Я вернусь!

Я шла немного позади Кабуто и залечивала царапины. Кажется, что-то ядовитое в них всё-таки было, потому что они никак не хотели затягиваться, пусть и перестали кровоточить. Однако, то, что я до сих пор не умерла и даже способна ходить и пользоваться чакрой, навевает мысли, что яд либо медленно действующий, либо несмертельный. Очень хотелось бы, чтобы второе. — Спокойной ночи, Намика-чан, — попрощался Кабуто, проводив меня до моей комнаты и убрав бутылочку, в которую я накапала кислоты, в карман. Первым делом я пошла в ванную. Осмотрела царапины. Глубокие, конечно, но не смертельно. Я сходила в душ и смыла с себя остатки крови. Меня всё ещё потряхивало. Эти монстры… и то, что они хотели со мной сделать… не то чтобы я была из тех людей, которые берегут свою девственность «для того самого» как зеницу ока, но… во-первых, мне ещё и четырнадцати-то нет, а во-вторых, всё-таки хотелось бы, чтобы мой первый раз в этом мире был… хотя бы с человеком. Да и вообще, перспектива быть изнасилованной монстром меня пугает, мягко говоря, до усрачки. Сейчас меня вообще начинает мутить от любых мыслей о чём-то, что каким-то образом может привести к сексу. В том числе и от любых прикосновений, объятий, поцелуев и так далее. И я очень надеюсь, что это просто шок и до утра пройдёт, потому что если нет… даже думать не хочу. Ещё одна проблема: тот зверь разорвал мой топ, и теперь мне не в чем ходить. У меня есть кардиган, но ходить только в нём и бюстгальтере… как минимум неприлично. Я бы сейчас вообще предпочла что-то типа мешка. Мусорного. В ванне перед зеркалом залечивать царапины было проще, хотя бы потому, что я видела, что мне нужно лечить. Дело пошло немного быстрее, пусть и всё равно заняло около часа. И то шрамы остались, но это мелочь по сравнению с тем, что было. Их долечу потом. Был примерно час ночи, я сидела у себя на кровати и бездумно смотрела в стену. Спать не хотелось абсолютно. Думаю, мне бы полегчало, если бы я прорыдалась, но плакать тоже не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Ну, разве что вернуться в прошлое и убедить себя НЕ ХОДИТЬ В ГРЁБАННЫЕ ПОДЗЕМЕЛЬЯ. Господи, ну почему я никого не слушаю… Нужно что-то решать с одеждой. Если у меня ничего нет, вывод логичный: нужно взять у кого-то другого. Единственный, кто приходит мне на ум — Саске. Это не вызовет вопросов, точнее, всех устроит ответ «просто захотелось», даже самого Саске. Сейчас идеальное время, потому что он уже точно спит, и я могу беспалевно пройти к нему в комнату и взять футболку. Поплотнее запахиваю кардиган и выхожу из комнаты, пересекаю коридор и вхожу в комнату Саске. Пару минут жду, пока глаза привыкнут к темноте. Как я и думала, он уже давно и крепко спит. Ещё сегодня утром эта картина казалась мне милой, и я была не против присоединиться, уютно устроившись у Саске под боком. Сейчас мне хочется сбежать куда подальше. На цыпочках подхожу к шкафу, беру первую попавшуюся футболку и так же тихонько возвращаюсь в свою комнату. Фух. Миссия выполнена. Переодеваюсь в пижаму и ложусь в постель, всё же надеясь ещё хоть немного поспать.

