Я не могу уснуть без тебя

      Звучит девятый будильник и у него такая же участь как у остальных — я выключила его и продолжила видеть сны. Приходит сообщение на телефон и вот, наконец, мои глаза открываются. Увидев время, тяжело вздыхаю, обнимаю крепко подушку и встаю. Спать до последнего вошло у меня в привычку. Даже мама устала с этим бороться, потому и не забегала с утра, дабы вытащить меня с постели. В последний раз это было, когда мне было десять, сейчас мне семнадцать. Я быстро приняла душ, высушила волосы, оделась в своем бомжатском стиле, сделала какую-никакую дулю и потопала вниз на кухню.       На кухне бегала мама, собирая документы, ключи, разговаривая попутно по телефону и допивая кофе. Увидев меня, она потыкала пальцем на наручные часы с возмущённым взглядом, намекая, что я снова дико опаздываю, на что я просто закатила глаза. Села за стол и, сделав себе хлопья с молоком, начала хрумкать и листать ленту в инстаграме. Мама закончила разговор, поцеловала меня в висок, пробубнила что-то про мои вечные опоздания и побежала на работу. Опустошив тарелку, я вышла из дома, завела свою малышку и поехала на учебу.       У входа в колледж меня догнал Бенджамин. Смазливый паренёк, который ухлестывал за мной ещё в начальных классах, потом мы стали просто близкими друзьями. Он чётко осознал для себя, что я не та, которая ему нужна в этом плане, а вот дружить со мной — круто. — А мы с тобой прям близнецы, — обнял меня за плечо, — я тоже вчера всё никак не мог залепить глаза, а с утра не смог их разлепить. — Я сидела и болтала в скайпе с подругами, потом играла, а потом снова болтала по скайпу. Кажется, я легла в три часа ночи, — зевнула. — Ничего необычного. — А я смотрел офигенный фильм, тебе тоже надо его посмотреть, там короче… — я резко закрыла ему рот ладонью. — Не надо говорить, что там, если мне тоже нужно его посмотреть, — убрала руку и вытерла оставшиеся от него слюни об штаны. — Ненавижу спойлеры. Скинешь мне ссылку вечером и я гляну.       Мы дошли до нужного нам кабинета. Бени спросил, не боюсь ли я препода по истории из-за дикого опоздания, на что я только закатила глаза и открыла дверь. Моё действие прервало отвратительное звучание голоса Аманды Херли — препода по истории. Все посмотрели в мою сторону, и тут в своей манере я слышу привычное: — Ох, давайте все вместе поприветствуем нашу дорогую Эмилию — принцессу снов. — Здравствуй, Эмилия — принцесса снов. Мы рады, что ты с нами,— хором проворчали все сидящие в кабинете. А Бени, тихонько, сдерживая смех, сел на своё место. Засранец, его же не заметили даже.       Я уже привыкла к такому, поэтому, единственное, что я сделала — это зевнула в ладонь и села на своё место. Что? Слишком много пофигизма? Да, я не люблю лишний раз напрягаться. У меня почти что лучшая успеваемость и из-за опозданий меня не выпрут, как бы они этим не грозились. Да и моя мама одна из спонсоров всяких ненужных бредятин здесь, таких как: лекции от людей, которые чего-то добились упорным трудом; фестивали; соревнования в спорте и так далее. Я даже не запоминаю их названия, мне побоку. Мажорка? Нет, просто спокойно ко всему этому отношусь.       Влив в себя энергетик, я, вроде как проснулась, в середине дня. Мы с Энджи — моей подругой, сидели на подоконниках друг на против друга: у каждой свой ноут и мы рубимся в PUBG. Да-да, мы типа как пацанки-задроты. — Нам нужно придумать новую тактику, чтоб не наскучила игра, — говорю, пялясь на экран и попивая свой «напиток жизни». — Бля, я на водонапорную вышку прилетела, погоди, сползу, Ахахах, — звучно смеётся подруга. — Не удивлена. Ты оценила мой новый сет? Я вчера так радовалась, когда OMG выиграли в PGI и я на них вовремя поставила, — широко улыбаюсь, вспомнив эти моменты. — Да, я помню как ты радовалась, у меня чуть барабанная перепонка не лопнула, до сих пор болит, — почесала ухо, — а сет охеревший, повезло тебе, кроссы зачёт. — О-даа! — Прикусываю с улыбкой губу и киваю своим словам в восторге.        