Coucher de soleil sanglant

1268, Франция — Сколько тебе раз повторять, ты должен присматривать за маленьким господином! Ты думаешь, что мы будем содержать тебя вечно? Делай свою работу хорошо иначе окажешься рядом с теми отбросами! Мальчик уже в который раз поклонился. — Извините, господин, такого больше не повторится, я клянусь. Мужчина лет тридцати, со светлыми волосами и зелёными глазами, стоящий напротив паренька, слегка подобрел. Он подошёл к мальчику и положил ему руку на плечо, ободрительно хлопнув, и наклонился к нему. — Послушай, Юки, ты замечательный и я действительно рад, что доверил своего младшего сына такому слуге как ты. Я понимаю, тебе сложно, ты не намного старше него, но я хотел, чтобы Себастьян видел в тебе не просто слугу, а друга и старшего брата. Но вместе с этими званиями приходит и ответственность, поэтому пожалуйста, постарайся приглядывать за ним лучше. И когда он вырастет, я уверен, твои старания окупятся. Он хороший мальчик и не предаст брата, но если вы и впредь будете вот так попадаться на глаза церковнослужителям, ты же знаешь, что будет… Инквизиция… Карие глаза Юкиджэ со страхом и пониманием расширились, он замотал головой и снова принялся кланяться. — Да, господин, я обещаю, что не допущу этого, впредь мы будем осторожнее. Мужчина ещё раз хлопнул Юки по плечу, призывая выпрямиться, и по отцовски улыбнулся. — Хорошо, беги, а то он наверняка уже думает, что я тебя выгоняю. Осторожнее на лестнице! Юки перепрыгивает по две ступеньки, радость снова наполняет его и он чуть не пролетает нужную дверь. За ней ничего не слышно, но Юки знает, что он сидит там сейчас и переживает за него… Сделав как можно более грустное лицо, едва не плача, он тихо стучится в дверь. — Войдите, — отвечает звонкий детский голос. Юки медленно заходит и улыбка тут же сползает с лица Себастьяна. Он стоит несколько минут, бросив деревянных коней и армию солдатиков, и задумчиво обиженно смотрит на Юки. Тот видит, что мальчик сейчас едва не заплачет — глаза на мокром месте, он закусил губу, сжал кулачки. Спустя мгновение светловолосый бросается к своему названному брату и пролетает мимо. — Я поговорю с отцом, это я виноват, нам не следовало туда ходить, я должен был думать сам. Ты всего лишь человек и… Себастьян полон решимости, он и вправду подумал, что вампир выгнал Юкиджэ, так что как ни странно, он решает взять всю ответственность на себя и хочет решить проблему. А ведь ему только восемь! Юки едва сдерживает смех и бросается за мальчиком на лестницу, боясь, как бы он точно не вляпался в проблемы. — Гюрен, слышишь, Гюрен! — говорит он уже тоном веселее. — Что? — мальчик старается незаметно смахнуть слезы, что так и грозятся выкатиться с темно-алых глаз. — Меня не выгоняют, Гюрен, — говорит уже посмеиваясь Юки. Он не успевает отойти в сторону, с помощью мгновенного перемещения мальчик влетает обратно в комнату и валит брата на пол, крепко обняв. Гюрен плачет с протяжным «Ааааа» и Юки обнимает его в ответ. — Ну все, все, прости. Я так рад, что ты умеешь признавать свои ошибки, ты замечательный, Себастьян. Только впредь слушайся когда я говорю с тобой! Мальчик только кивает и садится рядом с Юки. — Ты человек… Так почему такой добрый ко мне? Юкиджэ только улыбается. — Потому что и вы добры ко мне! Не обязательно же враждовать. Вампиры и люди могут жить в мире, правда, кажется, сейчас немного не то время. В мире слишком много злых и обиженных и никто не хочет забыть свои обиды. Гюрен внимательно смотрит на Юки, впитывает и обдумывает каждое слово того. — Пожалуйста, братик, будь первым, кто простит все, даже если будет сложно. А я тогда буду поддерживать каждый твой шаг, — темноволосый мальчик снова мило улыбается, на щеках появляются ямочки. — Обещаю, брат — только и говорит Гюрен.

