Глава 10. Выброс адреналина
21 октября 2018 г., 13:39
POV Дадли
Если честно, идея сделать Гарри и Гермиону учителями принадлежала не столько мне, сколько Рону, который уже давненько думал над тем, чтобы предложить им это. Я в какой-то мере могу его понять, ведь мне тоже не удаётся столько запомнить, чтобы научить этому кого-то. Как-то раз я подслушал слова кузенов, когда они делали домашнее задание на лето перед четвёртым курсом. По голосу я понял, что они принадлежали Гермионе: «Знаешь, я подумываю сдавать педагогические предметы на СОВ и ЖАБА» — сказала Гермиона. «Да? Ну… В принципе, я поддерживаю тебя, потому что из тебя выйдет отличный профессор. Вдруг мои дети будут у тебя учиться?» — с неким смешным намёком сказал Гарри. «Из тебя тоже получился бы прекрасный учитель…». Конечно, они могут и не помнить эти слова, но я их запомнил. Когда Люпин на третьем курсе начал объяснять нам формулы заклинаний, я ничего не понял, потому что это было очень сложно и запутанно. Римус уже тогда объяснил, что для понимания не нужно читать книги, стоит просто знать сам состав заклинания и способ его воспроизведения. С момента окончания этой темы я осознал, что в Защите от Тёмных искусств, я нулевой. Почему? Потому что, чтобы прекрасно владеть заклинаниями, нужно знать их состав. Благодаря Гарри я кое-как набрал нужные баллы для прохождения на следующий курс, а Гермиона подтянула Рона. Когда, наконец, начался четвёртый курс и к нам пришёл Аластор… Пардон! Лже-Грюм, он также начал объяснять составление формул. Тогда было намного легче, потому что к экзамену мы с друзьями готовились вместе и, естественно, была помощь со стороны Гермионы, ведь в объяснениях она была сильнее брата. Тогда я уже сдавал экзамен своими силами, и получил высокую оценку. — О чем задумался? — я встрепенулся и открыл глаза. В тёмной спальне, в которой помимо меня были Невилл, Джастин и близнецы Уизли, стояла девушка. Она была в тени, поэтому я толком не мог рассмотреть её лицо и внешность в целом, но голос был мне знаком. — Кто ты? Что ты делаешь в спальне для мальчиков? Да ещё и в такое время? — прошептал я, потирая глаза и, садясь на кровати. Девушка лишь посмеялась и засучила рукава белоснежной рубашки. Я потёр глаза ещё раз, чтобы привыкнуть к темноте. — Я облегчу тебе задачу. Когда девушка вышла из темноты — я потерял дар речи. От шока, мое тело ослабло и я сполз по кровати на ковёр. Пол был, на удивление, тёплым, я даже осеннего холодка не чувствовал. Передо мной во всей своей красе, стояла Мэри МакКлауд. Она была в той же одежде, в которой отправилась на последнее испытание Турнира Трех Волшебников. Я как сейчас помню: бордовый спортивный костюм (спортивная форма школы Ильверморни), белые кроссовки и герб факультета Рогатого змея на спине. Тогда я видел её живой в последний раз. Не помню, как мадам Помфри приводила меня в чувство после сильного шока, но помню, что даже на опознание не смог прийти — пошла миссис МакКлауд. Сейчас Мэри стоит передо мной, только нет тех розовых щёчек, нет блеска в глазах — они серые, как утро после её смерти… Лицо бледное, кожа рук такого же цвета, одежда грязная, кроссовки потерты… Моя Мэри будто только что вновь лежит передо мной на земле в тот злополучный день… — Но как… Как это… — У маглов, таких как я, называют ангелами-хранителями, — сказала Мэри, подходя ко мне. Я встал с пола и протянул к ней руки. Мэри улыбнулась и сплела наши пальцы. Они были тусклые и холодные, словно лёд, но все равно я ощущал тепло, которое не чувствовал от девичьих рук уже давно. — Тебе нужна помощь и вот — я здесь. — Ты — призрак? — Да, — кивнула девушка, — присядем? — я сел на