То, чего они хотят

Предыдущее утро

      Птицы щебетали так громко, что казалось именно из-за их пения проснулась Лилит. Лучи солнца струились через тонкий тюль на просевшем карнизе. Спальня окутывала атмосферой кантри-стиля, наполняя уютом и теплом. Деревянные стены и оленьи рога, развешанные по комнате, лишь подчеркивали антураж американской глубинки. Ночка для Лилит выдалась явно тяжёлая, жаль, что она её даже не помнила. Сходить с наркотрипа после этой дряни действительно тяжело. Такое ощущение, что голова вот-вот взорвётся. Тело болело, судороги по всему телу говорили, что оно ещё способно функционировать. Как в тумане, она открыла глаза, запах собственной крови, затхлости и ненавистного парфюма Джона щекотали нос, последний запах, хоть и был слышен лишь слегка, всё равно давил на неё. Ощущение, будто вчера на неё обрушился многоэтажный дом, раздавив без остатка, но каким-то образом оставив в живых. Ужасно. Руки саднило от трения о верёвку.       Помощница уже смирилась с долгосрочным заточением, она не верила в то, что Джон оставит её невредимой как внешне, так и внутренне. Её даже посетила мысль начать молиться Богу за свою душу, но принципы всё же пока были сильнее.       То ли Бог, то ли Дьявол услышал её мысли и прислал Лилит его.       Как всегда вальяжная, расслабленная походка, голубая рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами, кофейного цвета жилет и тёмные солнцезащитные очки на голове. Он себе не изменял. В руке тарелка с очередным «хрючевом» для поддержания её жизни, но разве это была жизнь? — Доброе утро, моя птичка. Как тебе твоя клетка? Ещё не передумала гулять? — надменно выплюнул Джон. — Тебе недолго осталось мучиться. Грешница… Отец простит тебе твои грехи да очистит от всякой неправды, — с едва заметной улыбкой прошептал Инквизитор, склонившись над своей пленницей.       «Не-на-ви-жу» отчеканилось в голове Лилит, но изо рта вышло: — Конечно. Я действительно многое осознала. Моим лёгким не помешал бы свежий воздух, — в такие моменты нужно говорить уверенно. — Если хочешь, я даже могу тебе сказать «да», — саркастично проронила она.       У Лилит не было плана, но была надежда. По крайне мере сейчас ей нечего было терять. Одна прогулка ничего не решила бы.       Спустя час её вывели под руки два здоровенных амбала. От одного разило бензином, а другой выглядел туповатым. Каждый из них был в два раза больше девушки, с такими в академии бороться не учили.

