Дорога, запятнанная воспоминаниями...

Вялый район, неоновые надписи на различных клубах, снег… И чего-то всё равно не хватает для своего рода красоты этого вялого района. Чего-то важного. Такого нужного. Для жизни, например… Наверное, чувств? Может быть. А можно ли считать вялым тот район, где люди целыми днями напролёт общаются, веселятся, чувствуют? Безусловно, нет… Сейчас этот район пустовал. Все улицы, забегаловки, круглосуточные магазины и кафе. На улице ни души. Кроме одной…  — Неделя… — твёрдо и достаточно резко сказал Ларссон, смотря на маленький красный брелок в руке. — Прошла целая неделя… А я до сих пор не могу найти тебя… — Какой из тебя демон, Торд? — за спиной послышался слегка хриплый, но твёрдый голос Харгвиза. — Как ты мог его просто взять и потерять? — Я НЕ ПОТЕРЯЛ ЕГО!!! — резко и совсем неожиданно за спиной коммуниста появились «рваные крылья», а руки нервно и со всем гневом начали долбить кирпичную стенку. — Успокойся, из этого ничего хорошего не выйдет точно… — до плеча альфы дотронулась рука, после чего протянула его вниз. От такого действия курильщик просто скатился по стене на снег, вставая на колено. — Ты направляешь злость далеко не в ту сторону… — Я совершенно… — норвежец повернул голову в сторону обладателя голубых глаз, и ему представился вид скелета… В лице ничего не поменялось, а вот грудина и руки… Кожа будто становилась прозрачной, но при этом отдавала ядовито-голубым цветом, а сквозь неё было видно кости. — Не знаю, что делать… — Бороться…

***

Ты потерял нужное… Ты потерял человека. Почему? Почему всё так оборачивается? На сердце остаётся до невозможности глубокая и страшная рана, а в голове лишь хаос и молчание. Что ты можешь чувствовать? Ты потерял своего любимого человека. И не потому что ты не досмотрел или ещё чего… Ты потерял его внутренне… У себя в голове. В сердце!!! Ты потерял. Ты не сможешь по вечерам смотреть с ним различные фильмы и есть бутерброды с чаем или кофе, чтобы просидеть вместе до самого утра. Ты не сможешь… Ты не сможешь услышать, как он смеётся над твоими шутками либо глуповатыми поступками. Ты не сможешь… Ты не сможешь увидеть его улыбку просто от того, что ему улыбаешься ты или говоришь простое «привет». Ты просто не сможешь… Ты понимаешь, ты знаешь, что это произошло исключительно по твоей вине. Потому что ты, можно сказать, отпустил родное… Опустив голову, Демон встал с холодного и вызывающего мурашки по всему телу снега. Очень паршиво. Паршиво на душе. Разве она есть у демона? Внезапно, Торд резко поднял голову и расширил глаза. — Кора?

***

Сквозь крики и возмущения людей в толпе бежал высокий юноша с рожками на голове. Это слишком невыносимо. Ждать… Не знать… Не знать, правда ли то, что жизнь твоего родного человека зависит от обыкновенной бумажки? Бегая по городу, ты ощущаешь все токсины, весь яд этого города. Всё это проносится по твоим венам. Что ты делаешь, Ларссон? Зачем так тщательно ищешь то, что наверное уже давно невозможно найти? Возможно, в тебе проснулась преданность…  — ГДЕ ТЫ, ТВАРЬ?!!! — коммунист стоял в центре безлюдной улицы, где, наверное, уже давно никто и не жил. Давно выброшенные старые вещи, стеклянные бутылки, пакеты от наркотиков… — Я думала… — из тени вышла девушка с ангельскими глазами. Всё бы ничего… Да вот только в глаза бросались со всей неприязнью руки… Вдоль тыльной стороны ладони шла чешуя. Тёмно-изумрудная чешуя, которая так и вызывала ступор, страх, удивление. — Что ты вообще не прийдёшь, Ларссон… Сквозь тёмную атмосферу курильщик разглядел ухмылку и те глаза. Сейчас они словно искривлялись из того ангельского голубого цвета в ярко-красный, а зрачки и вовсе становились плоскими. — Где он? — старался как можно спокойнее говорить Торд, сдерживая всё то дерьмо, что накапливались в нём с каждой секундой. Невыносимые эмоции гнева. А где-то в глубине сердца была капля страха… — Ларссон, мы здесь, чтобы обсудить твой грех и… — девушку быстро перебили, наставив на лоб дуло пистолета… — Я тебя спросил… — не замедливаясь, норвежец быстро направил пистолет на правую руку блондинки и выстрелил, откидывая неким необычным образом в сторону куски острой чешуи. Девушка закричала, схватившись за ладонь. — ГДЕ ОН?!!! ГДЕ?!!! ОТВЕЧАЙ, ТВАРЬ!!! Внезапно она засмеялась… — Ларссон… — эта ухмылка… Сколько же в тебе дерьма… — Через закон здесь переступил ты… И грех совершил тоже ты! Красные глаза затухли на несколько секунд, после чего девушка обернулась в змею, уползая обратно в тень — Ты хочешь его увидеть? Ничего не ответив, Ларссон направился вслед за змеёй.

