Цикл "Friends forever"

Ноги... Такие длинные и стройные. Молочно-белые, лишённые малейшего намёка на загар, несмотря на бешено палящее солнце за окном, словно выточенные из мрамора, и такие же гладкие на вид. Нестерпимо хотелось притронуться к ним, провести кончиками пальцев по тонкой, почти прозрачной коже, убедиться, что они принадлежат живому человеку из плоти и крови, а не одной из Роденовских статуй. Как он раньше не обращал внимания?.. - Эй! - на фоне ног появилась столь же точёная и тоненькая рука с аккуратно обрезаными под корень ногтями, выкрашенными в "вырви глаз" оранжевый цвет, и демонстративно пощёлкала пальцами, привлекая внимание к их обладательнице. - Чего завис? - А? - парень, вынырнув из своих мыслей, проморгался и поднял взгляд на невысокую рыжеволосую девушку, сидящую нога за ногу на кровати напротив. Симпатичное личико, россыпь ярких крупных веснушек и внимательные, чуть настороженные серо-зелёные глаза. - Что? Нет, всё в порядке... - Майкл, ты уже битых пять минут пялишься на мои ноги, - приподняв рыжеватую бровь, возразила она. - О чём задумался? - О твоих ногах, Анька, - хмыкнул названный Майклом и опять скосился вниз. - Красивые они у тебя. - Тьфу на тебя! - отмахнулась рыжая. - Перепугал... Ну, пялься дальше. Ракурс поменять? - Нет-нет-нет, отсюда всё замечательно видно! - Эстет хренов, - хохотнула Аня и вернулась к прерванному занятию - приведению в божеский вид спутанной гривы тёмно-медовых локонов. Парень ещё некоторое время задумчиво любовался подругой, откинувшись на спинку удобного гостиничного кресла, а потом всё же решился задать мучивший его вопрос: - Ань, - тихонько позвал он. - Вот скажи, почему, когда я говорю, что у тебя красивые ноги, ты воспринимаешь это именно как "красивые ноги", а не "ой, дэвушка, Вы так прэлесны, что я готов ради Вас сменить ориентацию?" - А ты готов? - скептически хмыкнула та и, отложив в сторону расчёску, продефилировала в ванную. - Не-а... - К чему тогда эти вопросы? - рыжая вновь возникла на пороге комнаты и, оттерев с губ остатки зубной пасты, ткнула в блондина зажатой в правой руке щёткой. - Мишка, у тебя что, кризис самоопределения? - Да нет, просто... - Просто что? - подозрительно сощурилась та. - Нет, дорогой, с тобой точно что-то не так. А ну выкладывай! Солнечный луч, прорвавшись сквозь колыхающиеся на сквозняке занавеси, игриво прыгнул на коротко стриженные, выжженные пергидролем практически до первозданной белизны волосы парня, скользнул по щеке, глазам, заставив того скривиться и сощуриться, и остановился на руке с тёмным циферблатом огромных даже в сравнении с его никак не худеньким запястьем часов. Проследив взглядом путь шалуна, Майкл уставился на этот будильник. - Анька! - игнорируя вопрос девушки, вскрикнул он. - Кончай трепаться, мы опаздываем! - О-о-о... - серо-зелёные глаза, один из которых был уже щедро подведён тонкой чёрной линией, придавая своей хозяйке отдалённое сходство с мифической Клеопатрой, а второй так и оставался невзрачным, не мифическим и даже почти и не раскосым, картинно закатились. - Можно подумать, тебе туда прям так хочется! - Не хочется, - согласился Майкл и, покинув удобное кресло, начал облачаться в строгий чёрный костюм под стать шикарному вечернему платью, терпеливо ожидающему, пока рыжая закончит наводить марафет. - Но Хани наша подруга, а значит, я пойду. Они приехали в эту маленькую, затеряную в горах гостиницу на свадьбу общей подруги, с которой познакомились пару лет назад в коридорах родной альма-матер. Хани была смешливой, любвеобильной девушкой, из тех, кто