Сказания о Каллистусе

Людям свойственно забывать то, о чём они вспоминать не хотят. Так уж устроена психика человека. Иногда забытые события настолько глубоко закапываются в подсознании, что вытягивать их приходится буквально щипцами. Даже если когда-то это было важно, даже если это был единственный смысл вашей жизни, если это событие причиняет вам боль - значит оно быстрее забывается, если люди, конечно, сами не раскапывают эту рану каждый раз, чтобы почувствовать своё собственное существование. Иногда нужно некое осознание, что подтолкнёт человека к тому, чтобы он перестал самокопаться, однако для этого человек должен больше общаться с собой, а в обществе это принято считать сумасшествием. Общество - вообще отдельная тема для разговора, потому что у них действуют свои волчьи правила. Отличаешься - загрызут. Ведёшь себя вызывающе громко - ты лидер. Именно поэтому Ален Тао и была старостой своего безумного ниндзя-класса, у неё было всё для этого: Ум, твёрдость характера, красота(А это немаловажно в обществе), сила и преданность своему делу. В каком-то смысле Ален действительно любила свой класс, хоть и не вдавалась в подробности самокопания каждого. Да и для лидера это отнюдь не первопоставленная задача. Как полководец бешеной армии, Ален заставила одноклассников пойти в больницу к Чадду после занятий. Положение было затруднительное, ведь, как оказалось, не все хотят идти навещать яркого мальчика, но Тао смогла убедить их, что Нанамико полезен обществу. Как? Да тем, что смешит их каждый день. Софи, если бы пошла на занятия сегодняшним утром, на такое точно бы разозлилась и даже сильно обиделась бы, но её сегодня не было, так что Ален смогла подёргать одноклассников за нужные ниточки. Практически все согласились пойти по причине смешливости Чадда, а те, кто не согласился, просто сдались под давлением большинства. Коллектив - дело такое, особенно у подростков. Стоит отделиться пару раз и ты уже раненый козлёнок в стае хищников, не успеешь и оглянуться, как твои пухлые ножки пытаются поделить поровну между собой, совершенно не интересуясь при этом твоим мнением. День был солнечный, так что за окнами больницы весь класс, за исключением нескольких человек, шёл по коридору белого здания, которое пахло лекарствами и старостью. - Я так понимаю, Авеля мы навещать не будем? А Тасори? - Выглянула из толпы учеников рыжая и очкастая голова Яноуэ Рина. - Они же тоже пострадали в той крутой схватке, да? Я так обалдел, когда увидел утренние новости! - Навестим. По желанию. - Увильнула от ответа Ален, что шла впереди этой толпы и, какой бы беспристрастной не казалась, на самом деле хотела навестить лишь Чадда. Да и, в конце концов, она итак должна была отдать ему артбук. - Просто три болвана, которые попали в передрягу чисто по случайности. - Отметил фырком Инагаки Цуда, явно не испытывающий симпатией к своему родственнику Тасори, да и к двум остальным одноклассникам тоже. В отличии от Рина, Инагаки был высоким, спина была прямая, а взгляд белоснежных глаз ясный. На самом деле Инагаки был тем самым гением, о которых говорят, что те станут главой клана, а то и мэром улицы, как Масаши Уэда. Тем пророчили хорошее будущее, тех уважали, и не зря, ведь Инагаки был лучшим в классе по физической подготовке и по умственному развитию. Может, именно поэтому он и недолюбливал всех троих, что потерпели неудачу в битве этой ночью. Хотя, конечно, это была далеко не единственная причина. - Блин, Чадд... Отпустили погулять на свою голову. - Вздыхала Нелли, искренне переживая за своего парня и чувствуя даже некую часть вины, правда совсем маленькую, ведь, по её мнению, Нанамико сам всегда искал приключений на пятую точку. Рядом с Нелли шёл, придерживая ту за плечо в качестве поддержки, её сосед по парте и по совместительству даже почти друг - Хидэто Вашизу. Правда другом его всё же назвать было сложно, Нелли не общалась с ним вне академии, но каждый раз когда она приходила в неё, то была уверена, что ей всегда