***

1279, Германия Девушка бежит через лес быстро, так, будто за ней гонится стая собак. Ветки больно царапаются, ветер запутывает её каштановые волосы, голые озябшие ноги, не слишком то привыкшие к ходьбе босиком, отдают болью при встрече с камнями, но она старается не обращать на это внимания, только бежит. За ней бежит хищник, который намного хуже, быстрее и безжалостнее, чем охотничьи собаки или даже волки, он не знает пощады, ему не интересно слушать людские мольбы, плачь… Девушка останавливается возле дерева, оперевшись на него и старается отдышаться. Она уже далеко от дома, родня ничего не подозревает. «Они будут в порядке, все будет хорошо» — успокаивает себя этими мыслями девочка. На вид ей, кстати, лет пятнадцать, не больше, но на самом деле ей уже семнадцать. Родители подумывали, что было бы лучше для всей их бедной семьи, чтобы она уже вышла замуж и даже не важно за кого, хоть за того старого соседа — у него хоть нет наследников, дом побольше и участок земли. Тогда можно было бы прокормить её младших братьев и сестёр… Девушка, правда, до сих пор не задумывалась всерьёз что это с ней произойдет. Жить вместе, слушать что говорит муж, делить одну кровать — примерно так она себе это представляла. Но у неё был слишком свободолюбивый, дерзкий характер, чтобы вот так отказаться ото всего и начать слушать незнакомого человека, позабыть что такое право голоса, стать примерной женой, рожать детей… Нет, нет, это точно не для неё! Сколько раз уже мать говорила: «Элиза, ни к чему хорошему твой нрав тебя не приведёт, одумайся, бога ради!» «Ох матушка, знала бы ты, что бога нет…» — за эти мысли она бы уже давно получила розгами по руках, да только вот эти мысли и остаются у неё в голове, так и не посмев ни разу сорваться с её губ в присутствии кого-либо. Девушка прислушалась — вокруг ни единого звука, только тихо чирикают птички и шумит листьями деревьев прохладный июльский ветер… Она отошла от дерева и вдруг позади неё раздался какой-то хруст, словно кто-то неаккуратный наступил на сухую веточку. Девочка молниеносно развернулась и уже пятилась назад, осматривая все по сторонам. Никого и ничего, все та же природа, такая же миролюбивая и не предвещающая беды погода… Элиза развернулась так же резко и вдруг врезалась во что-то с глухим ошарашенным вздохом, а затем это что-то резко пригвоздило её к широкому дереву, не давая убежать. — Эй, тшшш, это я, моё сердце, это я, все хорошо, — голос, едва громче шепота, бархатный и со слегка испуганными нотками. Она узнала бы его хоть услышав через сто лет. От этого тихого успокаивающего шипения у девушки пошли мурашки по спине, по телу разлилось тепло, будто бы она вышла из холодной тени на солнышко. Элиза перестала сопротивляться и позволила себя обнять. Прижавшись щекой к груди парня, она слышала стук его сердца, такой же взволнованный, и пыталась отдышаться. Юноша только уткнулся ей носом в макушку и прижал крепче к себе. — У тебя сердце словно у воробушка, так сильно стучит, — совсем тихо добавил он. — Это потому что я бежала. — Врушка, это я виноват, не следовало так внезапно появляться. Иногда я забываюсь, какие вы, люди, хрупкие создания. Особенно девушки, — усмехнувшись добавил он. Элиза только возмутилась и слегка толкнула его в грудь, не слишком то пытаясь вырваться из тёплых, всепоглощающих объятий. — Мы не хрупкие, Раффи! Парень улыбнулся, обнажая длинноватые острые клыки. Сколько времени прошло, но это никогда не пугало Элизу нисколько. Она только заметила, что стоя напротив солнца, его рыжие волосы похожие на пожар, так они отсвечивали золотом. Девушка улыбнулась в ответ, но тут же посерьёзнела, когда Раффи