Растопи мое сердце

В сознание меня привел холод. Такой неприятный, колючий, пробирающий до костей. Еще мучительнее было открывать глаза. Все тело ныло, как будто я по ошибке попал в клуб боксеров. Особенно затекли руки и ноги. С попытки 12 мне удалось открыть глаза. Лучше бы закрыл обратно. По виду это напоминало какой-то подвал. Такой как в средневековье был, темница. Я лежал на ледяном каменном поле, мои руки и ноги туго связаны режущей веревкой, рот заклеен скотчем. Здесь было жуть как темно, сыро и страшно. Я стал вспоминать, что со мной произошло. Послышались шаги и голоса. Я сделал вид будто бы без сознания. Железные, массивные двери заскрипели. — Ким, он до сих пор не очнулся. Что делать будем? — голос казался отдаленно знакомым — Не знаю, похоже, этот как его… Костин, перестарался с наркотой. Он то, ничего сделать не сможет, но так ведь не интересно. — Сказал второй, где же я их слышал — Да ну, дадим что-то еще, и представь, какой он возбужденный будет. Главное чтобы Макс был в настроении. — Это точно. Ладно, пошли. Подождем еще. — Дверь снова заскрипела и с грохотом закрылась. «Ким, Макс? Не может быть!!! Это же те придурки! Вот я попал, что же делать?! Надо валить отсюда, как-то, но валить». POV В доме Асахина — Да. Если что-нибудь узнаете, сообщите. Спасибо. До свидания — Укё-сан закончил разговаривать по телефону и осмотрел семью Братья и сестры Асахино переживали тяжелую новость. Сильвестор пропал. Те что помладше плакали. Ну, а старшие усердно насиловали свои мозги. На диване на коленях у Луи сидела рыдающая Аки, рядом с ней Лили. Масаоми обнимает напуганного Ватару. Канаме давно уплыл в свои мысли, даже журналы в руки не брал, слегка приобнимал сестру. На Бьянке тоже не было лица. Цубаки закрыв лицо руками, тихо плакал. Азуса нервно ходил возле дома, ждал Нацуме. Футо с лицом как Цубаки, затих после обзвона всех друзей и знакомых Сильвера. — Что сказали в полиции? — сразу с порога спросил запыхавшийся Нацуме. — Сказали, что начинают поиск. Будут смотреть камеры наблюдения. Они предполагают, что это похищение. — Укё нервно расхаживал по комнате перед всеми. — Похищение? Вполне разумно. Давайте подумаем. Все вещи на местах, телефон тоже, из уличной одежды ничего не взято, значит, был в домашней. Выходит он никак не сбежал или что вы там думали. Похитили, прямо из-под носа. — Нацуме так же стал мерить комнату — Хватит маячить! Либо сядьте, либо стойте спокойно! — до этого спокойный и сдержанный Азуса крикнул на этих двоих, — Простите, нервы… Я, пожалуй, прогуляюсь. — Только будь осторожен! — крикнул ему вслед Масаоми POV Ночь похищения Сильвестора. Азуса. С Цубаки вернулись достаточно поздно. По отсутствию света в доме можно было определить, что все спали. Цубаки тут же пожаловался на усталость и направился в комнату, я же хотел выпить чего-то теплого. На удивление свет на кухне горел. — Укё-сан ты? — войдя на кухню никого, не нашел. Лишь одиноко горела лампочка и разбитая тарелка на полу. — Азуса, ты чего тут застрял? — зевая ко мне, зашел Цубаки, уже переодетый. От испуга рука с осколком дернулась, и алая кровь полилась из ладони. — Азуса! Ты в порядке? — Незачем так кричать, щас весь дом на уши поставишь из-за одной маленькой царапины. — Брат крепко держал меня за порезанную руку — Садись, я продезинфицирую рану. — Цубаки медленно и спокойно обрабатывал мне руку. Завязывая бинт, он убрал осколки, и улыбнулся своей детской улыбкой. — Спасибо. — Я взял его за руку. Он же в свою очередь обнял так крепко, что у меня дыхание сбилось, и нежно поцеловал. — Всегда, пожалуйста. Пошли спать, братик, я устал. POV Азуса Холодный ветер бил по лицу. Я не спеша шел по тропинкам парка. Мимо шли компании друзей, парочки, семьи, дети. — Азуса! — я услышал свое имя и рефлекторно обернулся. Я увидел того парня Лионеля. — Привет! Хорошо, что я тебя встретил. — Привет. Что-то случилось? — Да. Что с малым, тьфу ты, Силькой? Он не отвечает на телефон, смс. На катке не видели, на работе тоже. — А точно тебе же не сказали. Силь пропал. Мы не можем найти его уже второй день. — С каждым моим словом парень бледнел. Он рукой нащупал стоящую рядом лавочку. — Что? Как? Когда? Есть какие-то зацепки? — Не