После занятий, мы с Бени, как обычно, пошли на скейт-площадку. Покатавшись, попадав и угарнув друг над другом, мы разъехались по домам. Мама, на удивление мне, была уже дома. Она сидела на кухне, облокотившись локтями на колени и закрыв ладонями лицо. Перепуганная её видом, я подбежала к ней и присела на колено. — Мам… — Убираю медленно её руки с лица. — Что случилось? — Эми… — Её сдавленный голос пугает меня ещё сильнее. — Иди наверх, солнышко, позже с тобой поговорим, — грустно улыбается мне и гладит по щеке. — Нет, мам, скажи, что случилось. — Скажу, но позже, — она встала и пошла в свою комнату.       Я не заставила себя долго переживать по поводу этого. Случись чего на самом деле страшное — она непременно сказала бы. Поэтому, я решила провести свой вечер привычным образом: быстренько сделала домашку, посмотрела фильм, который прислал Бени. Потом мы долго обсуждали его по скайпу, а далее — игры, болтовня по связи и прочее. Опускаю глаза на правый нижний угол экрана — четыре часа утра. Ладно, меня уже рубит. Упав, как бревно, на свою кровать, я обнялась с подушкой и крепко уснула.       Проснувшись не от будильника, и даже не от смски, а от грохотов внизу, я еле заставила себя встать и спуститься вниз. Увидеть пару дядек, которые таскали в дом что-то длинное, похожее на кровать и ещё какую-то мебель — не самое обыденное утро. Ничего не понимая и не вдаваясь в подробности, я просто снова поднялась. Взглянув на время, уныло вздохнула и пошла в душ. Ну кто придумал по утрам ходить куда-то вообще?! Сегодня я оделась проще: легкая майка смоляного цвета, которая слегка оголяет грудь, рваные джинсы с черными кедами, волосы распущены и темная кепка. Я выбежала из дома, стараясь не обращать внимание на всякое новое барахло. Скорее всего, у мамы снова нервный срыв, и к моему приходу изменится интерьер дома. Ну, мне не привыкать к чему-то новому в доме, главное — не трогай мою комнату, женщина.       В колледже всё как обычно:       Моё «любимое» приветствие.       Игра на перемене с Энджи.       Катание на скейте с Бени.       Энджи, Эми, Бени — напоминает героев из одного мультфильма. Кажется, там были свинки.       Из новенького на сегодня только то, что ко мне явно подбивал клинья Джон. Скоро бал, и всё понятно с ним. Не думайте, что я зазвездилась или хвастаюсь, но этот паренёк любит быть в центре внимания. И, понятное дело, он хочет захомутать к балу одну из самых ярких девчонок в колледже. Да, я одеваюсь, как пацанка, играю в игры, как пацанка, да и веду себя более-менее, как пацанка, но выгляжу я, как очень привлекательная блондинистая девчонка. Ну, и как можно заметить, с самооценкой у меня тоже всё на мази, так что, отшивала я Джона умело.       Короче говоря, день как день, если бы, конечно, не одно гигантское НО! Вернувшись домой, я, как обычно, залетела на кухню и начала хлебать молоко, продолжая пялиться в телефон. Потом, взяла еду в контейнере и поставила её греться. Пока она грелась, я, также не отрываясь от телефона, в котором шёл обзор на новую игру, перепрыгнула через диван и плюхнулась на него. Почувствовав боковым нутром сидячий рядом силуэт, я повернулась и, вскрикнув какую-то хрень, где точно было «БЛЯТЬ», соскочила с него, уронив телефон. Я в ахерах, потеряв дар речи, вылупила глаза на девушку, которая с невозмутимым видом сидела спокойно на другом углу дивана и смотрела на меня. Успокоив немного своё испуганное сердце, я выпрямилась и, стараясь контролировать свои эмоции, сумела вырвать из себя этот крутящийся в голове вопрос: — Ты кто, чёрт возьми, такая? И что ТЫ делаешь в моем доме?! — смотрю на неё злобно и произношу эти слова соответственно так же. — Она теперь будет жить с нами, — в ответ слышу голос мамы со спины.       