Пофигистики

Надпись на внутренней стороне кольца царя Соломона гласила «Пройдёт и это». И данные слова оказались, как никогда, справедливы. Всё возвращалось на круги своя. Энчантикс шёл на поправку. Ел за семерых, изредка шипел на флегматично созерцающего птиц Везувия, гонялся за бездомными духами. Давид и Света, определённо не надеявшиеся выбраться сухими из воды, «на радостях» снова начали ругаться. Наступили мирные будни с банальными заботами и чисто бытовыми проблемами. После этого предложения мне, наверное, следовало бы сказать что-то умное, использовав очередную цитату великого мыслителя прошлого, или придумать плавный переход, дабы подготовить тебя, дорогой читатель, к описанию последующих событий, но, увы, вдохновение покинуло меня. А посему… Раскалённый воздух обжигал глаза, не позволяя смотреть вдаль. Под токсично-яркими лучами солнца плавилось всё: мороженное, люди, асфальт… Воскресение намечалось жаркое. Бабье лето стремительно вступало в свои права. В памяти Светы, распластавшейся на диване в позе звезды, всплыла яркая зелень и синие пятна слив в изумрудной листве. В сознании что-то промелькнуло и тут же растворилось, рассыпалось, обернувшись прахом. Будто кто-то камень в глубокий чёрный омут кинул. Камень утонул, а круги на воде исчезли. И никак не получалось объяснить это странно-гнетущее ощущение. Ощущение. Хорошее слово. От него нужно отталкиваться. ОЩУЩЕНИЕ. Толи дежавю, толи… Предчувствие страха. Это было предчувствие страха. Которое поглотили тени. Тени плясали на лицах людей. Каких людей? Идентифицировать их не получалось. Один образ стремительно сменял другой и… Кот? Чёрный кот мирно дремал под кустом. В голове окончательно всё смешалось, Света не знала, спит она или только пытается уснуть. Наверное, спит, потому что к ней пришла бабушка. Бабушка просит вынести мусор, количество которого из-за эпопеи с закрутками вырастало в геометрической прогрессии. И вот забывшая солнечные очки Света, прикладывая ладонь к лицу, медленно плетётся с тяжёлым ведром в сторону контейнеров, расположенных за серой остановкой, изрисованной маркерами и чёрной краской из баллончиков… Звонок Давида разбудил девушку. — Ну, братец Кролик, погоди! Оторвавшись от подушки, заспанная, а потому крайне недовольная Света ногами отшвырнула тонкое одеяло и подбежала к столу, где надрывался телефон. Брат попросил её срочно выйти во двор. Охотница размяла шею и похрустела костяшками. Наскоро одевшись, она выскочила на лестничную площадку, перемахнула через перила и, приземлившись на скрипучий деревянный пол, выглянула во двор. Давид, отойдя в сторонку, с торжественным «та-да-а-ам» указал рукой на нечто, предположительно являющееся автомобилем. — Додя, ты ударился или да? Это не машина! — разбил тишину тихого солнечного утра хриплый спросонья голос Светы. Побитый жизнью чёрный «Москвич» с треснувшим в нескольких местах лобовым стеклом выглядел, мягко говоря, неважно. Поправив полы халата, ворчащая под нос бранные слова девушка присела на корточки, чтобы повнимательнее рассмотреть наклейку с Лениным, красующуюся на двери автомобиля. Выгоревший портрет вождя мирового пролетариата удручал. Более того, он совершенно не желал отдираться! — Я человек аполитичный, но… проклятые коммуняки! Вмазать бы по этой консервной банке, да боюсь, что от неё одни гайки останутся! Дим, чем ты думал? Явно не головой, но всё-таки? — Поц, дело сделано. Я же объяснял, что Скляр мне сотен задолжал… — с неловкой улыбкой попытался оправдаться брат. В глазах его была заметна некая растерянность. Складывалось впечатление, что он и сам не вполне понимал, как так получилось. — Да лучше б ты сто рублей принёс, чем… чем… чем ЭТО! Здесь люк в крыше! Божественная модификация! Кто её придумал? Паштет? Денчик? Они часто с Костей тусуются. Боже, как я зла! Какого чёрта, чувак? Какого, — всё-таки пнув колесо несчастного «Москвича», произнесла Света, — мать его, чёрта?! — Ищи светлые моменты, Поц. Нашу тачку точно не угонят. — Потому что она не на ходу? Бо-о-оже, Дима, это трындец. Учти, я её мыть не буду! И на бензин денег не дам! — Да ладно тебе, сегодня с ветерком до Дена долетим. Он там что-то про очередного пожирателя с ошейником вчера мне втирал по телефону. Ну, ты же знаешь, как путано он изъясняется. Лучше при личной встрече всё обсудить. — Я на этом не поеду! И вообще тебя не знаю! — отскочив от автомобиля, заявила девушка и быстрым шагом направилась в сторону подъезда.

