А что было потом?

      Лето — прекрасная пора. Конечно, у всех времён года есть свой определённый шарм, но лето...       Во-первых, всё вокруг тебя становится каким-то сказочным, новым. Смотришь зимой в окно на стоящее дерево, и в голове появляются какие-то грустные, тоскливые мысли. А посмотришь летом на тоже самое дерево, и сразу настроение поднимается.       Во-вторых, никакой школы. К сожалению, тем, кто живёт в Америке, нужно будет ещё мучиться практически целый июнь. Но особой нагрузки уже нет. Да и в предвкушении летних каникул, возвращаться домой легче, нежели, в ноябре, под дождём, смотря на голые деревья.       В Дерри каждое время года выражалось ярко и не было похоже на другие. Лето жаркое и солнечное. В начале осени город становился жёлто-красным. Багровые листья медленно кружились в воздухе. А позже, примерно в середине октября, начинали идти нескончаемые дожди. Холодной зимой всё покрывалось снегом и льдом. Люди катались на коньках, дети играли в снежки и лепили снеговиков. Весна была тёплой с самого начала. Природа быстро просыпалась: текли ручьи, пели птички, вылезала свежая сочная травка. И всё снова повторялось.       Дерри — хороший город. Именно туда направлялась Мартина Фостер, смотря в окно на знакомые окрестности и слушая музыку. Раньше она бывала в Дерри, но только на летних каникулах. У неё там жила бабушка, с которой у девушки были отличные отношения. Родители не отправляли Мартину сюда около трёх лет из-за болезни родственницы, но потом бабушка умерла, из-за чего Фостер впала в глубокую депрессию. Дом, где жила бабушка, освободился, и родители Мартины посчитали, что переезд из шумного мегаполиса в маленький городок — это весьма неплохое решение. У самой Мартины были непонятные чувства и ощущения. Она не хотела ехать в место, которое напоминало ей о смерти бабушки. Но с другой стороны это был шанс начать новую жизнь. Ведь в городе, где она жила раньше, у Мартины совсем не было друзей. Да и в школе её задирали. Так что в сердце девушки горела, маленьким огоньком, надежда. — Мы приехали! — голос миссис Фостер вырвал Мартину из моря мыслей и раздумий.       Девушка повесила наушники на шею, спрятала свой плеер в карман шорт, вышла из машины и посмотрела на дом, где она была три года назад. Волна воспоминаний нахлынула на Мартину. Вот полянка, на которой она играла в мячик со своими родителями, которые иногда приезжали на выходные. Тогда она была ухоженной. Бабушка платила какому-то парню за то, что он раз в месяц косил траву. Сейчас всё заросло. Да и сам дом выглядел намного хуже. Весь обшарпанный, облезлый. — Дорогая! — снова голос матери. — Возьми свои коробки.       Мартина подошла к багажнику и молча взяла коробки. Она собиралась идти в дом, как вдруг на её плечи легли чьи-то тяжёлые руки. Это был мистер Фостер, отец девушки. — Послушай, Мартина, я знаю, что тебе сейчас тяжело, но мы с твоей мамой не можем видеть тебя такой, —мужчина наклонился и посмотрел в глаза дочери. — Я прошу тебя, будь веселей. То, что случилось, ужасно, но нужно продолжать жить дальше.       Мартина кивнула головой. Перед её глазами всплыли отрывки воспоминаний с бабушкой. В горле начала появляться горькая боль, а солёные слёзы защипали глаза. Девушка не хотела, чтобы папа видел её такой, поэтому она быстрее пошла прочь от машины.       Она зашла в дом, от которого так и веяло чем-то родным, но в тоже время пугающим. Фостер поднялась в свою комнату. Спустя три года ничего не изменилось. Разве что, всё покрыл тонкий (а где-то не очень) слой пыли.       После двух часов разборов коробок, комната, в которой предстояло жить Мартине, выглядела очень даже неплохо. Девушка не терпела беспорядка и хаоса. Всё должно быть на своих местах. Наверное, любовь к порядку передалась ей от матери. Они вдвоём частенько наезжали на главу семьи из-за того, что он не поставил посуду в раковину или не убрался в гараже.       Последняя пыльная вещь в комнате — зеркало. Мартина подошла к нему и протерла его мокрой тряпкой. Она посмотрела на себя и вспомнила, как смотрела в него последний раз, уезжая от бабушки, будучи одиннадцатилетней девочкой. На глаза вновь навернулись слёзы, но девушка вытерла их. — Начинается новая жизнь, — прошептала она.