Последствия одного решения

- Мисс Грейнджер? – раздался позади знакомый голос. - Профессор Флитвик? – девочка-первокурсница обернулась и увидела догоняющего её низенького учителя. - Мисс Грейнджер, полагаю, нам надо поговорить, – серьёзно сказал ей профессор. – Вы сейчас свободны, не так ли? - Да, профессор, чары сегодня последние, – ответила Гермиона. Удивительно, но со взрослыми, особенно хогвартсскими профессорами, она общалась совершенно свободно, в отличие от сверстников. Гермиона сама не понимала, почему так, но это её жутко раздражало – и это раздражение так часто выливалось прямо на сверстников… - Мисс Грейнджер, не откажетесь, в таком случае, пройти в мои покои на чашечку чая? - Эм… – она покосилась на сумку с учебниками, оттягивающую руку. – Конечно, профессор. - Следуйте за мной. Через некоторое время, когда маги поднимались по лестнице, Флитвик поинтересовался: - Почему вы не используете магию, чтобы облегчить сумку, мисс Грейнджер? - Я… – не сразу нашлась Гермиона. Что отвечать – правду или не совсем? – На вступительной речи профессор Дамблдор говорил, что не следует колдовать на переменах, и… - И вы подумали, что это касается любого чародейства вне уроков кроме как для подготовки к ним, – закончил за неё Флитвик, направляя палочку на сумку. – Стабилис де-гравитас, – Гермиона почувствовала, как та стала совершенно невесомой, и вздохнула свободно. – Постарайтесь исправить свою ошибку. В магии требуется постоянная практика, чем больше, тем лучше. Напоминание о колдовстве на переменах – это скорее формальность по просьбе мистера Филча. - Хорошо, профессор, – кивнула она. Как же легко со взрослыми! Просто говоришь, что нужно – и всё хорошо. Комната, в которую пригласил Гермиону Флитвик, оказалась вполне себе аскетичной. Несколько полок с книгами, столик и лучи солнца, пробивающиеся из-под тюля на окне. Профессор что-то прошептал, и на столе появились чашки, полные горячего сладкого чая, и пирожные. - Угощайтесь, – улыбнулся он. Пирожные выглядели и пахли так аппетитно, что Гермиона просто не смогла отказаться, хотя и понимала, что привёл он её совсем не для этого. К её удивлению, профессор также съел парочку сладких шедевров. Когда пирожные и чай закончились, а Гермиона несколько успокоилась, Флитвик поинтересовался: - Мисс Грейнджер, сегодня на уроке вы колдовали… не совсем уверенно. Девочка покраснела. Профессор весьма смягчил обстоятельства: Гермиона колдовала никак. Заклятие изменения цвета для чашки не вышло даже после нескольких десятков попыток. - В прошлый раз вы демонстрировали гораздо лучшие способности, – плавно продолжил он. - Да, профессор, – Гермионе ничего не оставалось, как согласиться. В этот момент ей страшно хотелось куда-нибудь пропасть. Например, провалиться сквозь землю. - Вы слишком серьёзно относитесь к простым замечаниям, – заметил Флитвик. – Это всего лишь одна неудача. Гермиона не выдержала, опустила взгляд в стол. Было очень стыдно – хотя она не совсем понимала, за что. - Не одна, – удовлетворённо сказал Флитвик. – Этого следовало ожидать. Скажите, мисс Грейнджер, зачем вы читали книги по ритуалистике? - Я… откуда вы знаете? - А ведь я просил Альбуса устроить проверку библиотеки! Начал – так довёл бы до конца, – вздохнул Флитвик. - Я не понимаю, профессор, – вконец растерялась она. - Вы столкнулись с так называемым «эффектом теоретика», или «кризисом веры», – начал объяснять Флитвик. – Видите ли, в последние десятилетия учебная программа Хогвартса несколько поменялась. Мы даём более обширный список заклятий и, в то же время, уделяем самый минимум теории. Студенты не знают и даже не подозревают, что те движения палочки и слова, что они разучивают на уроках,– ритуалы. Те же, кто знают, не подозревают, что действие заклятия определяется верой в ритуал. Это очень удобно, – Флитвик сокрушённо покачал головой. – В будущем, на седьмом курсе, те, кто выберут специализацию на теории, будут заниматься и теорией ритуалов. Им придётся нелегко, пройти через кризис веры и сохранить силу своих чар – нетривиальная задача. И что же мы имеем сейчас? Гермиона внимательно слушала, уже догадываясь. - Ученица, ещё первокурсница, притом магглорождённая, то есть без примеров волшебства с самого детства, находит книгу по ритуалистике, обнаруживает, что