Я не могу уснуть без тебя

      Не знаю, как долго мы простояли так, в объятиях друг друга, но я просто была не в силах отпустить её. Я не отпускала её руку даже тогда, когда приехала мама, и мы все втроём сидели в гостиной. У мамы, наконец, заблестели глаза, её сердце успокоилось, это видно. Когда Кара обняла её, я видела, как мама выдохнула всю тяжесть, что носила в себе, а глаза покрылись пеленой слёз. Мы, по большей части, сидели молча, я продолжала крепко держать её за руку, где наши пальцы были сплетены. Мама сделала горячий шоколад, и Кара потихоньку его пила. Я смотрела на неё и всё продолжала не верить своим глазам. Она правда рядом, цела и невредима… Признаю, что несколько раз всплывало ощущение, что у меня останется только её дневник… Мама села напротив нас и пристально смотрела на Кару. Видно, что она подбирает подходящие слова, но стоило ей открыть рот, как её перебили. — Он не трогал меня… — Она произнесла это, смотря на стакан с шоколадом, который держала в руке. Больше она не продолжала, и мама не стала задавать вопросов. А я, в свою очередь, от её заявления, словно скинула с себя айсберг. — Это самое главное, — произносит с улыбкой мама, — остальное уже не имеет значения. Ты дома… Со своей семьёй. — Тут Кара всё же посмотрела на маму и с улыбкой перевела взгляд на меня. В ответ, я накрыла второй рукой её руку, которую держала, и слегка кивнула. — А теперь, послушайте меня. — Мама вновь обращает наше внимание на себя. — Вы обе не спали и не ели несколько суток. Я сейчас быстро состряпаю салат, чтоб обе поели! После чего, идёте и отдыхаете. — Она твёрдо даёт указания, словно это не забота, а армейские приказы. Мы обе, как обычно, одновременно кивнули ей.       Как она и сказала, мы поели салат. Кара и я буквально накинулись на него и съели всё, что она нам положила. Даже не думала, что была настолько голодна. Мама улыбалась нашим пустым, прилично большим, тарелкам. — Ну вот, теперь вы не ходячие мертвецы. — Мы с Карой, наконец, с лёгкостью сумели посмеяться. Она смотрела на меня также, как и я на неё. Ощущение, что сейчас всё совсем по-новому. Что всё кардинально изменилось. Мы смотрим друг другу в глаза и обе это понимаем. Между нами словно пролетают сотни искр. — Эми, пойди и набери Каре ванну. Думаю, ей пойдет на пользу расслабиться в тёплой воде. — Я кивнула и, не спеша, направилась наверх. Кара провожала меня взглядом, пока я не скрылась.       Зайдя в комнату, я вспомнила про дневник. Ноутбук так и стоит открытым. Интересно, как она отреагирует на то, что я всё прочла? Будет ли она злиться? Дьявол… Это просто не имеет никакого значения, пусть злится сколько может, главное — она дома. Оставляю ноут таким же открытым. Зайдя в ванну и пустив воду, настроила самую подходящую температуру. Покинув ванную, я увидела у двери комнаты Кару, она стояла и смотрела на ноутбук, потом — на меня. Я глубоко вздохнула и, подойдя к ней, взяла её за руки. Мои пальцы гладили тыльную сторону её рук, она опустила свои глаза на них. Я подвела её к своей кровати и, посадив туда, сама села перед ней на колени. — Прости… — к глазам резко подступили слёзы, — да, я прочла всё. Мне это было необходимо, ведь я сходила с ума… — Смотрю на неё снизу вверх, её глаза бегают по моему лицу. Она ладонью касается моего лица и убирает выпавшую слезу, поглаживая щеку. Я беру эту руку и целую её в ладонь. Мне трудно говорить, но я всё же должна ей сказать… — Ты глубоко ошибалась на счёт того, что моё мнение о тебе кардинально изменится, — опускаю взгляд к рукам, которые я не прекращаю поглаживать, и вновь, возвращаюсь к её зелёным глазам, — для меня ты всё так же чиста. Кара… Для меня ты — ангел, и ничто не в силах это изменить. Прошу, прекрати ненавидеть себя… Прекрати ненавидеть то, что я до безумия люблю… — Мне всё тяжелее говорить, голос слегка охрип, а горлу больно. — Я хочу быть с тобой, так сильно… Если ты всю жизнь не будешь хотеть близости — её не будет. Я могу без этого. Единственное, без чего я не смогу — это без тебя. Просто будь со мной. Не скрывай свои искренние чувства и мысли. Будь со мной настоящей. — Её глаза тоже наполнены слезами. — Так что… Перестань ненавидеть