То, чего они хотят

      Прошлая ночь стала первой за последнее время, когда Лилит смогла наконец поспать, не находясь под действием Блажи. Громкие разговоры и споры на нижнем этаже побудили её поскорей спуститься в бар. За барной стойкой уже успел удобно расположиться Дейв, попивая американо, время от времени заливаясь смехом. — Лили, наконец-то ты проснулась! — радостно воскликнула Мэри Мэй. — Хочешь чашечку кофе? — Да, плесни мне, да побольше, пожалуйста. — Она села за барную стойку и с силой потёрла глаза ладонью, пытаясь вырваться из полусонного состояния. Однако этим действием лишь вызвала искорки в своих глазах. — Какие планы на сегодня?       Фэйргрейв в ответ на вопрос подняла свой правый указательный палец вверх, словно подчёркивая неиссякаемый поток своей воодушевлённости. Её взгляд, переведённый на Помощницу, сверкал страстью, будто она хотела её заразить своим волнующим весельем и желанием создать атмосферу вечеринки, где каждый ополченец и просто житель Фоллс Энда мог бы забыть о заботах, забыть о том, что под боком орудовала банда сектантов, устроивших теократию у них под носом, и просто насладиться моментом. — Сегодня будет проходить ежегодный «Праздник живота». Хочу сплотить людей и пригласить их сюда. Устроим вечер с грилем и выпивкой. — Стоя за барной стойкой, Мэри нагнулась к Ли, опершись на локти, и с убедительной настойчивостью заглянула в её глаза. — Тебе нужно отвлечься от своих забот, расслабиться хотя бы на один вечер. — Даже не знаю. Думаю, Шериф хотел бы меня видеть, как только мне станет лучше. — Брось. Если бы ты ему и вправду нужна была срочно, он бы уже сто раз примчался сюда за тобой.       Помощница скептично приподняла свои брови, отчего на её лбу проступили морщинки. Затем она перевела взгляд влево, где Дейв вальяжно расположился на высоком стуле. Опершись щекой на ладонь, последний изучал её лицо с особой заинтересованностью. — Что-то не так? — с недоумением в голосе спросила Лилит, отчего Дейв вдруг закашлялся, а сам выглядел растерянным, словно он сидел в классе, не подготовившись к уроку, и учительница внезапно спросила его о чём-то, к чему он был совершенно не готов.       Дейв покраснел, точно его застали врасплох за чем-то непристойным. Он неуверенно отвёл взгляд, будто пытаясь уйти от внимания двух пар глаз напротив. — Нет-нет, я просто… — грозный мужчина прочистил горло от неуверенности. — Задумался о своём… Кстати, какая у тебя фамилия? Ты никогда её не упоминала. — А ты и не спрашивал, — улыбнувшись, сказала Лилит. — Моя фамилия Фостер.       Фэйргрейв с звонким звуком поставила бокал, который всё это время тщательно протирала, внимательно следя за коротким и неуклюжим разговором своих единственных посетителей в столь ранее время. Этим жестом она словно решила перетянуть на себя одеяло внимания, прервав нарастающий поток неловкости между Лилит и Дейвом. — Кстати, Лили, если уж тебе так неймётся без дела, ты могла бы мне очень помочь кое с чем. — Мэри бросила вопрошающий взгляд на подругу. — Ну, что скажешь? — Валяй. Что нужно сделать? — Мне нужен трейлер с грилем, который по моей просьбе Кенни Хайд спрятал у себя в амбаре, чтобы тот не достался сектантам. — Хорошо, а где находится этот амбар Хайда? — Он находится на юго-востоке от аванпоста «Ферма Санрайз». Это очень старый двухэтажный амбар, неподалеку от него ты увидишь жилой трейлер, лишённый колёс. Там скорее всего ты и найдёшь Кенни. — Мэри Мэй задумчиво потёрла затылок. — Трейлер должен быть на моём заднем дворе не позже шести вечера, чтобы я успела приготовить уэвос. — Хорошо.       «Надо подумать над тем, как туда добраться», — мысль пронеслась в голове Помощницы так же быстро, как и рассеялась. — Я могу тебя подбросить, если хочешь, — голос Дейва показался Помощнице слишком воодушевлённым для такого рода предложения. — Я еду к Аделаиде Драбмен, чтобы позвать её на наш праздник, а дальше благодаря ей слухи быстро расползутся по всему региону «Река Хенбейн».