***

За ночь моё самочувствие ухудшается. Теперь в том, что в когтях был яд, нет никаких сомнений. И пусть от раны остались только длинные уродливые шрамы, инфекция всё равно попала в кровь раньше, чем я закрыла те царапины, и, видимо, из-за того, что лечила я себя сама, обнаружить её не смогла. За ночь у меня поднялась температура, перед глазами всё плыло, и я еле могла стоять на ногах. Выйти в таком состоянии из комнаты — значит спалить себя полностью, но выбора особо не было. В семь часов утра, смирившись с тем, что заснуть мне не удастся, я встала, по стеночке пошла в ванную, умылась, почистила зубы, также по стеночке вернулась в комнату, переоделась во всё те же шорты и футболку Саске, которая была настолько длинной, что доходила мне до середины бедра, полностью скрывая шорты. Волосы я просто расчесала, решив не заморачиваться с причёской. На неё у меня просто не хватило бы сил. Обычно на все эти процедуры у меня уходит минут десять. Сегодня я еле справилась за полчаса. Тяжело вздохнув, я, всё так же опираясь на стенку, пошла на кухню. Дорогу я помнила смутно, но всё же очень надеялась, что хотя бы не заблужусь. Очень и очень медленно, шатаясь во все стороны как с бодуна и пару раз всё-таки упав по дороге, я добралась до кухни. Что удивительно, там ещё никого не было. Первым делом я выпила воды. Много воды, потому что пить хотелось очень сильно. Мир немного сбавил обороты и перестал кружиться. — Доброе утро, Намика-чан, — сказал Орочимару, усевшись за стол. — Не ожидал тебя встретить так рано. — Доброе, Орочимару-сан. Я вчера легла пораньше, поэтому уже выспалась. — Здравствуй, Намика-чан, как самочувствие? — спросил только что зашедший Кабуто и начал распечатывать еду из свитков. А, так вот откуда они её берут. — Нормально, — честно ответила я, потому что понятие о нормальности у каждого своё. Мне, конечно, не нормально сидеть с температурой под сорок, но кто сказал, что для Кабуто это не норма? (Конечно, это для любого не норма, но не важно) — Уверена? Какая-то ты бледная. — Всё хорошо, — я выдавила из себя улыбку, мысленно умоляя, чтобы Кабуто не пошёл проверять. Не пошёл. Фух. Буквально через минуту появились Саске и Люк. Так. Спокойно. Я справлюсь. — Доброе утро, —прозвучало чуть ли не в унисон. Пока все со всеми здоровались, я просто молча уткнулась в свою тарелку, молясь, чтобы на меня не обратили внимания. Куда уж там. — Это что, моя футболка? — спрашивает Саске, в то время как я зарабатываю себе мини инфаркт от неожиданности. А я и забыла… — Кхм, — несмело прокашливаюсь, осторожно глядя на Саске, — да. Ты ведь не против? Он ухмыляется, и тянет ко мне руку, чтобы положить на плечо, или обнять, или ещё что, неважно, главное, что он хочет дотронуться до меня. И в этот момент всё идёт через одно место. Потому что я шарахаюсь от руки Саске, как от огня, настолько, что чуть не падаю со стула. На несколько минут воцарилась тишина. — Нами? — осторожно спрашивает Саске, и я послушно поднимаю на него взгляд, — всё хорошо? Я молча продолжаю смотреть ему в глаза, потому что в этом вопросе правильного ответа нет. Соврать нельзя, сразу поймёт. Сказать правду тоже не вариант. Поэтому я просто продолжаю смотреть. Отвожу взгляд, чтобы Саске не смог затащить меня в гендзюцу. — Нами? — озадаченно спрашивает Люк, — что-то случилось? — Вчера ночью мы ходили в подземелья, — говорит Кабуто, сдавая меня с потрохами. Вот же сука… — Намике-чан было интересно узнать, что там. Саске рывком берёт меня за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза, и погружает в гендзюцу. Спустя секунду я отскакиваю от него. — Что они с тобой сделали, — практически рычит он, хватая меня за плечи и игнорируя попытки вырваться, — что?! — Н-ничего, — Саске угрожающе прищуривается. — Ничего, они не… не успели. Я убежала. Он облегчённо выдыхает, утыкаясь лбом мне в плечо и что-то тихо шепча себе под нос. — Саске, пожалуйста, — еле