все изучаемые нами чары – суть ритуалы, и сталкивается с эффектом теоретика. Совершенно естественно, что вы теперь не можете нормально колдовать. - И что мне делать? – мысленно уже представлялось, как она пакует чемоданы, ломает волшебную палочку, и… и… – Я же теперь не смогу нормально учиться? Меня исключат? - Мисс Грейнджер, – поднял руку Флитвик. – Успокойтесь. Учебная программа менялась не мгновенно. Мы всё ещё помним, как учат, соединяя теорию с практикой с первого курса. Самым простым выходом является приобретение магического восприятия, умения ощущать магию. Тогда к вам вернётся уверенность в собственных силах, и там, – профессор коснулся своей головы, – внутри, в глубине себя, вы будете верить. Есть и иной путь – можно попробовать научить вас манипуляциям с собственным сознанием. Тогда вы будете контролировать себя в достаточной мере, чтобы вызвать уверенность, веру в силу магии. К сожалению, оба этих пути предназначены для более взрослых магов. - Но вы же как-то учили раньше? – отчаяние сменилось надеждой. Профессор позвал её сюда не просто так! У него есть какая-то идея! - Разумеется, мисс Грейнджер. Раньше, когда магглорождённых было в разы меньше, чуть ли не по одному-двое на курс, и мы могли подходить к каждому индивидуально. Есть особенные чары, позволяющие контролировать веру студентов и постепенно усиливать её. Мы можем использовать данный подход, но в вашем случае… – Флитвик помедлил, – он, скорее всего, будет малоэффективен, – и тут же пояснил. – У вас довольно упорядоченное мышление, широкий кругозор и сильный магический потенциал. Воздействия на сознание будут затруднены, могут даже принести больше вреда, чем пользы. - И что мне делать? – поникла Гермиона, повторив вопрос. Неужели никакой идеи всё-таки нет, и она будет до седьмого курса неудачницей, не способной и на «люмос»… или её даже отчислят за неуспеваемость? - Вам придётся немного потерпеть, – молвил Флитвик. – Скорее всего, есть специальные ритуалы, решающие вашу проблему. Я проконсультируюсь с Альбусом и Минервой. Возможно, Снейп… но я никогда не слышал о зельях с подобными свойствами. Не унывайте, – тепло улыбнулся Флитвик – и Гермиона поняла, что он её не оставит. – Это всего лишь небольшая педагогическая заминка. - Добрый вечер, Сабрина, – улыбнулся он дуновению ветерка. Как и всегда, ужинал Сапфир на веранде своего домика в горах, наслаждаясь безбрежным небом, могучими снежными пиками, точно стремящимися это небо пронзить, а то и превзойти, как некогда вавилонская башня – и тонкой, точно игла, хрустальной колонной, сверкающей в солнечном свете. Колонна, которую так жаждали найти столь многие волшебники, уже не один десяток лет радовала Сапфира своим сверканием… но он не спешил подходить к ней и, тем более, притрагиваться. Однако и простое пребывание рядом настраивало на лирический и возвышенный лад. А главное, колонна имела нечто вроде собственной души, сформированной за тысячи и тысячи лет. У души этой было имя. Приблизительно звучало оно как «Саабрин Ирайя», но Сапфир предпочитал называть её просто Сабриной – ему казалось грубым пытаться воспроизвести ограниченным голосом человека переливчатую трель со звоном колокольчиков «Саабрин» и гудящее, точно пламя, «Ирайя». Саабрин понимала его взгляд и принимала его. А вот сам Сапфир Саабрин Ирайю понимал слабо, ну, помимо того, что Саабрин была очень молода по меркам ей подобных и довольно неусидчива, а ещё обладала определённой свободой передвижения. Да, Саабрин была женщиной. Девочкой, если быть точней. - Добрый вечер, Сапфир, – силуэт дрожащего, малозаметного на фоне ярких небес сияния он заметил только благодаря долгой практике. – Куда мы пойдём сегодня? - Мы? – даже бровь невольно поднялась. Мы. Пойдём. Сегодня. Всего три слова, но каких! Это означало одновременно начало огромных проблем и величайший его успех. Ничем не демонстрируя свои эмоции, Сапфир спокойно откусил кусочек тоста с ветчиной, прожевал. Не очень полезная пища, но готовить… Ему просто не хотелось тратить силы на готовку, ресторанное Сапфир не ел из принципа, а нанимать домохозяйку… нет уж! Слишком привык к холостяцкому уединению дома – в противовес рабочей суете. Да и к пище такой он привык. Не из тех он, кто меняет свои привычки так просто. - Ты рад? – звонко