***

      Выйдя на улицу, Дейв повёл Лилит к своей машине — чёрной Honda Civic 2004 года. Да, машина не выглядела лучшим образом, но она досталась матёрому леснику от его двоюродного брата, который пропал странным образом, когда секта резко начала набирать внушительные обороты.       В машине в нос Помощницы Фостер ударила пыль старого салона и соответствующий запах.       Японский хэтчбек свернул налево перед единственной действующей католической церковью, не принадлежавшей «Вратам Эдема». Автомобиль двинулся мимо полей и хвойных деревьев, которые расположились вдоль дороги, пропуская сквозь пушистые ветви золотистые лучи солнца. Эти величественные деревья, словно стражи, устремляли свои верхушки к перистым облакам, частично затянувшим голубой холст небес.       За время непродолжительной поездки Помощница задумалась о том, каким было это место до появления здесь секты. Все эти жители, занимавшиеся своими делами и создававшие впечатление единой большой семьи, пейзаж с горами, встречающимися с равнинами, лесами, украшенными кристальными родниками, представляли, вероятно, место, где время текло по-своему, стекая по горам Уайттейл и формируя реку Хенбейн. Здесь, наверное, можно было найти умиротворение в обыденной жизни, которая казалась Лилит такой далёкой, но в то же время оставалась чем-то близким и родным.       Деревянный мост, перекинутый через речушку с чистой зеркальной гладью, вёл к перекрёстку, где пути Дейва и Лилит уходили в разные стороны.       Поблагодарив друга, Фостер вышла из машины на перекрестке, взглядом проводила удаляющуюся машину и побрела вдоль дороги к трейлеру Кенни. Как вдруг она услышала выстрел, который раздался у разрушенной силосной башни и покатился по полям, окружавшим её. Помощница перешла на бег, мысленно готовясь столкнуться с эдемщиками. Однако по мере своего приближения к башне она не заметила никого, кроме одиноко стоящего человека, который, обратив свой взгляд вверх, выражал крайнюю степень недовольства отборными словечками. — Что у тебя происходит? — Лилит пыталась перевести дыхание, но после пробежки с винтовкой в руках быстро это сделать не получалось. — Ты от Фэйргрейв? Ну, конечно, сегодня же «Праздник живота». — Мужчина тяжело вздохнул. — Один из стервятников проглотил ключ от сарая. Знаю, звучит смешно. Я просто на минутку… — Кенни сделал небольшую паузу, будто ему самому стало неловко от своих же оправданий. — Отвлёкся. В общем, поможешь мне? А то, прямо скажем, стрелок из меня не очень. Убей этих тварей, по-другому мы ключ не вернём. — Ладно, — сухо ответила Ли.       Падальщики парили в воздухе, кружась, пока один из них не сел на крышу амбара. Девушка подняла в воздух свою винтовку AR-15 и, прицелившись с использованием тактического голографического прицела, выстрелила по птице, которая в ту же секунду замертво упала на землю. Шум взрыва пули разорвал тишину, вновь нарушив спокойствие поля. Резкое падение птицы напугало стервятников, и они в панике поднялись выше в небо, направляясь вглубь поля. Серия метких выстрелов разорвала воздух, и стервятники начали падать один за другим. Ветер нёс горячий запах пороха, тяжело висящий в воздухе. Обойдя и выпотрошив ещё тёплые тушки, лежавшие на холодной земле, Лилит нашла тот злополучный ключ. — Слава Богу. Слушай, трейлер прицеплен к моему грузовику в амбаре. Я скажу Мэри Мэй, что ты скоро будешь, и, эм, давай всё, что тут было, останется между нами? — Хорошо. — девушке уже явно осточертела вся эта история с трейлером и ключом от амбара, что она просто закатила глаза и отперла железную дверь.       В амбаре её ждал трейлер, а по сути просто гриль на колёсах, с красной крышей. Помощница обошла его, проверяя на целостность, и заметила записку, прикреплённую к нему:       «Мэри Мэй,
       Всё, что нужно для «Праздника живота», находится в амбаре. Украшения, ящики, вообще всё. Специально для тебя собирал.
 Дело-то важное.       Когда кругом творится такая херня, фестиваль жареных яиц помогает всем не поехать крышей. 
Примерно как во время войны люди продолжают отмечать Рождество. В общем, это будет наше Рождество. Такое вот Рождество с яйцами.
       Кенни»       «Жаренные яйца? Она вроде что-то говорила про уэвос, блюдо, которое, насколько я знаю, родом из Латинской Америки», — пронеслось в голове Фостер. Что же такого удумала Фэйргрейв?