Оборачиваюсь на неё и всем своим видом даю понять, что жду объяснений. — Я всё объясню позднее. А сейчас, тебе нужно лишь знать, что её зовут Кара и она с этого дня будет жить с нами, — спокойно произносит мама. — Кара, это Эми, — с таким же спокойствием она обращается и к ней. — Но… — Меня резко перебили. — Без лишних вопросов, — её голос тверд, что я не могу не слушаться, — просто прими это. Я хочу, чтобы вы подружились, если уж нет, это ваше дело, вам же хуже, — смотрит на меня, произнося это, потом на неё, — так как будете жить в одной комнате. — Какого хе…?! — Мое возмущение снова резко прервали грозным взглядом, на что я, не выдержав, могла лишь рычать и сводить в гневе зубы. Да что, блять, тут происходит?!       Я резко обернулась на этот «камень», свалившийся на мою голову, она также с невозмутимым видом смотрела на меня. Хм, я думала, что тут только я «супер невозмутимость». Подмечаю также, что у неё красивые глаза, аккуратный нос, милые щёки и пухлые губы. Она одета в обычные синие джинсы и красное худи, который явно ей великоват. Да, успев оценить эту милашку, но до жути бесящую меня сейчас персону, я подняла со злостью телефон и побежала к себе в комнату. Резко открыв и закрыв дверь, я хотела отдышаться, но не тут-то было. Моё дыхание ещё сильнее сперло, когда я увидела стоявшую параллельно моей кровати еще одну кровать, а рядом с ней новенький компьютерный стол с ноутбуком, и это всё — явно не моё. Эта женщина сведёт меня с ума. Она ведь прекрасно знает, что я терпеть не могу, когда внедряются в моё личное пространство, а это — моя личная комната, мой маленький мирок. И как она умудрилась впустить сюда какую-то незнакомку?! У меня так бешено бьётся сердце, я уже боюсь, что оно реально сейчас выбьет дыру в груди и вылетит. Сев на кровать, я пытаюсь взять себя в руки, но ничего не выходит и я просто вылетаю из дома в неизвестном мне направлении. И вот я оказалась на скейт-площадке. Набираю Бени и выплескиваю ему абсолютно всё. — Успокойся, всему есть объяснение. Раз уж твоя мама так поступает, значит, на это есть весомые причины, — друг пытается меня успокоить. — Да какие, мать их, причины, могут заставить привезти в наш дом какую-то девчонку и поселить её со мной в комнате?! — но успокоить меня у него получается не очень, то есть, совсем никак. — Блять! Меня разрывает просто! Я не собираюсь с ней делить что-либо моё, вообще, пусть сливается! — У меня сейчас уши отвалятся, если продолжишь так кричать. Опомнись, это я, твой милый дружбан. НЕ ОРИ НА МЕНЯ, КОЗА! — Неожиданно крикнул мне в ухо Бени.       Я не сдержалась и засмеялась. За это я его и люблю, этого идиота. — Хорошо… — Выдохнув, спокойно говорю, — что мне теперь делать? — Для начала, добейся объяснений, а там посмотрим, пока всего не узнаешь веди себя как обычно, невозмутимо, ты ведь в этом профи. — Увы, меня в этом переплюнули, — промямлила я. — Что? Я не услышал. — Да ничего, — с отчаянием выдохнула. — Я всё поняла, ты прав, просто дождусь объяснений. Но что бы там ни было, я не собираюсь мириться с таким исходом! — Знаю-знаю. Ну всё, иди домой и разбирайся с этой милахой-блонди, и держи меня в курсе. — Милахой-блонди? Это я так сказала? — Ага, как только я поднял трубку, ты убила моё ухо фразой: «Я смою в унитаз эту милаху-блонди, если она не свалит с моего дома». Забыла уже? — Да, походу у меня было шоковое состояние, — провожу ладонью по лицу и массирую пальцами переносицу, закрыв глаза. — Мне даже интересно её увидеть теперь, — усмехается паренек. — Угомони свои гормоны. Кладу трубку. И да, Бени… — М? — Спасибо. — Пришли вместо этого лучше ее фотку. — Иди ты! — бросила трубку.       