***

Красные листья плавно опадали на землю. Скоро тепло исчезнет. Сентябрь должен сгореть. Так было, так есть и так будет… Ледяной ветерок заставил зябко поёжиться. Странная погода. Вроде душно, а вроде просквозить может. Алиса наблюдала с балкона за тем, как медленно, но верно приближаются холода. Зима близко, как говорится. Света, которая сидела рядом и, вкладывая всё своё негодование в каждое движение, ножом отскребала металлический чайник от накипи, жаловалась на возящегося с «Москвичом» Давида: — Теперь вот уборку в гараже делать придётся! Кому это надо? Складывали туда хлам, складывали… И что? Надо идти всё выбрасывать. — А разве не для этого нужен хлам? — меланхолично поинтересовалась девочка. — Ну, чтобы копить его, а потом отправлять на помойку? — Посмотрите, какая умная выискалась! А вдруг там что-то полезное? — отложив нож, возмутилась Света. Она хотела что-то добавить, но заметила, как к брату приближается высоченная блондинка. Изогнув бровь в немом скепсисе, Света повернулась к Алисе и сказала: — Не поняла. Это чё за бабень? Сестра молча достала с полки бинокль, который ей в пятом классе удалось выклянчить у мамы на Новый год. Проанализировав облик незнакомки, она громко рассмеялась. Алиса хохотала без остановки минут пять. Когда ей удалось успокоиться, она объяснила: — Это, Поц, дама в беде! А если конкретизировать, то Колян в своём домашнем. — Колян?! — Поражённая до глубины души Света выхватила бинокль из рук ребёнка. — Слу-у-ушай, он так похорошел. К косметологу, наверное, записался. Выглядит, конечно, как «личность проститутской направленности», однако ему идёт. Морда так и лоснится! Как бы нашу красотку сороки не унесли. Слушай, а по какому поводу маскарад? — Поклонники, — расплывчато ответила Алиса и пожала плечами. — Если точнее, то поклонник. Виктор. — Виктор?! Я в Воронеже живу или в гей-драме? — Но-но, это трагедия в шести действиях. Виктор видит в Николя музу своих научных изысканий. Просит ногти, волосы… — Ему своих не хватает? — Ты не выкупаешь. Он ни разу в жизни с метаморфом не сталкивался. Вот только Коляну эксперименты вашего Мафиозника не упали. Мафиозник ему талдычит «Николя, amore mio*!», а в ответ получает неизменное «Геть вiд мене, тебе вже не кохаю*!» Так и живём. Света повертела в руках чайник. Хмыкнув, она усмехнулась своим мыслям и как-то невесело произнесла: — День ото дня нелегче. Ладно, мне ещё надо чё-то пожрать сообразить перед, прости господи, отъездом к Дену. А если брать в расчёт Николя, который, скорее всего останется погостить, мне придётся готовить тройную порцию. Уж что-что, а есть он горазд. Обмен веществ у него адский! — Для меня поручения будут? — сразу уточнила Алиса. — Иди Евгену набери, пусть бросает всё и телепортирует свою задницу к нам. Вдруг пригодится? Тылы прикрывать будет. — Ага, как же… Этот вам только нож в спину всадит. — Цыц! Пипеткам слова не давали! И да, не называй меня Поцем. Мала ещё. На столь неостроумное замечание Алиса лишь закатила глаза. Снова её интеллектуальные способности приравняли к слабо развитым умственным возможностям бестолкового чада. И так всегда…

