? Я ж вам, дурням, в башку какую мысли вбить хочу? Знания — это сила! Я полжизни потратила на изучение чародейских премудростей и книг. Причём книг самых разных. От философских трудов Толстого до писулек Донцовой. И то, и другое лажа. Но мои заявления не голословны. Я могу доказать свою позицию. Так что расширяйте кругозор. И не воротите нос от ненавистного вам колдунства. Хитрее надо быть! И тогда вас мясниками будут называть не от пренебрежения, а от отчаяния и попыток уколоть. — Брун, тебе бы речи мотивационные на тренингах толкать, — усмехнулся Давид. — Но сейчас я тебя подловлю. Ты вот говоришь, что знание — сила. Но коридор в библиотеке из-за дисциплинарного взыскания с помощью банальной физухи разнесла. Противоречие? — Димочка, лапушка! Ну какое противоречие? Это моя природа. И я не заставляю вас отказываться от своей природы. Просто надо знать, когда ей можно дать волю. В моём случае это была отдушина. — Но ведь ты оказалась в тюрячке, — удивилась девушка. — Пф, и что с того? Скоро от этого скворечника ничего не останется, — отправив в рот целую корзину яблок, как бы между прочим сообщила женщина и облизала пальцы. — Вы думаете, что это сверхсекретный режимный объект? Да я вас умоляю! Тут только мы. — Ну, это ладно… А как же работа? — Наш отдел расформировывают. Было бы, что расформировывать, конечно… Ну, вы сами всё видели, там три коробки, две из которых я принесла. Всё барахло перевезут в Петербург, чтобы здесь не носились с этой рухлядью. Сами подумайте, целый этаж под такую х… А, не важно. В общем, я решила уволиться. Надоело! Зарплату за прошлый месяц не выдали, а вот дисциплинарное взыскание… Держи, Брун, на тебе в обе руки! Ну, ничего, не сегодня-завтра придёт мой жених и похитит меня. Если хотите, мы и вас с собой возьмём. Будет весело! Вспомнив слова Прядильщика о свадьбах огров, охотники поспешили заблаговременно отказаться от столь заманчивого предложения.

***

Прокураторы бессмертны. Это их дар, это их бремя. Однако Августа так устала… Сидя за утопающим в бумагах столом, она нервно теребила в руках верёвку и изредка бросала загадочные взгляды на люстру. Денис, немного накуренный, но по-прежнему всё замечающий, странно уставился на женщину. Наклонившись к Коляну, он одними губами прошептал: — Она не буйная? Не сочти меня грубым, но мне кажется, что в её голубятне очень жирные тараканы водятся. Получив ощутимый тычок под рёбра, парень, на мгновение забывший, как дышать, понял, что ему пока лучше держать язык за зубами. Метаморф злился на него из-за травы. И сколько Денис не объяснял, что во всём виноват Паштет, ему не поверили. — Здесь все требования? — спросила Августа, не справляющаяся с нервным тиком. Колян закусил нижнюю губу. Ему бы хотелось промолчать, но тайное равно или поздно станет явным… Прокуратор поняла всё без слов. Стараясь держать лицо, она пообещала на досуге поразмыслить над тем, что кропотливо собрал Денис. Кажется, Совет двенадцати прибывал в растерянности. Метаморф, искренне сочувствующий рядовым чародеям, ощутил укол совести, но быстро одёрнул себя. Так или иначе, а проблему можно было урегулировать раньше и обойтись малой кровью.