Тремя днями ранее

— Чёрт, Лилит снова пропала. Может, стоит начать волноваться? Может, хотя бы с шерифом пощебетать на этот счёт? — произнёс высокий, темноволосый мужчина своим холодным, но немного взволнованным голосом. Сегодня он почти даже не притронулся к своему горячо любимому пиву. Это было действительно необычно. — Дейв, не неси чепухи. Она, наверное, как обычно занимается слежкой или освобождает очередной аванпост, — пробормотала Мэри Мэй. Она и сама была взволнована ситуацией, однако ей очень не хотелось, чтобы Дейв вмешивался в это. Лилит никогда так просто не пропадала, не давала столько поводов для беспокойства. Сердце девушки то и дело пропускало удар при мысли о смерти Помощницы. Она не могла потерять ещё одного близкого человека.       Атмосфера вокруг была вполне обычная: приглушённый свет, шум голосов местных выпивак, которых Мэри знала как облупленных. На стенах горели неоновые вывески «pool shark» и «cocktails», подсвечивая семейные фотографии Фэйргрейв. Повсюду были бутылки, группа каких-то нетрезвых мужчин громко забивала шары в бильярде. Всё, как обычно. Возможность иметь свой бар в небольших поселениях наделяет владельца как плюсами, так и минусами. Тут всё стабильно, все свои, все друг друга знают. Лилит познакомилась с Мэри Мэй и Дейвом в ходе выполнения специальной операции — освобождения Фоллс Энд от церковных фанатиков и спасения мирных жителей. Каждый ополченец на этом маленьком клочке земли был безусловно благодарен ей. Мэри тут же привязалась к Лилит за неоценимую помощь с баром, не каждый день ты остаёшься совсем без заработка. Хозяйка бара никогда не поддавалась влиянию церкви, то ли не верила в Бога, то ли боялась его. Жизнь в оккупации была далека от слова нормальная. Вечные перестрелки, торговля оружием, насильные крещения и исповеди, голод — ведь почти все продовольственные поставки перехватывались «Вратами Эдема», ну и вишенка на торте: слетевшие с катушек члены семьи Сид, которые возомнили себя богами.       А вот у Дейва совсем другая история. Месяц назад его дом разрушило, и он попал под завалы. Благо, Лилит оказалась рядом. Она разобрала хлам и осколки дома и вызволила грузного мужчину. Дейва знатно потрепало, Помощница приложила много усилий, чтобы перевезти его в освобожденное от эдемщиков место, чтобы вы́ходить и дать веру в будущее. Дейв был уверен, что Помощница Шерифа — его герой и девушка, ниспосланная ему свыше.       Одним вечером они сидели у камина и пили травяной чай, наслаждались присутствием друг друга. В тот момент Дейв посмотрел на Лилит и чётко для себя осознал, что готов буквально на всё ради неё, что добьётся её любой ценой. Ли была идеальна, в её янтарных глазах поблёскивал огонь камина, тёмные волосы были немного небрежно раскиданы по лицу милыми кудряшками, с которых было не свести глаз. Лилит — это про уют, хоть девушка и была военной, о чём говорили шрамы на теле, она всё равно была прекрасна во всём, даже в своих несовершенствах.       Дейв всегда был сильным мужчиной, годы охоты, тренировок и военная подготовка не прошли даром. С детства он занимался хозяйством, помогал маме колоть дрова, ходил за водой и выполнял всю тяжёлую работу. Ведь других мужчин в их доме не было. Однажды вечером, его отец, разругавшись в хлам со своей женой, его матерью, пьяный уехал на машине в неизвестном направлении. На утро Дейв узнал, что отец изнасиловал одну девушку-адепта, и его застрелили местные последователи «Слова Отца». Грустно ли было Дейву? Нет. Отец был не подарок, но без него его матери было тяжело.       Мэри Мэй же знала всё. Знала всё и про всех. Но хотела бы лучше не знать про себя, не знать, что руки испачканы в крови. В крови людей, которых она называла семьёй. Простит ли она себя за то, что сделала с братом? Уже простила, её брат — убийца. Он убил их отца, подло застрелил его из охотничьего ружья в живот, когда глава семейства пытался вырвать его из рук сектантов «Врата Эдема», но промывка мозгов Джоном оказалась сильнее. Всё во имя мнимого грядущего Коллапса, предать семью и убить отца «за веру». Нет, этого Мэри не принимала и считала, что это нельзя было так оставлять. Месть, блюдо которое девушка подала горячим, когда испачкала руки кровью, стекавшей с гигантского пореза «улыбкой» по шее брата. Убив убийцу, меньше убийц не стало, стало просто легче.       Мэри Мэй не могла себе позволить потерять Лилит, они успели стать слишком близки, по крайней мере, так казалось Фэйргрейв. Если бы Помощница не объявилась через пару дней, то она точно забила бы тревогу, но это то, что Дейву знать точно необязательно. Дейву ничего про Лилит знать не нужно было, так считала хозяйка бара. Она не могла поверить, что из-за своей глупой ревности позволяла мыслям об убийстве зарождаться у неё в голове. Неужели Мэри Мэй сходила с ума?       Очередной рабочий день, четверг. Ранее утро. Солнце било в открытые окна, обычно в такое время никого не бывало, можно было спокойно убраться, раставить алкоголь по барным полкам, помыть полы от вчерашних потасовок. Это завораживающие для Мэри моменты, ведь она была хозяйкой, барменшей и уборщицей в одном флаконе. Только она могла видеть своё дитя таким пустым, наводить тут марафет, поливать свой единственный любимый цветок на подоконнике. Ей никто не мешал, кроме её же мыслей и воспоминаний. Иногда она мыла полы и натыкалась на фотографии своей семьи на стене. Мэри могла проплакать добрый час после этого. Казалось, что её никогда не отпустит.       Фэйргрейв медленно протирала очередной стакан, думая о своём. Пока не услышала быстрые шаги забежавшего внутрь Дейва. — Неужели алкоголизм довёл тебя до того, что ты пришёл сюда в такое время? — съязвила девушка. — Сейчас не время для препираний. Ли похитили, — сказал громадный мужчина, поднимая свои встревоженные, почти заплаканные глаза на барменшу.       Не прошло и пятнадцати минут, как он узнал от местных новые сплетни. Сегодня ночью они видели голубой пикап Chevrolet Silverabo, который ехал в сторону ранчо Сида. Все знали, чей это автомобиль. Странным было то, что Джон возвращался на своё ранчо один, под покровом ночи, без сопровождения конвоя. Пазлы сложились. Его Лилит была в беде. Дейв не мог себе позволить, чтобы с ней что-то случилось. Нужно было что-то предпринять. — Мэри, я уезжаю следить за ранчо на северной стороне. Я найду Лилит. Мне нужен твой автомобиль. — Казалось, что если бы девушка не отдала ему эту чёртову машину прямо сейчас, то уже завтра могла не проснуться.       Нет, Мэри Мэй не боялась Дейва, но что-то мерзко скребло у неё на душе. Она всё понимала, но лишь сейчас убедилась: Дейв любил Лилит. Больно. Мэри было очень больно, но что она могла сделать? Она была простой никому не нужной девушкой, никто не любил таких, как она.       Перекинув ключи мужчине через барную стойку, она вновь воссоединилась со своим одиночеством. Эти пять минут разбили её. По щекам покатились предательские горячие слёзы. Ей было всего двадцать пять лет, а она уже пыталась покончить с собой три раза. Мэри Мэй не знала, что сможет снова разбиться, когда столько раз падала.