хихикнула Сабрина, становясь ярче и плотнее. Теперь она напоминала фигуру, сотканную из солнечного света – Сапфир даже затемнил глаза заклятьем, чтобы не ослепнуть. - Конечно, рад, – всё так же спокойно подтвердил. – Но ты не находишь, что в таком облике контактировать с людьми невежливо? - Но я не умею иаст фиаран! – последние слова Сабрина полупрошептала-полупропела – и как ей это удаётся? Почему – понятно, но как? Это было, конечно, больше теоретическое любопытство, но любопытство своё Сапфир предпочитал удовлетворять. - Создавать аватару? – уточнил он. «Высокая речь» Саабрин Ирайи – это совсем не высокая речь какого-нибудь жалкого одушевлённого озера или леса. Переливами тонов и сопутствующими колебаниями ментального и духовного планов Сабрина добавляла двум словам столько смысловых оттенков, что при попытке понять целиком – голова кружилась! А ведь Сабрина – далеко не самая древняя, по меркам своего «народа» так и вообще младенец… К счастью, в отличие от замшелых пней вроде духов гор или возвышенно-загадочных сущностей наподобие Вики Эа-Тиайо, с которой беседовать было не просто неприятно, но ещё и опасно, Сабрина была довольно человечна, здравомысляща и пыталась нивелировать сложность коммуникации. Сапфир назвал бы её уникальной для своего рода. - Йаосаннэ, – певуче подтвердила Сабрина. – Виал ли-ао фиаран? - Конечно, – улыбнулся ей Сапфир. Иногда Сабрина напоминала своих сородичей, древних, мудрых и прозорливых, как сейчас. А иногда… - Хочу-хочу-хочу-хочу! – немедленно воскричала она. А иногда… кхмн. Иногда не находилось слов, чтобы охарактеризовать. Разве что «когнитивный диссонанс»? – А можно? А когда? А где? А сейчас? - Немножко потерпишь, непоседа? – и потрепал прильнувший к нему сгусток света, едва плотный, чуть колющий пальцы. – Мне нужно немного поработать. - Не больше года! – воскликнула она. - Сегодня, – хмыкнул он. – Ты же сказала – сегодня. - Ой! – тень смущения. В буквальном смысле – точно тень на мгновение пала, затмив «тело» Сабрины. – Я и забыла… - Вот непоседа… – покачал Сапфир головой, допивая чай. – Подожди немножко, и мы отправимся в небольшое путешествие. - Жду, жду и ещё раз жду! – каждое «жду» сопровождалось кивком светового силуэта, на сей раз напоминающего какого-то диковинного зверя. Сапфир поднялся. Взглядом трансфигурировав столик, стул и всё, что на нём, в воздух, засмотрелся на сверкающую алыми лучами заходящего солнца хрустальную колонну. - Я красивая? – шёпотом спросила Сабрина. - Очень, – улыбнулся ей. И зашёл в дом. Наверное, если бы не расположение, дом Сапфира символизировал бы аскетизм, грубость и даже старину. По крайней мере, он постарался сделать его именно таким. Сапфир собственноручно рубил и отёсывал деревья, чтобы сколотить свой домик на краю мира. Сам подбирал волшебную лампаду, прошерстив лавки всего мира, отказался от стекла в окнах, предпочтя ставни, сейчас закрытые, сам охотился на дракона, чтобы теперь его голова украшала рабочий стол. Всё это помогало в своё время отрешаться от забот, отдыхать душой. А это место помогало жить в гармонии с собой и природой, несмотря на всё то, чему он посвятил жизнь. В конце концов, от него, в том числе его душевного здоровья зависит слишком многое, поэтому Сапфир считал домик более чем выгодным вложением. Он уселся на столь же грубый табурет и достал из-под стола единственную выбивающуюся из окружения вещь – большой чёрный чемодан. Во всём мире существовало около сотни таких чемоданов, и каждый был шедевром научно-технической мысли. Этот ничем не отличался от прочих: сложнейшее сплетение магии и электроники, произведённое конвейерным методом, он был типовым образцом, чем Сапфир гордился отдельно. Мобильный терминал в форме чемодана раскрылся сразу же после ввода ПИН-кода. Конечно, индивидуальный ПИН-код каждого чемодана был не единственной защитой, а всего лишь первой из них. От идентификатора магической ауры было решено отказаться, а вот духовный отпечаток при касании чемодан проверял. Следующим этапом проверки Сапфир подключился к чемодану ментально, после чего это техномагическое чудо сверило специальную область в его разуме с образцом – и только после этого вместо самоликвидации соединилось с сетью. Логин: Sapphire Пароль: ********************** На экране отобразилось