Back To Life

　　　 　　Прошло не менее трёх дней прежде, чем Тэён решилась пойти в офис своей компании. Всё это время она писала, звонила, даже приходила к дому Хосока, но в ответ на все действия получала целое ничего, представленное закрытой дверью и сброшенными вызовами. Позже девушка обнаружила, что Чон сменил номер телефона; это стало неслабым ударом по нежным чувствам. Единственным возможным решением, казалось, был поход в офис Юнги, где тот занимал должность исполнительного директора. "Господин Мин сейчас отсутствует. Ему что-то передать?" — слышала она постоянно и медленно сходила с ума. 　　　 　　— Забудь уже, — сказал в итоге начальник, мужчина средних лет, который каждый день приходил в строгом костюме, — господин Мин, как и его друг, больше не нуждаются в наших услугах. — Он едва не выронил кипу бумаг из рук, поэтому поспешил положить их на край своего рабочего стола. Пак схватилась за ремешок своей сумки, как всегда делала, когда волновалась или грустила, и удручённо опустила взгляд в пол. Она с трудом сдерживала слёзы обиды внутри, но ничего не могла поделать со своим положением. — Пока что для тебя работы нет. Подумай лучше об учёбе. 　　　 　　Кротко кивнув, девушка немедленно покинула кабинет, совсем не понимая, что делать дальше. Она скучала. Безумно скучала по Хосоку, которого она постоянно называла ворчуном, для которого ещё совсем недавно была чуть ли не самым родным человеком. Она не понимала, почему Чон так поступил, почему вновь отвернулся от мира, и, что больше убивало, ничего больше не могла сделать, кроме как смириться. 　　　 　　　　　 　　* flashback * 　　　 　　— Такая послушная, — протянул блондин, едва не растекаясь по дивану. Он как бы невзначай провёл кончиком языка по пересохшим и искусанным губам, всё ещё смотря туда, где только что закрылась дверь за Тэён. — Ты помнишь те фотографии, что мы так любезно попросили твою девушку передать? — Хо с силой сжал подлокотники своей коляски так, что аж костяшки побелели, и шумно выдохнул, чтобы не наговорить лишнего и не усугубить ситуацию. 　　　 　　— Она не моя девушка, простая сиделка из агентства, — холодно произносит парень, не сводя глаз с непрошеных гостей. 　　　 　　— Ты такой смешной... сначала пытаешься спрятать свою сестрёнку где-то в Китае, — Хосок сжал руки в кулаки, — а потом говоришь, что живёшь не со своей девушкой, а с совершенно чужим человеком. Крошка Давон так подросла за последние три года, даже и не скажешь, что она старше тебя. Скажи же, мои парни - отличные фотографы. 　　　 　　— Что ты хочешь? Если пришёл трындеть, то вали на все четыре стороны. — Он кинул взгляд на второго мужчину, который всё это время стоял около окна и загадочно заглядывал за шторы, будто ждал кого-то или боялся, что их увидят прохожие. — И можешь даже не пытаться сделать что-то с Давон, у тебя и твоего директора не получится повлиять на меня с её помощью. 　　　 　　— Да знаю я, что твоя личная шавка Мин Юнги приставил к ней целую роту защитников, — с наигранным разочарованием его собеседник. Он медленно оглядел комнату и задержал взгляд на той самой стене, где до прихода Пак Тэён красовались лишь бледные пятна от старых рамок, а теперь висели новые фотографии. — Но, думаю, теперь есть иные ниточки, за которые можно подёргать. — Мужчина игриво подмигнул, зло усмехнулся и медленно поднялся с дивана, опираясь рукой на мягкий подлокотник. Он показательно отряхнул джинсы, поправил куртку и уже хотел уйти, но на полпути к выходу обернулся всё с той же раздражающей улыбочкой. — Наши юристы уже готовят документы, Чон. Я там сам решай: лишишься компании или простой сиделки. 　　　 　　　　　 　　* end of flashback * 　　　 　　Пойти в очередной раз в офис Юнги казалось Пак самой бредовой затеей из всех, что когда-либо посещали её голову, но ничего не оставалось, ведь все звонки и сообщения были проигнорированы, а постоянное "нет на месте" уже порядком достало. Девушка была решительно настроена попасть в нужный кабинет, и никакая секретарша уж точно не могла остановить её. 　　　 　　