Часть первая
20 октября 2018 г., 19:37
8 часов 16 минут. 17 июня 2015 года. Отдел полиции…
Сегодняшнее утро выдалось приятным: вчерашняя жара спала и сейчас стояла в меру тёплая погода, а свежий ветер с реки продувал этот огромный серо-чёрный город. Около типичной советской пятиэтажки, построенной как отдел полиции Кировского района Нолинска, уже стояло три оперативных машины – два УАЗа «Бобика» и ГАЗель Дежурной части, сотрудники которых дежурили прошедшей ночью, отметившейся лишь парой вызовов. Да и то, по пустякам – тут распивали спиртные напитки под окнами, а здесь небольшая потасовка на остановке, закончившаяся благополучно.
К парковке отдела подъехал белый с серым отливом автомобиль такси, пассажирка которого с непонятной опаской вышла из машины и, периодически оглядываясь по сторонам, направилась к главному входу в здание. Тут, в пяти метрах от него, стояли приехавшие на работу полицейские, рабочий день коих пока ещё не начался. Среди них был высокий капитан, травящий очередной анекдот. Посмотрев на молодую – лет восемнадцати – шатенку, он прервал свой рассказ и подошёл к ней.
— Что Вы хотели? – Поинтересовался он самым вежливым тоном, каким только мог говорить. – Я капитан полиции Нечай, идёмте со мной. – Полицейский галантно открыл дверь и провёл посетительницу к дежурному.
Девушка, сопровождаемая полицейским, зашла в серое здание, оказавшееся не столь унылым и угнетающим внутри. Стены, украшенные шафраново-жёлтыми обоями и плинтусами цвета медвежьего ушка, отвлекали от мыслей о нахождении в отделе полиции, но висящие повсюду специфические таблички и плакаты вновь возвращали в реальность. Пара подошла к окошку дежурной части, где ещё не проснувшийся прапорщик что-то пробурчал капитану и дал девушке чистый лист и шариковую ручку, для написания заявления.
— После того, как напишите заявление, передайте его дежурному. Он уже скажет, что делать Вам дальше. – Нечай кивнул головой, прощаясь с напуганной чем-то шатенкой, и поднялся в свой кабинет.
Небольшой с комнату в скромной однокомнатной квартире кабинет встретил своего погружённого в мысли обладателя тишиной и полумраком. Включив свет, капитан сел за стол и приставил собранные в замок руки ко рту. Оформленный в ядовито-зелёном и бирюзово-синих тонах кабинет обставлялся как и полагалось для всех начальников следственных групп: рабочий стол оливково-коричневого цвета, три абсолютно чёрных кресла и два терракотового цвета книжных шкафа с дверцами из сплошного массива, дабы никто не видел скрытых за ними предметов. Над входной дверью тикали чёрно-серые настенные часы. Александр не обратил внимания на то, как их стрелки приблизились к отметке в половину восьмого – началу рабочего дня.
Послышался стук в дверь. Сразу за последовавшим в ответ на него спокойным серьёзным басом «Войдите!» в дверном проёме появился старший лейтенант из группы Нечая. Лейтенант был высоким спортивной формы мужчиной лет тридцати пяти с аскетичным лицом и золотисто-коричневыми волосами.
— Доброе утро, товарищ капитан. Дежурный остановил меня и просил проводить к Вам… девушку, – лейтенант зашёл в кабинет и закрыл за собой дверь.
— Девушку? – Удивился Александр, отвлекаясь от своих мыслей. Пауза перед словом «девушка» не осталась не замеченной мужчиной, согласившимся с тем, что по части снобизма его старший лейтенант мало кому мог уступить.
— Да, девушку. Прапорщик сказал, что Вы сами привели её к нему, чтобы она написала заявление. Вот оно, – старлей передал начальнику исписанный не самым разборчивым почерком лист с крупной надписью по середине «Заявление».
Жестом предложив подчинённому сесть в одно из двух кресел напротив, капитан молча стал ознакомляться с содержанием этого бланка. Через две минуты, как только полицейский закончил прочтение заявления, Александр отложил его в ящик стола и исподлобья посмотрел на подчинённого. Взгляд не нёс в себе никакой угрозы, но и предвестником хорошей погоды он тоже не являлся.
