Когда пробуждается тьма

      Сквозь огромные окна в офисе Дневного Дозора Антон любовался на бушующий дождь.       Капли дождя ожесточённо барабанили по окнам. Ведьмочки носились, как угорелые - ещё бы, их шеф исчез. Антон покачал головой и опустился на заботливо предложенное Шагроном кресло. И что теперь делать?       Не было никаких сомнений, что Завулон похищен теми же ребятами, что устроили покушение на Гесера две недели назад, перебили десяток дозорных с той и другой стороны и испробовали мощнейший артефакт на приезжих инквизиторах. Но что им надо - вот в чём вопрос.       Единственное, чего Городецкий не понимал - почему так сводит руки, и сердце стучит быстрее, когда он думает, что Завулон где-то там, в плену у непонятных врагов?       Телефон завибрировал в кармане, и Антон машинально принял вызов. — Слушаю, - сказал он. — Это Антон Городецкий? - вежливо осведомился собеседник. — Да, а что вы хотели-то? - Антон уже начал терять терпение.       Неизвестный усмехнулся: — Я советую вам немедленно приехать по адресу, который я сейчас продиктую. В противном случае труп Завулона найдут возле тайного убежища Нади, и дюжина свидетелей подтвердит, что именно она жестоко убила руководителя Дневного Дозора Москвы. — Диктуйте адрес, - коротко сказал Антон.       Его не волновало, откуда у четырнадцатилетней Надюшки тайное убежище - в конце концов, девочку с детства воспитывали, как надежду всех Иных. Не мудрено, что малышка выросла параноиком. Антона больше пугал факт возможной гибели Завулона. Поэтому Городецкий набросил лёгкую куртку, и, провожаемый удивлёнными взглядами Тёмных, выскочил в дождь.       По требованию похитителей, он ни слова не сказал Гесеру, жене, дочке или заместителям Завулона. Поехал один, как и требовали - лишь амулеты нацепил, да заклятья на кончики пальцев подвесил.       Дом вырос пред Антоном чёрной мокрой громадиной. Он постучал, и дверь тотчас открылась - его ждали. Городецкий направился вслед за вампиром со светлыми глазами в обрамлении чёрных ресниц - красивый неживой мальчишка, понимает ли он, во что ввязался?       Иные прошли длинный холл и оказались в полутёмной зале. Тут царила тишина, даже звуки дождя не долетали...       На полу, в центре нарисованной мелом пентаграммы, лежал обнажённый Завулон. Лежал на спине, широко раскинув руки и ноги. Тихо лежал, не шевелился... подойдя ближе, Антон увидел четыре ножа, фиксирующих тело Тёмного. По одному клинку торчало из ладоней и из ступней... У Городецкого сжалось сердце.       Завулон слабо застонал, приподнял голову - и неожиданно посмотрел Антону прямо в глаза. — Зачем пришёл, Городецкий? - прошипел, преодолевая боль, глава Дневного Дозора Москвы.       Антон ничего не ответил. — А теперь поясню, зачем мы собрали вас здесь, - из тени выступил ещё один вампир. Старше. Сильнее. - Известно ли тебе, Городецкий, кто такой Всеединый? — Нет. — Это древний вампирский бог, который приходит из Сумрака, чтобы навести порядок. Он придёт через год, но ты и Тёмный, - вампир пнул ногой Завулона, - его остановите. То есть не только вы, ещё несколько человек, включая мальчика-пророка, ведьму Арину, вампира Константина, Абсолютную Светлую... Но тебе, Городецкий, уготована главная роль. Шестой Дозор принесёт тебя в жертву, чтобы остановить Всеединого. Ты станешь человеком, но конец света остановишь... — И? Что дальше? - Антон нетерпеливо посмотрел на вампира.       Подвешенные чары приятно холодили пальцы. Вампиров тут не меньше пяти, из них трое Высших - Городецкий чувствовал их ауры. Напасть можно, но сперва надо отвлечь того, главного, который стоит слишком близко к Завулону... — Что дальше? - усмехнулся вампир. - А дальше мы убьём Всетемнейшего, поскольку он будущий участник Шестого Дозора, и тебя, поскольку ты будущая жертва, принесённая на алтарь Сумрака. Вместе вы остановите апокалипсис, но нам это не нужно. Мы хотим, чтобы наш вампирский бог уничтожил большинство Иных, и тогда вампиры снова будут властвовать на Земле.       За что Городецкий любил злодеев - так это за долгое размусоливание своих злодейских мотивов. — А зачем эта страшная пентаграмма, как во второсортном ужастике? - спросил Антон, продолжая прощупывать щиты противников. — Мы убьём Тёмного, и его смерть запустит ритуал по призыву Всеединого, - любезно пояснил вампир, - и наш бог придёт не через год, а завтра... А когда сердце Завулона остынет, мы убьём тебя, и тогда ничто больше не сможет остановить Всеединого! — Понятно, - сказал Городецкий.       Сканирование щитов противника было завершено. Можно попытаться нанести удар...       