себя, потому что… Потому что… Я тебя очень сильно люблю…       После этого, она захватила в плен мои губы и целовала их, спустившись ко мне на пол. Меня снова целуют эти губы. Такие горячие, такие мягкие, безумно сладкие… Наш поцелуй углубляется. По моему телу бегут мурашки. Она сжимает мои волосы и сильнее прижимается к телу. Нежный, беспрерывный поцелуй переходит в страстный. Она слегка кусает мою нижнюю губу и проводит по ней языком. Наши языки снова сплетаются в жарком поцелуе. Я начинаю чувствовать, что её рука — под моей майкой и уже гладит мой пресс, медленно поднимаясь выше. Всё происходящее — слишком головокружительно. Она разрывает поцелуй и жадно впивается в шею. Моё дыхание участилось. Я не понимаю, что происходит, но всё это так сносит крышу… Чувствовать её мягкие губы с обжигающим язычком на своем теле — чертовски возбуждает. Она снова возвращается к моим губам, я сжимаю её волосы и горячо целую. Замедлив темп и слегка отстранившись, смотрю в её глаза. Они пылают. — Кара… — Вопросительно смотрю на неё, что же она делает? — Я хочу… — шепчет мне в губы, — я безумно хочу тебя… — Она снова овладела моими губами. Моё сердце ужасно колотится, внутри будто извергается вулкан. Но вдруг, я слышу шум воды и вспоминаю, что ванна наполняется. Быстро отстранившись, вбегаю туда и выключаю воду, я успела, и ничего не полилось. Кара стоит в дверном проёме и смотрит на меня. Видно, что она переводит дыхание. Посмотрев на ванну, потом на меня, она задаёт вопрос, от которого я просто вхожу в какой-то транс. — Примешь со мной ванну? — Разве я в силах была отказать? Я только и могла, что кивнуть, заворожённо смотря в её искрящиеся глаза.       Мы стояли друг напротив друга. Молча. Это словно какой-то гипноз. Мы медленно стали раздевать друг друга. Когда моё тело оголилось перед ней, я не испытывала ни грамма стеснения, как чувствовалось и с её стороны. Она прекрасна… После некоторого времени, которое мы простояли совсем голыми друг перед другом, я первая залезла в ванную и легла, облокотившись на спинку, она полезла следом. Она полностью открылась мне. Как передать то, что я чувствую сейчас? Когда она легла, облокотившись на меня, и её спина прижалась к моей груди, меня преследовало лишь одно ощущение: словно всё это — не реальность. Подобного никогда я не испытывала… Мои руки очень нежно ласкают её тело. Я чувствую, как она расслабляется и словно растворяется на мне. Под водой слегка сжимаю ладонями её чертовски нежную и мягкую грудь, от чего она издаёт еле слышный стон. Она закрыла глаза и опрокинула голову на моё плечо. Я убираю в одну сторону её волосы, открыв для поцелуев её шею и плечо. Мои губы не пропускают ни сантиметра и целуют верх шеи, спускаясь к плечу, потом снова провожу снизу вверх языком, собирая каждую капельку. Она, с тихими стонами, поднимает руку и зарывается в мои волосы, от чего я оставляю на её шее засос, прижимая её тело к себе всё ближе. Внизу, ощущая её тело между своих ног, так безумно тянет и пульсирует. Моя рука спускается вниз по торсу и добирается до того самого места. Я накрываю её нижние половые губы ладонью и слегка прижимаю. Какая же она там нежная… От этого, её тело выгибается, она сильнее сжимает мои волосы. Её глаза приоткрыты и с неподдельным желанием смотрят на меня. Наши лица на сантиметре друг от друга, я не сдерживаю себя и страстно впиваюсь в ее пухлые губы. С такого ракурса поцелуй чувствуется намного жарче и по-особенному слаще. Её тело начинает слегка ерзать на меня, от чего моя рука прижимается сильнее. Как же всё это убийственно сводит с ума. Мы всё же останавливаемся. Спускаем воду и включаем душ. Я намылила губку и начала проходиться ею по ней. Мои глаза и руки изучали каждый сантиметр её прекрасного тела. Она послушно стояла и позволяла мне делать всё, наблюдая за каждым моим действием. Я смотрела на неё, на её грудь, талию, личико, и не могла поверить, что кто-то для меня может быть на столько родным. Словно это всё — часть меня. Когда я закончила, она взяла губку и также прошлась по мне, не пропуская ни сантиметра. Каждое прикосновение её нежных пальцев к моему телу  словно пропускало сквозь меня электрический