По моему возвращению домой, время было уже час ночи, и мама вряд ли бы сейчас стала что-либо объяснять мне, поэтому, я сразу пошла в свою комнату. К-хм… в комнату, которая была раньше только моей, а теперь там обитает вот это, — открыв дверь, мои мысли заткнула увиденная картина, — «чу-до». — Да-да, именно картина: под приятным освещением ночника, спала она, убрав руки под голову. Я тихо закрыла дверь за собой и не могла прекратить любоваться. Это было неосознанно, просто мой взгляд изучал всё, что только можно: её золотистые локоны, идеальный небольшой и не маленький лоб, как по мне, превосходные брови. Ресницы, словно оторвали от куклы и приклеили к ней, но они настоящие, безумно аккуратный носик и эти губы: пухлые, красивые, манящие… СТОП! Что? Нос, губы, лоооб?! Что?! Да что за фигня происходит со мной? Так, всё, надо с этим кончать, надо отвлечься. По-фиг мне на неё. Меня аж передернуло от себя же. После душа, освежив свою голову, я села за комп. Да, игра — вот что мне сейчас поможет. Захожу в скайп, всё как обычно: забываю про реальность, веселая катка, угараем в скайпе с друзьями. Это правда помогает. — Он за забором. Да-да. Аптечка нужна? У меня их 8. — Блин, сзади, подлатай меня, скорее! — Кричит Энджи в динамик. — Да не ори ты так, мама услышит. Бегу. — Да Господи, когда ты привыкнешь надевать наушники?! — Не люблю я их. Так я больше втягиваюсь. — О, этот чепыршик твой, стреляй! — Да! — всё резко потухло. — Что?! Почему всё вырубилось? — тыкаю почти во все клавиши, не понимая. — Какого хрена?!       Обернувшись, вижу стоящую рядом, как призрак, её … Как там её зовут? Кара? Опускаю взгляд ниже, и он падает на руку, в которой болтается шнур от компьютера. Я такой разозленной ещё никогда не была. Вскочив и собравшись наговорить всех оскорблений, что было когда-либо выдумано человечеством, я было раскрыла рот, как она очень спокойно выдала: — Я не спала пять суток.       После этой фразы, я так и осталась с открытым ртом. Она просто отдала мне шнур и легла досыпать свой сон. Я где-то ещё минуты три стояла столбом, потом, очнувшись, вставила шнур обратно, выключила компьютер по-человечески и легла. Конечно же, я не могла уснуть и начала залипать в телефоне. И все мысли, всё равно, о ней. Когда это закончится? И вот, я снова боковым нутром чувствую её. Она привстала и смотрит на меня. А я в непонятках вылупилась на неё, продолжалось это в молчании, наверное, минуты полторы. — Чем тебе мешает телефон?! Я даже музыку не слушаю, — открыто возмущаюсь. — Все мелькающее меня отвлекает. И ты сдавленно хо-хочешь с постов, хоть и не замечаешь этого, — продолжает она тем же спокойным тоном. — Мне это чертовски мешает. — И что теперь делать? — Спать. — Я не могу уснуть. — Залипни на что-то кроме телефона и потолка — уснешь. — Это бред. — То, что мы с тобой сейчас в одной комнате — вот это бред, — сказав это напоследок, она вновь легла и укрылась.       Не знаю, как и почему, но я всё же послушалась и убрала телефон под подушку. Я залипала то на потолок, то на стену, то на комп, то на окно. Вот так ворочаясь моё тело пролежало наверное час, пока она не издала это возмущённое: «Ц». Я, так же возмущённо зарычав, легла боком в её сторону. Её личико снова ввело меня в ступор и я залипла… На ней.       Проснувшись не от будильника, а сама, я решила, что уже наверняка обед, и сразу пошла в душ. Одевшись снова в своём стиле и смотрясь в зеркало, увидела в отражении её спящую. Пять суток не спать, чем она вообще занималась? Ох, ладно, не ебёт. Взяв рюкзак, спустилась вниз. Мамы на удивление нет на кухне. Ладно, вечером поговорю с ней. Завожу свою красотку и еду на учебу. Только приехав в колледж, я поняла, что забыла телефон. Заебись. С этим досадным пониманием, что я растяпа, открываю дверь кабинета. Все оборачиваются на меня в афигах, и нету привычного приветствия. Позади меня заходит Аманда и выдаёт: — Эмилия? Вы что, перепутали миры? На моей памяти, вы лишь два раза приходили вовремя: в первый день учебного года и вот, сейчас… Вы заболели? — Ам… А который час? — Ровно восемь. — Утра? — Вечера. — Все в кабинете начали смеяться, — вы точно в порядке? — Не уверена, — с этими словами я села на своё место и посмотрела на Бени. Он настороженно смотрел на меня и вопросительно махнул головой, на что я просто отвернулась и уткнулась в книгу.       