Антон посмотрел на Завулона - тот лежал с искажённым от боли лицом, чудо, что ещё не потерял сознание от потери крови. Городецкий приготовился, а вампир в это время сосредоточенно заехал Тёмному по носу, раз, другой, третий... удар в живот, потом в пах... ещё один гвоздь, вбитый в ладонь... Завулон отчаянно закричал - гордость сдалась перед напором боли - и в этот момент Антон ударил.       Вампир, мучивший Завулона, мгновенно рассыпался прахом, но и в Городецкого полетели заклятья. От файербола Антон увернулся, остальные удары его щиты пока сдерживали, но это ненадолго.       Чувствуя, как дрожит под напором магии защита, как трескается на шее защитный амулет, Антон понял, что больше медлить нельзя. Послал Серый молебен в пространство - и бросился к Завулону. Не было времени даже на магическую анестезию, поэтому Городецкий с нечеловеческой силой вырвал гвозди из рук и ног Всетемнейшего и подхватил мага на руки. — Антон... сзади... - прошептал Завулон.       Антон обернулся - к нему приближалась вампирша. Вот ведь тварь недобитая! Городецкий не глядя швырнул ещё один Серый Молебен и рванул в портал, который переместил Иных в убежище Антона. Он создал его пару лет назад для своей семьи, и тут было всё необходимое для помощи раненому.       Антон осторожно опустил Завулона на диван. Посмотрел через Сумрак - Великий маг остался беззащитен. Совершенно. Все магические щиты, которые Тёмный наращивал, наверное, не одно столетие, были сметены. Амулеты разбиты. И главное - Завулон был практически пустышкой.       Шеф Дневного Дозора открыл глаза и слабо сказал: — Спасибо, Светлый. — Не за что, - Антон нахмурился. - Ты почти на нуле, знаешь? И как горстка вампиров скрутила мага вроде тебя? — Против скольких ты сражался? Против пяти? На меня напало двадцать...       Пятнадцать. Стольких вампиров Завулон уложил, прежде чем его схватили. Пятнадцать... впечатляет. Теперь понятно, почему главный вампир срывал на нём злобу. Возможно, не было особой необходимости в зверских истязаниях - это была обыкновенная месть.       Городецкий взял в руку пронзённую ладонь Тёмного. Достал прямо из воздуха бинт и начал бинтовать - надо остановить потерю крови, а дальше тело Завулона регенерирует само.       Антон не понял, почему его пальцы, скользящие по бледной коже врага, так нежны, а нагибается он над Завулоном как-то... интимно. Особенно учитывая, что на Тёмном нет одежды...       Дыхание сразу участилось, и Городецкий хрипло сказал: — Влить в тебя силу? Тело не отвергнет? — Нет, это здорово поможет, - ответил Завулон.       Городецкий кивнул и положил руку на грудь Тёмного, вливая силу, забирая боль. Ладонью Антон почувствовал, что грудная клетка Темного мага часто вздымается. Неужели ему хуже?       Нет... не хуже. Антон скользнул взглядом ниже, и увидел, что Завулон неслабо возбужден.       Темный заметил заинтересованный взгляд Антона и криво усмехнулся: — Что, Городецкий, хочешь воспользоваться моим беспомощным состоянием? — Да ты сам, похоже, не против, - отозвался Светлый. — Не против? Посмотри на меня. Я пошевелиться не могу, не то что... — А тебе, - Антон облизнулся, - вовсе необязательно быть в активной позиции. Если честно, всегда мечтал отыметь тебя сзади.       В глазах Темного мага блеснул страх. Надо же - полчаса назад лежал распятый на пентаграмме и не боялся, а сейчас струсил оттого, что придется быть пассивом! Вот уж никогда не поймешь этих Великих... — Переворачивайся на живот, - приказал Антон. - Или помочь? — Я твои глаза видеть хочу. — Обойдешься.       Городецкий помог все еще слабому от ран Темному магу лечь спиной кверху. Подложил подушку под впалый живот мужчины, сгорая от нетерпения огладил крепкие ягодицы. Раздвинул их, послюнявил палец и на одну фалангу ввел его в анус Темного...       Антон не сомневался, что пассивный гомосексуальный опыт у Завулона хоть раз за две тысячи лет случался, но явно не в ближайшие пару месяцев - пальцу было узко, очень узко. — Для меня хранил девственность? - тихо спросил Антон, нагибаясь к самому уху Завулона, но не прекращая осторожно двигать пальцем. — Надейся, - ответил Темный. Городецкий не мог видеть его лица, но мог поклясться, что маг поморщился.       Антон добавил второй палец, развел их наподобие ножниц - и услышал жалобный стон, вырвавшийся из груди Завулона. — Больно? - обеспокоенно спросил Городецкий. — Делай, не болтай, - прошипел Темный.       Слюны явно было недостаточно, а использовать собственную кровь как смазку Завулон наверняка не позволил бы. Точнее, в таком состоянии, он, может, и не станет возражать - но потом гарантированно отыграется. Поэтому Антон оставил Темного мага на минутку, чтобы сбегать за вазелином - может, и не лучшая смазка, но другой нет. В следующий раз нужно обеспокоиться этим заранее, а то, пока бегаешь туда-сюда, вся эрекция спадет.       