разряд. Наконец, мы вылезли и высушили друг друга полотенцами. Это было немного забавно, особенно, когда мы бардачили друг другу волосы. Она хотела надеть на себя халат, но я не дала. Взяв ее за руку и выключив свет, провожу её к своей кровати. Комната освещается лишь сине-фиолетовыми оттенками. Мы смотрим друг на друга безмолвно, но глаза просто не перестают выдавать букет чувств. Я совсем невесомо обхватываю своими губами её верхнюю губу, обнимаю за талию и прижимаю горячее тело к своему. Поцелуй медленно углубляется и становится безумно нежным, полностью поглощающим. Аккуратно наклоняю её на кровать и мы ложимся забираясь выше. Я чувствую, как наши тела пылают от этой близости. Перекидываю волосы в одну сторону и нависая над ней, чертовски сладко целую эти, до безумия полюбившиеся, губы. Она отдаётся мне, обнимает и поглаживает спину. Раздвинув слегка ножки и обхватив меня ими, прижимает друг к другу то самое, что так сильно ноет от желания. Я начинаю медленно двигаться вверх-вниз. Провожу языком по губам. Целую нежно верхнюю губу, потом нижнюю, кусаю и слегка оттягиваю. Она обхватывает мою шею и начинает учащенно дышать. Когда я вновь возвращаюсь к страстному поцелую, чувствую ее стон в мои губы. Эти ощущения просто непередаваемы. Столько нежности… Страсти… Как можно быть счастливее, чем сейчас? Моя рука нежно проходится вдоль её талии и останавливается на бедре, которое сжимаю от страстного желания. Оторвавшись от её, вызывающих зависимость, губ, мокрой дорожкой провожу язычком вдоль шеи. Жадно и горячо, безумно наслаждаясь, целую плечи, медленно перехожу язычком на ключицы. Оставляю после каждого поцелуя лёгкие отметины. Она такая сладкая, что я хочу зацеловать все её тело. Этот аромат, который исходит от её тела — дурманит разум. Её учащенное дыхание, которое переходит на тихие стоны — до сумасшествия заводят. Я хочу слышать и испытывать это всю жизнь. Остановиться я уже не смогу и продолжаю спускать поцелуями всё ниже. Мои губы обхватывают её сосок, нежно посасываю, слегка вытягиваю. Полностью покрываю губами и быстро тереблю язычком, от чего Кара начинает выгибаться и сжимает одной рукой волосы. Меня радует, что её соски такие чувствительные и я продолжаю эту блаженную пытку. Она продолжает издавать легкие стоны и я понимаю, что теперь это мои самые любимые звуки… Когда она выгибается, мои руки обхватывают её талию, губы продолжают страстно целовать и посасывать. Я так хочу доставить ей максимум удовольствия… Не оставив ни сантиметра на груди без моих поцелуев, спускаюсь также мокрой дорожкой по торсу. Её маленькие ногти впиваются в мои плечи и я чувствую её предвкушение. Да, ведь я уже так близка к желанному месту… Начинаю дышать через рот, мое дыхание приятно обжигает её тело, я слышу это по её стонам. Мои губы добираются до лобка, целую с язычком и она вновь выгибается в спине со стоном. Мой язык совсем слегка касается верхней части её клитора и она резко хватается за мои волосы. — Эми… — Слышится в хриплом стоне моё имя, что снова просто сносит крышу… Я хочу ещё … Произнеси моё имя так снова… Она словно слышит мои мысли и вновь произносит это, когда я полностью обхватываю губами её сладкий клитор. — Эми… Чёрт … — Да, солнышко, да… Её частое и громкое дыхание — услада для моих ушей. Опускаюсь еще ниже, обхватываю её бедра и прижимаюсь к половым губкам сильнее, от чего слышится новый стон. Я начинаю стонать в её сладкую промежность. Я так нежно целую её с язычком, словно это верхние пухлые губки Кары. М-м-м… Ощущать, как ей все это нравится, для меня просто невыносимо приятно. Провожу язычком вдоль правой, потом левой губе и медленно снизу вверх по клитору. Моя девочка содрогается от этого. Она прижала ко рту руку, чтобы её стоны не были такими громкими… Но мне так хочется слышать всё. Когда её таз начинает двигаться вверх-вниз, а ее рука со всей силы начала сжимать мои волосы, прижимая мою голову сильнее и это сопровождается частыми стонами, я понимаю, что она уже на пределе. Начинаю язычком быстрее теребить клитор и вот оно… Она сильно изгибается и очень громко стонет в руку. Я прижимаюсь и целую, углубляясь, от чего ее тело слегка трясет. Она словно замерла