Не помню, во сколько я вчера уснула, но я проснулась как никогда выспавшись. Не могу понять: круто это или нет.       Как же тянется день. Я, в придачу с телефоном, забыла и ноут. Проторчала в библиотеке всё свободное время. Отвертевшись головной болью, не пошла с Бени кататься, так как мне хочется скорее домой. Нужно всё узнать и разобраться. Я устала обо всём этом думать.       Наконец, я дома. Блонди не видно, а мама сидит в гостиной и смотрит телевизор. Я, молча, спокойно присела рядом. Как и ожидалось, мама сама начала: — Её мать — моя давняя знакомая, — она, не отрываясь, смотрит на экран телевизора и продолжает говорить. — Когда я оказалась на улице, с тобой на руках, без чьей-либо поддержки, мне было очень страшно: я была совсем молода, мне некуда было податься. Меня никуда не брали на работу, но однажды, я забрела в одну кафешку поздним вечером. Когда я спросила, есть ли у них вакансии, эта женщина посмотрела на меня и без каких-либо вопросов ответила: «Два через два, восьмичасовая смена. На втором этаже есть комната, можешь жить там, квартплату буду брать с твоей зарплаты: 30% от суммы, каждый месяц, не важно сколько там будет». Она была нашим спасением. Со временем, мы с ней начали хорошо ладить, она доверяла мне во всём. Вскоре, она поднялась в горы, открыла более процветающий бизнес и отдала мне своё кафе. Только благодаря ей, мы сейчас живём беззаботно. И… Спустя столько лет, я не могла отказать ей в последней просьбе. Эта девочка — её единственная дочь. Вы одногодки. В детстве вы не виделись. Я даже не знала о её существовании. Она жила в приюте. — В этот момент мама посмотрела мне в глаза и продолжила. — Умирая, она лишь сказала, что не может уйти вот так, и что я должна спасти её дочь, как она однажды спасла нас. — Но почему она была в приюте? Её мать ведь была в достатке. — Она — нежеланный ребенок. Эта женщина помогала ей дистанционно. Девочка ни в чем не нуждалась, но ее мать не могла быть с ней. Я не знаю почему всё так сложно, солнышко, да мы и не обязаны понимать. Главное, она перед смертью рассказала мне это, и я не могла ей отказать. Не могла…       Я крепко обняла маму, сказав, что всё понимаю и она поступила правильно. Бени был прав — была весомая причина такого поступка. Я обожаю свою маму, она для меня — самый главный пример. Она, не жалея себя, добивалась лучшей жизни для нас обеих. Я посмотрела случайно в сторону кухни и увидела золотистые локоны, которые быстро исчезли. Кара всё слышала. Посмотрев на маму, я лишь сказала, что мы со всем справимся и, поцеловав в висок, оставила ее. Зайдя в комнату, я нахмурилась, так как эта особа собирает свои вещи. — Ты тупая? — Ты хотела спросить, что я делаю?! — Продолжает свое дело. — Нет, я вижу, что ты делаешь, поэтому спросила, как спросила. — Нет, я не тупая, — она бросила вещи, что держала в руках и с презрением посмотрела на меня. — Это все по-твоему шутка? — Это должны были быть мои слова. Моя мама решила помочь тебе, так что будь благодарна. — Помочь мне? — произнеся это с грустной усмешкой, она медленно подходит ко мне и продолжает. — Я просила её о помощи? Нет. Её попросила та женщина. Знаешь, что я делала пять суток? Почему я не спала? — её глаза наполняются слезами, от чего блестят. — Я наблюдала за тем, как она умирает… — её голос сдавленный. — Просто смотрела и не смогла ни разу задать вопрос, почему её не было рядом всё это время. Почему я не спросила? Потому что… — Произносит следующее шепотом, — боялась ответа, который произнесла твоя мать — Я ЕЙ БЫЛА ПРОСТО НЕ НУЖНА!         