знаю. Полиций спихивает все на похищение. Типа ищут. Мы с братьями весь город оббегали, а с Цубаки и на заброшки заходили. Я уже не знаю где его искать. — Черт. Малой… Но нельзя ведь сидеть. Я позвоню своей охране, пускай еще раз обыщут город. Я не понимаю, как ты можешь быть таким спокойным, Азуса? — Ты просто не представляешь, сколько успокоительного во мне и других. И спасибо за помощь, если что-то найдешь, позвони. — Конечно, вы тоже держитесь. Мы найдем его. Я и, правда, не знал, почему у меня на лице такая спокойность. Я готов был куда-то бежать, что-то быстро делать. Может и правда столько уже успокоительного, что притупляет чувства или просто уже устал. POV Сильвестор Уже полчаса я пытаюсь хоть сесть, но, увы, результатов ноль. Тело при малейшем движении начинало ныть, а веревка давно порезала запястья. Эти уроды видно накачали меня чем-то. Как только выберусь отсюда, сразу же посажу всех ха решетку. В голове гулял сквозняк, мысли сбивала всякая хрень. Я снова совершил попытку и даже не услышал шаги. Мое сердце стало отбивать похоронный марш, когда я увидел этих трех гадов. С ними был еще четвертый. В нем-то я и узнал своего похитителя. — Вы смотрите-ка. Наша звездочка уже проснулась. — Макс сел передо мной и грубо схватил за волосы. От боли я хотел зашипеть, но скотч не позволил. — Как спалось? Мягко, тепло, удобно? — Стойкий у него организм, мне пришлось двойную дозу вкалывать. Господин, я могу приступать? — в руках похитителя был чемодан чем-то напоминающий медицинский. — Да, Костин. И сделай так, чтоб ему было очень приятно. — Макс похлопал меня по щеке и мерзко улыбнулся — Парни, подготовьте тут все и ему одежду. Он должен блистать. Блондин вышел из подвала, и я видел его хищные глаза, это меня очень пугало. Удар в плечо, рядом на колени сел этот Костин, закрывая тех двоих. В руках у него материализовался шприц. — Не бойся, милый, медицинское образование у меня есть. Будет чуток больно, но потом очень хорошо. — Он влил в шприц белую жидкость и сжал мою руку — Ммм! — Тише-тише. — Игла проколола мою кожу, и по телу разлилось отвратительное чувство. Меня моментально бросило в жар, дрожь и шум в ушах не покидал. Стало душно, голова кружилась, а перед глазами плыло. Голос похитителя как раскат грома проносится в моей голове — Все, сейчас. Все пройдет, сейчас будет легче. Я ощущал, что чьи-то руки взяли меня и положили на что-то мягкое. Мои руки и ноги стали свободны. А затем холод пробил даже жар внутри меня. — Черт, я сейчас слюной захлебнусь! — я не мог понять то ли это те двое, то ли похититель — Да, шикарное тело. И почему такую вкуснятину попробует только Макс? Меня стали тормошить, снова что-то одевать, но я снова потерял сознание. Только в голове и пронеслось: «Хочу домой! Цубаки, Футо, Нацуме, кто-нибудь…помогите…» *** Глаза резал неприятный свет, потом глухой удар. Я не чувствовал рук, ноги слегка волочились по ледяному полу. Холодная вода на лице заставила открыть глаза. Я смотрел на Макса, сидящего на красном кожаном диване, в дорогом костюме. В углах мигали странные красные лампочки. А я висел под потолком, руки закованы в железные наручники. На мне был надет костюм дворецкого, похожий на мою форму на работе. — Очнулся? Нехорошо заставлять своего хозяина ждать. — Он за несколько шагов преодолел расстояние и провел рукой по моему лицу. Хоть я и висел, но его лицо было на уровне моего. Он ударил меня по одной щеке, затем второй. — Ты ведь знаешь, что заслужил наказание? Думаю, наркотик уже подействовал и ты будешь таким чувствительным, что будешь молить меня о пощаде. Его руки плавно расстегивали пуговицы, обнажая мою грудь. — Какая белоснежная кожа. В прошлый раз мне не удалось насладиться, поэтому я исследую каждый миллиметр твоего тела. — Он водил рукой по разгоряченной коже, и заставлял сжаться, задевая соски. — Как же мне нравится реакция твоего тела. Я еще ничего не сделал, а ты уже на грани. Так приятно? — он посмактывал один, а другой сильно сжал, немного надавив ногтем. Сдерживающийся крик после этого вырвался наружу. — Не сдерживай себя, я хочу слышать твой голос. Его губы накрыли мои, и он силой завладел моим ртом. Было так отвратительно. Я вспомнил поцелуи братьев. Даже