кровать, Мэри села рядом. — Я знаю, что ты сожалеешь, знаю, что тебе тяжело и больно, но давай не будем сейчас об этом. У нас мало времени. — Почему? — Я не могу появляться надолго, — ответила Мэри. — Вы создали класс для занятий колдовством? — Откуда ты знаешь? — Я — твой защитник, поэтому то, что знаешь ты, я не могу не знать, — с улыбкой на лице сказала Мэри, — двойняшки попросили вас с Роном помочь? — Да, — кивнул я, — но все равно страх не уходит. Мэри, нам всем страшно. — Из-за Амбридж — понимаю, — вздохнула Мэри, — вы докажете ей свою правоту лишь тогда, когда все ученики сдадут СОВ по Защите от Тёмных искусств на «П». — Мы боимся не того, что не сдадим, а что нас поймают! — возразил я. — Особенно этого боятся Герми и Гарри. Они… — Если все откроется, они пожертвуют собой, чтобы вы с Роном остались в школе, — оборвала его Мэри, — и ты это знаешь. — Вот этого мы с Роном боимся ещё больше… — сказал я, — Мэри, что мне сделать, чтобы Амбридж не узнала о наших сходках? Ведь теперь беседы больше чем с тремя людьми — запрещены? — Ну… — Мэри задумалась, встав с кровати. — Ещё на третьем курсе мадам Элеонора рассказывала нам о защитных чарах, накладывающихся волшебником на какой-то предмет. — Что-то знакомое, — сказал я, — кажется, «Протеевы чары». — Да, они самые, — сказала Мэри, — тебе хватит сил их наложить? — Должно, — кивнул я, — в любом случае, у меня нет выбора. — Тут ты прав, если хочешь, чтобы вы так и остались незамеченными. — Мэри, я… — Мне пора, — тут же сказала Мэри, направляясь к двери. Я сразу же подскочил и хотел взять её за руку — остановить, но моя рука прошла сквозь ладонь возлюбленной. — Время вышло, Дадли. — Но ты же сказала… — Ангелы не могут быть видимыми постоянно, — сказала Мэри тихо, — особенно такие, как я — ставшие ангелами после смерти! — Ты ещё появишься? — Когда очень буду нужна, — ответила Мэри, — а теперь тебе пора проснуться… — Я сплю???? — Вставай! Я распахнул глаза и понял, что из них текут слезы. В спальне было ещё темно. Взглянув на циферблат будильника, стоящего на прикроватной тумбочке, я увидел, что сейчас только половина шестого утра. Такое чувство, что я только лёг и сразу же увидел Мэри. Если честно, я не понял, что это был сон, потому что все было слишком реально. На руках все еще было чувство её рук и тепла, я словно вновь видел её стан возле двери… Если бы она тогда только выжила и не дотронулась до Кубка чемпионов… Если бы…ШУХ!
За дверью я услышал какое-то движение. Странно, в такое время все ещё спят, по крайней мере в соседних спальнях точно. Я даже готов поклясться, что слышу храп Рона. Кто же там тогда? Натянув кофту и, обув тапки, я достал палочку из ящика и пошёл к двери. — Гоменум ревелио… — прошептал я. Маяк дал знак, что в коридоре кто-то есть. Скрепя зубы, я приоткрыл дверь и, стараясь не шуметь, вышел в коридор. Шорох донёсся из гостиной. Не успел я и стать на лестницу, ведущую вниз, дверь спальни напротив приоктрылась, и оттуда вышел Гарри. По взгляду я понял, что он также не спит, причём услышал то же, что и я. Странно, что Гермиона не вышла, у них вроде ментальная связь, как у близнецов… Ну, да ладно. Держа наготове палочки, мы направились вниз по лестнице. Не шуметь не получалось, потому что в тишине было все прекрасно слышно. Открыв дверь в гостиную, мы заглянули туда. Ночью здесь хоть глаз выколи, спускаться в такое время суток сюда никто не стал бы — девочки боятся, а парни мирно спят или обсуждают девчонок. При свете камина, мы с Гарри увидели фигуру, судя по одежде, росте и телосложению — студент. Он обходил гостиную вдоль и поперек, будто ища что-то. Черт… Фигура до боли знакомая… Кто же