В этот момент вся соленая вода из её глаз вышла наружу, был слышен ком в горле, от чего у меня побежали мурашки. Я просто не знала, как реагировать, ведь она стояла очень близко. Растерявшись, я просто начала на неё кричать: — Да кем ты себя возомнила?! — Она резко отдалилась, сделав шаг назад. — Думаешь, ты одна такая, на этой планете? Так вот нет! Хватит жевать свои сопли! У некоторых детей даже крыши над головой нет, а твоя мать делала так, чтобы ты ни в чём не нуждалась! Посмотри на себя, — указываю на неё рукой, — здоровая, красивая, ухоженная. А ты знаешь, сколько брошенных детей сейчас просто умирают и никто им не поможет?! Твоя мама спасла нас, возможно, совесть её терзала, потому она и помогла. Что у неё было на душе — уже навеки останется тайной, но она любит тебя! Любила… Думаю, она прекрасно понимала, что помогая нам, она помогает тебе, дав тебе всё! В конце своей жизни она дала тебе именно то, в чём ты нуждалась — СЕМЬЮ! Думаешь, мы тебя жалеем? Что будем на руках носить и так далее? Ну уж нет, соберись, приведи свои мозги в порядок и просто смирись теперь с тем фактом, что мы — твоя семья! Всё, считай ты со мной уродилась и ничего не исправишь! И, да… Ты, всё же, тупая! — на этих словах я развернулась и, хлопнув дверью, вышла из комнаты.       Что это было? Меня передернуло от самой себя, бр-р-р. Мне нужно отдышаться. Вот я дура полная, зачем я это всё наговорила?! Прислонившись спиной к двери, я всё пыталась отдышаться. Внезапно дверь открылась, и я чуть не упала. Она спокойно смотрела на меня, потом прошла мимо и спустилась вниз, а я за ней. Она подошла к маме. У меня в этот момент сердце через глотку вырывалось. Что-то будет… И тут, она, вдруг, крепко обняла маму. Мама и я стояли в ступоре. Потом блонди выдала: — Вы не правы, — смотрит на меня, потом на маму, — я не жила в достатке, у меня было все, кроме семьи. И теперь, я рада, что у меня есть семья… Спасибо. — Она смотрит на меня с улыбкой. — Ох, Кара, мы тоже очень этому рады, иди сюда, солнышко, — теперь мама её обняла, а потом, смотря на меня, сказала, — Эми, а ну, и ты сюда иди. — А, мне и тут хорошо, — её недовольный взгляд сделал своё дело, и вот из нас построилась пирамида.       Всё так мило, что аж бесит.       На этом не всё, мы ещё и поужинали все вместе. Да, разврат. Это было совсем без неловкости: моментами забавно и так по-душевному что-ли… Вернувшись в комнату, я первая приняла душ и села за комп. Когда эта блонди шла следом туда, откуда я вышла, она обернулась, посмотрела на меня ехидными глазами и спросила: — Так значит, я красивая?       Единственное, что я смогла выдать в ответ — это хлопнуть веками и закрыть раскрывшийся рот. А она, с широкой улыбкой, закрыла за собой дверь. После того как она закрылась, я ебашила ладонью по губам так сильно, как могла, что аж покраснело. Дура. Через десять минут у меня вовсю идет игра. Я заметила, что она уже вышла, только тогда, когда она спросила: — Выключишь? — Ам… Не-а. — Мне выключить? — она потянулась за шнуром. — Нет-нет, пожалуйста… — Схватила её руку, наши глаза встретились и лица были слишком близко друг от друга. — К-хм… — Отпустила её руку и отдалилась. — Если снова так сделаешь, меня забанят. — Мне нужно уснуть. — Я надену наушники. — Показываю ей, что они у меня есть, все дела. — Не пойдет, ты шумно клацаешь по клавишам и мышке. — Бля! У тебя никаких увлечений нет что-ли? Почему ты так рано ложишься? — чуть ли не хныкаю уже продолжая играть. — Привыкла. — А я привыкла к другому. Отвяжись. Залипни на что-нибудь и уснешь. — Как ты на мне залипла прошлой ночью? — я сильно закашляла от неожиданности. — Я не залипала. Просто на тебя упал последний взор, и я уснула, — не могу на нее смотреть, неловко, ну вот убейте меня кто-нибудь. — ДА НЕ В ИГРЕ! ЧЕРТ! — Ну все, тебя убили. Выключай.       