будет с кем пообщаться о моде. Вашизу, следующий трендам, всегда был на высоте: Чёрные очки, скрывающие глаза нарцисса, модная шляпка, кудрявые черные волосы, что почти доставали плеч, каждый день новая одежда. Вряд ли Вашизу был таким уж хорошим в техниках и чакре, но его родители регулярно давали на лапу бледнолицему учителю, так что Хидэто был всегда уверенным в себе, даже когда получал плохие оценки, что не могло не подкупать такую же уверенную в себе Нелли. Пожалуй, это была их первая прогулка вне академии. Рядом с Рином, которого все называли "скользким" из-за его гибкости и назойливости, которой явно не стоило бы доверять, шёл Макото, пытающийся сосредоточить чакру на ногах Ален под юбкой до колен, чтобы маленькое насекомое село туда и подглядело, но та шла слишком быстро, не давая мушке остановиться. Да и его план всё равно бы не удался, потому что ему по голове шлёпнула когтистой ладонью Шанна Инотсуме. Загорелая и рослая девочка, обычно сидящая с Макото за одной партой и, как неизвестный всем герой, пресекающая его попытки насладиться женскими формами одноклассниц и себя. Шанна вообще была похожа на неведомо-зверушку, сутулая и с пушистыми крупными руками, клыки выпирали из челюсти и, тем не менее, она вела обычную подростковую жизнь. Она была сильна и вполне уверена в себе, как обычные девчонки, несмотря на то что была почти самой высокой в классе. А самым высоким, пожалуй, был Кентаро Шимазу. Огромный паренёк с зелёным панком на голове, что делало его рост ещё более невообразимым даже для взрослых людей. Его мускулатура была в классе больше всех, да и неудивительно, бедняга оставался на второй год в классе уже который раз из-за своих умственных способностей, которых было не очень много. Он не понимал простейших тактик, не понимал зачем ниндзя прячутся, если можно всё таранить. В общем, типичный твердолобый юноша, которому обычно была безразлична жизнь в классе, однако он радостно гыкал, если видел насилие, в том числе и эмоциональное. Ну забавно ему было видеть как другие страдают, что с него теперь взять? Около такого крупного парниши даже учителя порой забывали как дышать, чувствуя себя маленькими мышками около, набившей пузо их сородичами, огромной котяры. Сзади всех остальных же тихо шла Тиша, фамилию которой никто не помнил. Да и неудивительно, девочка была всегда такой тихой и замкнутой, что про неё буквально никто никогда не вспоминал. Удивительно что она пошла вообще навещать Чадда, да и если бы не пошла - никто бы не заметил. Её короткие, стриженные под мальчика, волосы были салатового цвета, а проницательные глаза тёмно-голубыми. На лице вечно красовались пластыри, да и на пальцах тоже, что означало, что Тиша старательно тренируется. В общем и целом, никто внятного мнения о Тише не составил за почти семь лет учёбы в одном коллективе, потому что она всегда ускользала очень быстро и тихо, когда кто-то пытался с ней поговорить, так что по итогу все просто забили на её существование, что наверняка не могло её не радовать. Ален остановилась у кабинета и оглядела присутствующих. Странно, ей казалось, что Элис шла с ними, однако теперь её не было, так что Тао мысленно решила, что ей просто почудилось. - Все готовы? Подарим букет вместе. - Ален кивнула на свёрток переливающихся красных цветов в руках с шевелящимися лепестками. Эти цветы имели свойство выживать даже когда их срывают, поэтому были очень популярны в качестве подарков, чем и воспользовались одноклассники. Да и, чего греха таить, были очень дешёвыми. Скинулись буквально по монетке. - Открывай, Аленюш. Не терпится увидеть его. - Шмыгнула носиком Нелли, из-за чего Вашизу покрепче взялся за её плечо своей умело накрашенной лаком рукой, в попытке успокоить, так что та положила голову на его крепкое плечо, в свою очередь. "Аленюша" пару раз стукнула кулачком по двери и открыла её. В лицо ей сразу ударил запах свежих жидких и химических лекарств, которыми пичкали Чадда всё это время, так что ему приходилось