Ни одного интересного сна

Хосок влетает в больницу за несколько минут до полуночи. Звонок от старшей медсестры, которая пыталась что-то сбивчиво рассказать, застал его на выходе из душа. Всё, что врач понял — что что-то произошло с коматозным пациентом. Хосок прокручивает в голове возможные варианты ухудшения состояния Ким Тэхёна и действия, которые нужно предпринять. На посту он находит взволнованных медсестер, окруживших одну из товарок. Та всхлипывает и дрожащими руками держит стакан с водой. Увидев Хосока, женщина меняется в лице. Она вскакивает и кидается к нему. — Он звал вас, доктор Чон! Он звал вас! — Медсестра Пак, успокойтесь! Что случилось? — Хосок кладёт ладони на плечи женщины и заглядывает ей в глаза. — Он звал вас! Тот пациент! — Ким Тэхён? — Да, да! Чон хмурится и оглядывает собравшихся, потом кивает сам себе и произносит: — Все в порядке, предлагаю разойтись по постам. Медсёстры переглядываются и, тихо переговариваясь, расходятся. Хосок увлекает медсестру Пак в свой кабинет, предлагает ей чай. Женщина отказывается и аккуратно промокает носовым платком глаза. — Медсестра Пак, расскажите, пожалуйста, что случилось… — Я вошла его проверить, всё было в порядке. А потом он вдруг заговорил со мной. Просил позвать вас. — Он очнулся? — взволнованно спрашивает Хосок, прежде, чем успевает сообразить: Тэхён просто увлек бедную женщину в Мир снов. — Нет, не очнулся! Когда я повернулась, он лежал, не двигался! — Хорошо. Медсестра Пак, вам стоит пойти отдохнуть. Я проверю пациента. — Да. Да, конечно, доктор. Как скажете. Хосок кивает, потом выходит и направляется к Тэхёну. — Что же ты творишь? Что ты творишь и что мне с тобой делать? — раздражённо спрашивает врач лежащего на кровати парня. Потом садится в кресло и берёт ладонь пациента в свою. — Ну, давай поговорим. — Доктор Чон! — слышит врач обрадованный голос. — Тэхён! — Хосок оборачивается и видит своего пациента. Здорового и в сознании. Только не в больничной палате, а на поле с жёлтыми цветами. — Какого черта ты делаешь? Ты напугал медсестру! — Мне нужна Ваша помощь, доктор Чон… — смущенно выдыхает парень. Он выглядит потрёпанным. В каштановых волосах запутались травинки, светлая рубашка — не больничная пижама — была помята и чем-то изляпана. Только сейчас Хосок замечает, что юноша кривится на один бок. — Что случилось? — Я тут искал… ну, себя. Больницу, то есть. Где я… Где мое тело… И я даже нашел. Но когда добрался до этажа, на меня напал волк. Я побежал, а он прыгнул. И вот… — Тэхён поворачивается и задирает рубашку. Хосок резко втягивает носом воздух — по белой спине от правого подреберья до поясницы тянутся три рваные раны. Чон делает шаг вперед, но Тэхён аккуратно опускает ткань и тихонько шипит. — Вы поможете мне? — Ким заглядывает в глаза врачу. — Как? — Хосок растерян. Он оглядывается. Парни стоят в поле, в пределах видимости — ни зданий, ни людей. — Тут даже антисептиков не найти. — Ну, можно же в больнице достать. Волк-то ушел уже, наверно. Или мы вдвоём его одолеем. И почему-то в этот момент Хосока не интересует, как он будет «одолевать» волка и защищать этого мальчика (мальчик-то вряд ли поможет, с такой-то спиной). Больше его волнует, как он будет зашивать этому мальчику раны, ведь он давно этого не делал. — И как мы туда попадём? — Это несложно. Дайте руку, — Тэхён хватает Чона за запястье и тянет его на себя. Хосок едва не теряет сознание, когда делает шаг — всё окружающее теряется в цветном вихре. Когда кружение прекращается, поле превращается в лужайку недалеко от входа в больницу. Все, что может Хосок — пораженно выдохнуть «Ух ты». — Я же правильно нашел? — Правильно. Но я не буду спрашивать, как ты это сделал. Тэхён несмело ухмыляется, смотрит на Хосока. Тот оглядывается. Здание выглядит пустым, дорожки и парковка — тоже. — Тут вообще никого не бывает? — Иногда появляются люди, на несколько секунд. Мне кажется, они даже не понимают, где находятся. Проходят по дороге, потом исчезают. Иногда бегут, иногда даже летают. Но со мной никто не говорит. — Понятно, — на самом деле Хосок ничего не понимает. Он же сам прямо сейчас находится в больнице. Там, внутри здания. Да, сейчас ночь… Эта мысль отрезвляет врача. Ночь. Он пришел в больницу ночью. В Мире снов же — светло, как днём, хотя солнца не видно. Просто ровный белый свет, который берётся как будто из ниоткуда. Хосок устало трёт глаза пальцами. — Что ж, пойдём. Нужно тебе помочь, — Хосок уверенно направляется внутрь, Тэхён следует за ним, кусая губы — мальчику явно больно. В холле больницы