На входе с ней поздоровался охранник, который встречал каждый раз, когда она приходила. Мужчина даже не попытался остановить её, ведь был убеждён, что через пару минут Тэён вновь выйдет из здания с по-прежнему разочарованным лицом. Учтиво кивнув, девушка вошла в лобби, сделала "морду кирпичом" и стремительным шагом направилась к лифту. Бедная девушка за стойкой дважды крикнула что-то в след, но была проигнорирована точно так же, как и все попытки Пак добраться до Хосока. 　　　 　　— Т-тэён? — чуть запинаясь, промямлил Юнги, когда Пак, словно вихрь, ворвалась в его кабинет без стука и какого-либо предупреждения. Вслед за ней вбежала секретарша - худая дамочка в строгом костюме, которая тяжело дышала от "кросса" на своих высоченных каблуках. — Ёнхи, всё в порядке, — сказал он своей помощнице, — можешь вернуться на своё рабочее место, — та учтиво кивнула и удалилась, бросив напоследок на Тэ сердитый взгляд. — Что ты здесь делаешь? 　　　 　　— Ты действительно не понимаешь? — без соблюдения каких-либо приличий воскликнула Пак. Она бы ударила сейчас кулаком на столу, но он стоял слишком далеко, да и свои маленькие кулачки жалко. — Я уже несколько дней пытаюсь добиться от вас хоть какого-то объяснения того, что меня нагло выставили вон! Почему твой водитель привёз мои вещи, которые лежали дома у Хосока? — Юнги шумно выдохнул, упёрся руками в бока и присел на край стола, ослабив галстук. 　　　 　　— Послушай... 　　　 　　— Нет это ты меня послушай, Мин Юнги, — она подскочила с кресла, в которое до этого с трудом была усажена и с новой силой замахала руками, — почему уже который раз я целую закрытую дверь дома Хоупа, а здесь мне говорят, что ты занят и не можешь никого принять?! Не хочешь мне ничего объяснить? Что вдруг произошло? Хосок сменил номер, забрал ключи и не открывает дверь, а ты просто избегаешь меня. 　　　 　　— Тэ, у нас сейчас сложный период. — Он знал, что не должен рассказывать, но от того, как быстро наворачиваются у бедной девушки слёзы, сердце сжималось до минимальных размеров, принося адскую боль, как физическую, так и душевную. — Появились кое-какие проблемы. Хо просто не хочет вмешивать тебя в это. — Мужчина попытался придумать более реалистичное оправдание, но ничего не вышло, поэтому он только виновато опустил глаза на свою обувь и в очередной раз тяжело выдохнул. 　　　 　　— Господи, как же глупо это звучит. Меня буквально выбросили на улицу только потому, что нужно решать какие-то дела? Это из-за тех головорезов, что едва не убили Чона? — Мин промолчал, что выбесило Тэён ещё сильнее. Ей было обидно, даже страшно, ведь кто знает, что может случиться с таким человеком, как Хоуп, в пустом доме без поддержки и помощи. — Знаете что... Если бы вы поговорили со мной спокойно, всё объяснили, то я бы сама ушла на какое-то время, дала возможность без меня всё решить, но теперь... Я заставлю его со мной поговорить. 　　　 　　Юнги не успел больше и слова сказать, как Пак выскочила из кабинета, при этом демонстративно хлопнув дверью. При выходе все смотрели на неё с огромными глазами, будто на какую-то сумасшедшую, сбежавшую из психушки, но девушка давно не видела никого вокруг. Всё, что её волновало — скорее добраться до дома Чона, который, на счастье, находился не так далеко. 　　　 　　— Я знаю, что ты дома! — Ей повезло, что основные ворота открывались с помощью пульта или кода, который Хосок не догадался поменять, поэтому вскоре она стояла около входной двери, отчаянно барабаня по деревянной поверхности. — Хосок, я не уйду, пока мы не поговорим. — Вновь тишина, которая начинала уже порядком раздражать. А Чон молча наблюдал у окна, кусая губы от волнения и надеясь, что Тэ образумится и вернётся домой, пока не натворила бед. — Значит я буду сидеть здесь, пока ты не впустишь меня. 　　　 　　Девушка, топнув ногой, демонстративно уселась на ступеньку перед крыльцом и посильнее закуталась в пальто. Как назло, начал срываться сильный ветер, что мешал адский холод с пылью; он пробирал до самых костей, и казалось, что в мире нет такого места, которое могло бы укрыть человека от подобного стихийного бедствия. Минуты тянулись мучительно долго, но прошло не меньше часа прежде, чем дверь бесшумно открылась, приглашая ступить в темноту прихожей...