Антон нанес смазку на руку и всадил в Темного сразу четыре пальца. Завулон тихо вскрикнул. Городецкий подвигал пальцами, но его член уже подрагивал от возбуждения, и он не мог больше ждать. Иной аккуратно вытащил пальцы и приставил пенис к покрасневшей дырочке...       Городецкий вошел в своего врага одним плавным движением. Завулон молчал - и Антон замер в нерешительности. Этого Темного черт поймешь. Плохо ему или хорошо? Больно или прекрасно? — Эй, - Светлый погладил дрожащее, мокрое от пота плечо Всетемнейшего. - Как ты? Мне продолжать? Пожалуйста, пусть у нас с тобой будет обратная связь, ладно?       Шеф Дневного Дозора Москвы рассмеялся. Антон узнал этот смех. Темный точно также веселился, когда злорадствовал над неудачей противников, также веселился, когда поздравлял Антона с очередной победой... также веселился и сейчас - когда лежал обнаженный и раненный, с членом врага в заднице. — Вижу, все в порядке, - хмыкнул Антон и начал двигаться.       Анус Завулона был божественно узким, его стеночки сжимали орган Городецкого столь восхитительно и правильно, что он был готов кончить прямо сейчас. С радостным рыком Антон вбивался в худое тело под ним, быстрее, еще быстрее...       Он был на грани.       В порыве поймать ускользающее мгновение, Антон вцепился в спину Темного, царапая, оставляя синяки... И вот, наконец-то, Городецкий запрокинул голову, толкнулся в Завулона последний раз, и все его тело сотряс оглушительный оргазм. Сперма брызнула в анус мага, и перед глазами Светлого заплясали искры.       Он бы никогда не проделал подобного с женщиной. Слишком уважал Антон своих партнерш, поэтому расслабиться до конца не мог. Волновался, как бы не сделать больно, не обидеть, не напугать... Так что и оргазм с женщинами был другой - страстный и нежный. И только с Темным магом Антон сумел отпустить себя.       Городецкий с хлюпающим звуком вытащил член из ануса Завулона. Мельком осмотрел Темного и обнаружил, что тот еще не кончил. Более того - Завулон даже не был возбужден. Светлый вспомнил, как напряжено было костлявое тело под его руками, какие тихие стоны боли слетали с губ мага...       Поймав испуганный взгляд Городецкого, маг успокаивающе сказал: — Все нормально, Антош. Правда. У меня просто адски болят ноги и руки, так что я просто не могу расслабиться.       Городецкий отвернулся, кусая губы. Это же надо быть таким неумелым любовником, чтобы ни разу не задеть простату! Оставалось лишь подивиться терпению Завулона. Наверное, решил, что легче потерпеть, чем ладить с перевозбужденным Светлым...       Завулон, сжав зубы от боли, перевернулся на бок и весело посмотрел на Антона. — Я хотя бы тебя там не травмировал? - обреченно спросил Городецкий. — Эх, Светлые... - маг вздохнул, - будь на твоем месте кто-нибудь из наших, даже подготовкой бы не озаботился. Все в порядке, что ты переживаешь? Ты меня спас, рисковал жизнью. Уж удовлетворить физические потребности ты точно имеешь право.       Антон нахмурился: — Я так не привык. Хорошо должно быть обоим. — Говорю же тебе - не переживай. Ты хоть представляешь, сколько у меня за всю жизнь было любовников и любовниц? Ты из них точно не самый худший. — Постой-ка, - Антон улыбнулся, - кажется, я кое-что придумал... — Ну что там еще пришло в твою озабоченную голову, Городецкий? - закатил глаза Завулон. - Эй, так не честно...       Его возмущенный голос перешел в стон сперва удивления, а потом - чистого наслаждения: Антон взял в рот член Темного и начал медленно, сосредоточенно и весьма профессионально работать языком. — Где... ты... так научился? - выдохнул Завулон.       Городецкий хитро посмотрел на него, но ничего не ответил, продолжая самозабвенно отсасывать Темному. Он позволил члену мага проникнуть особенно глубоко в глотку и тогда уже понял, что не рассчитал сил - дышать стало невозможно, и Антон едва сдержал подступившие к глазам слезы. К счастью для него, измученный Завулон быстро кончил, и Городецкий проглотил все до последней капли.       Отдышавшись, Антон помог Темному улечься поудобнее и укрыл его простыней. Улыбнулся ему: — Теперь все хорошо? — О да, - прошептал Завулон. - Спасибо. — А теперь спи. Завтра вернемся в Москву, а то твои подчиненные уже с ума сходят. Надо было вернуть тебя им сразу же, но мне показалось, что ты не хочешь показывать им свою слабость...       Темный кивнул и утомленно прикрыл глаза. Скоро его дыхание изменилось - уснул. А Городецкий сел напротив и долго любовался на спокойное и в кои-то веки расслабленное лицо Темного мага.       Завтра все закончится, и Завулон с Антоном снова станут противниками - но пока можно просто насладиться моментом.