с Канаме мне было не так отвратительно. Они целовали меня с нежностью, лаской. А не это… Я набрался сил и прикусил язык нахалу. Он тут же отстранился от меня. — Да как ты смеешь?! Жалкий слуга!!! — Он прижал руку ко рту и зло на меня смотрел — Ты сам напросился. Я хотел оставить наказание на потом, и дать тебе возможность расслабиться. Но видимо это твой выбор. Одно движение и черная рубашка на мне разлетелась в клочья. Он смотрел на меня с дикостью и обошел вокруг. — Произведение искусства. Жаль, что придется оставить на этом белом полотне, красные полосы. — Он провел рукой по моей шее. — Так ты еще и шавка? Кому ты позволил прикасаться к себе?! — Не…твое…дело — прохрипел я — Молчать! — он еще раз ударил меня по щеке. Сняв пиджак, бросил на диван, оставшись в белой рубашке. На столе он взял свернутую плеть и безумными глазами посмотрел на меня. — Ты знаешь, что через эти наручники проведено электричество? И стоит мне щелкнуть пальцами, мои ребята нажмут кнопку, и ты получишь не смертельный, но разряд. Электрошок так сказать. Ты готов? — Вы…психи. Не думайте что это вам сойдет с рук… Моя семья…уже ищет меня… И вам прямая…дорога за решетку… — Как самоуверенно, звездочка. Тебя здесь ни кто не найдет, пока ты не получишь свое наказание. — Он сложил руки на груди и щелкнул пальцами. По телу прошелся разряд. Начиная от кончиков пальцев на руках, заканчивая кончиками пальцев на ногах. — ААААА! — мое тело стало выгибаться, из глаз текли слезы, а голос сорвался на дикий и бешеный крик. Разряд прекратился, но тело до сих пор дрожало. — Ну как ощущения? Еще? Тебе стоит только попросить у меня, и я прекращу. — Н-не…дождешься…г-грязная с-свинья… Снова щелчок, снова разряд, снова боль. Тело уже онемело, я тяжело дышал, почти задыхался. Хотелось потерять сознание, только бы не видеть этой рожи. — Так красиво звучит твой голос. Но я уверен, что еще красивей он будет звучать, когда будешь молить меня. — Ни…ко…гда… — Ах, ты сукин сын! — он замахнулся и ударил плетью по груди. От удара я сложился в три погибели. Удар горел, пульсировал, и пробивалась кровь. — Тебе так нравится получать?! Мазохист? Так скажи, обеспечим! Последние слова он прямо прорычал, и снова удар за ударом. Плеть хлестала меня не оставляя ни живого места. Спина и грудь кровоточила, голова уже не соображала. — Я не разрешал тебе терять сознание!!! — и снова удар. Прилипшее железо отпустило, и я хлопнулся на пол. Он казался моим единственным спасением. Не соображая, я попытался встать и в тумане полсти к двери. Но крепкая рука схватила меня и потащила на диван. — Ты думаешь, я с тобой в шутки играю?! Ты мой заложник! Так что ты должен пресмыкаться передо мной, как сука. — Один рывок и черные атласные брюки полетели на пол. Мои руки жестко примотали к подлокотнику дивана. И теперь я был полностью открыт для него. Он перевернул меня на живот, держа за бедра. — И только попробуй мне сопротивляться! Резкое движение, и мне показалось, что удары были цветочками. Тело распирало, все сжимало, и горело. Он гад еще и руками по ранам водил. — Пре…крати! Оста…новись!!! Прошу!!! — Поздно, просить. — Он вставил еще сильнее и глубже. — Какой же ты тесный. Если бы делал, что тебе говорят, я бы был с тобой нежен. А так терпи. — Хватит!!! Ах! Прошу!!! Мне…больно! — Не сдерживайся, я хочу слышать твой голос. — Он сжал меня за соски, придавая еще боли — ХВАТИТ!!! — Знаешь, когда ты лежал без сознания, звал кого-то… Ты реально надеешься, что какой-то там Лин, Цубаки, кого ты еще называл, придут и спасут? Наивный… Дальше мое сознание покинуло меня. С часом боль немного стихла и надеюсь надолго. POV Азуса Прошло уже более трех дней. Все не находят себе место. Многие позакрывались у себя, кто-то ходил по городу. В одни из вечеров мы сидели все вместе, как тут у меня раздался звонок — Да? Лин? — на меня тут же посмотрела вся семья, а в трубке я услышал — Азуса, я нашел его! Моя охрана нашла его. — Я включил телефон на громкую связь — Он в заброшенном особняке за городом. Рядом еще кладбище. Я уже направил туда полицию, сам еду и вы подтягивайтесь. Понял? — Да. Мы едем! Жди. Никому ничего говорить не надо было. Всех как ветром сдуло по машинам. Наконец, Силька. Мы едем.