Back To Life

　　　 　　Во всех романтических фильмах утро после вечера откровений начиналось либо с невесомых поцелуев любимого человека в плечо, либо с дурманящего запаха только что приготовленного завтрака, который с лёгкостью добрался из чуть задымлённой кухни в комнату по соседству. Вот только утро Тэён началось с бешеного крика, предположительно, Юнги, доносящегося, вероятнее всего, откуда-то из студии. Если это действительно было так, то двое ослеплённых яростью парня просто-напросто забыли закрыть дверь, которая должна была запереть весь шум внутри небольшой комнатки. 　　　 　　С трудом оторвав голову от подложенной Хосоком подушки, она сквозь прищур оглядела комнату в поисках хоть чего-то жидкого, потому что из-за, как оказалось, долгого сна, в горле, будто Сахара рассыпалась. Не отыскав ничего подходящего, Пак, шаркая тапочками, поплелась на источник шума и не очень светлых эмоций. Она ясно понимала, что, возможно, не стоит и вмешиваться в разговор, но пугало то, что слышно только Юнги, а значит, Хоуп за что-то получает по самое первое число от друга. 　　　 　　 — Остынь, — зевая, тянет девушка и опирается плечом о дверной косяк, — тебя, наверное, вся улица слышит. — Мин резко замолчал и удивлённо вскинул брови, удивляясь скорее неожиданному появлению ещё недавно мирно спящей Пак, чем её небрежному и даже рассерженному тону. — Что вообще могло случиться с утра пораньше? 　　　 　　— Пораньше? — усмехнулся он в ответ, бросая взгляд на дорогущие наручные часы, — почти двенадцать. Но это неважно, потому что проблем у нас меньше не стало. — Хосок выглянул из-за спины друга и только виновато улыбнулся, будто извиняясь за её незапланированное пробуждение. — И вот скажи мне, почему тебе никогда не сидится на своей очаровательной заднице ровно? — Он осёкся, осознав, что сморозил глупость, но решил не придавать этому особого значения. — Почему нельзя было не лезть ещё хотя бы пару недель? — У Пак от возмущения дыхание перехватило. 　　　 　　— Не перегибай, — зашипел Чон, который до этого молчал в тряпочку и просто наблюдал со стороны, — в конце концов, Тэ уж точно ни в чём не виновата. — Он сжал пальцами переносицу, нахмурился и бросил на друга злой взгляд, который так и твердил: «заткнись». 　　　 　　— Ох, так что вы, ребят, теперь вместе? — Юнги не пытался перевести тему, скорее добить своими упрёками. Он сложил руки на груди и оглядел парочку заинтересованным взглядом. — Молчите? Ну и молчите. Только учти, — он показал пальцем на Хо, — оставив её в доме, ты лишь подлил масла в огонь. Теперь они знают куда бить и за какие ниточки дёргать, Хоуп. Ты не сможешь защитить её должным образом, и в итоге Тэён пострадает. — Чон, плотно стиснув челюсть, со всей силы ударил кулаком по рядом стоящему столу так, что по дереву вибрация прошлась, а плечи Пак невольно дёрнулись. 　　　 　　　　　 　　

***

　　　 　　— Не смотри на меня так, — едва слышно попросил Хосок, внимательно наблюдая за тем, как Пак складывает предоставленные им вещи в дорожную сумку: рывками, даже не заботясь о том, что одежда может помяться или за что-то зацепиться и порваться, — это для твоей безопасности. — Он до хруста мнёт пальцы, лишь изредка переводит взгляд на настенные часы и что-то считает про себя. Вероятно, оставшееся количество часов до отлёта. — Дай мне решить все проблемы, и тогда я заберу тебя. — Тэён сдержанно молчала, дышала тяжело и смотрела на парня, как на предателя, что точно задевало его за живое. 　　　 　　— Я устала, Чон, — призналась она, — устала, что ты обращаешься со мной, как… с игрушкой какой-то. Сначала защищаешь, потом гонишь, после чего вообще в любви признаёшься, а затем опять прогоняешь. — В груди Хоби неприятно потянуло. Она слышала тогда, претворялась спящей и слышала каждое слово. Пусть сказаны были они от чистого сердце, без утайки, но почему-то теперь ужасно неловко даже глаза от пола оторвать. — Чему ты удивляешься? Конечно, я слышала. И хорошо, а то сколько бы ты ещё скрывал? 　　　 　　— Раз слышала, то должна понять, — заявил он, совсем не подозревая о том, насколько быстро его щёки наливались очаровательным, но не очень уместным румянцем, — Шуга отвезёт тебя к моей сестре, обеспечит охраной. И не спорь. — Он наблюдал за тем, как Тэён, отбросив злость, подходит медленно к нему и опускается на колени перед коляской. Она заключает его ладонь в свою и так по-детски морщит нос. 　　　 　　— Я, конечно, хотела бы познакомиться с твоей семьёй, но тебе не кажется, что наши отношения ещё не на подходящем уровне? — Парень глухо усмехается. Это «наши отношения» так приятно грели душу, что сердце замирало, и, кажется, сжималось до непростительно маленьких размеров. — Позволь остаться, — из последних сил умоляла она. Авось прокатит. 　　　 　　— Нет, — с улыбкой отказал Хосок, легко щёлкнув её по носу, — ты улетаешь, и это не обсуждается. — Девушка недовольно запыхтела, рывком поднялась на ноги и ухватилась за собранную сумку. — Не злись, это всего на пару недель. Давон очень дружелюбная девушка, вы поладите. 　　　 　　Кажется, он хотел сказать ещё что-то, но осёкся из-за непонятного шума. Неожиданный удар по чему-то явно прочному оторвал от «ссоры» и заставил кожу покрыться миллиардами мурашек. Хосок с опаской оглянулся в сторону коридора, быстрым движением руки достал телефон из кармана спортивной кофты и чуть дрожащими пальцами открыл приложение, показывающее картинку с его видео-камер над входом. Трое мужчин, которые ещё совсем недавно заявлялись в его дом, с ехидной ухмылочкой смотрели прямо в объективы и наигранно махали руками. 　　　 　　— Тук-тук, господин Чон, — послышалось из динамиков мобильного, — пора решить наши дела, не так ли?