— Лейтенант, – после обращения к себе, мужчина поднялся с кресла, – сейчас с девушкой поедешь на моей Гранте на освидетельствование в больницу. Там дожидаешься оформления заключения и мигом сюда! Всё ясно?
— Так точно. У нас новое дело? – Капитан моргнул в ответ. – Изнасилование? – Хотя лейтенант уже прекрасно понял для чего нужно ему прокатиться в больницу, он решил удостовериться в правильности своих выводов.
— Да… – согласился Александр, поднимая трубку телефона. – Дежурный, мне нужна моя Лада Гранта и ГАЗель Дежурной части для выезда!
Закончив столь короткий телефонный разговор, мужчины вышли из кабинета, сразу же закрытого на ключ капитаном, попрощавшимся с лейтенантом. Пока последний вместе с потерпевшей спускался обратно вниз по ступенькам, Нечай созвонился с экспертом-криминалистом и попросил двух его спецов для проведения осмотра квартиры потерпевшей. Через минуту у дежурной части капитан встретился с двумя криминалистами – обоими примерно его возраста. Компания поехала на квартиру, где жила потерпевшая.
***
9 часов 35 минут. Квартира потерпевшей… Александр Константинович постучал по железной двери, через несколько секунд за ней послышался приятный женский голос, обладательница коего не ожидала гостей и была встревожена чьим-то стуком. На вполне логичный вопрос, адресуемый всем незнакомым и неизвестным людям, – «Кто там?» – последовал грозный ответ капитана – «Откройте, полиция!». Фраза, всегда подкрепляемая раскрытым перед дверным глазком удостоверением, служила магическим заклинанием, открывающим все двери. Конечно, иногда приходилось применять вторую часть заклинания – «Откройте, иначе мы сломаем дверь!». Это действовало на многих весьма отрезвляюще. Дверь открыла мать потерпевшей – мадам Егорова, – симпатичная веснушчатая женщина с каштаново-рыжими волосами, по мнению капитана, постоянно что-то разыскивающая и пребывающая в состоянии крайней озабоченности за безопасность своей дочери. — Что-то случилось? – настороженно спросила мать, заглядывая за Нечая, загораживающего своей широкой спиной сопровождающих его двух криминалистов и участкового с понятыми. — Гражданка Егорова? – Сухо спросил капитан, убирая удостоверение обратно в карман брюк. – Разрешите пройти, дело касается Вашей дочери… Женщина прошла вглубь квартиры, словно растворяясь в ней. Нежданные гости встали в прихожей, полицейский и криминалисты протёрли обувь о коврик и прошли дальше в коридор. Из дальнего дверного проёма по правую сторону выглянула Егорова, приглашая всех пройти в комнату дочери. Комната Елизаветы была уставлена всевозможными безделушками, привозимыми её матерью с каждого путешествия куда-то за пределы страны. Здесь были и сувениры из Египта, Туниса и Турции, так любимых нашими туристами, с черноморского побережья России и Минеральных вод Кавказа, а также промелькивали какие-то страшные, чудовищного вида фигурки африканских племён. Все эти несметные сокровища делались специально для туристов. Комната была уставлена парочкой диванов, рабочим столом со сложенным на нём ноутбуком, стоящим где-то в углу на комоде телевизором и несколькими платяными шкафами. Плотные шторы создавали полумрак и хозяйка поспешила их раздвинуть. — Нет-нет. – Остановил женщину Александр. – Я Вас попрошу ничего не трогать, – назидательно сказал мужчина, жестом предоставляя криминалистам поле для деятельности. – Понятые, – Нечай обратился к соседям, призванным проявить гражданский долг, – сейчас в Вашем присутствии будет проводиться осмотр места преступления. Прошу Вас быть очень внимательными. Лейтенант, пиши, – уже было адресовано участковому. Криминалисты, надев перчатки, приступили к осмотру места преступления. Один – мужчина тридцати пяти лет – вооружился ультрафиолетовым фонариком и начал методично осматривать постельное бельё, на предмет наличия биологических следов. Каждый раз, обнаруживая какие-то следы, мужчина брал пробы и убирал их в колбочку. Второй криминалист в это время изучал содержимое комода, в коем хранилось нижнее бельё девушки. — Александр Костантинович, мы