оперся рукой о дерево у которого она стояла, как раз чуть выше её головы. Вообще можно сказать Элиза была очень миниатюрной, ниже Раффи почти на полторы головы. А её худощавое телосложение и милое лицо делало её вовсе похожей на ребёнка. Однако же, храбрости в ней было не меньше, чем в здоровом мужчине. Вампир до сих пор с ужасом и восторгом вспоминал одну из первых встреч с Элизой. Их городок прослыл дурной славой ещё давно. Убийства и пьянки буйствовали на улицах, тихо было только в пригороде, где жила деревенщина со своими семьями и аристократ, заведующий этими землями. Когда Раффи шатался по городу вечером, он услышал звуки драки и какие-то пьяные ругательства. Это уже стало такой рутиной, что удивления не вызывало, но Раффи привлёк запах крови, не отравленной алкоголем. И почуял он её именно оттуда, откуда и драку. Подстегиваемый уже голодом и интересом, он направился посмотреть что же там такого. Наверное, эту картину он не забудет никогда. Элиза скакала между двух шатающихся пьяных мужиков, пытаясь выбраться из подворотни. Причём они были настолько пьяны и неповоротливы, что девушка по сравнению с ними казалась просто молниеносно быстрой. Она обогнула одного, другого, резко и постаралась по тихому уйти. Раффи тогда было подумал, что эти «животные» уже думали задирать ребёнка и вымогать деньги, но потом он увидел, что на самом деле это девочка. — Ээ, ты куда пошла? — проревел один из мужчин. Слова было почти совсем не разобрать, но от громкого выкрика Элиза вздрогнула и хотела было пойти ещё быстрее. Мешало ей только то, что она хромала на одну ногу. Раффи с интересом наблюдал за девочкой, она тут уже было принялась убегать, но как и теперь врезалась в него. С тихим всхлипом она отскочила от парня, стараясь не становиться на больную ногу. Испуг в её глазах тут же переменился какой-то воинственностью. Раффи только сильнее сжал челюсти и спокойно посмотрел сначала на девушку, а потом на того парня, который принялся было её догонять. Под взглядом вампира он остановился, моргнул пару раз и словно под каким-то наваждением побежал в другую сторону — все было просто, люди пугались ауры вампиров, чувствовали опасность и старались не приближаться. Раффи ещё раз посмотрел на девочку с каким-то лукавством в глазах. Она была довольно симпатичной, кажется, из бедной семьи. Что она вообще забыла тут в такое время? — Ты ранена? — Отойдите, пожалуйста, — скрипя зубами выговорила она. Раффи примирительно выставил руки вперёд и отошёл на шаг назад, освобождая путь девочке. Та прошла несколько шагов и чуть не споткнулась, инстинктивно вампир подался вперёд и схватил её за руку. Она с ужасом посмотрела на него и попыталась отдернуть руку. — Я тебе ничего не сделаю, все хорошо. Элиза присела и устало вздохнула. Кажется, голод Раффи перестал быть главным чувством сейчас, на его место приходил какой-то интерес и… Сочувствие. — Ох, эти пьяницы разбили там бутылки, кажется, я наступила на осколок. — Позволишь мне тебе помочь? Моя… Тётя… Живёт тут неподалёку, она разбирается в медицине, — мягко, но настойчиво сказал Раффи. Девушка несмело кивнула и попыталась встать. Вампир помог ей подняться и слегка вздрогнул, почувствовав такую прохладную руку в своей. Он аккуратно приобнял девочку за плечи, стараясь поддерживать её на весу. Было немного сложно идти, она была слишком маленькой по росту и Раффи приходилось наклоняться. Спустя несколько минут такого хождения, он не выдержал и легко поднял её на руки. — Извини, кажется, так будет быстрее. Девушка только засопела и ничего не ответила, но Раффи услышал, что её сердце испуганно забилось быстрее. Все же он тогда донёс её к