шевеля губами, выдыхаю я, потому что я правда не могу нормально даже дышать, когда кто-то нарушает моё личное пространство. Он отходит от меня на пару шагов и смотрит в глаза, теперь, кажется, чуть ли не дрожа от злости. — Я говорил тебе не ходить туда! Говорил! Какого хрена ты меня никогда не слушаешь? — взрывается Учиха. — Прости, — еле слышно шепчу я, но он этого даже не замечает. — Если они не тронули тебя, то почему ты шарахаешься каждый раз, когда я подхожу слишком близко?! Саске резко делает шаг ко мне, и, как будто в подтверждение его слов, я чуть ли не отпрыгиваю назад. На несколько секунд наступает тишина, прерываемая только громким дыханием Учихи. — Нами, — неожиданно тихо говорит он, — скажи, что произошло в подземельях? Ты можешь мне рассказать. — Они… сломали ограждение, — дрожащим голосом начинаю я. Саске тут же напрягается, — один из них был ближе ко мне, и он… порвал мой топик. И поцарапал, — отодвигаю ворот футболки, показывая шрамы, — и я убежала. Всё. Саске ничего не говорит, настороженно вглядываясь в моё лицо, пытаясь разглядеть признаки того, что я сказала неправду. Или не всю правду. Я просто смотрю куда-то в сторону, отвернув от него голову. Наконец, он выдыхает и медленно подходит ко мне, осторожно обнимая. Удивительно, но теперь мне не хочется вырываться. И я могу расслабиться в его руках. — Поэтому ты взяла мою футболку? — тихо спрашивает Саске. — Ага, — так же тихо отвечаю я. — Тебе очень идёт. Носи её чаще. — Хорошо, — улыбаюсь я и обнимаю его чуть крепче. Спустя пару минут Саске прерывает технику, и мы возвращаемся в реальность. Я натыкаюсь на взгляд Люка, который явно хочет меня убить. Что ж… имеет полное право. Перевожу взгляд на Кабуто и говорю: — Один из них поцарапал меня. Рану я вылечила, но, кажется, на когтях был какой-то яд. У меня поднялась температура. Чувствую, как к убийственному взгляду Люка присоединяется ещё и взгляд от Саске, потому что ему я ничего не рассказала о яде. Ну, блин, он всё равно не смог бы помочь… Кабуто подходит ко мне и сканирует техникой. Кажется, разговор с Саске помог мне избавиться от этой херни с дёрганием каждый раз, когда кто-то ко мне приближается, потому что Кабуто спокойно дотрагивается до меня, и при этом мне не хочется сбежать куда-нибудь в соседнюю галактику. — Это не просто температура, Намика-чан, — недовольно хмурится Кабуто, — у тебя жар. Как ты вообще с постели встала с такой температурой? Я молча пожимаю плечами и возвращаюсь к завтраку. Аппетита нет, на самом деле, но всё же впихнуть в себя немного еды не помешает. — После завтрака я дам тебе противоядие. Сегодня отдохнёшь и завтра будешь как новенькая, — вздыхает Кабуто. — В следующий раз говори мне сразу, хорошо? — Я думала, что сама справлюсь. — Давай признаем, Нами. Ты не думала. Потому что, если бы ты включила свой мозг хотя бы на секунду, ты бы вообще туда не пошла! — не выдерживает Люк. Я виновато поджимаю губы и продолжаю давиться кашей. — Успокойся, Люк, — подаёт голос Орочимару, — Намика-чан усвоила урок и больше туда не пойдёт, правда? — Угу, — послушно киваю я. — Хочу заранее предупредить, что такие помещения есть в каждом убежище, так что будь осторожна. — Грёбанный псих, — говорю тихо и специально по-русски, чтобы никто не понял. А то обидится ещё. Ну, Люк понял, фыркнул, но ничего не сказал. После завтрака Саске, увидев, как я мучусь, пытаясь дойти до комнаты, облегчил мои страдания, донеся меня на руках. Кабуто сделал мне укол-противоядие, подозреваю, что вместе со снотворным, потому что меня вырубило практически мгновенно. И надолго, потому что проснулась я только утром следующего дня. Я всё ещё чувствовала небольшую слабость, но температуры уже не было. В шкафу нашёлся новый топик, практически такой же, как и прошлый, но тёмно-зелёный. Не знаю, кто постарался, но спасибо. Потому что футболка Саске, конечно, удобная, но свою одежду тоже иметь нужно.