Влюбиться в жнеца смерти

      После возвращения в земной мир, Минхо стал сам не свой: замкнулся в себе и всё реже встречался с ребятами. Джисон переживал, он звонил старшему дни напролёт, но тот не брал и даже на сообщения не отвечал. Хан забыл про свою обиду, ведь сейчас внутри него бушевал только страх. Страх потерять Ли. 02:09       Элитный район. Роскошная многоэтажка с панорамными окнами. Красивый длиннющий парк напротив. Знаменитости, которых Джисон видел только по телевизору.       Юноша находится в великом восторге от данного места, пока не засиживается до глубокой ночи, дожидаясь Минхо.       Рыжеволосый мгновенно просыпается от звука проехавшей мимо машины и смотрит ей вслед. — Утырок, — ругается он, вставая с места и испепеляя взглядом Ли.       Хан подбегает к уже заходящему в подъезд старшему и, грубо схватив того за плечо, поворачивает к себе. — Ты охренел совсем? Почему игнорируешь меня? Думаешь, это смешно? — кричит разгневанный юноша, но в ответ слышит лишь непонятные мычания и только, посмотрев на Минхо без тумана злости в глазах, понимает, что тот в зюзю пьян. «Чёрт, я тебя так долго ждал, чтобы снова оставить наш разговор на потом? Какой же ты хён-идиот-Минхо?»       Джисон с трудом затаскивает шатающуюся со стороны в сторону тушку в лифт, после чего его ждёт ещё одно испытание: найти ключи от квартиры и саму квартиру.       Спустя полчаса, Хан всё же оказывается в «обиталище» ангела. — Пошли в душ, от тебя зверски воняет, — изрекает недовольно младший, толкая Ли вперёд, но тот почему-то начинает сопротивляться. — Не борзей, слышишь? — говорит Джисон, получив слабый удар в плечо. — Мне так плохо, а ты, равнодушный придурок, даже не видишь этого! — собрав в себе все силы, выкрикивает ангел. Он встаёт напротив рыжеволосого и вызовом глядит в чужие глаза. — Что ты несёшь?! Если бы мне было всё равно на тебя, я бы сюда не пришёл и не торчал семь с половиной часов на улице! — Я… — начинает Ли, собираясь кинуть мощную ответку, но не успевает, рвота становится первой, будто фонтаном обливая Хана. — Блять, — тянет младший, находясь в далеко не приятном удивлении от происходящего. — Ну я тебе устрою, когда ты протрезвеешь! Быстро в душ!       В порыве беспокойства, нервозности и негодования Джисон снимает себя грязную одежду и раздевает старшего, усаживая его в ванну и следом включая воду. И только тогда, когда Хан касается чужого оголенного тела, до него наконец-то доходит то, что они оба обнажены. Даже факт того, что младший сейчас в трусах, нисколько не спасает его от вселенского стыда. «Боже, и чем я думал?» — спрашивает юноша сам себя, чувствуя, как щёки начинают пылать.       Прикрывая ладошкой глаза, Джисон домывает своего малыша хёна. А Минхо любезно помогает ему ополоснуться. Ну как, любезно… Во время своих недобуянств Ли бросает шланг с душевой лейкой на младшего. Тот же, пытаясь поймать, плюхается пятой точкой в воду. — Айщ, баран тупой, — ругается Джисон, когда Ли скидывает с талии полотенце и убегает в соседнюю комнату. — Сам такой!       Ещё полчаса поиграв догонялки, Хан с горем пополам укладывает старшего в постель. Юноша ложится рядом и с силой удерживает брыкающегося, как бешеная рыба, ангела. — Да что мне сделать, чтобы ты успокоился?! — не выдержав, повышает голос Хан, на что Ли как-то по-детски брякает: — Скажи, что любишь меня. — Люблю. — Точно? — Да, — начиная сердиться, отвечает рыжеволосый. — Я же, как ты говорил, твой истинный возлюбленный. Куда я денусь, раз это — судьба? — Цветок исчез, — шепотом выдыхает Минхо.       И Джисон не знает, чем назвать то, что в чужих глазах напротив виднеется тёмно-синий океан, чьи волны выплескиваются слезами. — Эй, ты чего? — осторожно спрашивает младший. — Не плачь. — Прости, — буркает, хрипя, Ли. — Но у меня больше нет цветка на груди, как и крыльев. Меня лишили права быть ангелом-хранителем. — Что?! — округлив глаза от шока, выдаёт Хан. — Они не могли! Ты ведь ничего не сделал!  — На мне метка высшего совета жнецов… — И что, на нас всех она есть. Тем не менее мы же не грешны и не служим дьяволу. Разве в Раю этого не понимают? — Нет. Теперь мне суждено быть простым человеком, — сквозь слёзы признаётся старший. — Но убивает меня другое. Один из старейшин сказал, что наша связь с тобой скоро перестанет существовать… — Не перестанет, я никогда не отпущу тебя, — уверенно произносит подросток, крепче прижимая старшего к себе. — Мы создадим свой мир, где будем только ты и я. И ни Ад, ни Рай не помешают нам быть вместе. — А цветок? — растерянно бросает старший. — Что, цветок? Если хочешь можем прямо завтра пойти и набить такую же татуировку, — Джисон старается вселить уверенность в Минхо, и у него, к счастью, получается. Ли начинает улыбаться на его последней фразе и, наконец-то успокоившись, засыпает. «Я люблю тебя, Джисон-а…»

