Розовый самый тёплый цвет

      Юнги сидел за столом с чашкой чёрного кофе в уютном кафе и ждал Чимина. Это кафе напоминало ему то, в котором они провели время при первой встрече, похоже оно было не дизайном, а теплой атмосферой. Кресло, в котором сидел Юнги, было комфортным, и само место не было переполнено людьми, несколько парочек наслаждались беседой и десертами.       Юнги нравилось наблюдать за людьми, от этой привычки он никак не мог избавиться. Ему нравилось следить за действиями человека и пытаться угадать, что он из себя представляет. Например, девушка-брюнетка в другом конце кафе. Она, с блестящими глазами и улыбкой, что-то рассказывала своему парню, оживленно размахивая руками в стороны, норвежский язык слетал у неё с языка. Она разговаривала не слишком громко, но то воодушевление, с которым она говорила, заставляло её светиться. Её улыбка растянулась от уха до уха, этим немного напоминая Юнги Тэхёна.       Её парень сидел молча, но смотрел на неё взглядом, полным любви и обожания, что было для Юнги знакомо. Парень подпер подбородок ладонями и внимательно слушал, иногда кивая. Он выглядел робким и влюблённым по уши. В голове у Юнги сразу возник Чонгук.       На входной двери зазвенел колокольчик, когда Юнги повернулся, он надеялся увидеть Чимина, который как раз стоял у входа, оглядывая кафе в поисках Юнги. Юнги поднял руку и помахал, чтобы Чимин увидел его. Чимин улыбнулся и направился к Юнги, подойдя, он сел в кресло напротив. Когда Юнги рассмотрел Чимина поближе, его улыбка исчезла, а вместо этого появились нахмуренные брови. Он не мог понять, что было не так. Он заметил что-то странное на его лице, и это были не блестящие камни вокруг красивых глаз или макияж. Он увидел что-то, но не мог дать этому название. И это «что-то» точно не несло ничего хорошего.       – Как прошёл твой день? – Чимин полюбопытствовал. Юнги поморгал, выходя из гипноза, в который его засосало.       – Я… я закончил одну песню, звучит она неплохо, я думаю, – он нервно отпил глоток кофе. – Я бы хотел её тебе показать, если ты хочешь, конечно. М-мне нужно независимое мнение артиста, – он сказал, пожав плечами, с порозовевшими щёками. Его работа занимала отдельное место в жизни Юнги, он никогда никому не показывал её до того, как был готов окончательный вариант. Юнги чувствовал себя уязвимым, предлагая показать песню Чимину, и его живот скрутило от тревожности.       – Конечно! – Чимин радостно воскликнул, убивая всё волнение Юнги. – Я бы расстроился, если бы ты мне не предложил, – он оглянулся и увидел бариста за барной стойкой. – Я пойду закажу, ты хочешь чего-нибудь, хён? – он спросил, вставая с места. Юнги улыбнулся и покачал головой.       Чимин вернулся с напитком в руке и, сев напротив Юнги, сделал пару осторожных глотков, чтобы не обжечься. По сладкому запаху шоколада и зефирок, смешанных с молоком, Юнги понял, что это был горячий шоколад. Он усмехнулся.       – Здесь не делают молочные коктейли? – он в шутку спросил у Чимина, который посмотрел на него убивающим взглядом.       В кафе было тепло, кофе был теплым, улыбка Чимина была теплой, и в груди у него тоже было тепло. Всё вокруг Юнги отдавало теплом, и ему это нравилось. Он обожал каждую секунду вот так проведенную, слушая болтовню Чимина. До Юнги дошло, что та пара, девушки и её парня, напоминала ему не только Чонгука и Тэхёна, но и его с Чимином. Несмотря на то, что Чимин был намного стеснительнее девушки, он всё так же жаловался на огромный пласт работы за день, махая руками в разные стороны, и Юнги просто слушал его, как зачарованный. Он удивлялся, как кто-то может быть таким милым, размахивая в стороны кулачками и обругивая фотографов.         Чимин бешено бегал по комнате, пытаясь собраться так быстро, как только мог. Зарывшись в одеяло, Юнги молча наблюдал за ним.       – Ты так шею свернёшь, дурак, успокойся, – как только он пошутил, Чимин полетел носом в пол, от чего Юнги взорвался смехом. Чимин посмотрел на него, но ничего не сказал, торопясь подняться и застегнуть пояс. Хмурый вид сменил улыбку Юнги, который уже в пятый раз наблюдал, как Чимин трясущимися руками пытался справиться с поясом. Юнги ровно сел на кровати и уставился на Чимина.       – Ты точно в порядке? – он мягко спросил. – Ты уже пять дней работаешь без отдыха, Чимин. Ты доведешь себя ещё до того, как у нас появиться шанс пройтись по городу, – он сказал полушутя. По правде говоря, Юнги был расстроен тем, что не был с Чимином 24/7, и теперь, когда певец был настолько загружен, Юнги даже не мог почувствовать радость от того, что они находятся в стране, где их никто не знает и не осудит. Не говоря уже о том, что однополые браки были легализованы в Норвегии, поэтому люди на них смотрели, только приняв их за милую парочку, если не считать редкие странные взгляды, которые Юнги получалось избегать. Иногда им удавалось прогуляться, держась за руки. Юнги бы соврал, если бы сказал, что ему не нравиться то, что люди принимают Чимина за его парня, когда они сидят в кафе, или ещё лучше, они считают их мужьями из-за дорогих колец на их руках. Услышав слова Юнги, Чимин остановился и с виноватым лицом посмотрел на него:       – Я знаю, – Чимин грустно произнес. – Извини, хён. Как насчет этого: я сегодня вечером свободен, честное слово, я уверен на 100%, мы можем погулять по городу. Сходить в ресторан. Это мой первый раз в Осло, блин, это вообще мой первый раз заграницей! – он радостно воскликнул, но смутился, встретившись взглядом со старшим. – Мне правда жаль, хён, что я мало провожу с тобой времени. Я очень хочу загладить свою вину. Так что? Хочешь устроить сегодня свидание? – Чимин был в игривом настроении и шутил про «свидание», но это не остановило Юнги от сердечного приступа, как в клишированных историях о любви.       – Я… Конечно, да, – он выдохнул, его щёки порозовели. – Я думаю, что… это было бы замечательно, Чимин, спасибо, – Юнги смутился. Чимин заулыбался, выглядело так, будто он собирался выйти из комнаты, но он подошёл к Юнги и смачно поцеловал его в щёку. Но даже когда Чимин немного отстранился, он специально не отрывал губ от щёки, пока говорил.       – Для тебя все, что угодно, хён, – он проговорил таким низким голосом, от которого у Юнги по спине побежали мурашки. Чимин наконец отошел и невинно улыбался, будто секунду назад не играл с сердцем Юнги. – Мне реально надо идти, нельзя опаздывать, – он побежал к двери, но перед тем, как закрыть её за собой, Чимин прокричал: – Я вернусь к девяти, будь готов к этому времени!       Юнги сидел на кровати, держа ладонь на щеке, куда поцеловал его Чимин. Его мысли смешались в кучу, щёки горели, и Юнги мог всё ещё чувствовать прикосновение губ Чимина.       – Какого хуя, Пак Чимин? – он пробубнил, уставившись на дверь. – Какого хуя? Спустя десять минут Юнги был все еще на кровати, но уже не кричал в подушку о том, какой Чимин садистический кусок говна, которому нравится играть с чувствами Юнги. Три пальца были внутри, чего он давно уже не делал. Юнги издавал смущающие звуки вместе с именем айдола. Юнги вспомнил, почему никогда не был снизу: он никогда не мог сдержать своих стонов. Издавая низкие и громкие стоны, он не прикрыл рот, когда кончил с картинкой айдола-блондина в голове.       Стыд накрыл Юнги, но он всё же повернул шею и зарылся в подушку, на которой Чимин спал последние пять дней.       – Я идиот, – он пробубнил про себя и невесело посмеялся, – он мой друг, а я… – Юнги не смог закончить предложение из-за комка в голе, но он проглотил его и встал с кровати, направляясь в ванную комнату, чтобы принять душ.       По крайней мере, он сегодня увидит Чимина во всей красе, скорее всего в дорогом и красивом костюме, подобранном специально для их встречи. Всё в порядке, ему просто надо забыть этот ужас и наслаждаться вечером.       Чимин метался от места к месту, пытаясь закончить свое расписание пораньше, чтобы вернуться в отель, как он и обещал Юнги.       – Будь осторожней, – одна из визажисток предупредила Чимина, поправляя его брови. – Ты сегодня опять ничего не ел? Я ни разу не видела, как ты ешь, ни разу. Работа на голодный желудок – это дрянь, парень, – она волновалась. Чимин дергал ногой.       – У меня все хорошо, нуна, – он настаивал, не позволяя злости проскользнуть в его тоне. – У меня важные планы намечены на сегодня, поэтому мне нельзя останавливаться. Нельзя.       – Кто-то важный для тебя? – она улыбнулась парню, нанося подводку на его веко. Чимин еле сдержался, чтобы быстро не заморгать и не испортить ее работу.       – Откуда ты узнала? – он спросил с удивлением. Она не посмотрела на Чимина, просто показала мягкую улыбку и сконцентрировалась на макияже. Чимину нравилась его визажистка за мудрость и энтузиазм, несмотря на её молодой возраст. Она была единственной кореянкой на площадке, поэтому у Чимина было два варианта: или говорить с ней (он не был против этого), или выучить английский, чтобы разговаривать со съемочной труппой.       – У тебя особенное выражение лица, – она пробубнила, не отрываясь от своей работы. – Ты выглядишь так, будто скучаешь по дорогому тебе человеку, и думаю, что это не тот парень – Тэхён. Я видела, как ты смотришь на него. Сразу заметно, что ты его обожаешь, но твой взгляд теперь направлен на кото-то другого? Чимин был в ужасе.       – Как ты…       – Как я узнала, что ты по мужикам? – она прошептала, склонившись к уху Чимина, который закивал головой. – Не волнуйся, это не настолько заметно, – она его успокаивала, – но тебе же нравился тот парнишка? Тэхён?       Чимин отвернулся и медленно кивнул.       – Но твои чувства изменились, я права? – она спрашивала с нежной улыбкой на губах. Чимин снова кивнул головой. – Я так и думала. Твой взгляд совершенно изменился. Ты упоминал, что собираешься отдохнуть с этим… с этим загадочным человеком.       Чимин сидел и обдумывал её слова, пока девушка приклеивала блестящие камни вокруг его глаз. Юнги был другой, этого не отнять. Он всегда отличался от любого, кого он когда-либо встречал, и Чимин понимал свои чувства, он не был тупым. Но Чимин не был уверен, что способен на первый шаг.       Визажиста снова косо на него посмотрела, когда живот Чимина издал звук. Чимин положил руку на живот и вздохнул. Его зрение стало немного мутным, но в общем чувствовал он себя нормально. Поэтому Чимин решил отодвинуть все на второй план и закончить работу как можно быстрее.       Когда Чимин вошел в номер, Юнги стоял без штанов и застегивал рубашку. Он бросился к кровати за штанами, чтобы прикрыть свои голые ноги.       – Чимин, Господи! Стучи в следующий раз! – он прокричал, но, увидев лицо Чимина, нахмурился. – Ты… ты в порядке, Чимини? – он спокойно спросил, забыв о штанах, он встал и подошел к уставшему парню. Юнги поднял руку. Чтобы потрогать лоб, но Чимин отошел и натянул улыбку.       – Все нормально, хён, – он ответил, что заставило Юнги заволноваться ещё больше.       – Может нам никуда не идти, – он предложил, собираясь расстегнуть свою чёрную рубашку. Чимин удивился и схватил Юнги за руки, чтобы тот не успел снять рубашку и переодеться в пижаму.        – Нет! – он запротестовал, мотая головой. В глазах читалась мольба. – Я этого так давно ждал, хён! Я хочу провести с тобой время, ты же не против, хён? – в его голосе слышалось отчаяние, и сердце Юнги разбилось на миллион осколков.       – Но… ты же устал, – он настаивал, неуверенно. Его глаза расширились, будто его посетила новая мысль. – Подожди, ты же кушаешь? Ты мне обещал, когда собирался на съемки, что поешь. Ты же мне не врешь?       – Я в порядке! – Чимин соврал, надеясь, что звучал убедительно. – Я правда хочу пойти, пожалуйста? – он знал, что Юнги не сможет ему отказать, когда Чимин так умолял. Юнги ещё раз взглянул на Чимина и тяжело вздохнул.       – Ладно, но сразу возвращаемся, если почувствуешь себя плохо или тебя будет подташнивать, понятно? Я не хочу, чтобы ты отключился только потому, что хочешь прогуляться, – он произнёс серьёзным тоном. Чимин быстро закивал, разрывающийся от радости из-за разрешения Юнги.       – Все будет хорошо, хён. Не волнуйся обо мне, – он широко улыбнулся, на что Юнги ответил небольшой, застенчивой улыбкой. Всё будет хорошо. Ему скоро станет легче, и всё будет хорошо.        Юнги ждал за дверью номера, позволяя Чимину спокойно собраться. Он топал ногой по ковру и проверял время на часах. Юнги не думал о том, что Чимин собирается очень долго, он понимал, что айдолу понадобиться время после полного рабочего дня. Чимин выглядел абсолютно сногсшибательно: на нем была рубашка с прозрачными вставками в плечах и ключицах, чёрные розы покрывали их. Остальная часть рубашки была чёрной, но она настолько подходило Чимину, что для Юнги эта вещь являлась самой красивой во вселенной. Чимин был одет в чёрные облегающие штаны и подходящие чёрные туфли. Его волосы были идеально уложены, на глазах виднелась подводка, а на губах – бальзам, который заставлял его пухлые губы выглядеть розовее, чем обычно.       Несмотря на то, что Чимин светился, как солнце, Юнги не мог не заметить его усталость. Макияж хоть и покрывал чёрные круги под глазами, линии стресса и бледноту, но Юнги видел сквозь эту маску, будто она была стеклом. Глаза Чимина не блестели, даже когда он дарил самую яркую улыбку, и если бы на месте Юнги был кто-нибудь другой (кроме Тэхёна, возможно), то он бы ничего не заметил. Но это был Юнги, и Юнги выучил лицо Чимина в любой ситуации: грустной или весёлой. Он выглядел уставшим, но Юнги знал, если он спросит Чимина об этом, то честного ответа не получит. Поэтому Юнги смотрел на Чимина с волнением и трепетом, протягивая ему руку. Парень взялся за неё, показывая маленькую улыбку.       Ресторан, в который они пошли, был расположен на верхнем этаже, вид с которого выходил на красивые городские огни. Большие окна, от пола до потолка, открывали все красоты города. Сам зал не был большим: освещённые светом от свечей, стояли несколько столов с блюдами, которые стоили дороже личной встречи с самым популярным к-поп айдолом. Гости сидели и ужинали – в большей степени это были пожилые парочки или корпоративные встречи. Все гости были одеты в дорогие костюмы и украшения, которые демонстрировали их статус. Их манеры были именно такими, какими представлял себе Юнги: гости говорили ровными и чёткими голосами, прикрывали рот, если смеялись, после каждого куска еды, они вытирали рот дорогой тканью.       Помещение было освещено в теплых жёлтых и красных цветах, исходящих от свечей и ламп, украшающих потолок. На одной стороне ресторана находился бар из чёрного мрамора. Сотни стаканов и бокалов висели над ним. Женщина, блондинка, в длинном, красном, роскошном платье с разрезом на одной стороне, показывающее длинные и бледные ноги, сидела на одном из барных стульев. Её губы покрывала алая помада, а на лице лежал хороший слой макияжа. Когда она заправила за ухо прядь волос, Юнги заметил бриллиантовые серьги, которые подходили под бриллиантовое колье у неё на шее. Она взглянула на него, попивая красное вино из бокала.       Юнги смотрел на неё без какого-либо интереса. Она без сомнения была привлекательной, однако, когда Юнги повернул голову, он увидел Чимина, нервно поглядывающего по сторонам и который был обворожительнее любой женщины на Земле. Юнги пригляделся к нему ещё раз, ощущая, как влюбляется сильнее. Чимин был… красивым, и это одно из слов, которыми Юнги мог описать парня. Мягкий свет отражался от его мягких бледно-розовых волос и придавал его загорелой коже блеск. Чимин улыбался официантам, не имея понятия, где они находились. В конце концов, Юнги спланировал весь вечер, так как у Чимина не хватало времени на сон, что уже говорить про планирование ужина. Чимин нервно переступал с ноги на ногу, когда официант задал ему вопрос на норвежском. Он растерялся, наклоняясь вперед с поднятой бровью и показывая, что не понял заданного вопроса. Официант повторил вопрос, Чимин беспомощно посмотрел на Юнги.       