своей знакомой ведьме, та помогла девочке и только неодобрительно покачала головой, когда Раффи выходил проводить её домой. Она ещё сказала, что ему не стоит возиться с человеком, а рыжий только улыбнулся и сказал, что не понимает о чем она. Уже тогда старуха увидела тот яркий огонёк и пляшущих чертят в зелёных глазах вампира… Ещё тогда Раффи удивила её смелость. Она не кричала, не плакала, а только смотрела таким взглядом, будто воин, готовый к сражению. Только вот сейчас эта маленькая воительница взволнованно и растерянно стояла под деревом, не в силах отойти или оттолкнуть Раффи, словно именно перед ним она была беззащитной как котенок. А он, собственно, и не собирался причинять ей какой-либо вред. — Элизааа, — тихо нараспев потянул Раффи, подцепив её подбородок. Девушка все никак не хотела посмотреть ему в глаза. Вампир же был терпелив и отступать не хотел, это было особенностью хищника — научиться сидеть в укрытии долго, чтобы заполучить то, что хотелось. Наконец девушка глянула ему в глаза, стараясь не отводить их, её лицо залилось краской. Почему-то именно это её постоянно так смущало, что Раффи терялся. — Разве я такой страшный, что ты не хочешь смотреть на меня? — он изогнул бровь. — Нет, просто… Ты так смотришь… — Будто хочу съесть, да? — вампир выдохнул и хотел было отойти от Элизы, но она лишь схватила его за ворот жилетки и резко потянула вниз к себе, увлекая юношу сладким поцелуем. Раффи, конечно, знал, что стоит ожидать от неё такого, но ей всегда удавалось застать его врасплох. Вампир расслабился и нежно обвил руками талию девушки, тут же приподнимая её над землёй. Он вдруг улыбнулся и закружил Элизу, отчего она засмеялась. Девушка мечтательно посмотрела на парня. — Просто ты так влюблённо смотришь, что мне становится не по себе, — тихо шепнула она ему на ухо, отстранилась и медленно пошла дальше, наслаждаясь лучами тёплого солнца. — А как же прикажешь на тебя смотреть, принцесса? — хихикнул Раффи, догоняя её. — Не принцесса я вовсе! — буркнула Элиза, толкнув парня бедром. — Для меня вообще королева, — низким голосом добавил Раффи, наклонившись к девушке и отскочил, чтобы не получить щелбан. Ребята потихоньку шли вверх, на гору. Там было их место, маленький уголок, где они могли спрятаться ото всех хотя бы на несколько часов. Небольшая поляна с дикими цветами за домом той самой знахарки-ведьмы была их убежищем. Вслед за парой бежал тот самый хищник, не знающий пощады, неумолимый, преследовал не только их, но и каждого; которому были чужды эти человеческие чувства, хищник, страшнее даже вампира. И имя ему было Время… Элиза перевернулась на живот и подперла голову худыми ручками. Раффи лежал рядом на траве под деревом, растянувшись во весь рост и баловался травинкой, перемещая её из одного уголка рта в другой. Могло показаться, что он вообще спит, но парень едва приоткрыв глаза хитро смотрел на Элизу и внимательно слушал. Её-то он всегда слушал. — Мы с мамой ходили в город, купили немного ткани, так что возможно я сошью новое платье, вчера гуляла с младшенькими, брат снова полез на территорию того соседа, потоптал какие-то цветы в огороде, пришлось ещё извиняться… Элиза замолкла и как-то грустно обиженно посмотрела перед собой. Раффи повернулся к ней и уже обеспокоенно глядел на девушку. — Он тебе что-то сказал или сделал? — Н-нет, все нормально, просто он постоянно так смотрит… Будто уже знает… Я не знаю, говорили ли ему родители что-то, но… Ох, Раффи, я так не хочу выходить за него! Глаза девушки невольно наполнились слезами, вампир растерянно испуганно посмотрел на неё, и поморщился, будто ему больно. Он потянулся обнять её и она уткнулась