***

— Ты хотел его увидеть… Что ж… — змея приняла человеческий облик. Ненадолго, она загадочно, но столь противно улыбнулась. Они находились в полностью забетонированной комнате. — Думаю, одного раза тебе хватит… — Ты не договариваешь… — злобно прорычал демон, но спустя две секунды замолчал, пребывая в ступоре. — Том? Из пола по современным системам вышло стекло, разделяя комнату на две ровные части. Затем стенка напротив демона опустилась. К стене был прикован вампир… Руки были туго привязаны цепями к бетонной холодной стене, а по венам текла свежая кровь, которая по резиновым трубам переходила на обработку в рядом стоящую лабораторию. На столе были различные препараты, колбы с различного цвета жидкостями и шприцы со скальпелями. Один момент. Один единственный момент пролетел в глазах Ларссона. Его взгляд, внезапно и тяжело поднявшейся головы, из которой тоже сочилась красная жидкость. — Ты увидел его… — за стеклом перед коммунистом появилась Кора, которая моментально направила оружие на сердце вампира и выстрелила…

***

— ТОМ!!! — из спины моментально выросли крылья, и Демон подбежал к стеклу, принявшись его долбить и руками и крыльями, на которых образовались шипы… — ТОМ!!! НЕТ!!! НЕ-ЕТ!!! — Ты совершил большую ошибку, Ларссон… — безэмоционально ответила девушка, подходя к мёртвому телу. Взяв со стола пакет, в котором было литра полтора крови, она отдала его невысокому мужчине с чёрной повязкой на правом глазу. — Как договорились! — Вполне… — зловеще ухмыльнулся тот, отдавая блондинке чемодан, по-видимому, с деньгами. После он скрылся за дверью. Девушка с уверенной походкой подошла к стеклу и посмотрела на затылок Торда, что сейчас прислонял руку к стеклу и сидел на корточках. На толстом слое стекла виднелись царапины. А кое-где даже трещины. В некоторые из них были до сих пор воткнуты шипы, исходящие из крыльев. — Теперь, я надеюсь, ты будешь соблюдать законы ада… — девушка хищно улыбнулась, после чего стекло рядом с ней начало потихоньку опускаться. Спустя секунду она исчезла в неизвестном направлении, а Демон подбежал к холодному худощавому и оголённому по пояс телу. Аккуратно взяв в руки талию и голову омеги, Ларссон посмотрел в закрытые глаза. Он теперь не сможет увидеть их блеска. Их бездны… Опустив голову на узкое и хрупкое плечо, Торд заплакал… На щеках соленая вода оставляла всё новые и новые ожоги, крылья сильно кровоточили, в точности, как и руки. А ещё кровоточило сердце… — ТОРД?!!! — в бетонной комнате появился Харгвиз, что с огромной скоростью подлетел к норвежцу, смотря на труп… Весь страх за друга резко пропал, как и голос. — Том… — Оставь меня… — хрипло. Очень зрипло произнёс курильщик, осторожно гладя большим пальцем щёки Риджуэлла. — Оставь…

***

— Я видел… — тихо прошептал демон, до сих пор гладя то макушку, то щёки, то закрытые глаза Томаса. — Как наивно ты посмотрел на меня… Я видел, что ты боялся за меня, увидев в этой блядской комнате… Страх оказался правдивым. Торд потерял самого любимого в своей жизни человека. — Ты не представляешь себе… — Ларссон одел на худую ручку брелок в виде дьявольского сердца. — Как я тебя любил… Как люблю… Слёзы не прекращали биться из глаз и оставлять новые дорожки ожогов. Но сейчас демону было далеко не до этого… В голове был человек… Полувампир… Любимый полувампир с зачарованными глазами. Я видел твой последний взгляд, видел, как наивно ты испугался, увидев меня. Как ты меня любил… До потери пульса, до ударов по вискам ты продолжал меня любить, надеяться, что я не прийду. А я никогда тебя не слушаю… Это слишком больно, видеть твой последний взгляд таким наивным… Это очень больно… Осознавать, что я потерял тебя навсегда…