Официант догадался о языковом барьере и задал тот же вопрос на английском с сильным акцентом:       – Имя?       – Мин Юнги, – Юнги ответил непринужденно, наблюдая за тем, как Чимин краснел от стыда. Направленный на парня взгляд Юнги смягчился, и напряжение ушло с плеч. Юнги поднял глаза, чтобы ещё раз посмотреть на женщину у бара, которая внимательно следила за ним. Юнги кивком головы указал на сплетённые их с Чимином руки и смущенно улыбнулся. Она опустила свой взгляд на их руки, подняла голову и улыбнулась, пожав плечами. Женщина отвернулась и посмотрела в сторону другого мужчины, сидящего неподалёку от неё.       Официант кивнул, проверив бронирование, и повёл рукой вперёд, чтобы показать зарезервированный столик. Юнги повернулся к Чимину и улыбнулся, но его улыбка исчезла, когда в ответ увидел уставшее лицо Чимина. Юнги пытался не волноваться, но его живот крутило.       Когда они подошли к столику у окна, Юнги шагнул вперёд, чтобы отодвинуть для Чимина стул. Чимин посмотрел на него с удивлением, но не отказал и сел, пока его щёки горели алым. Юнги был доволен собой, он сел напротив Чимина и изучал его, подперев лицо руками.       Чимин смотрел в окно с восторгом в глазах, которые горели ярче солнца. Его рот был немного приоткрыт, и нежная улыбка украшала губы. Юнги посмотрел туда, куда направил свой взгляд Чимин, и великолепный ночной вид города встретил его. Город действительно выглядел восхитительно: городские огни излучали яркий свет, будто тысячи светлячков наполняли целый город. Юнги мог бы сказать, что ничего захватывающего он в своей жизни не видел, но перед ним сидел улыбающийся Чимин. Юнги не понимал одного: Чимин видел себя каждый день и не ощущал себя на вершине мира, а наоборот, считал себя отвратительным. Юнги не понимал, как он мог не влюбиться в себя так, как Юнги влюбился в Чимина.       – Это просто потрясно, божечки, – Чимин восхищался, повернувшись к Юнги с широкой улыбкой, вырывая Юнги из гипноза.       – Да, – забыв о виде из окна, он промямлил, пока его взгляд был прикован к Чимину. Юнги было наплевать на вид, ведь Чимин светил ярче. Зачем ему эти сраные светлячки, когда перед ним сияло настоящее солнце.       Официант подошёл к ним, положил на колени салфетки и дал меню в кожаной обложке. Взяв меню, Юнги нахмурился, когда увидел Чимина, который выглядел испуганным. Чимин сидел на своих руках, не сдвинувшись с места, чтобы открыть меню, которое лежало перед ним, и громко сглотнул.       – Ты в порядке? – Юнги наклонился вперед и спросил шёпотом, привлекая внимание парня, который посмотрел на него широко открытыми глазами и нервной улыбкой. Чимин кивнул, избегая взгляда старшего. Юнги догадывался, в чём была проблема, но не мог заставить себя поверить в это. Он положил руки на колени, его пальцы поглаживали маленькую коробочку в кармане.       – Знаешь, хён, я не очень-то и голо…       – Я выбираю наш ужин сегодня, чтоб ты знал, – Юнги его перебил, одаривая Чимина взглядом, которой означал, что тот будет есть всё, что попадёт сегодня ему на тарелку, хочет Чимин того или нет. Но до Чимина не дошёл смысл его взгляда.       – Серьёзно, это необязательно. Я не очень голодный, – Юнги не мог поверить, как он мог такое говорить после всего, что случилось.       – Я не выпущу тебя из ресторана, пока ты не распробуешь вкус ёбаных денег в этих блюдах, – Юнги сказал, полушутя. Чимин посмотрел на него жалостно, но вздохнул, приняв проигрыш. Юнги усмехнулся самому себе и подозвал официанта, чтобы заказать еду. Официант записал заказ в маленький блокнот и направился на кухню.       