отплёвывать их в чашку, где, вообще-то, должна была стоять вода. Сам паренёк сидел в белой рубашке на своей койке, якобы беззаботно рубясь в игры на своём смартфоне. Любопытный факт: На самом деле Чадд почти был мёртв в душе. Мало того что один из злодеев, как он узнал уже в больнице, сбежал, так ещё и Авель оказался замешан в эту историю практически из-за Нанамико. "Надо было заставить его остаться с девчонками" - Всё думал он, игнорируя холодную ругань от родителей, что навестили его ещё утром только чтобы процедить сквозь зубы, что они поговорят об этой ситуации дома. Забавно было то, что Чадду было на это почти всё равно, он просто отложил эти мысли на будущее, словно оно никогда не наступит и его не отлупят по полной программе, может быть даже по голове. Глянув мельком на пришедшую толпу, он снова вернул на них удивлённый взгляд, тут же откладывая телефон на полку рядом с плевками в кружке, даже не выключив игру от неожиданных гостей. - Хрена себе! - Выдавил он, пока Нелли подошла к нему, почти растолкав всех на своём пути, чтобы взять его за руку и приложить ладонь к своей щеке. Удивительно, как когда ты на грани смерти, ты резко становишься всем нужен. - Солнышко, как ты? - Проулюлюкала Нелли, пока одноклассники встали около его кровати, таращясь на него как на сломанный предмет в музее. Они ждали новостей. - Что случилось-то?! Расскажи как вы отметелили тех бандитов! - Взвыл Рин, также проскакивая сквозь толпу, но Кентаро, широко ухмыляясь, запихал его за спины ко всем обратно. Пока Чадд, громко протянув для начала "Короче", начал эмоционально рассказывать о том, что произошло ночью, тем самым давая юным ниндзя понять, что он ещё встанет в строй к их спинам и в целом он в порядке, Ален робко положила букет шуршащих пакетом цветов к нему в ноги. Ей хотелось остаться с ним наедине, чтобы отдать артбук и спросить насчёт рисунка Софи, но одноклассники всё болтали и болтали с Чаддом. Потом ещё и Авель с забинтованной головой пришёл из соседней палаты, а вопросов о бойне будто становилось всё больше и больше. Даже Тиша не удержалась и спросила мнение у Авеля и Чадда какие техники были бы против врагов наиболее эффективны. Чадд с горделивым видом, обнимая по братски Авеля за плечо, начал высказывать своё мнение, которое было в 99% процентов приукрашением, хотя Нанамико и сам не понимал, верит он в то, что его враги были настолько могучими, или просто хочет чтобы все думали, что те были сильнее. Тем более, что Авель ничего не отрицал, хотя на самом деле Курода просто хотел чтобы Чадд насладился лучами славы. Холодный ниндзя считал, что тот того точно заслужил, тем более перед выходом из больницы и перед нагоняем от родителей. "Рано или поздно они тебя кастрируют" - Сказал Авель Чадду сегодня утром, заходя к нему в палату, когда родители Нанамико уже ушли. Тогда Нанамико лишь посмеялся, хотя и напрягся всеми частями тела. Он понимал, что Курода прав: Когда-нибудь Чадд точно допрыгается. Иногда блондин даже думал, что те его убьют. Зачем им такой непутёвый сын? Или даже случайно, слишком сильно стукнут по голове, что тот упадёт на пол и больше никогда не очнётся... Ну и ладно. Ну и пусть. Не увидит зато их больше ненавидящих взглядов, и дурацкую Киояму тоже не увидит. Жаль только, что больше не увидит золотистых кудрей Ален, она эстетически его всегда вдохновляла на новые рисунки, так что, пожалуй, это было единственной печалью его смерти. Не считая того, что Чадду бы не хотелось, чтобы Авель грустил. Хотя, если честно, Нанамико частенько думал о том, что Авелю было бы без Чадда лучше. В общем-то, это скорее была внутренняя его депрессия, которая потихоньку нарастала комом, незаметно от всех кроме сероволосого друга. - Короче, - Подытожил Инагаки, всё это время стоя у стены, скрестив руки и скептически смотря на виновников торжества. - Не такие уж и сильные были эти... Бандиты. Как ты сказал? Из Алой капли? Чадд надул щёки шутливо и активно кивнул, невольно тряхнув Авеля за плечо, который