Передразнивая её, выключила комп и, будто обиженный ребенок, закопалась в постель. Взяла телефон. Посмотрела на неё, она смотрит на меня. Я — на телефон. Снова на неё. Она все также смотрит на меня. — ААААААааггр! — рычу. — Может, ты просто ляжешь на другой бок? — Мне так не удобно. — Да сук… — Останавливаю своё красноречие. — М-м-м… Ладно. — Убираю телефон и просто пялюсь в потолок. — Ты так не уснешь. — Я никак сейчас не усну. Ты — тиран, — вскидываю руки верх и с шумом опускаю обратно. — Смотри на меня. — Нет. — Посмотри.       Я повернула к ней голову, она смотрела в упор. Развернувшись к ней полностью, смотрела на неё также, как и она на меня. Ты хочешь поиграть? Хорошо, я люблю игры.       Почему?       Почему сердце так бьётся?       Утро. Снова не помню, во сколько уснула. Она всё ещё спит, и так же лежит лицом ко мне. Такая милая… Ебанула себя по щеке: — Ау-ч, дура блин, о чём я думаю… — Шепчу себе под нос и поглаживая горящую щеку, иду в душ. Когда я выходила оттуда, она резко ломанулась в него, чем меня и напугала чертовски. Я оделась, как по мне, более-менее ярко: черные джинсы, клетчатую рубашку я завязала на пояс, и красная майка, которая обтягивает и выделяет фигуру. Ну, и белые кеды. Шикарно. Волосы оставлю распущенные, они сегодня красиво лежат волнами. Я готова, и тут выходит Кара. В спешке взяв своё барахло, она вернулась в ванну. Стесняется при мне переодеваться? И куда она спешит в такую рань? Без разницы. Когда я спустилась вниз, мама встретила меня с чашкой какао и удивлённо возмутилась, когда я у неё взяла эту чашку: — Ну, это вообще-то Каре. И где она? — поглядывает наверх. — Переодевается, — возмущенно посмотрела на неё. — А чего это ей, а не мне? Ну, или хотя бы две чашки сделала бы. — Я вообще удивлена, что ты стоишь передо мной в это время, — мама пошла делать ещё какао, а я взглянула на часы. — Полвосьмого?! — Угу, — промычала мама, размешивая содержимое в чашке. — К-хм… Ну радуйся, становлюсь образцовой дочерью. — С чего это ты вдр… О, Кара, наконец, — она вышла в милом свитшоте и синих джинсах с обычными кроссами. Волосы были собраны, только короткие локоны вились по вискам и я снова залипла. — Вот, держи, давайте пейте и на учёбу, будете ездить с Эми в колледж. — ЧТО?! — я резко очнулась. — В мой колледж? — Не ты его основатель, Эми. Но да, в колледж, куда ходишь ты, туда и Кара поступила, — улыбается своим словам и поглаживает её по спине. — Но-но-но… — Чуть ли не заикаюсь. Выдохнула. — И что я скажу ребятам? — Правду. — Правду? И какая она? — Кара теперь твоя сестра, Эми, — в этот момент Кара посмотрела на меня изучающим взглядом. — Хм… Может сказать, что кузина приехала? — отвечаю с неловкостью. — Нет. Я сказала, как есть, — посмотрев на свои часы, она начала нас торопить. — Давайте, бегите, без опозданий. Чёрт, я же тоже опаздываю, — собрала всё, что ей нужно и вылетела раньше нас.       Мы вышли и сели в мою машину. Ну вот, то комнату с ней дели, то колледж, теперь и машину. — Договоримся так, вместе уезжаем с дома, а обратно врозь. Ок? — Ок.       Меня порадовало то, что она не спорит.       Мы прибыли в колледж. Первым делом, конечно же, я представила её Бени. — Привет, я Бенджамин, Эми о тебе рассказывала, милаха-блонди, — смеётся. — Тебе жить надоело?! — угрожаю сквозь зубы смотря на него и чувствую её взгляд на себе. Снова смотрит на меня с этой ехидной улыбкой. — Ладно, я не обязана быть тебе нянькой, большая уже, сама разберёшься, мы пошли, увидимся дома. — Я развернулась и потащила Бени с собой, он вырывался со словами переживания о ней. — Тебя совесть не грызет? — Нет, а должна? — мы уже прилично отошли от неё и я успокаиваюсь. — Конечно! Оставить такую милаху одну, в этом аду?! — смотрит на меня и качает головой. — Ты изверг! — Она не маленькая, найдет друзей. — Конечно я переживала за неё, но слишком долгое присутствие рядом с ней — странно на меня влияет, что необъяснимо. — Слушай, а если пригласить её на бал? — Бени лукаво улыбается своим мыслям и, увидев моё выражение лица, прекращает это. — Найди другую жертву, — вполне серьёзно заявляю.