это? Внезапно, появился ещё кто-то, исходя из фигуры, мы поняли, что девушка. Вначале все было вроде бы спокойно, но когда эта парочка начала колдовать и портить мебель… — Стоять! — я выскочил из-за двери и, даже забыв про палочку, кинулся на человека, которого увидел первым. Гарри же, когда предполагаемая девушка хотела колдовать против безоружного, перехватил её руку и выбил палочку. Сзади послышался топот. Когда кто-то хлопнул в ладоши, зажглись факелы в гостиной. Как оказалось секундами позже — это были Рон и Симус. Они, видимо услышав шум, спустились вниз. Рон сорвал капюшон с головы того, кого я схватил, и мы все увидели Драко Малфоя. — Ты????? — изумился я. — Тогда… — Гарри же сорвал капюшон с девичьей головы. — Паркинсон, какая неожиданность… — злобно сказал Гарри, отталкивая её от себя. — Что вы забыли здесь? И как вообще сюда попали? — Не твоего ума дело, Поттер! Перед тобой староста! — возмутилась писклявым голосом Пэнси. — Которая с напарником грубо нарушили правило номер три: «Не патрулировать и не заходить в гостиные других факультетов», — сказал надменно Рон. — Симус, позови МакГонагалл! — Ок! — Симус открыл проход в стене возле портрета Годрика Гриффиндора и вошёл внутрь. Вскоре, гостиная наполнилась десятком смельчаков, которые хотели узнать, что произошло. — Минус… — видимо, используя права не только старосты, но и предводителя инспекционной дружины, Малфой рискнул снять баллы с гриффиндорцев, но не тут-то было. -… Пятьдесят баллов Слизерину! — произнёс как всегда строгий и властный голос. Именно он и стёр надменную и самодовольную улыбку с лиц Пэнси и Драко. Когда я отпустил Малфоя, то увидел стоящую возле тайного прохода, который известен лишь членам Гриффиндора, Минерву МакГонагалл. — Мистер Уизли и мисс Поттер! — в дверях уже стояла в кофте и кроссовках Гермиона, которая спустилась вместе с остальными в гостиную. Рон и она подошли к Пэнси и Драко. — Вместе со мной вы ведёте мистера Малфоя и мисс Паркинсон к профессору Снейпу. А уже потом мы дружно пойдём в кабинет директора Дамблдора! — Рон и Гермиона схватили Пэнси и Драко за локти, открыли проход Полной Дамы и скрылись в коридоре четвёртого этажа. — Мистер Эванс, вместе с другими пятикурсниками наведите здесь порядок и поспите ещё час, из-за этих особ был потревожен ваш сон. — затем она также покинула гостиную.Конец POV Дадли
Рон и Гермиона шли первыми вместе и Малфоем и Паркинсон, а МакГонагалл шла позади, чтобы все контролировать. Естественно их волновал тот факт, что старосты, тем более — слизеринцы, каким-то волшебным образом оказались в гостиной другого факультета, особенно Гриффиндора — вечного соперника Слизерина. Малфой конечно вырывался, пытался угрожать отцом, но на Рона теперь это не действовало, а Гермиона перестала обращать внимание на угрозы Паркинсон о том, что та выдерет ей все волосы — угроза ещё известная всем с первого курса. Настигнув, все-таки, кабинет руководителя общежития Слизерин, МакГонагалл, даже не постучавшись, зашла внутрь. Снейп, услышав скрип двери, вышел из своей комнаты и был весьма озадачен, увидеть декана другого факультета здесь, да ещё и своими студентами за её спиной. — Минерва? В такой час? — на удивление спокойным тоном спросил Снейп. — Профессор, на каком основании двое ваших старост находились в гостиной Гриффиндора, причём не просто пришли побеседовать, а начали портить мебель и предметы интерьера? Я удивлена, как ещё не рискнули зайти в спальни, и навести там «порядок». — Я понятия не имею, почему Пэнси и Драко находились… — Меня это не волнует, Северус, — жёстко сказала Минерва, — мало того, что они откуда-то узнали пароль от гостиной, так ещё и пользовались по пути сюда своим положением старост и членов ИД, чтобы запугать моих старост. — Я разберусь с ними, Минерва, — сказал Снейп. — Нет уж, Северус. Мне известно ваше отношение к своим подопечным, поэтому в этот раз я хочу решить данный вопрос в кабинете директора.***