кинул недовольный взгляд на Цуду, тряхнувшись как кукла. - Ну да. Я журналистам всё уже сказал, они приходили за пару часов до вас. "ВКалисстусе" завтра уже выпуск будет с подробностями. - Ответил Нанамико. Авель вздохнул. Он был в тот момент в отрубе и не сказал Чадду вовремя о том, что, возможно, разглашать информацию о потенциально опасных преступниках будет не очень разумно, тем более, что один из них сбежал с поля битвы, тем самым как бы намекая на то, что они ещё встретятся. Конечно хотелось бы верить, что полиция Каллистуса прочистит всю улицу Почвы и найдёт негодяя, схватит за шкирку и закинет в клетку, пока тот будет умолять о пощаде и плакать, ища помощи у мамочки, но тот Рю, с которым они столкнулись, вряд ли просто так дастся. Логично, что он заляжет на дно вместе с теми, кто ещё есть в Алой капле. А вдруг их много? Курода, в отличии от Чадда, так просто отогнать от себя мысли не мог. Инагаки был с ним невольно солидарен, покрутив пальцем у виска. - Ну мда. Можешь ждать гостей в скором времени, вряд ли эта организация, если она такая сильная, как ты говоришь, просто так это оставит. - Хе-хе, да не... - Нервно посмеялся Чадд, который пытался теперь это выбить из памяти, словно никакой битвы с незнакомцами не было. - Ладно, кто куда, а я курить и домой. - Отмахнулась Нелли, которая уже выглядела совершенно безразличной. Видимо разговор она находила слишком скучный, чтобы продолжать. - Ну так-то да, домой пора. - Подхватила Шанна, кивнув сама своим словам. - Пока, Чадд, Авель. Выздоравливайте. - Пока. - Бросил Инагаки кратко, выходя из кабинета аки лидер компании, пока Ален молчала, за ним вышли все остальные. Ален почему-то думала, что если она останется с Чаддом наедине или хотя бы с ним и Авелем, то будет легче отдать артбук, но когда все начали выходить из палаты, пожимая парням руки, Тао вдруг поняла, что не знает как начать разговор. Она сжала в руках лямку портфеля с артбуком, что висел у неё на спине и замялась, ловя на себе взгляды Нанамико и Куроды. - Я пойду к себе. - Поспешил ретироваться Авель, похлопав Чадда ободряюще по спине, на что тот ему улыбнулся и кивнул, прежде чем Курода спешно не покинул палату. - Ну... Прикольно получилось, да? Это ты всех привела? - Заулыбался ещё шире Чадд, пару раз побегав взглядом по белоснежной комнате, прежде чем снова взглянуть на Тао и взять букет, небрежно пихнув его в вазу с водой, которая была подготовлена врачами заранее на случай, если кто-то решит принести больному подарок. - Ну... Да. - Кивнула Ален, сложив руки в замок перед собой и переминаясь с ноги на ногу, но никак не решаясь спросить насчёт артбука. Всё-таки она чувствовала, что это что-то личное у него, словно она копалась в его нижнем белье, а не рисунках. Она решила что лучше спросит его об этом после того как он выйдет из больницы, поэтому быстро придумала причину по которой осталась. - Киояма, кстати, тоже прогуляла сегодня. Хорошо что она в больницу не попала. От упоминания Софи, Чадду стало тошно. Улыбка медленно сползла вниз и он рассеянно кивнул, вспомнив о том, что он вчера её видел вместе с незнакомцем, который отвлёк на себя некоторых из капли. Нужно будет его поблагодарить. - А... Ага. - Буркнул Нанамико, водя пальцем по одеялу, всё больше приближаясь к своему смартфону. Разговор становился всё более некомфортным, в воздухе повисло напряжение. Говорить о Киояме парню сейчас, если честно, хотелось меньше всего. Поняв это, Ален сделала пару шагов к выходу из палаты, оставив разговор на сухой и холодной ноте, словно безвкусное мороженое, облизывая которое, ты ожидаешь вкус чего-то сладенького, а не замороженной воды. - Ну я пойду. - Попрощалась блондинка, всё пятясь к выходу, будто Чадд мог бы увидеть артбук сквозь рюкзак. Он кивнул. - Пока. Приходи ещё! Мне тут скучно. - Хмыкнул он, теперь смело беря в руки телефон, в котором мог бы убить время и мысли о чем-то ненужном. Выйдя из палаты, Ален подошла к подоконнику, выдыхая и слегка щурясь