закончили. Можно ехать в лабораторию, проводить анализ. – Отчитался старший в группе криминалист – склонный к полноте мужчина пятидесяти лет с небольшой бородкой. — Хорошо. Гражданка Егорова, я прошу предоставить нам зубные щётки или расчёски Ваши и Вашей дочери для проведения ДНК-экспертизы, – обратился полицейский к матери пострадавшей девушки. Та вышла из комнаты и вернулась через минуту, держа в руках две зубных щётки. Каждая из них была убрана в отдельный, подписанный пакет. Криминалисты поспешили покинуть квартиру Егоровых и поехали на ГАЗеле обратно в отдел, чтобы к возвращению капитана установить принадлежность биологических следов. Однако для полного проведения экспертизы следовало ещё задержать предполагаемого преступника и взять у него образцы ДНК. — Понятые, прошу Вас ознакомиться с протоколом и подписать его здесь для Вас, и здесь для Вас, – сказал участковый соседям, всё это время в состоянии лёгкого шока наблюдающим за происходящими действиями в доме Егоровых, живущих счастливо и весьма благополучно. — Мадам Егорова, где мы можем с Вами поговорить? – Спросил Нечай. Ему предстояло побеседовать не только с хозяйкой квартиры, но и с соседями. — Идёмте на кухню, – предложила хозяйка, тяжело вздохнув. – Скажите, Лиза же написала заявление, поэтому Вы и приехали с коллегами? – спросила женщина, когда капитан сел на стул. — Да. Скажите, не замечали ли Вы за своей дочерью какие-то странности, может быть, она говорила, что её кто-то преследует или ещё что-нибудь? – Александру предстояло провести нелёгкую беседу, ведь тема для разговора была не из приятных. — Нет, – уверенно заявила женщина. – Лиза не говорила ничего такого, что за ней кто-то следит… Да и странностей тоже не припомню. – Тяжело вздохнув, хозяйка добавила: – К сожалению, я вряд ли чем-то смогу Вам помочь. – Она безвольно и вяло улыбнулась. — Очень жаль. А у Вашей дочери был молодой человек? Может, Вы можете что-то рассказать о нём, ведь Елизавета вряд ли бы пригласила в дом постороннего. — Да, – охотно начала Егорова. – У Лизы был мальчик, только он мне не нравился, да и у них с Лизочкой отношения какие-то странные были… Не ладили они, что ли. Постоянно ругались при встрече, созванивались всё реже и реже… Я даже не знаю, почему она решила пригласить его к нам… – женщина развела руками. — Возможно для того, чтобы сказать о разрыве отношений? – Предположил капитан, поднимая голову от протокола. – Ваша дочь не говорила ничего об этом? — Да, знаете, припоминаю, как неделю назад Лиза говорила о том, что хотела бы разойтись с Димой… или не Дима его зовут? Подождите, сейчас вспомню… Да-да, Дима. Дмитрий Зарянов, – представила теперь уже бывшего ухажёра дочери мать. – Лиза у него пару раз или больше оставалась на ночь, поэтому она должна знать адрес. — А что Вы можете сказать об этом Дмитрии? Что он за человек? — Ну, если честно, то он не внушал к себе доверия, какой-то замкнутый в себе что ли… Нет, скорее, себе на уме, как говорят. Никогда не знаешь, чего от него можно ожидать… А внешне – не примечательный парень с тёмно-серого, даже мышиного цвета волосами, тощий, вечно смотрит исподлобья и взгляд коварный какой-то. Плюс кадык торчит на худющей шее. Цыплячьей шее, – уточнила гражданка Егорова. — Послушать Вас, так это просто главный подозреваемый и преступник. Такой может что угодно сделать, – хитро прищурился Александр Константинович, вновь откладывая ручку в сторону. – По-вашему, такой человек совершит преступление, и рука не дрогнет? — Да. – Без толики сомнения сразу же согласилась женщина. – Мне он сразу не понравился. Не знаю, что Лиза в нём нашла, но… – тут Егорова-старшая тяжело вздохнула. — Ну что же, спасибо! – Полицейский встал с места, убирая в портфельчик протокол. – Я к Вам ещё приду. До свидания! – Попрощался капитан, покидая квартиру. – Что-то не нравится мне в этой женщине, какая-то она странная, подозрительная что ли… – бормотал себе под нос Александр. – Да, старлей? – Ответил на звонок мужчина. – Так… Хорошо, вези её домой, я буду ждать тебя там.