и я вместе с ней, сладко прижавшись губами. Я не могу налюбоваться её прекрасным изгибом. Это просто потрясающе… Её тело отдаёт несколько толчков… Медленно собираю весь сок, стараясь не касаться уже очень чувствительного клитора, от чего я чувствую, как она успокаивается. Я поднимаюсь, сопровождаясь лёгкими поцелуями по телу, к её лицу. Она всё еще не отошла, глаза закрыты, голова слегка откинута, от чего выделяется полностью шея, а рот открыт. Она словно не может придти в себя… Мне это чертовски нравится. Совсем невесомо касаюсь губами её шеи. Нежно прикасаюсь к её губам. Чувствую, что у неё внутри пересохло из-за стонов и проникаю язычком внутрь, заставляя её тем самым снова целовать меня и увлажнить ротик. Она, наконец, слегка приоткрыла глаза и смотрит в мои, нежно приложив ладони своих рук к моим щекам. Я медленно убираю несколько её волос, которые были на её лице и улыбаюсь. Она так смотрит на меня… Словно говорит мне: «Не уходи…». В эту секунду, по её виску скатилась одинокая слеза, которую я забрала своими губами. Задерживаюсь в этом поцелуе, прочувствовав соленый вкус слезы. Она закрыла глаза и я продолжила покрывать её личико нежными поцелуями: в лоб, в щеки, в подбородок, в носик, медленно возвращаюсь к губам. Совсем слегка цепляю нижней губой ее верхнюю. Я растворяюсь сейчас в этих секундах. Внутри всё просто взрывается от прилива счастья и дикого наслаждения.       Мы лежали на боку лицом друг к другу и укрытые до талии одеялом. Беспрестанно смотрим друг другу в глаза. Наши чувства словно в зените. Я накрываю своей рукой её руку, которая покоилась между нами. Поглаживаю большим пальцем тыльную сторону. Во мне сейчас столько нежности, что измерить просто невозможно. — Не могло ведь быть иначе, верно? — Её бархатный голос нарушает тишину. — Мы обязаны просто быть вместе… Ощущение, что по-другому никак. — Я так, чертовски, согласна с ней. Думаю, она видит это, по моим глазам, и продолжает: — Мне так жаль, что из-за меня это оттягивалось, так долго… — Тшшш… — Целую её руку закрыв глаза. — Главное то, что происходит здесь и сейчас. — Снова приближаюсь к ней, отчего она откидывается на спину. Любуюсь её милым личиком, этот прекрасный разрез глаз, безупречная форма губ, золотистые локоны, в которые я сейчас зарываюсь пальцами. — Ты мне так сильно нравишься… Не могу представить, кто может быть прекраснее тебя… — Ты… — Она вызывает во мне легкий смех, после чего её губы прижимаются к моим. Приподнявшись, она наклонила меня лечь на спину, а сама нависла надо мной. Облокотившись на руки, она внимательно взглянула на меня и я понимаю, что она намерена сделать. — Кара… Ты можешь не… — Она закрыла мне рот поцелуем.       В комнате слышно лишь наше тяжёлое дыхание. Она начинает спускаться вниз по телу, обжигая мое тело желанными поцелуями. В отличии от меня, она решает не спешить. Я ощущаю её губы абсолютно везде. Она целует внутреннюю сторону моих бёдер. Все ближе и ближе подбираясь к ноющему месту, но она всё продолжает мучить меня. Её язык проходится вдоль линии бикини и я не могу сдержать свой стон. Она вновь поднимается к моему лицу и сладко целует в губы. Её рука направляет меня перевернуться и лечь на живот. Я слушаюсь. Вытягиваю руки над головой скрестив их. Она села на мои ягодицы и нежно проводит пальцами вдоль спины. Когда я чувствую её обжигающее дыхание на шее, а язык начинает спускаться мокрой дорожкой по позвоночнику — по телу пробегают тысячи мурашек. Ах… Она словно целует и покусывает каждый сантиметр на спине. Из меня вырываются громкие стоны, когда её язычок и губы касаются определенных мест, она подмечает это и ласкает больше именно в этих местах. Моё тело изнывает уже от желания ощутить её там… Я начинаю чувствовать её губы на пояснице… Далее, она целует ягодицы и кусает, чем снова вырывает из меня очередные стоны. Всё, что она делает — безумно меня возбуждает. Она резко вновь переворачивает меня. Когда я хотела обнять её, она схватила мои руки и прижала к кровати, впившись страстно в губы.