Они разговаривали, попивая вино, громко и некрасиво смеялись да такой степени, что их смех превращался в хрюканье. Они ловили косые взгляды от других гостей, но Юнги было не до них, так же, как и той ночью, проведённой в ресторане Сокджина. Разница была только в том, что теперь они были более честны и с миром, и друг с другом. Юнги до сих пор никак не мог избавиться от красноты на щеках, заикаясь, когда их взгляды задерживались друг на друге дольше пары секунд, а Чимин старался смотреть по сторонам довольно знакомой Юнги нежной улыбкой на лице. Чимин умел выпивать, но его щёки розовели с каждый бокалом вина.       Когда спустя полчаса их еда была подана – стейк, покрытый соусом с разнообразными овощами, и идеальное пюре для Юнги, копчённый лосось, покрытый семенами кунжута, и овощи для Чимина, который несколько дней назад заявил, как сильно он хотел попробовать это блюдо – Чимин неловко смотрел на всё, не двинувшись с места, чтобы взять вилку.       – Я… – он нервно сглотнул. Чимин неожиданно встал и замер, не имея понятия, что ему делать дальше. – Я быстренько сбегаю в туалет, – он выдавил и, не дождавшись ответа старшего, быстрым шагом направился к уборной. Нахмуренный, Юнги проследил за тем, как Чимин завернул за угол и исчез.       Он застонал и опустил голову в руки, желая только одного – разбить голову о стену. Юнги засунул руку в карман штанов, чтобы потрогать маленькую коробочку. Он достал её и аккуратно рассматривал, пальцами гладя по бархатистому покрытию. Юнги ворочал её в своих руках, потом открыл и увидел красивые золотые серьги.       – Что я вообще делаю? – он пробубнил, уставившись на серьги. Они не были длинными, были покрыты маленькими камнями. Серьги не были слишком роскошными, зато элегантными, излучая простую красоту, которую невозможно достигнуть огромным количеством камней. Юнги представил, как Чимин, широко улыбаясь, заправлял свои волосы за ухо так, чтобы похвастаться украшением. Юнги знал, что Чимин улыбался Юнги совершенно по-другому. Чимин смотрел по-разному на Тэхёна и Юнги. Юнги застенчиво улыбнулся самому себе от мысли о том, что у Чимина была особенная улыбка только для него. Если Чимин не мог полностью принадлежать Юнги, то ему хватит и улыбки.       Юнги проглотил пару кусков еды, пока ждал Чимина, но не мог распробовать вкус от волнения, которое увеличивалось с каждой минутой. Он проверил время на своём телефоне, который показывал 22:32. Прошло практически десять минут с тех пор, как ушёл Чимин, и его еда остывала. Юнги переживал.       Он встал, когда время достигло 22:38 и подозвал официанта. Чтобы спросить, не видел ли он парня с бледно-розовыми волосами и в полупрозрачной рубашке. Официант покачал головой, но проводил Юнги до уборных комнат. Юнги замер на секунду, по спине пробежала дрожь, когда рука дотронулась до ручки двери. Живот крутило от плохого предчувствия. Юнги слышал, как за дверью из крана бежала вода. Не задумываясь, он открыл дверь и увидел на полу тело. Кран был открыт, и раковина была переполнена водой, стекавшей на пол, рядом с неподвижным телом. Юнги бросился к парню с бледно-розовыми волосами и в полупрозрачной рубашке, и упал на колени.       – Чимин!? – он закричал, держа парня на руках. Чимин побледнел, его глаза были закрыты. Это значит, что он не умер? Насколько Юнги знал, глаза не закрывались при смерти, значит, Чимин не может быть мёртвым.       «Конечно же он жив. Но почему он не двигается!?»       Юнги повернулся к застывшему на месте официанту и отчаянно закричал:       – Вызывай скорую! – официант стоял с широко открытыми глазами от шока. Юнги хотелось врезать парню – Быстрее! – громкий голос на этот раз разбудил официанта от транса. Он быстро покивал и выбежал из уборной, чтобы найти телефон.       Юнги снова посмотрел на Чимина, чтобы осмотреть его получше, молясь всем богам и сверхъестественным существам за его жизнь. Он положил свою дрожащую руку на шею Чимина, чтобы проверить пульс, вздохнул с облегчением, когда почувствовал слабый удар о пальцы.       – Боже, пожалуйста, – он бубнил, обнимая парня крепче, – останься со мной.