Разговор с Дамблдором был коротким, так как он дал Снейпу чёткую установку сместить Малфоя и Паркинсон с постов старост факультета. Решение было справедливым, так что помимо лишения постов, парочка потеряла сто баллов факультета. Разговаривать они с директором не хотели, лишь молчали и делали вид, что ничего не произошло. После разговора и завтрака, в зале друзья столкнулись с Амбридж, которая уже собралась их позвать в свой кабинет. Но не тут-то было… — Долорес, оставьте студентов Гриффиндора в покое! — повернувшись, Амбридж увидела Дамблдора, спокойно стоящего у подножия парадной лестницы. — Господин директор, они… — Эти молодые люди и мисс Поттер стали пострадавшими, так что лучше бы вам поговорить по душам с мистером Малфоем и мисс Паркинсон, желательно после их отработки у мистера Филча. — Отработки? — скорчив удивленную рожу, спросила Амбридж. — Вы не ослышались, — кивнул Дамблдор, — профессор МакГонагалл назначила им недельные отработки у нашего завхоза. Так что у вас будет возможность с ними побеседовать без лишних свидетелей с глазу на глаз. Конечно, лицо Амбридж в тот момент было бесподобным, особенно, когда она услышала слова Дамблдора об отработках… Тогда Гарри с друзьями почувствовал особенное наслаждение… Тренировки проходили уже вторую неделю, и был виден заметный результат. Во-первых, практически все овладели заклятием обезоруживания, заклятием помех, заклинанием уменьшения (урок Дадли), заклятием взрыва (урок Рона), но особенно всем понравилось заклятие «Ступефай», которое на блюдечке преподнёс Гарри. На уроках Амбридж, когда требовалось составить какую-то формулу, те, кто состоял в ОД, быстро справлялись с этой задачей. Поначалу, Невиллу было труднее всех, потому что состав заклинаний было сложно запомнить, но с поддержкой друзей ему это удалось. — Долгопупс — «Превосходно», — начала перечислять оценки Амбридж, — МакМиллан — «Выше ожидаемого», Браун — «Превосходно», Финниган, Томас… (прим.автора: не стану перечислять всех студентов) — «Выше ожидаемого»; Поттеры, Эванс и Уизли — «Превосходно». — оценки были утешительные, особенно учитывая то, что до этого все почти получали достаточно плохие оценки — «Удовлетворительно» или «Отвратительно» — потолок. Сейчас же, когда класс начал обсуждать оценки, некоторые косились на предпоследние парты, за которыми сидели четверо их «учителей». Для них эти оценки были, как бальзам на душу, значит, обучение действительно работает. — Что ж, я довольна вашими оценками, думаю, что на СОВ у вас проблем возникнуть не должно. А теперь открываем страницу сто пятьдесят восьмую, — по классу зашелестели страницы учебников, — мистер Эванс, прочтите тему? — «Защитное колдовство», — прочёл Дадли. — Верно. Открывайте тетради и записывайте тему, затем можете приступать к конспектированию. — На сколько страниц? — сухо спросил Гарри. — На десять, мистер Поттер. Следующие несколько часов прошли достаточно скучно, как на взгляд ребят, потому что полтора часа они слушали Амбридж, потом Бинс давал наставления Гермионе для сдачи СОВ, потом зелья и Заклинания… В общем, полный набор скучного времяпрепровождения… Уже спускаясь на обед, друзья начали разговаривать о Протеевых чарах, которые предложил Дадли, для связи между членами Отряда. Идея показалась удобной и практичной, так что Гермионе и Дадли нужно было этим, как раз-таки и заняться.БУМ!