тоже светло и тихо. Лампочки не светятся, индикаторы лифтов не горят. Придётся подниматься пешком. — Отделение на четвертом этаже, ты дойдёшь? — Дойду. Они поднимаются медленно. Тэхён всё чаще останавливает, негромко шипит сквозь зубы. Хосок обеспокоенно смотрит на него, но предложить помощь не решается. Так они преодолевают два этажа. А на пролете между третьим и четвертым стоит и смотрит на парней волк. Видимо, тот самый. Он крупный, светло-серый. По груди волка идет кипельно-белая полоса, похожая на шрам. Тэхён замечает его и негромко охает. Хосок тут же загораживает парня собой. Волк не бросается, просто смотрит очень внимательным, осознанным взглядом. Янтарные глаза чуть светятся. — Надо бежать, — громко шепчет Ким в спину врача. — Не стоит. Давай лучше потихоньку назад. На втором этаже — хирургия. Давай туда. Медленно. Тэхён поворачивается и начинает спускаться, Хосок же не решается открыть зверю спину, поэтому аккуратно пятится по ступеням. Волк не шевелится. На втором этаже всё так же, как и в холле — тихо, безлюдно, светло. Хосок проходит мимо поста медсестёр, движется по коридору, пока не находит перевязочную. — Нам сюда. Снимай рубашку, ложись на кушетку. Хосок открывает кран — вода бежит. Врач моет руки, потом вытаскивает перчатки из коробки. Осматривается и открывает один из ящиков. Всё верно — нужные инструменты. Он достает иглы и катушку ниток, пинцет, кладет на стол. Потом тянется к шкафу за антисептиком. Когда мужчина поворачивается обратно, стол пуст, а ящик закрыт. — Тааак. И куда они пропали? Тэхён оборачивается на голос. — Тут вещи… они как бы стараются остаться на своём месте. Надо брать и использовать сразу, оставлять нельзя — убегут, — объясняет он. — Понятно. Тогда начнем с обработки. Хосок натягивает перчатки, не выпуская пузырек из рук, потом присаживается на стул возле кушетки и щедро поливает раны антисептиком. Тэхён вскрикивает. — Прости, но я не уверен, что найду шприцы и обезболивающее, придётся терпеть. Я буду шить. Только дождавшись слабого кивка, Хосок возвращается к обработке. Он берёт салфетки, аккуратно промокает раны — две из них глубокие, одна менее серьезная. Потом приходит очередь иглы. Пока Хосок шьёт, Тэхён цепляется пальцами за края кушетки и стонет сквозь зубы. — Потерпи, я почти закончил. Вскоре Чон откладывает иголку и идет искать мазь и бинты. Он слышит, как Тэхён за его спиной сдавленно всхлипывает. Когда врач возвращается, столик у кушетки девственно чист, все инструменты исчезли. Мир снов — интересное место, решает Хосок, вскрывая упаковку с бинтами. Он накладывает мазь и повязку, аккуратно затягивает узлы. Тэхён дышит сквозь зубы и не шевелится. — Готово. Тэхён, ты в порядке? — Да, — Ким медленно поворачивается и садится. — Спасибо, доктор Чон. — Меня зовут Хосок. — Спасибо, Хосок-хён. — Послушай, Тэхён. Тут, похоже, не слишком безопасно. Ты не придумал, как выбраться? — Нет, — в голосе парня сквозит отчаяние. Он роняет голову и смотрит в пол. Хосок смотрит на каштановую макушку и ему безумно хочется погладить своего пациента по голове. Волосы кажутся мягкими и почему-то тёплыми. — Тэхён… Тэхён, посмотри на меня, — Хосок дожидается, когда парень поднимет голову и продолжает. — А ты можешь… перенести сюда не меня одного, а, например, двух человек? Карие глаза Тэхёна смотрят внимательно, Чону хочется поежиться, но он не успевает, потому что парень удивлённо произносит: — Перенести? Разве Вы… не сами приходите? И Хосок теряет дар речи. Потому что этот мальчишка даже не понимает, что он делает. Он затянул его — Хосок уверен, что именно так и было — в Мир снов, потом затянул ещё и медсестру, но не понял этого. И тут врач вспоминает еще об одном регулярном посетителе палаты. — Скажи, а Чонгука ты тут видел? — Да, он постоянно тут бывает. Но тоже уходит, никогда не остается надолго. — То есть всё время тут только ты? — Да, — кивает Тэхён, а вопрос, на который он не получил ответа, все еще светится в глазах. — Тэхён. Завтра ко мне придет мой профессор из университета. Он когда-то изучал сны. И Мир снов. Мир снов — это место, где мы сейчас, похоже, находимся. Он единственный, кто в этом разбирается. Хотя сомневаюсь, что он верил в его существование. Я вот вообще не знал. Но ты здесь, и ты можешь меня сюда затащить. Да-да, это ты. Я могу сюда попасть только если беру тебя — там, в палате, — за руку. И завтра я попытаюсь попасть сюда вместе с Сокджином. Постарайся до этого времени продержаться, хорошо? Ким ничего не отвечает, только кивает, смотря врачу прямо в глаза.