Признаюсь, что таких страстных порывов я от неё не ожидала. Она быстро спустилась вниз и сладко начала повторять, что делала только что с моими губами. Всё это вызывает головокружение. Она без остановки ласкает меня язычком и губами так, что я уже чувствую… Ох… Черт! Схватив подушку закрываю ею лицо, так как я не смогу сдержать эти стоны. Подарив мне космический оргазм, моя блонди поднялась ко мне и убрав подушку сразу поцеловала меня. Из меня ещё вырывались лёгкие стоны. По ощущениям, я всё ещё продолжала кончать, от чего содрогалась под ней. Её губы были нежнее и пухлее обычного, словно хорошенько натёрла. Я всё не могу перевести дыхание. Когда она отстранилась и томно смотрела на меня, я почувствовала её пальцы в себе, от чего затаила дыхание. Она начала слегка подниматься и опускаться, а её пальцы двигались во мне… Наши губы были на миллиметре друг от друга, но она не целовала, а лишь слегка моментами касалась их. Она дико сводит меня с ума… Я чувствую её обжигающее дыхание. Движение её пальцев вызывают во мне такие ощущения, про которые я даже не подозревала… Я всё не могу поверить, что это происходит в реальности… Сейчас… Кара просто владеет мной так, как ей хочется. Это неописуемо. Я снова чувствую, как дохожу до пика. Она видит и чувствует это. Когда я хотела прикрыть рот рукой, она резко его убрала и жадно впилась в мои губы, тем самым забрав в себя мои громкие стоны… Это было самое лучшее, что я когда-либо испытывала… — Ты такая родная… — Кара безумно тихо шепчет мне в губы. — Мне нравится всё в тебе… Каждый изгиб твоего тела… Каждый издаваемый тобой стон. — Слегка целует губы после каждой фразы. — Каждое твоё прикосновение вызывает стаю мурашек. Моё сердце сходит с ума по тебе, Эми… — Она смотрит пристально в мои глаза. Её слова эхом звучат в моей голове… Сердце бешено стучит. Одно дело читать подобное в её дневнике, и совсем другое, слышать эти слова наяву, находясь под её горячим телом… Я кусаю губу, стараясь не заплакать. С ней я стала безумно ранимой… Кажется, я укусила так сильно, что пошла кровь, которую она нежно слизала язычком и я чувствую вкус через поцелуй.       Мы вновь лежали на боку, но она уже была в моих объятьях, уткнувшись носиком в мою шею. Ни её, ни меня не тянуло спать. Видимо, мы так соскучились друг по другу, что не можем даже для сна разлучиться… Я чувствую, как она нежно и легко целует периодически мою шею. Это так приятно, что я улыбаюсь. — Я так боялась, что тем утром, наш поцелуй был последним… — Она замирает в поцелуе от услышанного. Слегка отстранившись, она легла выше, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Джон рассказал такое, от чего меня бросало в дрожь. — Она молча слушает и смотрит на меня. Её губы слегка приоткрыты и притягивают мой взгляд. — Я не находила себе место, Кара… Буквально теряла разум. Готова была натворить всяких глупостей. К примеру, убить… — Её глаза начали слегка бегать по мне, после услышанного. — Ты расскажешь мне? — Я всё же не могу быть в неведении, мне очень нужно знать, что с ней было. Она ложится на спину и прикрывает тыльной стороной кисти глаза. — Кара, можешь потом, я… — Я совершила ошибку. — Перебивает меня, продолжая держать руку на глазах. Пауза длится несколько секунд, но она, к счастью, продолжает. — Каждый день я вела отчёт, вычеркивая дни. Это продолжалось на протяжении 12 лет. С того самого дня, как его забрали, я не упускала ни дня, чтобы потренироваться в заброшенном спортивном зале. Я готовилась к его освобождению. В моей голове было тысячи сценариев, я просто до деталей изучила каждый возможный вариант предстоящей встречи с ним. — Её голос обретает хрипотцу, ощущение, что она сейчас заплачет. То, что она рассказывает, меня дико поражает. — Но когда в моей жизни появились вы с мамой, я начала забывать про него. Я забросила свой отчёт. Во мне поселилось ощущение, что мы с ним не встретимся больше никогда. Ведь я теперь не в приюте, у меня есть семья. Я не одна… — У меня все внутри сжимается, когда я вижу скатывающуюся по виску слезу. Она шумно сглатывает и убрав руку с глаз смотрит в потолок и продолжает, а я безумно внимательно её слушаю, боясь упустить хоть одно слово. — У меня всё сбилось. Я забыла дату, когда он должен был выйти. Я забыла про все свои построенные планы действий. В моей голове была лишь только ты. Да, я