привычное: Добро пожаловать, Синий Лорд! Ваши допуски реактивированы, пароль сменён на следующий в цикле. У вас 3 сообщения и 2 отметки в календаре на сегодня. Первое сообщение оказалось очередным докладом администратора сети, в котором тот досконально излагал предлагаемые усовершенствования. Сапфир быстро прокрутил его, отмечая ключевые пункты, столь же быстро отправил ответ. Минус талантливых и увлечённых работников – иногда их инициативы отнимают слишком много времени. К сожалению, такую вещь, как контроль сети, нельзя было скинуть на кого-нибудь другого. По крайней мере, пока нельзя было, но были сильные сомнения, что такая ситуация в принципе может возникнуть. Возможно, штат контролёров сети будет расширен, но он всё равно будет внимательно за ней наблюдать – в конце концов, это единственная ниточка, за которую можно распутать весь клубок. Второе сообщение принадлежало перу магистра Циглер и было, очевидно, продиктовано ей вслух – на это указывало вопиющее отсутствие знаков препинания. Лиза совсем не жалеет его чувство перфекционизма… Сапфир вздохнул и набросал ответ. Тоже вслух, причём некоторые места сообщения без знаков препинания могли быть интерпретированы разным образом. Мелкая месть, а приятно. Третье сообщение оказалось гораздо более интересным и касалось одного из самых проблемных великих магов современности – и на месте рекомой Сапфир отнюдь бы не гордился этим «высоким званием». Атика Сей-Тиор. Освальд прилагал довольно подробный доклад о гибели и воскрешении Сей-Тиор. Вот уж не было беды – она ещё и самовоскрешаться научилась… Сапфир снова вздохнул. Всё шло к тому, что именно Сей-Тиор ему в один отнюдь не прекрасный момент придётся ликвидировать лично. Настоящая заноза в заднем месте – и с самыми неудобными сильными сторонами, какие только можно придумать. Великий маг как воин! Это даже звучало как нонсенс, а уж на практике… На практике это означало, что придётся убивать великого мага, профессионально занимающегося собственной неубиваемостью не первый и не второй век. Жаль, что с Сей-Тиор бесполезно договариваться – принятый Сапфиром план она воспримет в штыки, а давлению «профессиональная самоубийца» не поддавалась в принципе. Но её черёд ещё придёт, тем более что информации о смерти и воскрешении поступило более чем достаточно. Занятным было и то, что Сей-Тиор снова взяла ученика, да какого – Гарри Поттера! Более чем интересно, учитывая, что о Поттере сказала Сабрина. Нет, в качестве рычага давления Поттера использовать нельзя – с Сей-Тиор станется даже пожертвовать им, но добраться до шантажистов любой ценой. Специалист в ритуалах, магии пространства и боевой магии, да ещё и менталист высшего ранга – что вообще может быть хуже этого сочетания? К счастью, Сей-Тиор пока не осознавала, что является их противником, а значит, можно навязать ей бой на своих условиях – и уничтожить. Но это дело будущего, возможно, далёкого – а делом близкого будущего станет анализ способа воскрешения и попытка его воссоздать. Собранные данные Сапфир перенаправил своему главному научному сотруднику с необходимыми пометками. В том, что вызов будет принят, Сапфир не сомневался. Как и в том, что задача будет решена в кратчайший из возможных сроков. Были только опасения, что этот срок составляют не годы, а десятилетия… но он готов подождать. Уж чего-чего, а терпения у Сапфира было предостаточно. Посмотрел на запланированные задачи. Одной из них было, разумеется, «небольшое путешествие». О второй он подзабыл, поскольку ставил её на этот день давненько – два года назад. А проект, между тем – первого приоритета. Несколько клацаний клавишами – никаких новомодных «компьютерных мышей»! – и на экране появилось: Укажите идентификатор цели или координаты места _______________________________________________ Он неторопливо ввёл: «Объект 002-бета» и нажал ввод. Идёт вычисление местоположения… Ритуальный отклик получен. Координаты установлены. Идентификация координат… Шотландия, Хогвартс. Наведение… Считывание… Обновление данных… Фиксация произведена. Доступны функции наблюдения и проекции. Конечно, наблюдение. Немного пощёлкал клавишами, выбирая нужный ракурс. И с улыбкой, которую наверняка назвали бы отеческой, вгляделся в лицо девочки. - Ну, здравствуй, Гермиона, первая из новых магов.