Сегодня бар был закрыт для посещения.

      Ранчо. Ночь. В машине тихо, фары потухли, только луна слегка освещала лицо Дейва. Ему никогда ранее не приходилось заниматься такой специфичной слежкой, он обычный лесоруб, а не шпион. Машина Фэйргрейв была малогабаритной, это снижало шансы её заметить. Jeep Wrangler был классикой этих местностей. А серый цвет машины, испачканной в грязи бездорожья, не привлекал к себе никакого внимания. Казалось, что Дейв не спал уже около суток, но кроме испачканного в чьей-то крови Сида и двух его приспешников заметить никого не удалось. Дейву казалось очень странным, что Джон Сид мог посадить Лилит в такое место, ибо все прекрасно знали о том, что именно в бункере для пыток Инквизитор любил держать своих пленных. Дейву не давало покоя и то, что кровь на рубашке садиста могла принадлежать его любимой подруге. Казалось, что он больше не мог ждать, что он прямо сейчас мог сорваться и ворваться туда. Однако, осознание того, что ранчо кишмя кишело людьми Сида, останавливало. Если не он, то кто ещё мог помочь Лилит? Стоило ему прикрыть на секунду глаза, представив прекрасное спасение Помощницы и его «награду» за это, как тут же тело уволокло его в сон.       Картинки, что подкидывало сознание, были далеко не радужными, было много смертей, криков людей и смерть какого-то мужчины прямо на его руках, он не смог увидеть лица, всё было как в тумане. Пронзительный крик незнакомца вывел его из дрёмы.       Дейв успел только протереть лицо и выпить воды, как из дома вывалилось три тела: двое мужчин и между ними, еле перебиравшая ноги, девушка.       План вызволения родился тут же. Дейв потянулся рукой на заднее сидение и осторожно достал свою винтовку с укороченным стволом. Вход-выдох, по его секундным расчетам всё должно было пройти хорошо. Медлить нельзя; проверив магазин и взведя курок, он вышел из машины со стороны пассажирского сиденья, медленно обходя внедорожник. Нужно было подойти ближе и словить угол, при котором бы Помощница не пострадала.       Он был в семи метрах от противника, дрожала вся нижняя часть тела. Одно лишнее движение, и он лишился бы смысла своей жизни.       Шаг. Ещё один. Выстрел. Один из амбалов упал на траву безмолвной куклой, во лбу зияла сквозная дыра, для него всё закончилось.       Второй амбал, заслышав выстрел сзади, перегруппировался, прижал пленницу к себе, перекрыв кислород своим мощным предплечьем, которое он согнул у бедной девушки на шее. Вторую руку он вытянул и направил дуло своего USP-S в сторону обидчика.       Лилит не сразу сообразила, что за суматоха происходила вокруг неё. Недосып и отсутствие адекватного питания сказывались на её когнитивных способностях и реакции. Она услышала выстрел, её развернули мощные руки. Теперь она могла видеть своего знакомого в паре метров от себя. Однако, было парочку «но» — кислорода не хватало, а к виску притупилось что-то холодное. — Подойдёшь, и я прострелю ей башку, — заявил мужчина, от которого разило бензином. Это был неубедительный аргумент для Дейва, и он смог шибануть амбала своей особой техникой боя, ударом в шею. Сто килограммовая туша упала на землю с грохотом, слишком этот керосиновый монстр был занят разглядыванием нового лица напротив. Всё же не стоит забывать, что у тебя под боком может оказаться обученный военный.       Лилит подобрала оружие одного из псов Сида и прострелила ему колени, стоять этот здоровяк не будет ещё долго. — Поехали в бар к Мэри Мэй, пока сюда не слетелись все псины Сида. Я заночую у неё, — уверено сказала она, поворачивая голову в сторону своего ошарашенного друга. Дейв впервые увидел эту девушку при исполнении «долга».       Дорога до бара была молчаливой. Лилит осмысливала, что с ней происходило последние несколько дней и реакцию Джона на его пропажу. Нужно было заранее придумать что-то, чтобы обезопасить себя и своих друзей. Мужчина же не смел прерывать раздумья Помощницы, он был просто рад видеть, что Лили в порядке и все части ей тела на месте, а видимые порезы и следы крови отсутствовали. Однако это не отменяло того, что по прибытию её ждал импровизированный допрос.