Лестница под ногами превратилась в дорожку, и друзья прокатились вниз. Они даже понять ничего не успели, как уже находились у входа в Большой зал, причём в лежачем состоянии. Все-таки немного отойдя от шока, ребята смогли встать на ноги. — Смотрите, ноги заплетаются у старост, — мимо прошла Паркинсон, — неужели пьяная? — Да ты… — но Гермиону вовремя за руку взял Дадли. — Она меня достала. — Минус десять баллов Слизерину, — встав на ноги, сказал Рон. — За что это? — усмехнулся Малфой, подойдя к Паркинсон. — За использование колдовства в коридорах, — ответил Рон, — пойдёмте, ребята!***
Приближался первый матч сезона: Гриффиндор — Слизерин. Анджелина требовала чуть ли не ежедневных тренировок, и в собраниях ОД наступил перерыв. Из-за того, что Кубок по квиддичу давно не разыгрывался, предстоящую игру ожидали с повышенным интересом и даже волнением. Живо интересовались ею и пуффендуйцы с когтевранцами — и тем и другим, понятно, предстояло сразиться с обеими командами. Деканы факультетов, пытаясь сохранять приличествующую им беспристрастность, на самом деле горячо желали победы своих. Насколько важен для профессора МакГонагалл выигрыш у Слизерина, Гарри и Гермиона поняли по тому, что за неделю до матча она перестала давать им задания на дом. Труднее всего было справиться Гермионе, потому что она, как бы, не хотела летать и забивать голы слизеринцам, не имела права участвовать в этом полугодии в квиддиче. Гермиона считала, что у Гриффиндора хорошие шансы на победу: как-никак они ни разу не проиграли команде Малфоя. Конечно, Рон не дотягивал до уровня Вуда, но тренировался с огромным усердием. Это было заметно на каждой тренировке, на которых Гермиона ВСЕГДА присутствовала. Самым большим его недостатком было то, что после ошибки он терял уверенность; пропустив гол, начинал суетиться и легче пропускал новые. С другой стороны, он брал поразительные мячи, когда был в ударе. Однажды на тренировке он, спрыгнув с метлы, повис на одной руке и отбил квоффл ногой так сильно, что мяч пролетел все поле и угодил в среднее кольцо на противоположной стороне. Даже Фред сказал, что они с Джорджем, пожалуй, еще будут гордиться Роном и серьезно подумывают о том, чтобы признать свое с ним родство, от которого якобы открещивались все эти четыре года. — ПРЕКРАТИТЕ! — закричала Джинни, расталкивая толпу. Несколько часов назад, между командами Слизерина и Гриффиндора произошла ссора, которая вроде бы утихла после прихода МакГонагалл и Снейпа, но не тут-то было, когда все уже зашли в замок. Анджелина не успела даже ничего понять, как Рона, Гарри и ещё Дадли в придачу, буквально вырвали из их компании. Троицу потащили по вестибюлю в боковой коридор, который вёл в не самые благоухающие места школы. Естественно, этими «кто-то» были члены ИД Амбридж, которые частенько пренебрегали школьным правилами в угоду своей начальнице. Теодор тащил Гарри, Кребб — Рона, а Дадли достался Гойлу. Парни даже палочками воспользоваться не могли, так как руки были крепко зажаты большими ладонями слизеринцев. — ПРЕКРАТИТЕ! — гриффиндорская сборная побежала вслед за непутевыми слизеринцами, чтобы предотвратить беду, но члены сборной Слизерина не позволили им достигнуть цели. Они просто накинулись буквально на каждого. — Вы ещё узнаете, кто такие слизеринцы, — ухмылялся Теодор, — а тебе, Поттер, персональный привет от моего отца! Видимо он имел в виду случай на кладбище на третьем испытании турнира. Это было новостью для Гарри, ведь раньше таких заявлений как таковых не было. Испугавшись, что сейчас что-то случиться, он решил ударить Нотта по руке, что удалось, так что на пару секунд Гарри точно был свободен. В этот же момент на Нотта сзади кто-то прыгает и ударяет по ушам. Как оказалось, этим «кто-то», оказалась Джинни, ей все-таки удалось улизнуть от слизеринцев. Нотта на некоторое время потерял сознание. Рону и Дадли также удалось справиться с Гойлом и Креббом, так что те лежали в нокауте. — Минус десять баллов Гриффиндору! — противный строгий голос заставил друзей повернуться к дверям Большого зала, из которого только что вышел профессор Снейп. — За драку в коридорах! — Минус десять баллов Слизерину! — мимо профессора прошла Гермиона, помогая Джинни поправить одежду. Снейп, явно не ожидавший этого, скривил гримасу. — Мисс Поттер, вы… — Гриффиндор и Слизерин получил одинаковое количество штрафных баллов — это вполне справедливо, особенно учитывая то, что ваши подопечные начали первые! — сказала Гермиона. Снейпу нечего было больше сказать, поэтому он, фыркнув себе под нос, направился в подземелья. Команда Гриффиндора подоспела на помощь, а слизеринцы помогли встать трёп амбалам.***
Амбридж, когда узнала, что двойняшки встречались с Ритой Скитер в Хогсмиде, запретила им туда ходить, причём приказом министра. Это было настоящим ударом. МакГонагалл, узнав о таком, была в ярости и сказала, что Дамблдор лично решит эту ходячую «проблему». В Хогсмид, Дадли и Рон, чисто из солидарности и верности друзьям, ходить не стали, и в течение всего ноября были с ними в Хогвартсе. Это было приятно, но на свежий воздух все-таки было полезно хоть изредка выходить. Члены ОД прекрасно справлялись с заданиями, которые перед ними ставили профессора, особенно этому удивлялась и радовалась одновременно Амбридж, ведь на её уроках все знали, о чем говорят, и что требуется для того или иного заклинания. Особенно Гермиона радовалась, когда узнала, что весь четвёртый курс прекрасно сдал ей контрольную, где нужно было составлять формулы простейших заклинаний. Шестой курс тоже неплохо справился с этой задачей, так что результаты были ОЧЕНЬ хорошими. — БУДЬ ОНА ПРОКЛЯТА!!! — закричал Гарри, когда они взобрались на Астрономическую башню. — НЕНАВИЖУ ЕЁ! Вы спросите — что же случилось и почему Гарри в таком ужасном состоянии? Малфой назло спровоцировал гриффиндорцев за обедом. Мало того, что оскорбил семейство Уизли, выставив их в дурном свете, так ещё и родителей двойняшек задел. Уж этого Гарри не мог стерпеть, поэтому Гермиона, не успев даже его схватить за капюшон мантии, стала свидетелем страшной драки. Они дрались очень ожесточённо, когда крупные гриффиндорцы держали Рона, Фреда и Джорджа, чтобы те не наделали глупостей. МакГонагалл вмешалась вовремя, ей удалось разнять их и отвести в свой кабинет. — А теперь потрудитесь объяснить, что произошло! — грозно спросила МакГонагалл. — Откуда такая жестокость? — Он спровоцировал нас! — огрызнулся Гарри, вытирая кровь с кулаков и губы. — Малфоя лучше наказывайте… — Кхе-кхе. — Гарри и близнецы разом обернулись. В дверях стояла Долорес Амбридж, закутанная в зеленую твидовую мантию, которая довершала ее сходство с гигантской жабой. На лице у нее была гнусная улыбка, не сулившая троице ничего, кроме беды. — Долорес, я сама разберусь со своими подопечными! — тут же сказала МакГонагалл. — Думаю, что мне стоит вмешаться, Минерва, — язвительным тоном сказала Амбридж. — На каком основании? — Я — генеральный инспектор Хогвартса, не забывайте. Моё решение тоже здесь имеет вес. — МакГонагалл недовольно перевела взгляд на Гарри и близнецов. — Мне безразлично, как вас провоцировал Малфой, пусть даже оскорбил каждого члена ваших семей; ваше поведение отвратительно, я на неделю оставляю вас после уроков! И не смотрите на меня так, Поттер, вы это заслужили! И если вы когда-нибудь еще раз… — Кхе-кхе. — Профессор МакГонагалл закрыла глаза, словно моля небо о терпении, и повернулась к Амбридж. — Да? — Я думаю, они заслуживают более сурового