всегда в первых рядах дать списать домашку или организовать митинг против сноса кошачьего приюта. Её солнечному характеру и тёплой открытой улыбке противиться было невозможно - Хани любили абсолютно все. И она любила всех. Ну, почти... - Как ты думаешь, - неслышно подойдя сзади, Майкл приобнял подругу за талию и удобно пристроил подбородок на плече, наблюдая в зеркале за извечным колдовством женщин посредством кисточек и краски, - как быстро мне указали бы на дверь, узнай она о моём маленьком секрете? - Вопрос в том, что об этом думаешь ты? - мгновенно посерьёзнев, отозвалась та. - Ты поэтому не в себе? - Да... Нет... Наверное... - парень тяжело вздохнул и, вернувшись в комнату, рухнул на кровать, нещадно сминая костюм, с таким трудом довезённый в товарном виде. - Не знаю... - Миш... - Аня проследовала за ним и осторожно опустилась рядом. Друг редко устраивал истерики по такому поводу... Нет, не так. Михаил вообще редко показывал свои настоящие чувства по любому поводу, предпочитая носить всё внутри. "Чем меньше люди о тебе знают, тем сложнее им сделать тебе больно." - одна из его любимых фраз. - Мишка, ты же знаешь - она религиозная... - Она прежде всего моя подруга! - оборвал он. - Вот ты же не шарахаешься. И Стас нормально принял. Почему она не может? - А ты пробовал? - А смысл? Смысл... Да, смысл... Что важнее - сохранить дружбу или перестать врать дорогому тебе человеку? А если этот человек не захочет принять тебя таким, каков ты есть? Можно ли сказать, что он никогда и не был тебе настоящим другом? Или же воспитание и традиции сильнее чувств, сильнее нас, сильнее прошлого? И как долго можно продолжать скрываться? Майкл, если честно, чувствовал себя полным идиотом, совершив частичный каминг-аут - вроде и раскрылся, а дышать легче не стало. Лучше бы и дальше молчал - так хотя бы не нужно было думать всё время, кто что знает и как с кем себя вести. - Скажи мне, - прошептал он, - почему ты со мной дружишь? Что такого ты от меня получаешь, а? - Глупый... - рыжая ласково погладила его по голове, а затем мстительно дёрнула за волосы. - В дружбе нет никаких иных расчетов и соображений, кроме нее самой. - Ты такая наивная, - поморщившись, ворчливо буркнул Майкл. - Наверное, именно это мне в тебе и нравится. - Я не наивная, нет, - девушка задумалась, подбирая слова. - Я как страус - выбираю игнорировать определённые вещи. Так проще жить, знаешь ли... - Предлагаешь мне игнорировать Хани? - Нет. Предлагаю игнорировать её возможную реакцию. - Я не хочу этого, Анька. Не хочу увидеть презрение в её глазах. Не думаю, что готов рассказать ей... - Ну и не надо, - рыжая подскочила с кровати и, отвесив смачный шлепок по филейной части друга, ускакала назад в ванную в обнимку с платьем. - На сегодня - я твоя девушка. И мы будем играть в страусов! Прошло долгих десять минут, прежде чем блондин неуверенно постучался в дверь. За это время девушка уже успела и одеться, и переделать причёску, и обойти махонькую комнатушку по кругу раз двадцать. - Ань, - поскрёбся он в дверь, - ты скоро? - Ещё несколько минуток, - застыла она посреди ванной. - Я... Я отойду на секунду... Не знаешь, где сейчас Хани? Стоило хлопнуть входной двери номера, как рыжая схватила свой телефон и стала набирать номер. - Хани! - прошипела она, как только ей ответили. - Хани, он кажется идёт. Я тебя умоляю, только не убей его! - Сейчас? - взвизгнула трубка. - За два года лучшее время, что он нашёл, это сейчас?! - Мальчики, что ты хочешь? - хохотнула рыжая. - Скажи спасибо, что вообще решился, страус, блин, пергидрольный!