лицом ему в грудь и слегка повалила его назад. Парень оперся о дерево и только сильнее прижал Элизу к себе, будто думая, что это поможет прогнать её тревоги и страхи, будто бы они как привидения преследовали её и даже сейчас наблюдали за девушкой, а этот его жест показывал, что она лишь его и ничья более и никому он её не отдаст и только бы кто-то попробовал её обидеть, уж тогда он… — Не хочу замуж, за него не хочу! Вообще никогда не хочу выходить, ни за кого… — тихо бормотала Элиза не поднимая головы. Раффи вздрогнул удивлённо и уже с неким лукавством в глазах заглянул в лицо девушки. — Что же… И за меня не пойдёшь? Она вдруг притихла, её глаза так же как и его расширились от удивления. Улыбка Раффи становилась ещё больше, чем дольше он смотрел как приходит осознание о сказанных словах к Элизе. — Я… Н-еет… За тебя пойду! — девушка не то плакала, но уже не от обиды на мир, а, наверное, от счастья, — ни за кого, только за тебя! Раффи открыто мелодично засмеялся, услышав это и ободрительно сжал плечо девушки. — Всё будет хорошо, обещаю. Она никогда не просила его обратить её, не боялась его, хотя почти с самого начала поняла, что Раффи не обычный человек. Странный внешний вид — вроде и аристократ, но он не сын здешнего графа; несколько раз она подловила его вопросом насчёт возраста. Вроде и девятнадцать, только как-то он запинался когда говорил, будто бы ему даже лгать ей не хотелось, но приходилось. Но поняла Элиза все окончательно, когда увидела, как менялся цвет глаз Раффи. Иногда от сине-зелёного ясного, словно морская вода, он менялся почти к черному с оттенком красного, будто цвет крепкого вина. Ну и, конечно, клыки. Поначалу Раффи мало улыбался, но лишь опасаясь чего-то, пытался казаться серьёзным, под стать девушке, но потом она поняла, что скалиться и ухмыляться его любимое дело. А когда уж она узнала, что парень так остро реагирует на вид крови и иногда странно выражается, говоря, что почуял её запах… Всего один раз Элизе было действительно страшно, но только не за себя, а за других и, конечно, за самого Раффи. Он был так зол, когда узнал, что её обидели, его глаза потемнели и Элизе тогда пришлось провести с ним целый день, уверяя что с ней все хорошо, удостовериться, что он успокоится и точно не пойдет никого убивать. Ибо если он попадёт в руки церкви или люди прознают кто он… А Раффи ни на чем не настаивал. Поначалу ему просто нравилась компания девчонки. Её реакция на его слова забавляла, то, как она пыталась фыркать, отгораживаться от него, но в то же время смеялась с его шуток и с интересом слушала про его путешествия по морю. Только потом он начал осознавать, что привязался, что ему грустно и он умирает от скуки, если не увидит её хотя бы издалека. Правда, Раффи не нравилось смотреть как работает Элиза. Он считал, что у неё должна быть жизнь намного лучше чем сейчас и её место точно не в огороде или в хлеву. Девушка казалась такой хрупкой, маленькой, Раффи всегда старался обходиться с ней осторожно, зная то, что он может не рассчитать силу. Особенно, когда обнимал её. Ведь так легко было отнять жизнь у этого создания, только вот вампир страшился одной лишь мысли, что придётся забрать душу его Элизы. Когда девушка начала проявлять интерес в ответ, Раффи испугался, отстранился и попытался прекратить общение. А когда она прямым текстом сказала, что знает о его вампирской сущности, попытался напугать. Видимо, Элиза слишком хорошо уже знала его характер, так что только вздохнула «Ты не злодей, прекрати уже притворяться, дурачок» и сказала, что раз уж ему хочется съесть её, она не против поделиться кровью. Раффи так ни разу не попытался укусить её.