***

Прядильщик понятия не имел, зачем его оторвали от дел, однако отказать Давиду и Свете не посмел. В конце концов, в лапы Совета последние угодили по его вине. По крайней мере, он осознавал, что так считают охотники. В целом муки совести мужчину не тревожили. Ещё бы, нет совести, нечему тревожить. Смысл переживать о том, что уже свершилось? Прошлое не исправить. А что касается волнений из-за допущенных ошибок… Достаточно голоса разума, чтобы впредь выбирать верные решения. Терзания и моральные муки лишь отвлекают. — Итак, вы утверждаете, что все твари в ошейниках пытались сообщить нечто важное. Верно? — с елейной улыбкой на устах поинтересовался развалившийся на заднем сиденье «Москвича» маг и устало зевнул. Ночь выдалась бессонная. — Верно, но так считаем не мы, а Денчик. — Ах, ну если Денчик… Тогда нет поводов сомневаться в достоверности информации. Господа, позвольте полюбопытствовать, а куда мы едем? — Мы едем мочить «окольцованного» пожирателя. Потому что пока ты соизволил собраться, мы успели сгонять на Левый берег и вернуться обратно. Если тебя волнует точное местоположение «пункта Б», то это какой-то пустырь в Юзах. — Какая прелесть… — Тебя что-то не устраивает? — Бо-о-оже упаси! Просто мне кажется немного странным, что ни один из ваших коллег не дослушал монстра в ошейнике до конца. — Мы мясники, не забывай, — язвительно прокомментировала мысль чародея Света и скрестила руки на груди. — Однако это не помешало Совету взять вас в оборот. Вы теперь с ними заодно, так? — Это не совсем наше решение. Видишь ли, — попытался втолковать Прядильщику очевидное крепко сжавший руль Давид, — так случилось, что мы попали в тюрячку. А знаешь, что делают в тюрячке? То-то же! Однако наши друзья сумели разрулить ситуацию. Августа пообещала прислушаться к охотничьему комьюнити. Нам теперь будут платить зарплату, подчищать хвосты в случае чего. Вот только с правами приходят и обязанности. Нам теперь по первому свисту придётся бежать к ВФСД и делать то, что «вежливо попросят». В противном случае, запрет на любую деятельность. Бунт, закончившийся удачно, несмотря на наличие плюшек, всё равно имеет неприятные последствия. История и жизненная практика подтверждают это. В который раз… — Вас закабалили, — глядя в окно, озвучил печальный факт мужчина и надвинул на глаза шляпу. — Я никогда не любил Совет, так что, если вдруг решите вновь устроить бучу или «перейти на тёмную сторону», обращайтесь. — Спасибо, мы подумаем над столь выгодным для всех нас предложением, — огрызнулась Света, которой порядком надоели занудные фразочки мага. — А теперь, если ты не возражаешь, я настрою навигатор, потому что из-за твоего тупого бубнежа Дима сбился с дороги. — Не он один, — спрятав нос в воротник пальто, изрёк Прядильщик. Напрасно его слова игнорируют, ведь так или иначе, а он добьётся своего. Чего бы это не стоило. Что касается охотников… Пусть выбирают сторону самостоятельно. Главное, чтобы они не допустили ошибку в расстановке приоритетов. Ведь очевидно, что сила в правде. А маг не сомневался в неправоте бородатых старцев из ненавистного Совета. И даже если они когда-то принимали правильные решения, всё это легко аннулировать. С помощью угрозы физической расправы, замечательно стирающей лишние воспоминания.

***

Предсказание Светы оказалось верным. Колян за обе щеки уплетал жаренную картошку. Ел он прямо со сковородки. Причём не вилкой, а палочками, которые коллекционировал Давид, обожающий ролы и азиатскую кухню в целом. Динара Сергеевна всё намеревалась выкинуть «куски невинно загубленных деревьев», хранящиеся в отдельном ящичке, да рука не поднималась. Женщина всерьёз опасалась праведного гнева сына, чья тяга к собирательству к концу жизни по прогнозам бабушки, смотрящей «буржуинский TLC», должна была приобрести нездоровые масштабы: «Помяни моё слово, Дина, он превратит вашу жилплощадь в плюшкинский гадюшник с семью котами и горой заплесневелого барахла!». Алиса оторвалась от чтения фанфиков. Метаморф допивал третью чашку какао. «У него и впрямь адский обмен веществ! — отметила девочка. — Странный он… Вроде простой, как три копейки, а вроде и неизвестно, что у него в голове творится!» «Простота» Коляна, по мнению «домашнего стража» слаженного дуэта охотников, заключалась в следующем. Парня довольно точно мог описать элементарный генератор персонажей. Алиса, от скуки придумавшая с помощью бота целую вселенную с полуросликами и орками, задумчиво посмотрела в экран ноутбука. Только что созревшую гипотезу необходимо было срочно проверить. Клик! У него усталый голос. После работы. Всегда жаждет драки. Если это угрожает его безопасности. Всегда честен. Чистая правда! Мускулистый. Даже в обличье очаровательной девицы с коровьими глазами. Не умеет плавать. Вопрос риторический… Очень полезен. Разумеется! Его любят дети и домашние животные. Алиса, проигнорировав слово «дети», взглянула на Энчантикса, выпрашивающего у Коляна картошку. Пожиратель счастливо махал хвостом и тёрся о ноги парня в надежде сорвать куш. Значит, последний пункт тоже был правдив. — Коль? — Фто? — оторвавшись от еды, с набитым ртом спросил парень. — А ты умеешь плавать? — Плавать? Умею. Но не люблю. Внезапно раздалась трель стационарного телефона. Пронзительная и резкая, она похерила царившее в доме спокойствие. — День звонков какой-то, — проворчала Алиса. Сняв трубку, она ошарашенно посмотрела на Коляна. Тот, чутким слухом уловив голос по ту сторону провода, перестал жевать. Стефан, встревоженный и определённо спешащий, просил позвать Давида или Свету. Метаморф отставил сковороду. Вытерев рот салфеткой, он отправился на кухню. Интуиция подсказывала ему, что случилось нечто весьма и весьма неприятное. «Кажется, посуду помыть я не успею…» — подумал Колян.