хотела тебе рассказать про него, но это было так, будто я хочу рассказать про уже несуществующего человека… — В этот момент она посмотрела на меня своими блестящими от слез глазами. Мое сердце просто разрывается. — Расскажи мне про тот день с самого начала. Пожалуйста… — Я сильнее захотела узнать все подробности. — Этот день был словно ком в горле. Ты сказала про разделение комнат, отчего я начала готовиться к очередным бессонным ночам. Потом Мэри со своей страстью к тебе. Далее Бени, который предложил мне встречаться… — Тут я её перебила. — Бени рассказал мне про это. Ты отказала ему не из-за меня, верно? — Она пристально смотрит на меня. — Ты сказала ему, что принадлежишь другому человеку… — Очень трудно дается произносить эти слова. — Тебя всё никак не отпускали те слова, что он говорил тебе каждую ночь? — Она не спешила отвечать. Меня начало это немного настораживать. — Да? — Нет. — Она отвечает тихо, но уверенно. — Когда я говорила это Бени, мои мысли были обращены только в твою сторону. — Чувствую, как моё сердце дико забилось. — Да, он неплохо повлиял на меня психологически, но, к счастью, я не лишилась рассудка. Я никогда не принадлежала ему… — Эти слова добавили в меня ещё львиную долю счастья, от чего я не выдержала и поцеловала её. — Мне ты тоже не принадлежишь… — Шепчу ей в губы, в её глазах читается вопрос и я отвечаю, — ты не вещь, Кара… Ты со мной, только потому, что сама этого хочешь. — Глажу её волосы медленно зарываясь в них пальцами, так приятно и нежно. — Мне продолжать или уже можно накинуться на тебя? — Этим она вызывает во мне искренний смех. — Нет, пока что, продолжай. — Мы улыбаемся друг другу, но вот она начинает вспоминать и улыбка сходит с лица. — Когда ты взяла за руку Мэри и увела её перед моими глазами, я хотела там же провалиться сквозь землю. Я понимала, что это всё происходит только из-за меня… Понимала, но злилась, что всё равно сгораю от ревности… Когда ты ответила с таким холодом и уехала, я осознала, что совершила самую большую глупость. Не нужно было врать тебе про игру, не стоило придумывать всё это. Я тогда испугалась до чертиков, что теперь точно всё потеряла. — Прикасаюсь после этих слов к её щеке ладонью и поглаживаю. — И конечно же, видимо, не было лучшего момента, для того, чтобы он появился… Когда я думала только о тебе, о том, что я всё испортила, когда иные мысли просто не лезли в голову и не ожидалось ничего не связанное с этим, тогда и нужно было ему появиться. — Убрав свою руку внимательно смотрю на нее и слушаю. — Когда мы разошлись с Бени, я собралась вернуться домой пешком, дабы привести свои мысли в порядок. Но как только я отошла от колледжа на несколько метров — увидела рядом с деревом один силуэт. Я не видела кто это, он стоял спиной ко мне, но сразу же ощутила… Я застыла и стояла как вкопанная, не моргая. Когда он начал поворачиваться в мою сторону, я не дожидаясь резко развернулась и направилась за здание колледжа. Мне начало казаться, что он бежит за мной. Когда я оказалась в тупике, я кричала, ощущая себя вновь пятилетней глупой девочкой… По мне молнией прошлось всё пережитое. Меня не держали ноги и я опустилась на землю. Тогда меня и нашёл Джон. Он, можно сказать, вытянул меня из той болоты, в которую я попала и не могла сдвинуться, утопая всё сильнее. Когда он оставил меня, я решилась и взяла себя в руки. Я повторяла себе, что уже не маленький ребёнок. Я готовилась к этому, я ждала этого… Не было никаких признаков похищения, потому что он меня не похищал. Я сама к нему пришла… — В этот момент у меня сперло дыхание. Такого я уж точно не ожидала… — Я сумела собраться и поставить вновь перед собой стену, которую выстраивала все эти годы.       