***

1279, Франция Люси выросла в хорошей семье. По крайней мере она так думала. Смотрела на то, как живут другие люди, кому не повезло родиться в семье аристократов и думала, что у неё, по сравнению с теми, кто живёт в нищете все отлично. Только вот другой частью мозга она осознавала, что ни черта ей не сдался этот дворец, эти слуги, дрожащие перед ней и пытающиеся угодить. Лучше бы она жила в какой-то деревушке… — Что это? — мать, светловолосая женщина тридцати лет, кинула на стол бумаги, перевязанные ленточкой. Люси вздрогнула от резкого тона, но попыталась не показывать негодование и страх. Ей хотелось ссутулиться, уменьшиться и исчезнуть совсем, но вместо этого она лишь выпрямилась и спокойно взглянула на мать. — Рисунки. Взгляд Люси невольно упал на зеркало напротив, она увидела в о свои вишневые глаза и скрипнула зубами. Точно такого же цвета, как и у её матери. Насколько же бесила её эта одинаковость! Тем более, что глаза Люси ещё ни разу не менялись с рождения, все такие же красные и не становятся нормального, человеческого цвета. Оттого большинство времени она и сидела дома. Обычные люди сразу бы заподозрили что что-то с ней не так. — Я вижу что рисунки. Чьи они? — М-мои. «Черт!» Голос Люси дрогнул, она зыркнула на мать. — Я тебе что говорила насчёт этого? — Говорила не рисовать, это должны делать слуги. — А ты все продолжаешь рисовать, да? Думаешь это тебе как-то поможет? Лалюси, ты думаешь, будешь художницей? Ты вампир, помнишь об этом? Люси закрыла глаза и вздохнула, спорить не было смысла. Она ненавидела это имя, ненавидела когда ей так говорили, ломали её мечты. Она хотела только рисовать и ничего более… Что в этом такого? — Значит так, ты сейчас идёшь переодеваться и мы уезжаем. — Куда? — Веди себя порядочно, постарайся произвести хорошее впечатление. И надень шляпку, ту бархатную. Люси незаметно сжала кулаки. — Хорошо. Она ненавидела эту жизнь, свою вампирскую сущность, эти запреты. Ей всего лишь хотелось быть собой, она была совсем не против жить в маленьком домике, рисовать портреты или натюрморты и содержать маленькое хозяйство. Но вместо этого она все-таки идёт в свою комнату, надевает это глупое платье, глупую шляпку и едет черт знает куда…

***

1279, Япония Утренние лучи солнца освещали комнату тёплым нежным светом, лёгкий ветерок колыхал занавески, едва слышно шорох ткани. Среброволосый юноша смотрел на себя в зеркало каким-то печальным холодным взглядом, пока возле него суетился слуга и поправлял кимоно. Когда тот ушёл, юноша все продолжал смотреть. В свой двадцатый день рождения ему придётся выйти к людям, улыбаться и делать вид, что все замечательно. Парень вздохнул и поправил чёлку. Длинные серебряно-седые волосы, ниспадающие по спине, совсем неподходящие для столь юного возраста, делали парня каким-то необычным, но он желал быть бы самым обычным, да хоть человеком! Впрочем, так оно и было, разве что наполовину — такая вот ирония… — Мальчик мой, ты готов? — Прайд вздрогнул, не заметив мужчину, вошедшего так тихо, как вообще мог зайти вампир. — Конечно, — тихо спокойно ответил парень. Мужчина кивнул и пропустил наследника вперёд. Всю небольшую дорогу по коридору Прайд так и ощущал этот вездесущий ужасающий взгляд меж своих лопаток. Поскорее бы он смог отсюда убраться… Повсюду была атмосфера праздника — музыканты играли торжественную красивую мелодию, в воздухе летали лепестки цветов и какие-то разноцветные фантики, весёлая толпа людей, одетых в пестрых кимоно и юкаты шагала по улице, дети, сбивая всех с ног, стайкой неслись куда-то вперёд обгоняя друг друга. В воздухе витал запах разной уличной еды, вкусностей и ещё каких-то благовоний. Прайд на секунду закрыл глаза и глубоко вздохнул, стараясь прийти в себя. Очень громко, очень весело, красиво, но ему почему-то грустно. Люди увидели принца через полчаса, когда пришли ко дворцу приветствовать