наказания, — сказала та, и улыбка ее стала еще шире. — Я сама справлюсь с гриффиндорцами, Долорес. На эти слова, Амбридж лишь вытащила пергамент из кармана мантии, развернула, неизвестно зачем откашлялась и начала читать: — Кхе-кхе. <i>«Декрет об образовании номер двадцать пять…» — Неужели еще один! — с досадой воскликнула МакГонагалл. — Да-да, — с улыбкой подтвердила Амбридж. — И, в сущности, Минерва, именно вы убедили меня, что мы нуждаемся в дополнении… Помните, как вы настояли на своем, когда я не хотела утвердить состав гриффиндорской команды? Вы апеллировали к Дамблдору, и он дал разрешение команде играть в том составе, в котором они были несколько дней назад. Я не могла с этим примириться. Тотчас связалась с министром, и он согласился со мной, что генеральный инспектор уполномочена лишать любого ученика привилегий, иначе она — то есть я — будет иметь меньше власти, чем рядовой преподаватель! — И что же за наказание вы для них приготовили? — скрепя зубами, спросила МакГонагалл. — Итак… я полагаю, нам придется, навсегда запретить этим двоим играть в квиддич, — объявила она, глядя поочередно на Гарри и на близнецов. — Запретить нам? — Он слышал свой голос будто издалека. — Навсегда? — Да, мистер Поттер, я думаю, пожизненная дисквалификация будет вам наукой. — Наблюдая, как он пытается осознать сказанное, она улыбалась во весь рот. — И вам, и мистеру Уизли. Я потребую, чтобы их метлы были конфискованы; храниться они будут в моем кабинете, дабы не возникло искушения обойти запрет. Но я не фанатичка, профессор, — снова обратилась она к МакГонагалл, застывшей, как ледяное изваяние. — Остальные члены команды могут продолжать играть. Они не проявили склонности к насилию. Ну… всего хорошего.</i>***
Когда Гермиона, Рон и Дадли узнали об этом, сложно было представить их состояние в тот момент. Злость, ненависть, презрение. Жаль больше всего, было Рона, потому что он ТОЛЬКО начал играть, причём играть ОЧЕНЬ хорошо. Гермиона, когда Гарри не пришёл в гостиную и куда-то пропал, забила тревогу. Уже из разговора Малфоя с друзьями, она поняла, что что-то случилось. Найдя брата в Астрономической башне, да ещё и в таком состоянии, Гермиона была готова разорвать Амбридж и слизеринцев на части. В такие моменты обычно помогали Рон и Дадли, так как квиддич был им ближе, но лишить разом команду ловца и загонщиков, да ещё и навсегда… — Она поплатится… — яростно зашипел Гарри, сжимая перила балкончика. Рон сидел на плите в десяти метрах, рядом Дадли, а с Гарри стояла Гермиона. Судя по вопросительным взглядам друзей было ясно, что Гарри заговорил на змеином языке. На мгновение Гермионе показалось, что в глазах брата отразились красные рубины — как глаза у Волан-Де-Морта.***
Единственным светлым окошком были не только тренировки с отрядовцами, но и то, что в школу, наконец, вернулся Хагрид. Слова Сириуса о том, что Дамблдор собирает всевозможных сторонников, оправдались. По словам Хагрида, они с Олимпией (директриса Академии Шармбатон), пытались привлечь на свою сторону великанов. Оказывается, Пожиратели смерти также пытались договориться со свирепым народом, вот только ни у тех, ни у тех, ничего так и не вышло. Великаны слишком тупы и горды, чтобы получать какую-то помощь, но от выгоды они никогда против не были. — Значит, Волан-Де-Морт, таким образом, пытается вернуть власть… — вслух подумал Дадли, — а что будет, если великаны все-таки станут на его сторону? — Страшно представить, — хлебнув чая, сказала Гермиона, — помните, на втором курсе мы изучали с Бинсом первую магическую войну? — Я проспал ту лекцию, — хмуро сказал Рон, зевая. — Бинс говорил, что многие волшебники погибли именно от рук великанов, которые мало того, что ненавидят магию, так ещё и пытались зайти на территорию маглов. — Оу… — вздрогнул Рон. — Это было бы катастрофой… — То есть, вам так и не удалось привлечь великанов? — спросил Гарри. — К сожалению, нет, — хмуро сказал Хагрид, — если не удалось нам, сомневаюсь, что удастся Сами-Знаете-Кому. — Ты недооцениваешь Волан-Де-Морта, — грустно сказала Гермиона, натягивая мантию — было уже темно, и пора уходить. — Почему? — удивился Хагрид, когда четвёрка направилась к выходу. — Потому что это уже не тот Волан-Де-Морт, который был раньше, — ответил за сестру Гарри.***
