Вечерние разговоры

      Это был первый официальный прием, на котором присутствовали дети. Кот страшно нервничал и, похоже, боялся, что высокие гости немедленно начнут его оценивать и сравнивать с Кристофером. Однако ему удавалось держать страх в узде и поддерживать беседу – в данный момент с министром иностранных дел, которому Кристофер только что его представил.       Роджеру с Джо, кажется было всё равно, где обсуждать очередное изобретение – гостей они практически не замечали. Милли усмехнулась: Роджер, и внешностью, и характером пошедший в нее, когда начинал говорить о технике становился поразительно похож на Кристофера, когда тот говорил о крикете.       Марианна нервничала не меньше Кота. И Милли знала, что она чувствует себя неотесанной деревенщиной, по ошибке попавшей в высшее общество. Хотелось успокоить бедную девочку, но Милли понимала, что никакие слова сейчас не помогут – надо просто дать ей время, чтобы привыкнуть.       Зато Джулия и Дженет наслаждались. Возможно, оттого что они были старше и более уверенны в себе, а может, и по причине множества окружавших их поклонников. Милли невольно залюбовалась дочерью. Если раньше она проигрывала по сравнению с Дженет – красивой и изящной, словно фарфоровая статуэтка, – то теперь почти затмевала ее. Утратив детскую пухлость, Джулия еще больше стала похожа на отца, в полной мере унаследовав и его яркую внешность, и неотразимую харизму.       Милли с невольной тревогой наблюдала, как они с Дженет весело болтают и смеются с несколькими молодыми людьми. Выросшая в замкнутом мирке Замка, Джулия была чересчур доверчива и открыта, и Милли до дрожи боялась, что кто-нибудь сделает ей больно. Но понимала, что не может вечно закрывать ее от окружающего мира.       Кристофер оторвался от беседы с министром чего-то-там, чтобы бросить в сторону веселящейся молодежи хмурый взгляд. Хотя только Милли заметила, что взгляд был именно хмурым – для остальных он казался как всегда отсутствующим. Раскланявшись с министром, Кристофер подошел к ней.       – Не нравятся мне эти франты, – заметил он, по-прежнему глядя на смеющуюся компанию.       Милли фыркнула:       – Ты ведь не собираешься отгонять от Джулии каждого приблизившегося к ней молодого человека, а, Кристофер?       – Каждого – нет, – невозмутимо ответил он. – Но определенных – собираюсь.       Милли поняла, что он почти серьезно, и вздохнула:       – Не вздумай вмешиваться. Позволь ей решать самой – даже если это означает, что она может ошибиться в своем решении. В этом ведь и состоит взросление, правда?       Кристофер слегка нахмурился, но спорить не стал – сам прекрасно понимая ее правоту, хотя соглашаться ему и не хотелось. А потом тихо продолжил:       – Мне кажется, Дженет меньше подвержена риску ошибиться на поводу у эмоций – она более рациональна. И более проницательна.       Милли согласно кивнула.       – Роджер кроме своих механизмов вообще ничего не замечает. Не знаю, интересуют ли его люди в принципе?       Милли хитро ухмыльнулась:       – Знаешь, он напоминает мне в этом одного знакомого мальчика, который от одного слова «крикет» становился совершенно невменяемым.       – Есть такое, – весело согласился Кристофер и уже серьезно продолжил: – Меня беспокоит Кот. Ему настолько очевидно тяжело общаться с незнакомыми и каждый раз приходится делать над собой усилие… А ведь ему предстоит постоянно взаимодействовать с самыми разными людьми.       Да, асоциальность Кота могла стать немалым препятствием в той деятельности, что ждала его в будущем. А с другой стороны…       – Он учится это преодолевать, – Милли с улыбкой кивнула в сторону Кота, с виду спокойно поддерживавшего светскую беседу. – И у него неплохо получается.       – Да, если забыть, что его спокойствие сейчас одна видимость.       – Ну, твоя невозмутимость тоже зачастую напускная, – заметила Милли.       Кристофер засмеялся:       – Туше.       Некоторое время они молчали, продолжая наблюдать за детьми. Наконец, вздохнув, Кристофер обреченно спросил:       – Почему они выросли так быстро?       Милли невольно засмеялась, оттого насколько беспомощно это прозвучало, а потом сжала его ладонь.       – Тоже спрашиваю себя об этом.       К этому моменту дети успели собраться вместе и теперь что-то увлеченно обсуждали, став при этом неуловимо более… настоящими. Кот сбросил свою маску спокойствия и мягко улыбался, изредка что-то вставляя в общий разговор – он всегда говорил меньше всех. Марианна слегка подпрыгивала, как будто от нетерпения. Роджер и Джо, похоже, что-то доказывали, пытаясь убедить остальных. Джулия и Дженет теперь выглядели не юными красавицами, почувствовавшими свою власть над мужскими сердцами, а заботливыми старшими сестрами.       – Знаешь, – задумчиво произнесла Милли. – Мне кажется, даже если вдруг нас не окажется рядом, они прекрасно смогут позаботиться друг о друге.       Кристофер проследил за ее взглядом и кивнул, улыбнувшись.       – Нам это удалось, – удовлетворенно заметил он и улыбнулся еще шире на ее недоуменный взгляд, однако соизволил пояснить: – Удалось дать нашим детям ту семью, которой не было у нас с тобой.