***

      Сказать, что Джон был ошарашен картиной, которая простиралась перед ним, это ничего не сказать. Он примчался сразу же, как только безнадёжный, но ещё живой обалдуй сообщил о том, что девушка сбежала.       Инквизитор сократил расстояние до грозного, сидящего на полу и истекающего кровью мужчины, в три шага, схватил его за край водолазки и начал трясти. — Как?! Скажи мне, как вы позволили ему сбежать? Эта девушка три дня питалась одной лишь кашей и водой! Ты даже не представляешь, какое наказание тебя ждёт… — Джон не давал вставить и слова своему подчинённому, который уже забыл об адской боли в ногах и просто хлопал глазами, смотря перед собой на Сида, источавшего смертельную ауру.       Джон был в ярости. Он не знал, что ему делать. Если он решил бы доложить старшему брату, то в его глазах он сразу же потерял бы весьма много, учитывая, что тот уже предупредил его о том, что без Помощницы нет ему места в райском саду. Вестник не мог так сильно пасть в глазах Джозефа, он бы не простил себе это. Нервы шалили. Нужно было снять стресс.

***

      Мэри Мэй не спала всю ночь, нет, она не работала, бар действительно был закрыт. Фэйргрейв утопала в размышлениях. Она наконец осознала свои чувства. Страх и ревность. Стыд и горечь. Невероятный спектр эмоций. Может ей стоило вздремнуть? Может. Но сейчас она запихивала в себя, как ей казалось, самый безвкусный сэндвич в её жизни. Пока влез только один укус и на удивление шесть шотов самого крепкого алкоголя, скажем так, «поздний завтрак».       Звук покрышек, колокольчик над дверью начал петь свою серенаду. В бар вошёл Дейв, который чуть ли не нёс Лилит на себе. Непонятно, кого Мэри была рада видеть больше, друга или подругу. Она подлетела к ним за секунду, начала расцеловывать их щёки и безмолвно плакать. Так выглядело счастье. Она крепко прижала ослабшее тело Лилит к себе. — Раздавишь. Я скучала по тебе, — произнёсла Лилит с вымученной улыбкой на лице.       Друзья вместе усадили похудевшую Помощницу за стол, после чего Мэри быстро ретировалась на кухню за порцией еды для неё. В то время, как Дейв обрушил свой бесконечный поток вопросов в сторону Ли: «Тебя не поранили?», «Он пытал тебя?», «Кости целы?»… Остановило его только одно: сквозь разорванную рубашку он заметил, как красовалась надпись «гнев» на загорелой коже девушки. Татуировка была сделана на удивление хорошо.       В этот момент Фэйргрейв успела вернуться с подносом, на котором стояла большая тарелка с огромной порцией мятого картофеля и обжаренного мяса, а также большой стакан колы. Она аккуратного поставила его на стол, села напротив и, бросив взгляд на тату, попросила Лилит начинать рассказ.       Это был короткий, сухой пересказ основных событий. У Помощницы не было сил на что-то более.       После съеденного и выпитого, им всем нужна была передышка. Ли и Мэри легли в одной из комнат в обнимку, а Дейв уехал, вернув машину владелице бара.       Пока девушки мирно сопели в подушку, в голове Джона содрогался весь мир, творился настоящий хаос.