Появление Хагрида за столом преподавателей во время завтрака не все ученики встретили с восторгом. Некоторые, как Фред, Джордж и Ли, с радостными криками побежали между столами Гриффиндора и Пуффендуя пожимать его огромную лапу; другие, как Парвати и Лаванда, обменивались хмурыми взглядами и качали головами. Гарри знал, что многие из них предпочитают уроки профессора Граббли-Дерг, и, хуже того, в глубине души понимал, что для этого есть основания. Интересное занятие в представлении Граббли-Дерг не обязательно должно быть связано с риском, что кому-то откусят голову. Рон и Дадли приветливо махали Хагриду руками, тот же с улыбкой отвечал им. У Гермионы не уходил из головы вечерний разговор с Хагридом о том, что великаны, скорее всего, переметнутся на сторону Волан-Де-Морта, для добрых магов это станет катастрофой. В начале декабря выпал такой снег, которого не ожидал никто. Идти на уроки, которые находятся не в самом здании школы, а на близлежащей территории — Ад, особенно для теплолюбивого Рона. Уроки Хагрида всегда проходили на улице, но в этот раз лесничий решил студентов обрадовать. Слизеринцы и гриффиндорцы занимались в закрытом прохладном павильоне. Лучше, чем холодная улица, ведь декабрь, все-таки… Ещё более, ужасным стало то, что на уроке присутствовала Амбридж, инспектировала Хагрида. Поначалу урок был прекрасен, Хагрид все объяснял и показывал, но когда Амбридж выдавала свое: «кхе-кхе» и задавала вопросы, добродушный лесничий терялся и переходил с одной мысли на другую, причём резко, что не приемлемо для профессора школы волшебства. Сегодня был урок про фестралов — странных и слегка страшных животных, похожих на лошадей. Они были, словно ходячие мертвецы, больше похожие на скелеты, покрытые тонкой кожей. Гермиона поежилась, когда увидела их, а Гарри понял, что сестра тоже теперь может их видеть (ведь в начале года это удавалось лишь Гарри). Хагрид пояснил, что этих зачарованных животных могут видеть немногие, в основном те, кто был свидетелем смерти. Не важно, какого человека, достаточно просто эту смерть осознать и принять. Амбридж задавала странные и дурацкие вопросы студентам, записывала, что если Невилл заикаться и плохо разговаривает — якобы боится… Малфой вообще вспомнил случай с гиппогрифом двухлетней давности… — Он сам был виноват! — возразил Симус, заступаясь за полувеликана. — К гиппогрифам нужно относиться уважительно, а Малфой… — К животным? — переспросила Долорес. — Это животные обязаны уважать волшебников. — Похоже, вы давно не изучали УзМс, — пожала плечами Гермиона, — не только животное уважать должно магов, но и волшебник уважать братьев младших. — Мисс Поттер, а не много ли вы знаете о таких вещах? Слишком грамотно для такой юной особы, — подозрительно спросила Амбридж. — В отличие от придурковатых слизеринцев, я открываю книги и пополняю словарный запас, а не нежусь на диванчике в гостиной и валяю дурака. Особенно, прикрываясь связями родителей. Тем более, Люциус… — Гарри резко и незаметно заступил сестре на ногу. Девушка чуть не взвыла от боли, но сдержалась. Паркинсон презрительно посмотрела на Поттеров, а Малфой еле сдерживался, чтобы не кинуть что-то в Гермиону — по глазам было понятно.