из-за солнечной погоды за окном. На улице было не так много людей, но девушка заметила как из больницы выписывается девочка, которую встречают родители и крепко обнимают, пока она радостно хохочет и принимает от них подарок - большого и мягкого игрушечного мишку с бархатистым красным бантиком на шее. Этот вид мог бы заставить девушку улыбнуться, если бы сердце не защемило от скучания по отцу. Если бы он был рядом, они бы могли поговорить по душам, попить горячего какао и посмеяться над ситуациями, где Ален не может правильно подобрать слова, чтобы они были тактичными и в тему. Она бы и дальше подвергалась меланхолии в безлюдном коридоре, если бы рядом с ней вдруг не возникла Элис, которую Тао заметила сквозь отражение стекла. - Все ушли? - Спросила она Ален, встав рядом и выглядя, как всегда, усталой. - Да. А ты куда делась? Авель наверняка хотел бы тебя видеть. - Заявила Тао, не вдаваясь в подробности отношений близнецов, поэтому получая в ответ фырканье. - Навещала другого одноклассника, про которого все забыли. - Холодно сказала Элис, пока Ален повернулась к ней и вопросительно посмотрела. Она уже хотела спросить не Тасори ли это, но Курода ответила быстрее. - Сасаки Ясутака. Он до сих пор просыпается лишь на пару минут после того как Чадд его избил. Элис сжала руки в кулаки до хруста. Ален даже показалось, что она сейчас разобьёт ими окно, но та держала себя в руках. Курода даже крепко поджала губы, превратив их в одну холодную и белоснежную линию. - Избил? - С сомнением спросила Тао. Она конечно знала, что Чадд тот ещё засранец, который может кинуть в голову Софи учебник или подставить какому-нибудь младшекласснику подножку, но это ведь не серьёзно, как считала Ален. А тут... Очень серьёзное заявление. - Может он сам упал? Элис с такой дикой обидой и яростью взглянула на блондинку, что той стало не по себе. Словно Ален убила всю её семью и теперь говорит что они споткнулись сами и отдыхают на полу, а не истекают кровью, пока бьются в предсмертной агонии, умоляя им помочь из последних сил. - Пока ты не будешь объективно смотреть на людей и их поступки, а не по своей симпатии - хорошей куноичи из тебя не выйдет. - Отчеканила Элис, заставляя блондинку хмуриться непрошенной критике. - Я сказала тебе правду и то, что видели мои глаза. Слепо доверять Чадду или нет - твоё дело. Я думала, ты умнее. Не сказать, что Ален восприняла эти слова близко к сердцу, но что ответить - она не нашла, поэтому просто проводила одноклассницу взглядом, когда та быстрым шагом удалялась к лестнице. Девочка не знала, что Элис будет ещё дежурить около кровати Сасаки некоторое время, пока не пойдёт домой, звоня бабушке Ясутаке, потому что тот наконец-то придёт в себя.

***

Не зря улица Почвы была самой большой в Каллистусе. Людей было множество, всюду стоял гул и запахи различной еды, смешиваясь и представляя собой единый аромат чего-то горяченького и даже сладкого, а в глаза бил яркий солнечный свет. Такой яркий, что Инагаки пришлось надеть чёрные очки, чтобы не пострадали чувствительные белые глаза. Абсолютно везде, по всему Каллистусу, на данный момент, все готовились к фестивалю Близнецов, посвященный безымянному божеству, которому поклоняются уже многие годы. Честно говоря, не так уж много осталось истинно верующих в них, все, скорее, притворялись ради подобных праздников. Просто "Близнецы" являлись официальной верой в Каллистусе, на каждой улице даже стоял небольшой храмик, в который ходили, от силы, человека два, один из которых забрёл туда по ошибке, а второй интересовался, где уборная. Суетливо спрятавшись в тёмном переулке от лишних глаз, "правильный мальчик" и принц своего клана, Инагаки вытащил сигарету и закинул её в губы, пару раз чикнув зажигалкой. Не сработало. - Ну давай. - Промычал негромко он, щёлкая ей вновь и вновь, пока неожиданно не услышал неподалёку кошачье мяуканье. И тут он понял, что, помимо запахов приятных, он слышит не самый лучший - кошачий корм и кошачья моча. А что ещё