Вновь направившись туда, откуда убежала, я готовилась ко всему. Он уже не стоял у дерева, я начала искать его глазами и нашла. Он сидел в парке, через дорогу. Для меня было безумно сложно унять подступающую дрожь по всему телу, но я сумела это сделать. Сев рядом с ним, мы просидели в тишине, наверное, минут двадцать. Я не смотрела на него, смотрела лишь перед собой. Он встал и пошёл к машине, а я следом. Да, я вот так вот просто села на соседнее сидение и поехала с ним неизвестно куда. Эми… Ты не представляешь, на сколько я была спокойна… Он привез меня в какой-то домик, который находился чуть ли не в лесу, чему я совсем не удивилась. — С каждой новой подробностью, она поражает меня всё сильнее и сильнее. — Мы сидели за столиком и молча смотрели друг на друга. Первым нарушил тишину он: — Ты так повзрослела… — После этой фразы меня охватила дикая злость. Он сказал это так, будто он мой родственник, будто мы встретились после долгих лет тяжелой разлуки. — Такой я тебе уже наверное не нравлюсь, да? — Мне хотелось дерзить ему, я понимала, что вот оно, началось… Теперь не остановить. — Нет, ты всё такая же милая девочка… — Его рука потянулась ко мне, чтобы погладить. — НЕТ! — Я выговорила это как можно громче и строже, от чего он быстро её убрал. В этот момент я посмотрела на него совсем иначе. Всё совсем по-другому. Я не боялась его. Мне было противно смотреть на него, я ненавидела его всей душой. Но он не внушал в меня больше прежнего страха. Я чувствовала, как он слаб… — Почему… Почему ты делал со мной эти вещи? — В ответ он начал слегка посмеиваться, постепенно его смех перерастал в громкий и истеричный. — А ты… — Еле отходит от смеха, — ты разве не благодарна мне? — Меня безумно поражает его вопрос. — Только благодаря мне, ты стала такой сильной. В твоих глазах больше нету того страха, — он резко потянулся ко мне через стол так, что его лицо оказалось в паре сантиметрах от моего, но я даже не моргнула. — Потрясающе… Я тебя создал, Кара! Я… Тебя… — В эту секунду я не выдержала и со всей силы ударила кулаком его в лицо. Он упал на пол и я, сев на него, начала избивать… Я рычала, злилась, из меня ручьем текли слезы. Мои руки били без остановки, его рот был весь в крови, он продолжал смеяться, от чего его щели в зубах были красные. Я снова вспоминала каждый его шёпот. Мне было так противно, я так его ненавидела. В моменте, я поняла, что если не остановлюсь, то совершу глупость. Отстранившись от него я суетливо отползла и прислонилась спиной к стенке. Я плакала… Из меня словно вышло всё. Всё, что я держала в себе на протяжении двенадцати лет. Он лежал неподвижно, постанывая моментами от боли. Я просидела так, смотря на него, с засохшими на щеках слезами, всю ночь. Человек — хуже животного, которого я боялась до дрожи, сейчас просто лежал передо мной с окровавленным лицом и ничего не мог сделать. Я не могла поверить, что так сильно его боялась, что он так сильно повлиял на меня… Да ведь он никто. — Ты жалок… — Я знала, что он слышит меня. — Тебя насиловали в детстве, верно? — Я произносила эти слова с искренним презрением. Он открыл глаза и медленно подполз к стенке, облокотившись так же, как и я. Мы вновь просидели друг на против друга немалое количество времени в тишине, которую он вскоре нарушил: — Наша мать умерла, когда нам с Джусс было по 6 лет. Отца у нас не было и нас забрала сестра матери, которую мы ни разу до этого не видели. У неё был муж, который избивал её чуть ли не каждый день. — Он рассказывал все тихо и спокойно, словно какую-то сказку. — Однажды, мы с Джусс остались с ним наедине. Тетя задерживалась на работе, а он пил и смотрел порно. Он так напился, что начал звать тетю, словно она дома. Джусс надоели его крики и она заявила ему, что её нету. Заметив её, он начал лезть к ней спуская штаны. Она испугалась и ей некуда было бежать. Тогда я встал перед ним и сказал её не трогать, на что он мне ответил: «Либо она, либо ты»… — Он снова начинает смеяться в истерике, но быстро продолжает. — И вот с того дня, каждую ночь, он насиловал меня! Стоило тёте уснуть, как он открывал дверь в нашу комнату и светил мне в лицо фонарём. Каждую, чертову, ночь… — От его рассказа во мне не появлялось ни капли сострадания. Одно негодование. — И ты решил, побыть в его шкуре? Ощутить, каково это? Я даже не могу представить, что тобою двигало, пережив всё это: «Оу, Кара, такая маленькая и беззащитная девочка, отыграюсь-ка я на ней, за всё, что эта сволочь со мной делала.» Ты так думал?! — Тебе ведь нравилось, ты сама говорила это. Я был нежен с тобой, я не был так груб, каким он был со мной. — Он произносил эти слова так убежденно, что