его величество. Они приносили ему дары, благословляли на долгую и хорошую жизнь, желали стать хорошим императором, что, как и его дед, продолжит процветание страны. Прайду торжественно вручили просто замечательную катану ручной работы, с кожаной ручкой, иероглифами на лезвии, означавшими его имя и ножнами из цельной слоновой кости, окрашенными в синий цвет и окаймленными серебряными завитками. Очень дорогой подарок, действительно достойный внука — так считал Эрнест, но почему-то Прайд не выглядел слишком счастливым, впрочем, неважно, этот мальчик всегда слишком грустный. Когда людям даровали золото и еду, они отправились дальше праздновать день рождения Прайда на улице. — Ты можешь тоже пойти, это же твой день, — тихо проговорил Эрнест. Парень только кивнул, но пошёл обратно во дворец. Не к чему ему это все. — Пусть люди празднуют, мне все равно всего лишь двадцать, а не сто лет, — бросил Прайд и закрылся у себя. Так бы его день и прошёл как обычно — лениво, отсыпаясь днем, он часто раздумывал о своей жизни или смотрел на птичек в саду. Видимо, на этот раз ему не удастся хандрить… Вечером, сидя на крыльце во внутреннем дворе дворца, попивая саке, Прайд смотрел на небо. Разноцветные огоньки расцветали на закатном небе, и оттого, что было ещё немного светло, горизонт цвета спелого апельсина, эта картина казалась ещё красивее, чем могла бы быть. Парень залюбовался этим восхитительным видом и точно испуганно вздрогнул, когда вдруг что-то громыхнуло, прямо у него над головой. Он ошарашенно подскочил на ноги. Еще никогда не было такого, чтобы вампира можно было застать настолько врасплох. Конечно, чувства у него несколько притуплены, нежели у чистокровного, но если кто-то пробирается в особняк, он бы точно услышал. Прайд затаился, прислушиваясь, но пока никаких звуков не последовало. Он инстинктивно взял меч, подаренный сегодня, и аккуратно вышел из-под навеса, оглядываясь зорко по сторонам — никого и ничего не нарушало повисшей тишины. Казалось, даже салюты внезапно прекратились. Вдруг что-то снова застучало, совсем тихо, будто кто-то крался… Одним мощным прыжком Прайд, словно кошка, оказался на крыше и тут же застыл. Некто, облаченный в темную одежду, стоял напротив него. Лица не было видно, оно также было закрыто, только глаза, ясные голубые глаза, будто бы осколки кристалла, зорко и даже хитро всматривались в Прайда. Было удивительно то, что этот некто совсем не испугался появления вампира. — Кто ты… Человек явно не хотел отвечать на вопрос, не дослушав, он тут же развернулся и быстро начал перескакивать по крышам дворца, убегая прочь. «Что за…» — Стой! Конечно, Прайд мог бы остаться тут, ведь уже спугнул незванного гостя, а тот, кажется, и не хотел причинять принцу никакого вреда, но подстегиваемый интересом, слегка раздраженный за то, что человеку удалось застать вампира врасплох, Прайд погнался за маленьким нинздя. К слову, человек был немного меньше Прайда, его одежда была черной и довольно свободная, так что он не путался в кимоно как принц. Он и не думал оборачиваться на вампира, только бежал вперёд, но не спеша, как бы давая фору парню. — Подожди! Прайд ускорился, используя с горем пополам мгновенное перемещение, и даже почти догнал человека на одной из крыш. Он оказался прямо перед ним, преграждая путь. — Попался! От такого внезапного поворота событий нинздя вдруг сделал шаг назад, но оступился и заскользил по наклонной вниз, пытаясь ухватиться за что-то. Падать то немного, только вот что-то он себе точно может сломать, если упадёт неправильно. Не думая что делает, Прайд вдруг кинулся к падающему. Он испуганно смотрел на нинздя, с некой долей облегчения, когда держал его за руку, висящего в воздухе. Голубые глаза испуганно смотрели в ответ. Выдохнув, Прайд сделал небольшое усилие и вытянул человека обратно на крышу. -Ты же мог умереть! Нинздя лукаво