***

      Звон бокалов и звук столовых приборов наполняли вечернюю атмосферу бара особым очарованием, переплетаясь с весёлым смехом, громкими разговорами гостей и мелодиями кантри музыки. Всё вместе создавало уютный деревенский уголок, где жители городка могли насладиться моментами веселья и праздника.       Помощница вышла на улицу, оставив шумную компанию дальше веселиться. Она присела на крыльцо бара, держа в руке бутылку тёмного пива, а между зубов зубочистку. В тишине Лилит созерцала красоту ночного неба, которое клонило округ Хоуп в сон. Здесь, вдали от ослепительных огней больших городов, можно было увидеть звёзды. Они всегда с тоской смотрели на нас и, вероятно, ужасались, видя множество ошибок, которые люди допускали в своём унылом бытии: распри, войны, безумные лжепророки и толпы, как зомбированные, следующие за ними. Сколько ненужных жертв и бесполезно потраченных ресурсов, всё это отражалось в их молчаливых сверкающих глазах.       Хозяйка бара, словно тень в ночи, незаметно подкралась сзади, бережно не прерывая тишину и ночную симфонию сверчков, что тихо стрекотали в траве неподалеку. Она легко присела на крыльцо, слившись с атмосферой, словно ещё один актёр в ночном спектакле, рядом с Лилит.       Приятный аромат духов девушки заполнил пространство вокруг. — Спасибо, что выручила меня сегодня. — Мэри Мэй ободрительно и по-дружески пихнула локтем Лилит, словно слегка поднимая дух весёлым жестом. — Пустяки, не переживай. — та опустила голову, словно тяжёлое облако. В её глазах читалась печаль, несмотря на праздничную атмосферу, что царила в баре.       Разноцветные огоньки уличных украшений казались блеклыми перед её невидимой печалью. Мэри внимательно посмотрела на подругу и тихо сказала: — С тобой всё в порядке? — она округлила спину, опершись локтями на колени. — Ты весь день будто сама не своя: какая-то тихая и немногословная. — Просто странно возвращаться после нескольких дней заточения у психопата. Да ещё и этот праздник… Не понимаю, как можно веселиться, зная, что под боком в своём бункере или, может быть, даже на ранчо Джон Сид пытает кого-то. — Тебе не кажется, что ты слишком много думаешь про Джона? Влюбилась, что ли? — произнесла Фэйргрейв, после чего захохотала.       Звонко цокнув, Лилит отмахнулась и принялась ковыряться зубочисткой у себя во рту. — Кстати, ты так и не рассказала мне, что это было за блюдо, которым ты нас сегодня угощала… — Устрицы прерий! — указательные и большие пальцы барменши грациозно потянули воображаемую нитку за концы в разные стороны, а уголки рта вытянулись, обнажая зубы и формируя широкую улыбку. — Так мы называем «Уэвос де торо», восхитительное блюдо из Латинской Америки. — После произнесённого лицо Лилит исказилось в искреннем недопонимании, и в ответ на это Мэри Мэй решила быть прямолинейной: — Эм, жареные бычьи яйца, в общем. — Что?!