я просто буквально потеряла дар речи. — Ты… Ты действительно в это верил?! Ты правда думал, что мне нравится то, что ты, сволочь, делал?! — Мой голос уже хрипел. — Я ненавидела каждую ночь! Жила в аду! Ненавидела все, что ты со мной делал, — с моих глаз снова лились слезы, — кивала тебе, когда ты спрашивал нравится ли, лишь потому, что хотела скорее с этим закончить! — Голос срывался на хрип. — Не правда. — Он снова улыбается отрицательно махая головой, — ты любила меня. — Я смотрела на него, слушала и осознавала, что этот человек правда нездоров. — Ты больной. Ты мне омерзителен! — Словно ядом выплевывала эти слова. Большая часть времени, что я провела с ним — прошла в тишине. Но мы продолжали время от времени нарушать её. Я уже начала думать вслух: — Из-за тебя я причинила боль самому светлому человеку в моей жизни… Сейчас смотрю на тебя и не могу поверить в это. Ведь ты того не стоишь… Ты не стоишь ни единой слезы, что выпали из её глаз! — Ах да… У тебя ведь теперь есть семья: прекрасная мама и не менее прекрасная сестра. — Он произносил это с характерной ухмылкой, что выводило меня из себя. — Они не знают ещё, что у тебя есть и папочка, да? Я бы мог быть папой и для той дерзкой красотки. — Он произнёс это противно закусив губу, после чего я ощутила дикую злость. Подлетев к нему, я схватила его за шиворот и, подняв это вялое тело, силой прибила к стене. — Не смей… Говорить о ней… Я убью тебя. — И как ты будешь с этим потом жить? — В этот момент, я понимаю, что зря трачу на него свои силы. Он болен. Его место в психушке. Отпустив его, медленно отхожу, от чего он снова улыбается и садится на стул, я стояла рядом, над ним, и просто смотрела на него, слушая. — Они не такие как мы с тобой, Кара. Им не знакома истинная суть этого мира. — Ты прав, им не знакома вся эта грязь. Но им знакомо другое, чего тебе не довелось познать и никогда не получится — это любовь, уважение и искренность… С ними я счастлива. Они не малодушны, как ты! — Он смотрел на меня уже с серьезным выражением лица, без своей ухмылки. — В одном, я тебе благодарна… Если бы ты не появился сейчас, я бы так и жила с этим… С тобой — в глубине себя. А теперь сделай милость, забери себе моё чёртово прошлое и исчезни навсегда из моей жизни! — Я забрала рюкзак и направилась к выходу, но он меня остановил. — И ты думаешь, что она тебя примет с твоей правдой? — Пусть и не сразу, но она примет… Я буду завоевывать её каждый день, и не важно, сколько времени для этого понадобится… Главное лишь то, что тебя больше нет во мне. Ты просто кошмарный сон, от которого я пробудилась. — После этих слов, я не оборачиваясь на него, постояла у выхода еще несколько секунд, и выйдя, хлопнула за собой дверь. Вздохнув полной грудью, я направилась к дороге по следам от шин машины. Я шла долго, наконец, дойдя до трассы, я бродила по ней где-то часа полтора, пока не услышала звук приближающейся машины. Меня подобрала молодая парочка. Я сидела на заднем сидении и с улыбкой слушала, как они беззаботно обсуждали всякую мелочь, представляя на их месте себя и свою голубоглазую девушку. Когда я наконец дошла до дома — в моей душе всё перевернулось. Увидев тебя, избивающую в порыве гнева грушу, я ощутила, будто вновь начала жить. Ты стала кислородом.       Кара посмотрела на меня, после того, как закончила и начала вытирать мои слезы, которые так и продолжали стекать в бок. Чувствовалось, что подушка уже прилично мокрая. Я слушала её, не в силах хоть на секунду прервать. Она поразительна. Сумев победить свое прошлое, она вернулась ко мне, с намерением завоевать вновь моё сердце. Но оно было завоевано с самого первого момента и влюблялось с каждым разом все сильнее, как и сейчас.  — Ты потрясающая… Я так сильно восхищаюсь и горжусь тобой. — Она улыбается мне, поглаживая щеку. — Это ведь опасно… От таких сильных чувств и правда можно сойти с ума… Ты будешь навещать меня в больнице? — Она слегка смеется. — Сумасшедшая, — тянется ко мне за поцелуем. — Я о том же… — Наши губы снова сплетаются в жгучем танце. Мы полностью с головой накрылись одеялом и вновь вернулись к блаженству. На этот раз, мы ослушались маму. Эта ночь — совсем не для сна.