посмотрел на принца в ответ. — Ради такого можно и рискнуть, — голос был приятным и вроде бы мальчишеским. Прайд хотел спросить, ради чего же стоит рисковать жизнью, но человек вдруг вскочил, в несколько шагов оказался наверху и резко исчез, оставив принцу на память лишь подмигивание. Парень не сразу понял что не так, но вдруг стукнул себя по правому бедру — на том месте, где должна была быть катана её не было! — Вот черт! Принц вскочил и начал панически оглядываться вокруг себя в поисках воришки. Жаль только он не додумался вылезти на верх крыши, черепица вдруг начала медленно, но верно скатываться у вампира под ногами и он рухнул вниз, на гравий, с коротким вздохом. Девушка на пороге дома так и застыла с кувшином в руках, испуганно глядя на упавшего парня, маленький мальчик вдруг радостно засмеялся. — Дедушка, дедушка, Его Величество свалился с неба! Дед, сидевший на крыльце, куривший трубку, выглядел нисколько не удивлённо. Он только смешно прищурился и кивнул принцу. Прайд встал, смущённо отряхиваясь от пыли, пробормотал «извините» и вышел из дворика этого дома. Он и не заметил, что в погоне за горе-нинздя он покинул пределы дворца и оказался в жилом районе. Пробиваться сквозь толпу было не очень приятным делом, легче конечно было бы использовать мгновенное перемещение или добраться домой по крышам, но вампирские силы было запрещено использовать на виду у всех. Конечно, люди в городе знали, что такое магия и некоторые сами практиковали её, но вот о существовании таких как Прайд лучше было бы им не знать. Вампиры не очень-то дружелюбные существа и слишком опасные, а тот факт, что принц и его регент чистокровные вампиры не очень обрадовало бы народ. Поэтому стиснув зубы и стараясь выглядеть как более незаметным, пробираясь вдоль стен и через подворотни, Прайд пошёл обратно во дворец. Катану, подарок Эрнеста, украли, вампир так глупо погнался за каким-то человеком… Что вообще ему теперь делать? Стоит ли возвращаться во дворец? Вопросы заполнили ум юноши, он на секунду остановился, в глубине души, словно маленькая мышка, затаились проблески паники. Он прекрасно знал своего деда. И он не знал, как поступить ему теперь. Стараясь успокоиться, Прайд закрыл глаза, вздохнул и направился дальше. Ничего, он расскажет страже о грабителе и его поймают, он не виновен в этом, все хорошо… Благо без каких-либо происшествий принц добрался во дворец. Стража, конечно, была несколько удивлена, когда вдруг увидела перед собой Его Величество в таком растерянном, потрепанном виде, а ведь буквально пол часа назад он же был во дворце! Оставляя мужчин недоумевать, когда же они успели заснуть и проворонить уход принца со двора, Прайд отправился к себе. Все-таки настроение было испорчено, он не знал что ему делать. Впрочем, если Эрнест разочаруется и выгонит принца из-за этого, наверное, так будет даже лучше. — Что-то случилось? — голос неожиданно спокойный с ледяными нотками послышался очень близко. Прайд обернулся и устало посмотрел на деда. — Нет, все нормально. Эрнест кивнул и куда-то ушёл. На своём двадцатом году жизни принц научился актёрскому мастерству, а также искусно обманывать чистокровного тысячелетнего вампира. Это даст ему небольшую отсрочку дабы найти катану. Всё же придётся отправиться за ней сегодня, ждать долго нельзя, если вор её перепродаст или что-то в этом роде, будет ещё хуже. Солнце уже зашло, когда принц снова ушёл из дворца, приказав страже не идти за ним. Не зная толком, правда, как искать ниндзя, он пошёл за запахом, который едва запомнил. Аромат свежеиспеченного хлеба смешивался со сладковато-терпким запахом ветивера. Стараясь использовать обоняние на максимуме, Прайд уловил что-то похожее — сначала он по ошибке дошёл до булочной, а потом пошёл по правильному направлению. Запах становился все сильнее и смешивался с оттенком солёного моря, когда Прайд оказался в порту.