ожидать от тёмного переулка улиц Каллистуса? Яркий, словно на обложку, на главных улицах, а в подворотнях какие-то наркоманы, да бездомные. И, один из них, судя по всему, сидел и подкармливал кошек сейчас прямо рядом с Инагаки, прячась под капюшоном. Резкое поднятие руки незнакомца заставило бы вздрогнуть кого-угодно, но не смелого Цуду. "Бездомный" протягивал подростку свою зажигалку. - Потрясающе видеть, как юный принц своего клана смеет портить свой организм. - Проговорил хрипловато незнакомец. Судя по голосу, он был не особо старше самого Инагаки, а, может, и его ровесник. Цуда недоверчиво глянул на зажигалку странного типа, но всё равно принял её и поджёг ею свою не самую дешёвую сигарету, прежде чем глубоко затянуться и выдохнуть дым. Даже табак пах приятнее, чем этот переулок. - Рад, что тебе радостно. - Бесстрашно произнёс принц, стряхивая табак подальше от крылатых бесшерстных кошек, что ютились около ног собеседника, изредка слегка взлетая, чтобы погладиться о лицо бездомного. Крылья у них были давно слегка атрофированы. - Не присоединишься к праздненству? - Зачем чевствовать богов, в которых не веришь? - Наконец незнакомец поднялся и из под капюшона сверкнуло два красных глаза. Это был Рю, которого Инагаки, однако, не знал. Впрочем, его смекалка сразу быстро заработала и сопоставила описания Чадда вместе с собеседником, так что его взгляд сразу же, сквозь тёмные очки, уперся в алую каплю на щеке юноши. Ни одна мышца не дрогнула на лице Цуды, он даже не вздрогнул. Он был потрясающим ниндзя уже в столь юные годы. - Обычно люди делают это ради еды. - Спокойно произнёс принц, заставив Рю всхохотнуть. - А она разве бесплатна для таких, как я? - Рю же, судя по всему, ничуть не горевал по смерти друзей. Более того, он был таким расслабленным, будто уже был под какими-то наркотическими средствами. Впрочем, и это суждение было бы ошибочным. Даже своим острым глазом, Инагаки видел, что Рю ведёт какую-то свою игру и, возможно, даже пытается немного втереться в доверие, словно вот-вот попросит монетку. Но он не просил. Лишь без стеснения осматривал Цуду, словно тот был статуей, а не живым человеком. Инагаки молчал, потому что оба знали ответ на вопрос Рю. В тишине слышались лишь отдаленные голоса за пределами переулка, тихое мурчание кошек и их чавканье. Тлела сигарета, которую изредка приближал к губам Цуда. "Если бы статья в журнале, в котором Чадд даёт интервью, вышла бы уже сегодня, говорил ли бы со мной этот человек так спокойно?" - Мелькнула очевидная мысль у Инагаки в голове, прежде чем, не докуривая, кинуть сигарету на землю, примяв её джика-таби, обувью ниндзя с отдельным большим пальцем. - О, принцы. Не наслаждаешься до конца удовольствиями, потому что их у тебя в жизни много? - Обратил внимание Рю на сигарету, которую не раскурили даже на половину. - Я могу предложить тебе больше. Ты помог бы мне, а я тебе. - Меня не интересуют наркотики. - Тут же отрезал юноша, выпрямляя спину и смотря на Рю сверху вниз, не смотря на то, что оба парни были примерно одинакового высокого роста. - Да и бедным я не подаю. Прощай. Инагаки медленно вышел из переулка, не зная, как сильно Рю хочет метнуть ему в затылок нож, который сжимал в руке под рукавом с самого начала, как только тот появился в его поле зрения. - Все богатые - слепы. Вам всем сверху не видно, как прогнил мир, как он погрузился в отчаяние. Вы живёте иллюзией, смотря на картинку мира, которую сами себе нарисовали и повесили на стеночку вместо окна. Тебя и всех твоих друзей ещё ужалит жизнь. - Услышал Инагаки позади себя и уже повернулся, чтобы самодовольно заявить о том, что Рю довёл себя до такой жизни сам, не принимая такую неудобную правду, но того уже не было. Даже не было кошек и их еды, словно всё это было лишь галлюцинацией. Остался только запах табака и Инагаки, спешно отвернувшись от тьмы, пошёл к свету, чтобы где-нибудь купить жвачку и пропахнуть чем-то свежим, прежде чем вернуться домой, дабы не разочаровать отца.