***

      Последние события повлияли и на Хвана, но не так кардинально, как для Минхо.       Хёнджин перестаёт ходить на баскетбол и забивает болт на учёбу, считая, что после всего пережитого, ему нужно временно абстрагироваться от всего.       А Чонин, будучи уверенным в том, что все выходки старшего всего лишь лень и безответственность, уже больше недели заставляет парня заниматься после уроков. В библиотеке. — Ну, Чонин-а, — тянет, просящими глазами глядя на Яна, Хван. — Давай немного отдохнём, у меня уже мозг кипит. — Отдохнём, когда закончим, — строго бросает брюнет, переворачивая страницу книги. — Вот здесь есть ещё один пример, реши его. — Не хочу. — А ты, хён, захоти, — звучит дерзкий голос в ответ. — Иначе провалишься на экзаменах, и мы не сможем в каникулах поехать на море. — Твои родители всё же дали согласие? — в глазах Хвана мгновенно загораются радость и восторг. Ян, улыбнувшись, кивает. 1, 2, 3! — Ура-а! Чонин-а, я так счастлив! — Хён, не шуми, мы ведь в библиотеке, — неловко изрекает Чонин, оглядываясь по сторонам и замечая много недоуменные взгляды вокруг. Юноша немного краснеет, чувствуя смущение, но не за себя, а за старшего. — Обещаю, прилежно учиться и сдать все экзамены на отлично, — с торжественной улыбкой проговаривает Хёнджин, воодушевленный новостью младшего. — Умничка, хён, — хихикает Ян, умиляясь чужому поведению.

***

— Чанбин, если ты забыл, я тебе напомню, — вдруг с угрозой в голосе изрекает Бан. — Что, я забыл? — спрашивает Бин, во взгляде которого разгорается беспокойство. — Выполнить три моих желания. — Айщ, Чан! — сердито кидает шатен. — Испугал же! — Чё такой пугливый-то? — усмехнувшись, произносит жнец. Со хмурится и, несильно толкнув старшего, говорит: — Бесишь, говори уже свои желания. — Хорошо, — ухмыляется сразу Чан. — Первое, что я хочу — это…       Брюнет заглядывает в чужие глаза и, выдержав паузу, продолжает: — Чтобы ты представил меня своим родителям. — Окей, будет сделано, — кидает Чанбин, считая, что познакомить Бана и родителей не такое уж сложное дело. «Просто скажу: Мам, пап, знакомьтесь, это мой друг — Чан, и всё. И что в этом такого?» — Нет, ты не понял, — будто прочитав мысли младшего, говорит Чан. — Представь меня им, не как друга, а как своего парня. — Ты серьёзно? — пребывая в шоке, буркает Бин. Конечно, за эти два месяца без родителей, Со сильно изменился, стал более самостоятельным, уверенным и… геем. И, возможно, смело бы признался об этом, спроси его даже незнакомец. Но мама и папа… «Какой будет их реакция? Примут ли они моё решение? И как отнесутся к Чану?» — Так что? — осторожно выговаривает Бан. — Ладно, я выполню твоё желание, — борясь с собственными страхами, отвечает младший. — Давай второе желание. Надеюсь, оно будет менее трэшевым. — Ок, называй меня хёном. — Воу, воу, полегче! — эмоционально выдаёт Со. — Это уже совсем не выполнимо. — Почему? — старший не в силах скрыть своего недовольства. — Минхо же ты так называешь! — Ну с ним другое дело, а в тебе я не вижу старшего. С первой встречи ты был для меня ровесником, — признаётся Бин. — Значит так, да? — Чан выглядит, как хищник, готовящийся напасть на жертву. — Ага, — вылетает из уст жертвы, которая не боится хищника. — Тогда я буду называть тебя малышом, как называет Минхо Джисона. Ему ведь можно, почему мне нельзя. — Так, стопэ! — спешно кидает Бин, почувствовал жуткую тревогу о порче своего имиджа. Точнее его фантазия уже представила, как ребята смеются над ним, шутят свои зашкварные шутки и пародируют Чана. Бррр, страшно. — Может, договоримся? — Слушаю, — смеётся Бан, наблюдая за растерянным и напуганным младшим. — Называй меня, как хочешь, когда мы одни. А я буду называть тебя хёном, когда мы не одни. Согласен? — Нет. — Пидора ответ! — машинально выдаёт рассерженный Бин. — Да почему нет-то? — Хочу всегда и везде быть для тебя хёном. — Айщ! — пыхтит, не зная, что ответить, Со. — Ты чёртов эгоист! — Ты сам дал добро на мои условия, так что не надо сейчас злиться, — спокойно и даже улыбаясь, объясняет Бан. — Хорошо, хорошо! — по-прежнему блуждает в гневе Чанбин. — Просто скажи третье желание! — Ты кое-что забыл, — младшим переводит взгляд от чужого злорадствующего, как ему кажется, лица и сквозь сжатые зубы отвечает: — Хён. — Последнее, что я хочу, — медленно и чертовски подозрительно выговаривает Бан. — Ты же не выбросил подарок Минхо? — в глазах жнеца виднеется загадочный блеск. — Нет, нет, нет! — быстро поняв, на что намекает старший, начинает кричать шатен. — Да, да, да! — низким голосом повторяет Чан и, насильно усадив Со себе на колени, приближается к его уху и шепчет: — У нас есть незаконченное дело, Бин-и, поэтому лучше не сопротивляйся.